Тайно подаренный

***

      Утро Северуса началось, как и обычно, рано. Он не выспался — разбудил бородатый чудила, старик-гей, седой интриган и т.п. многоуважаемый директор. — Северус, Доброе утро! Не забудь, мой мальчик, сварить мне зелье для моей больной спины… — патронус Дамблдора журчал голосом этого жаворонка (Будь он дважды скинут с Астрономической башни!).       Злой проснувшийся зельевар (демон, дъявол, вампир и прочие) вспорхнул с кровати, автоматически завернувшись в одеяло, как в свою любимую чёрную мантию, и полетел («Полетел, ох, полетел!» — баба Яга о Змее Горыныче) приводить себя в порядок. Будильник, в виде огненного петуха (однако…следующий год — год Феникса! Будет везти этой бородатой сволочи из-за фамильяра… Переместить его, что ли, в добрые дедушки, почти Морозы?) Дамблдора, раздражал Снейпа с каждым годом всё сильнее, но, увы, выключателя в этом магическом приспособлении — тю-тю! — нет!       Невыспавшийся, собравшийся Северус выпил кофе (двойной…сердцу будет тяжко, а оно и так уже ни к чёрту, так к дъяволу!) с бутербродом. Заметив тетрадку со змейкой, которая одиноко свернулась на чёрной обложке, мужчина решил всё-таки перечитать написанное Анонимом и ответить, чтобы сбросить стресс малого количества сна. Он взялся за перо…

***

      Марволо в это время тоже не спал. Если Северуса будил патронус с коротким сообщением от седого мозгоклюва, то гриффиндорцу спать мешал долгий рыжий мозгохрап. Как только парень ни чертыхался, ни проклинал этого отброса магического мира (увы, только в мыслях о будущем!), ни бросал в него спальные принадлежности (На заметку, рыжие мозгохрапы засасывают эти самые принадлежности и еду в невероятной скоростью, так что не кормить его ими!) — ничто не могло нарушить активности этого Уизли.       И, расставшись с тёплыми спальными принадлежностями (На заметку, рыжие храпуны не отдают того, что им кидаешь, даже с боем…), Марволо, умывшись и переодевшись, решил почитать заданное по гербологии, но наткнулся на чёрную тетрадку, на которой радостно шипели две змейки. Он сразу взялся за тетрадь. «Студент Аноним, видимо, я всё-таки буду вынужден согласиться на переписку с вами, но с условием — вы перестанете мне дарить что-либо. Если вы прямо-таки возжелали общаться со мной, то вы дождались этого, но подарите мне что-нибудь — и я сразу же сожгу или выкину эту тетрадь. Любое ваше слово о моём прошлом — и я так же избавлюсь от тетрадки. Надеюсь на ваше благоразумие, хотя у студентов-болванов с Гриффиндора такого никогда встречалось. Мне интересно, как скоро вам надоест „любить“ меня. Уверен, что ваша привязанность к моей персоне пройдёт через полгода — я оценил вашу настойчивость и целеустремлённость, не глядя на препятствия в виде отработок. СС»       Марволо ошалел от радости — Северус будет с ним переписываться! И он о нём узнает всё, что пожелает! А ещё это забавное предположение о сроке его привязанности! Это был джекпот! «Обожаемый мною Северус, ты зря сомневаешься в моём благоразумии и привязанности к тебе. Не смотря, как ты заметил, что я — гриффиндорец, я по сути своей слизеринец. Если тебе интересно, то я могу рассказать тебе кое-что интересное о Распределяющей шляпе. Давай поиграем, я в это полугодие, так уж и быть, не буду дарить подарки (От автора: всё равно идей о том, что тебе дарить хорошего, не хватает на все 5-7 лет, пока наш змеёныш вырастит до слеша с НЦ-ой), не буду даже упоминать о твоём прошлом, описанном в дневниках родителей, но буду развлекать тебя, а заодно и себя. Как тебе мысль поиграть? Ведь слизеринцы обожают играть на что-то, когда спорят. Вот и мы поиграем. Выиграешь пари, я раскроюсь тебе и приму Ад твоего имени (БДСМ, а ну брысь из моей головы! Спасибо одному читателю за идею с котлом! Теперь эта идея мне даже снится!)… Ну и как? Хочешь немного красок в серости и мрачности обычных будней, Северус? Жду с нетерпением твоего ответа, Аноним. Пы.сы. если тебе захочется как-нибудь назвать меня, то придумай сам. А то что-нибудь придумаю нечто величественное и слизеринское… Только одна маленькая просьба — только прозвище, не связанное с мнимой чертой моего характера и не с зельеварением… Хотя если у тебя было желание завести собаку или кошку, можешь отыграться на мне — кличкой собаки назови.»

