Музыкальная группа "Вокалоиды"

      Канатан оказался не таким уж и зверем. Дав часовой перерыв на еду и отдых, он погрузился в раздумья насчет съемок: как лучше направить свет, в какой момент можно снять все за раз и тому подобное. В общем, беспокоить его лучше в этот момент не следовало.       Певцы тоже зря времени не теряли. Мику, разглаживая складки на платье, гадала, почему роль куклы досталась ей, хотя она только и делает, что сидит, пытается не дышать и просто быть куклой.       Хацуне взглянула в сторону одной из статисток со светлыми волосами, которая была одета в простое серое платье прошлых веков, и которая на данный момент кокетничала с каким-то парнем, как потом оказалось, отвечающим за свет на площадке. Да-да, Мику заметила именно ту девушку, которая буквально несколько часов назад безуспешно пыталась заигрывать с Кайто! Хорошо, что голубоглазая об этом не знала, иначе бы несдобровать бедной блондинке...       Мику внимательно оглядела девушку.       " Так, если волосы спрятать под парик, одеть в мое платье... Вроде бы можно за меня выдать. Хотя нет, она повыше меня будет, да и формы..."       Хацуне начала прикидывать, кого бы она могла поставить на свою "кукольную" роль. Ну а что поделать? Жизнь куклы не так легка, как все думают - редко кто имеет такую усидчивость.       Кайто в это время болтал по телефону с Юно о ближайших съемках клипов. Во сколько обойдется место съемок, кто предоставит костюмы и тому подобное. Конечно, Шиону все это было практически безразлично, но так как Мейко была в последнее время сильно занята, то у нее практически не оставалось времени, чтобы следить за тем, как продвигаются съемки. Поэтому Кайто временно стал (хотя он, в общем-то, и не переставал быть) правой рукой сестры, и теперь был обязан узнавать все заранее о съемках.       Незаметно для всех час отдыха и блаженства прошел. Началась 2 часть съемок.       - Ну я же совсем не отдохнула, - печально пробурчала Гуми, театрально всхлипнув. - Пока вы все тут отдыхали, я отдирала эти чертовы ногти и пыталась хоть как-то снять и не порвать этот тесный костюм!       - Качаем права в суде, а не на съемках, - спокойно сказал Канатан, листая сценарий. Ему не привыкать к таким заявлениям - несколько тяжелых лет работ со звездами подняли не только его профессионализм и социальный статус, но и укрепили нервную систему.       - Кхм, вообще-то мы в зале суда! - язвительно заметила Гуми. Похоже, девушка сегодня была не в особо хорошем настроении.       - Отлично, если мы на нужной площадке, тогда начинаем съемки, - Сэм сел на неподалеку стоявший складной стул и хлопнул в ладоши, чтобы все обратили на него внимание. Так и случилось. - Итак, друзья-товарищи, снимаем этот клип и после этого вы можете хоть домой, хоть на Луну, хоть в суд. Все зависит от вас. Но прежде чем приступать к съемкам, кто-нибудь, прошу, позлите еще Гуми! Гнев должен быть реалистичным в кадре. А-то что-то среди семи смертных грехов я нытье не наблюдаю, а значит его нам и не нужно. Вопросы? Нет. Отлично, начинается аттракцион "Позли Мегпоид - получи от меня конфетку и пинок от Гуми"! Кто первый?       Приближался вечер. Воздух сгустился настолько, что всем, кто в данный момент был на площадке, без исключения передалось чувство беспокойства и недоброжелательности. И вовсе не из-за мыслей, что может принести с собой сегодняшняя ночь или завтрашний день, а из-за "аттракциона" Канатана. Все настолько увлеклись, позабыв, что у всего есть пределы разумного, что просто вывели Гуми из себя настолько сильно, что теперь, стоя напротив Кайто с Мику, в ее глазах пылал огонь настоящего гнева, что как раз и добивался Сэм.       