Пасьянс в четыре руки: Пики

Телефонный звонок застал его, когда Влад уже оделся и готовился выйти из квартиры. Высветившийся на дисплее номер его не обрадовал. Но и не огорчил тоже. Наверное, будь он обычным человеком – проигнорировал бы вызов. Но Влад ответил. - Я должен извиниться перед тобой за свое поведение, - голос Селина не дрожал. Даже напряжение не ощущалось. Он все взвесил, измерил и принял решение. - Перед тобой и твоей коллегой. Но больше – перед тобой. - За то, что чуть не угробил меня? – сухо поинтересовался Влад, закрывая дверь своим ключом. Ни злости, ни сожаления. Илья тихо вздохнул. - За то, что сомневался. - Слушай, я помню, каким ты был все эти дни. Я не оправдываю тебя, но ты почти тронулся, Селин. Ты проигнорировал наши слова и чуть не тронулся. А спятившая Пика все еще шатается по улицам города. Еще немного и Клейменов мне свинтит голову за то, что я не могу найти его. У меня ни единого следа, ни единой зацепки. Наши аналитики, наши оперативники не находят ничего. И мне... - Тебе некогда встречаться со мной и вытирать мне сопли, - так же спокойно закончил Король Пик. – Не сомневаюсь даже. У меня есть идея, Влад. И есть вероятность, что она сработает. - Вот как? – Ястребов бегом спустился по ступенькам и глубоко вдохнул холодный сырой воздух. - Как-то так, - отозвался Илья. – Приезжай ко мне, поговорим. - Знаешь, будь я обыкновенным человеком, меня бы бесило это. Бросай все и приезжай. – Старушка «Тойота» завелась сразу, и Влад просто сидел, ожидая, пока прогреется двигатель. - Конечно, я могу приехать к тебе, вот только возникнут вопросы. Почему продюсер приезжает к рядовому особисту. - Вообще-то формально ты проходишь как свидетель. Потому что ты последний, кто видел Киру перед похищением. Я могу вызвать тебя в любой момент. И ты будешь обязан явиться ко мне. - Влад... - и снова ни капли злости или раздражения. – Я знаю, как найти Киру. Но сделать это сможешь только ты. У тебя связь с ней. Ты – ее Туз. Ты единственный сейчас, кто может позвать ее. То, что связывает вас - неизвестно Никите. Он, скорее всего, глушит ее связь с Колодой, Мастью, со мной. Но он понятия не имеет о твоем существовании. Ты – сказка для него, ты не существуешь, а значит, можешь почувствовать Киру как тогда, когда ее увез Марк. - Ты хочешь, чтобы я подъехал, потому что Никита увез ее из центра? Думаешь, я по следу дойду? - Нет. След смыло дождем. Ты позовешь ее, Влад. Ты ее просто позовешь. Или хоть что-нибудь сделаешь. - Илья, ты не хуже меня знаешь, что мы расшибли лбы об это долбанное дело, – выдохнул Ястребов. Бешенство удушливой волной поднималось в нем. Темное, совершенно Пиковое бешенство, черная ярость, дать выход которой он позволить не мог. - Аналитики и отдел контроля сканируют город по секторам на предмет вспышек Пиковой активности, твои – молчат, все, даже Двойки. Столичная Колода замерла, так что ни единого всплеска активности от твоих Пик нет. Мы перетряхнули квартал, в котором расположен дом, что Никита указал при оформлении на работу как свой адрес. Мы все еще патрулируем дворы, в которых проживают друзья Риты, хоть и знаем, что он к ним уже не сунется. Он нашел девочку и не выпустит ее. Мы дали разнарядку полиции, пустили объявление по спец-каналу. – Влад почти кричал в трубку. - Ты думаешь, что Департамент ни черта не делает?! Я спал три часа за последние сутки и сейчас еду анализировать материалы, которые мне успели собрать. Я устал, Илья. И я не знаю, что ЕЩЕ я могу сделать. Кира дорога мне. Очень дорога. И ты великолепно знаешь, что без нее мне конец. По этому, не говори мне, что я должен делать, и я не скажу тебе, куда бы тебе пойти. Ястребов вздохнул, унимая плещущую через край злость, почти ненависть к Илье. Не сазу, но получилось. - Помнишь, ты провел мне