***

      Пожалуй, нужно было видеть, в какой задумчивости ходил в этот день Северус. Хоть у него никогда не было домашних животных (А у меня умерло столько домашних животных, что даже вспоминать не хочется…), но в детстве он мечтал о четвероногом друге, который всё время мог с ним находиться и защищать от отца, от… других неприятных личностей. Только он никогда не придумывал кличку желаемому питомцу, а только мечтал о нём.       Марволо внимательно, краем глаза наблюдал за ним во время приёмов пищи. Зельевар, по его мнению, мало ел и, видимо, не выспался. (Какая заботливая наседка из бывшего Тёмного лорда выйдет! Я в восхищении!) Его внимание, бывало, съезжало на Локонса, уроки и поведение которого были комическими выступлениями для него, что смех его, как говорила Луна, сдерживали лишь храбрые мозгошмыги.       После ужина его, пораньше ушедшего, чуть не застукали с окаменевшей Миссис Норрис. К счастью, он успел спрятаться за углом, когда услышал звуки идущих, разговаривающих студентов. Как застыли они, увидев кровавую надпись и вздёрнутую, словно на шабаш, кошку, как зловеще и довольно читал Драко кровавое послание с очень важным — собственным — мнением, как с ужасом смотрел на свою любимицу подошедший Филч. Всё это можно описать, но не словами, а жестами и мимикой.       Всех опрашивали подошедшие профессора. Никто ничего не знал. «Мистер Поттер» догадывался, что первый ход сделан крестражем, но не говорил. Увидевшая его Луна подозвала его манящим жестом руки и тихо сказала: «Зелёно-рыжий мозгошмыг устроил дебош у остальных мозгошмыгов этого Замка. А чешуйчатый кизляк играет в прятки с переглядками. Однако сложно будет остановить осквернителя рыжего мозгошмыга, ибо сам рыжий мозгошмыг пустил осквернителя к себе, руководствуясь розовому свечению своих шмыгов.»       Хотя Марволо и услышал это непонятное многим мнение о ситуации от Луны, но понял лишь часть и то только потому, что успел задать вопросы насчёт того переливающегося мозгошмыга и чешуйчатого кизляка. А потом всех отвели по факультетским гостиным.       Зайдя в общую у второго курса мальчиков спальню, гриффиндорец быстренько приготовился ко сну. Пожелав этим гриффиндорским шакалам «Спокойной» ночи, он проворно на коленках забрался в постель, закрывая кровать ото всех балдахином. Достав заветную тетрадку, парнишка, чуть не вскрикнув от радости, увидел двух змеек. И, защитив себя заклинанием звукового барьера, с нетерпением открыл чуть дрожавшими от возбуждённого мандража, вспотевшими руками тетрадь на коротком послании от Северуса, любуясь на ровный с наклоном почерк насмешливых слов. «Сомневаюсь. Игра? Интересно, что может предложить гриффиндорец… Ну что ж… Я обязательно подыщу что-то подходящее для вас, исходя из своего немаленького словарного запаса. Будней серых у меня нет. Только выматывающие, только чёрные, только богатые на мою язвительную натуру. СС » «Ура! Идёт на контакт! Не всё ещё потерянно! — обрадовался Марволо, хитро сощурив зелёные глаза, поправляя очки. — Ну что ж, посмотрим кто кого переупрямит! Я — своей игрой, он — своей защитой от посторонних мозгошмыгов! Душевная легилименция — штука сложная, но возможная!»