Гуми: О, грешный муж, Покайся же теперь! Знаешь, мама, сейчас я Держу на мушке человека. Он подлец, обманувший множество людей, Лишь чтобы набить свой карман, По приказу его вынуждена была, Застрелить возлюбленного своего. Ну, а после выстрелить в себя, Но умереть я не смогла...       Сидя на холодной земле, девушка обнимает парня, у которого на груди постепенно расцветало алое пятно. Он уже не дышал, но его бренное тело все еще сохраняло теплоту, будто он вовсе не умер, а спит. Спит настолько крепким сном, что ему более не проснуться.       И вот теперь девушка стоит перед ним, перед самим ужасным подкупным человечишкой, что ради денег готов на все. Гуми спокойна и хладнокровна. Она уже давно поняла, что бой окончен в ее пользу, но за белой маской бушует настоящий океан чувств, который, если бы был хоть чуть материальным, просто бы захлестнул этого нечестного судью.       Гуми: Подходит уж возмездия час. В Грехах покайся же сейчас! Здравствуй и прощай, "Мистер Кларк Ноэль". Я подожгла твой дом, так что выбирай теперь: Ты предпочтёшь в огне сгореть, Или от меча умереть?       Мегпоид оскалилась, но все-таки сдержала волну ненависти в себе и вздохнула. Сделав жест "ок" правой кистью, повернутой на девяносто градусов, который так любил делать Марлон каждый раз, когда брал взятку, она язвительно предложила ему сделать выбор: богатство или собственная жизнь. Выбор для обычного человека ясен, но...       Гуми: Знаешь, мама, всем мерзавцам Нужно давать шанс на искупление, верно? И поэтому я предложила ему: Расстанься с богатством своим, Верни людям всё, что ты украл, И жизнь твою я пощажу, Но он ответил: "Никогда я не отдам богатство кому-то вроде тебя!"       - Я не идиот, чтобы делиться тем, что я честно нажил свои собственным трудом.       Кайто, словно безумец, рассмеялся. Гуми сжала кулаки, но ничего не ответила.       Гуми: Этот негодяй неисправим, Тогда я заставлю тебя раскаяться!       Она вновь навела на него дуло своего пистолета, ведь именно она теперь решает кто прав, а кто нет. А Марлону было все равно. Обнимая свою дочь, он уже не обращал внимание на этого надоедливого червяка, что стоял перед ним. А за окном, за искрами и красным пламенем, раздавались крики. Нет, не крики о помощи, а призыв к тому, чтобы все увидели своими собственными глазами, как в муках умирает продажная гиена.       Гуми: Здравствуй и прощай, "Хозяин Суда". Продажный Судья, погрязший в Алчности, Окруженный гневом людей и моим, Навеки ты усни.       В солнечном лесе, на опушке стоял небольшой деревянный домик. Покосившаяся крыша, сломанные ставни, кое-где съеденная временем древесина - все это выдавало не только дряхлость строения, но и то, что в этом доме явно не ступала нога мужчины.       В этом доме жили мать с дочерью. Отец вскоре после рождения ребенка исчез в неизвестном направлении, и матери пришлось все взвалить на свои хрупкие плечи. Семья была небогата, и поэтому женщина кое-как успевала работать прачкой в городе и при этом следить за дочерью, которая обожала влезать в разные неприятные ситуации: то пораниться, то заболеет... Гуми же об этом не заботилась. Подумаешь, царапина! Не смертельно.       Девочка целыми днями сидела дома. Единственным ее другом был осьминог, которого она когда-то летним днем поймала на мелководье. Посадив его в небольшой прозрачный сосуд, она часто спрашивала его, глядя куда-то в окно: "Интересно, а кто мой папа?". Но фиолетовый друг молчал. Откуда ему было знать про то, что он не понимал?       А девочка все спрашивала и спрашивала, а пустота отвечала лишь громким тиканьем часов да мышиной возней.       