воспитательную работу, когда, я как дурак, оставил ее одну? Так вот, Илья, больше всего на свете сейчас мне хотелось бы отрихтовать твое высокоинтеллектуальное богемное табло и больше никогда не подпускать тебя к Кире. Но это убьет ее. - Тебе еще представится такая возможность, Влад, - тихо ответил Илья. – Ценю твою откровенность и спасибо, что выслушал. Гудки отбоя. Все. Влад с чувством грохнул кулаками по рулевому колесу. Он не срывался. Он никогда в жизни не срывался. Так почему же теперь? К черту... к черту все! Он зажмурился, откинувшись на спинку сидения. Где-то внутри дрожала тонкая ниточка, что связывала его с Кирой. Он коснулся ее, как касался когда-то гитарных струн, пытаясь извлечь хотя бы один звук, красивый, гармоничный звук. Вот только логик не способен на страсть и гитара отзывалась грустным дребезжанием. Нить дрожала. И молчала. И когда Влад раскрылся, закричал что есть силы, ответом ему было только гулкое молчание. Кира его не слышала. *** Это было слишком легко. Настолько, что Никита даже почувствовал себя обманутым. Ему даже не пришлось применять воздействие. Они все сделали сами. Этот неправильный голубоглазый парень, девчонка-помощница и Илья. Но их Никита даже не тронул, потеряв интерес. Зато вот эта девочка… Вкусная, сладкая, наполненная болью до краев. Он выпил ее всю. И это оказалось просто восхитительно. Но в ней было что-то еще. Что-то темное, почти черное глубоко внутри. Что-то, что он достать не смог. Машина остановилась, и Никита, не желая облегчать задачу ищейкам, вежливо улыбнувшись, расплатился и вышел. Вывел идущую за ним, как на веревочке девушку и направился к одному из подъездов почти покинутого своими жильцами дома. Как узнал Никита из Интернета, когда подыскивал себе жилье, здесь должны были построить дорогу, и массив начали потихоньку расселять. Но потом начались перебои с финансированием, и расселение на этом закончилось, а часть домов, приготовленных на «снос» остались стоять. В каких-то тут же поселились бомжи, до каких-то - в которых еще остались прежние жильцы – добраться не успели. Никита только усмехнулся. В его распоряжении целый подъезд. И таковым останется: он окружил дом серьезной зоной отчуждения. Никто и никогда не зайдет в него по своей воле. Хорошо быть Пикой… Их шаги по лестницам отдавались гулких эхом, мечущимся между стен. Никита крепко сжимал запястье девушки и посмеивался про себя. Он забрал у Селина не только рассудок, но и сердце. Как мило… Он открыл новенький, собственноручно поставленный замок ключом, который всегда носил с собой и, чуть посторонившись, втолкнул девушку внутрь квартиры. Та безропотно вошла, по инерции сделала два шага и остановилась. Никита зашел следом, захлопнул дверь, закрыл ее изнутри на замок, а ключ вернул на цепочку на шею и спрятал под рубашкой. Окинул хозяйским взглядом холл и виднеющуюся часть гостиной и, дернув девушку на себя, заставил посмотреть на себя, внимательно оглядывая и подмечая все. Синяки под глазами, светлую кожу, глубокую царапину на щеке и сочащуюся из нее кровь. И глаза… Глубокие, пустые. Красивые. - Как тебя зовут? – он чуть сжал ее плечи, привлекая к себе внимание. - Кира, - спокойный голос. Слишком спокойный. - Илья Селин – твой любовник? – стоило выяснить все сейчас, пока она не в состоянии врать. В глубине ее серых глаз полыхнуло и погасло. - Нет. Никита только усмехнулся, вскинул взгляд на вышедшую из комнаты сестру. Улыбнулся нежно, лаская взглядом ее бледное лицо. Но она, казалось, его не видела. Ее глаза смотрели только на Киру. - Кто это, Никита? – наконец спросила она с искоркой любопытства и затаенным страхом. Кира в его руках вздрогнул, и он перевел на нее взгляд: - Что такое? - Никита? – на дне глаз Киры словно начала сворачиваться воронка. - Да. Меня так зовут. Знакомое имя услышала? - Муж, - выдохнула Кира, и Никита вскинул в удивлении бровь. Вот значит как… Наша девочка, оказывается, замужем. И не за Селиным. - И где у нас муж? – поинтересовался он, прикидывая, какие проблемы могут возникнуть из-за открывшегося факта. Он ненавидел ошибаться. Но сейчас ошибся. Ошибся, посчитав, что она – сбежавшая девушка Селина, решившая вдруг вернуться. - Его нет, - глаза Киры снова потускнели, и тут вступила Рита: - Я спросила кто она. - Твоя подруга по несчастью, - Никита сузил глаза, наблюдая за Кирой, а потом просто с силой толкнул ее на Риту. – Приведи ее в порядок. Я побеседую с ней позже. Та подхватила ее, почти рыча на брата. Но тот этого даже не заметил. Сбросил куртку, обувь и исчез на кухне. Рита выругалась и, взяв… Киру за руку, повела за собой. Усадила на кровать и встала перед ней в нерешительности, оглядывая. Влажные волосы, царапина на щеки, грязные разводы на лице… И еще она, наверное, промокла. - Раздевайся, - она подергала ее за рукав куртки, а сама вышла из комнаты. Вывалила содержимое явно наспех собранной аптечки на пол ванной, выудила оттуда перекись водорода, ватный тампон, йод и вернулась в комнату. Опустилась перед безучастно сидящей девушкой на колени и, взяв ее за подбородок, принялась обрабатывать припухшую царапину. Смыла грязь, смазала йодом и только потом поднялась и села рядом с ней. Коснулась руки и вздрогнула: та была почти ледяной. А еще эта девушка была пустой. Совсем пустой. Рита сдвинула брови и решительно встала. - Так, красавица, давай, тебе нужно отдохнуть, - откинула теплое шерстяное одеяло без пододеяльника, служившее покрывалом и, буквально заставив раздеться до белья, легко подтолкнула, вынуждая лечь и отмечая синяки на красивом теле. Это Никита? Хотя нет, не похоже. Кира послушно легла, Рита укрыла ее еще одеялом. Пару мгновений девушка лежала, как кукла, а потом закрыла глаза и свернулась в клубочек. Словно там, внутри, ей было очень больно. Рита сжала пальцы в кулак и, подоткнув одеяло со всех сторон, чтобы она немного согрелась, вышла из комнаты, закрыла дверь и встала на пороге кухни. При ее появлении Никита оторвал хмурый взгляд от новенького ноутбука. Пару мгновений просто смотрел на нее, а потом улыбнулся. Но Рита только передернула плечом. - Ну и зачем ты ее привел? Ты ее выпил, а потом привел сюда? Зачем? - Тебе скоро понадобиться помощь, - Никита снова нахмурился, утыкаясь в ноутбук. Сердце Риты заколотилось от страха. Она сглотнула, хотела что-то спросить, но передумала. Закусила губу, встала и тихо вскрикнула, когда ее запястье сжали стальные пальцы Никиты, дернули, и она оказалась в его руках, прижатая к его телу. - Ник, нет! Не на… - губы смялись под жестким, требовательным поцелуем. Рита уперлась кулачками в широкую мужскую грудь, пытаясь оттолкнуть ее от себя, но он отпустил ее только, когда закончил поцелуй. Отпустил. Улыбнулся, даже не пряча блеск в глазах. - Ты придурок!! Урод! Ненавижу тебя!! Ненавижу!! Не смей ко мне прикасаться!! – Рита шарахнулась в сторону, ее трясло от страха, отвращения и ярости. Боже, ну за что ей это?! - Уходи, - Никита только облизнулся, впитывая разлившиеся по комнате эмоции девушки. Рита резко выдохнула и сорвалась с места. Вылетела из комнаты, захлопнув дверь, заперлась в ванной и, сжавшись в комочек в углу, уткнулась лицом в колени и разрыдалась. Сколько она провела сидя в углу, она не знала. Еще всхлипывая, она неуклюже встала и плеснула в лицо холодной воды. Провела влажной ладонью по волосам и вышла из ванной. Закрыла за собой дверь своей комнаты, в которой спала девушка, бездумно разделась и юркнула в постель, прижимаясь к теплому телу. Плевать, что девушка. Плевать, что имя – это все, что она знает. С ней… не так страшно… …Ей снился кошмар. Она