Гуми: Знаешь, Мам, ты меня растила, Без отца, совсем одна, В домике в лесу я родилась, И даже не знала, как выглядит отец. Знаешь, мама, папу уже Не спасти - он сошёл с ума. Он убеждён, что кукла - Дочь его, Но ведь на дне морском уже давно погребена, У него есть лишь одна дочь - и это я!       А ведь она хочет почувствовать его дочерью, ведь она его так долго искала. Но в эти последние годы она поняла одно - все ее мечты о добром отце лишь ложь, не более. Но зависть к глупой, бездушной кукле...       Девушка представляла, что однажды ее старый друг детства с щупальцами, которого ей пришлось когда-то выпустить в океан, схватит этот бездушный фарфор и утянет с собой в пучину океана. И больше никто не помешает ей быть с отцом, никто и ничто.       Гуми: Ну, посмотри же на меня, И на меня взгляни же! Здравствуй и прощай... Прощай, "Мой Отец", Лидер киллеров и Продажный Судья. Эй, мам, как ты могла полюбить Такого человека?       Но это лишь глупые мечты, а точнее их руины. Зачем строить воздушные замки, если их разрушит легкое дуновение веерка? Глупо.       Гуми подошла вплотную к своему отцу и направила дуло пистолета прямо ему в лоб.       Гуми: Вот наконец наступает финал, Давай покончим с этим всем. О, Грешная "Серия Зла"... Прощай навсегда. О грешный Муж, Покайся же теперь!       Выстрел. Бездушное тело на полу. Алые капли крови. Разбитая кукла. Куски белоснежного фарфора. Девушка, охваченная безумием. Желание. Гнев. Месть.       - И все равно как-то странно выходит, - скучающе проговорила Гуми, поглядывая на свою сестру в зеркало заднего вида, которая уютно устроилась на коленях своего парня и теперь мирно посапывала.       Вновь джип мчался по вечерней дороге. Пейзаж абсолютно не менялся, если не считать того, что теперь можно было различить то, что нельзя было увидеть во мраки ночи: белый снеговые шапки на валунах, пожухлая трава возле дороги и тому подобное. Солнце уже больше чем на половину скрылось за горизонтом, из-за чего небо окрасилось в алый цвет. Редкие снежинки, падавшие с неба, отражали свет фар, отчего они превращались в мерцающие искры, так дополнявшие вечерний пожар. Именно таких мелких и одновременно важных деталей так часто, но так тщетно ищут тысячи художников по всему миру для своих картин. Ведь именно это и помогает оживить картину, предать ей смысл и душу.       - Что именно? - спросил Кайто, поглаживая спящую на его коленях Мику по голове, отчего та улыбнулась. Посмотрев на счастливую девушку, парень и сам не смог сдержать улыбки.       - Да так, ничего, - Гуми уже и сама забыла, о чем только что размышляла. Что-то накатило на нее, словно волна, и так же незаметно исчезло, оставив приятный след тайны.       - В любом случае это не так важно. Важно другое, - Гуми похлопала себя по животу и скорчила гримасу "само недовольство". - Вот вы с Мику успели и поесть, и отдохнуть, а я...       "Только и делала, что отдирала эти длиннющие ногти, да пыталась не порвать это чертово тесное платье!" - Кайто рассмеялся.       - Ах ты!.. - но парень предотвратил гневный порыв девушки.       Прислонив указательный палец к губам, Шион качнул головой в сторону мирно спящей Мику. Мегпоид ничего не оставалось, как отступить.       "Ну-ну, погоди, Кайто, ты у меня еще попляшешь, зять эдакий, - хмыкнула Гуми. - Только подождем совсем немножечко, и тогда держись..."       Бедный Кайто! Если бы он только знал, на что способна сестра его любимой! Но пока ему было на это все равно. Ему было достаточно и того, что рядом с ним находилась его Мику, и что он вновь скоро окажется в своем родном доме.