все бежала куда-то, пыталась кого-то догнать. А когда догнала – он ее оттолкнул. И растворился в тумане. Кира тихо застонала и открыла глаза. Поморгала, пытаясь понять, где находится. Пошевелилась и с талии соскользнула чья-то рука. Кира повернулась и сдвинула брови, глядя на спящую рядом девушку. Смутно знакомую. Что происходит? Кошмар продолжается? Кира осторожно приподнялась, осматриваясь более внимательно. Большая комната, но минимум мебели. Кровать, маленькое трюмо с разбитым зеркалом, шкаф с выломанной дверцей, кресло с проломанным сидением на одной ножке, вытертый до дыр палас на полу… Какого черта? Взгляд скользнул дальше и замер на ее валяющихся джинсах и выпавшем из кармана посадочном талоне. Пару мгновений Кира непонимающе смотрела на него, а потом проснувшаяся память ударила ее наотмашь. Самолет, вокзал, метро, Влад, Илья… Илья!! Илья… В ушах снова зазвучал его голос, и Кира невольно сжалась, закрывая ушли ладонями, словно это могло помочь. На плечо легла узкая теплая ладошка, и Кира обернулась, глядя шальными, почти безумным взглядом в глаза цвета болотной трясины. - Проснулась? – девушка смотрела на нее с любопытством, но без страха. Кира молча кивнула и сдвинулась, уходя от прикосновения. Отвернулась, закрывая глаза. И память послушно выдала еще одну дозу. Только на этот раз это был мокрый асфальт, дождь, странный мужчина и… соседка по постели. Кира как во сне коснулась щеки. Царапина затянулась и уже почти уже не болела. - Спасибо, - выдохнула она. – Где я? Рита резко выдохнула и сжалась, обнимая колени. - В ловушке, - Никиты дома не было, она это чувствовала. Может, поэтому чувствовала себя почти спокойно, несмотря на абсолютно чужого человека в своей постели. «Подружка по несчастью»… Вот уж точно. – Он не тащил тебя. Ты пришла сама. И ты была странной. Кира отзеркалила ее позу, усмехаясь. - Просто вчера оказалось, что больше не нужна любимому человеку, - скользнула взглядом по бледному лицу девушки и отвернулась. – Что мы здесь делаем? Отсюда есть выход? - Я уже пыталась. Ключ он всегда носит с собой, запирает даже изнутри. Дом заброшен. Шестой этаж. Балконов рядом нет. Соседей – тоже. Может, у тебя есть телефон? – в темных глазах Риты зажглась надежда и тут же погасла, когда Кира покачала головой: - Села батарейка. И зарядки нет. Зачем ты здесь? Кто он? И что здесь делаю я? - Он – мой брат. Рехнувшийся Пиковый Король. Я – его сестра. А ты… Он сказал, что привел тебя, чтобы ты помогла мне. Ты – «карта»? Кира кивнула, прислушиваясь к себе со все больше возрастающим непониманием и почти ужасом. Она не может воздействовать. Просто… не может. Даже забрать раздражение своей подружки по несчастью. Словно… Словно ее заблокировали. Она не пуста, но воспользоваться своей мастью просто не может. Кира на мгновение прикрыла глаза, пытаясь взять себя в руки. Не о том думает. Масть – не главное. Не сейчас, по крайней мере. - Как тебя зовут? – спросила она и выругалась. Похоже, вместе с мастью отказали мозги – это надо было спрашивать в первую очередь. - Рита, - девушка встала с кровати. – А ты – Кира. Я слышала, как ты называла себя Ник. Кира ощутимо вздрогнула: - Ник? - Никита. Так зовут моего брата. И твоего мужа. Кира резко обернулась к ней: - Вчера я слишком много болтала? - Это все, что я слышала. - Мы… очень давно не живем с ним вместе. - Значит, этот не твой любимый? - Нет, - Кира тоже встала с кровати. – И все-таки, что здесь делаешь ты? - Живу, - с великолепно разыгранным безразличием пожала плечами Рита. Внутри у Киры плеснуло раздражение. - Можно поподробней? Рита вздохнул, сжимая пальцами виски: - Прости. Мне просто слишком страшно. Никита – мой брат. И он мною одержим. Я – «карта» в прикупе, и он хочет меня инициировать. Это если коротко. А если длинно… - она говорила не долго, но ясно и четко, выдавая только необходимую информацию. -… Вот, собственно, и все, - закончила она и как-то несмело улыбнулась. – Можешь считать меня эгоисткой, но я даже рада, что ты здесь. Я боюсь оставаться с ним одна. Я просто боюсь его. Кира нахмурилась, пытаясь переварить полученную информацию. И ей еще ее проблемы казались серьезными? Идиотка… - Нам надо выбраться отсюда, - она посмотрела свои джинсы со вздохом. Грязные, кое-где еще влажные… - У меня есть здесь одни, - Рита метнулась к шкафу, распахнула его, и Кира изумленно вскинула бровь: тот был полон самой разной и новой одежды. Поймав ее взгляд, Рита только зло усмехнулась: - Он готовился. Выбирай. Ты выше меня, но что-то тебе должно подойти. - Спасибо, - искренне отозвалась Кира, стянула с вешалки теплую тунику и развернулась к Рите. – Здесь можно принять душ? - Дверь прямо и налево. Кира кивнула и пошла в указанном направлении. Стараясь не замечать обвалившуюся плитку, небольшую лужу на полу и отсутствие какой-либо шторки вместе с зеркалом, с удовольствием приняла душ и вышла, уже чувствуя себя гораздо лучше, привычно рассортировав проблемы на «насущные» и те, которые еще могут подождать. Рита поделилась с ней теплыми носками, и Кира, пока хозяйка варила яйца в новенькой кастрюльке, осматривала квартиру. Дверь, судя по всему, этот Никита ставил новую. Как и замок на нее. Мощный, с высоким уровнем защиты и индивидуальным ключом. Кира подергала его, проверяя прочность. Выматерившись про себя, Кира принялась осматривать окна. Свободно открывающиеся - они, тем не менее, ничем помочь не могли. Прыгать с такой высоты – самоубийство. И людей вокруг действительно нет, только пустошь, да ветер гоняет обрывки газет. Кира со злостью захлопнула створки и, вернувшись на кухню, осторожно села на подозрительно шатающуюся табуретку. - Если он купил тебе одежду и позаботился о посуде, мог бы и мебель нормальную приобрести, - бросила она в сердцах, а Рита неожиданно рассмеялась. - Это следующий пункт в его программе, - захлебнулась смехом и вздохнула. – Я действительно рада, что ты здесь. Я пробыла здесь в одиночестве совсем немного, но уже начала сходить с ума. Он мой брат, но я совсем не знаю его. Иногда мне кажется, что это все тот же мой любимый Ник. Старший братик, который носил меня на плечах и таскал мне конфеты. А иногда… Я боюсь даже смотреть на него. Он раздевает меня взглядом, он меня просто хочет. И я удивляюсь, почему он до сих пор не поимел меня. - Потому что ты – его сестра. Это еще живет в нем. И он сопротивляется своей одержимости, - глухо произнесла Кира, грея ладони о кружку с каким-то чаем. - Он убивает, - тоскливо выдохнула Рита. – Для него человеческая жизнь – ничто. Он презирает обычных людей, считая их слабыми. Он наркоман. И его доза – это боль и страдание. Кира поджала губы. Иль… Ее самый большой страх – что ее любимый, ни смотря ни на что, Король сорвется однажды. И станет таким же, как Никита. Но она даже и предположить не могла, что когда-нибудь узнает, что такое спятивший Пиковый Король на самом деле. Это… страшно. - Он хочет меня инициировать, - Рита опустилась рядом с ней. – А я не хочу! Не хочу быть «картой»! - Если мы не выберемся отсюда, у тебя не будет выбора, - заметила Кира, хмурясь. – Да и добровольно не становятся Пиками, а ты станешь именно ею. Ты можешь не пережить инициацию, - лучше сказать все сразу и до конца. – Это сутки боли, Рита. Девушка кинула на нее неверящий, испуганный взгляд, а потом сжалась, свернулась в клубок, пряча полные ужаса глаза и побелевшие губы. - Я… Откуда ты знаешь?! - Мой любимый – Пика, - улыбка Киры была горькой. – Его тоже инициировал Пиковый Король. Я просто помню, каким он был. Но он – мужчина. Он знал, что его ждет. А твой брат… Он тоже знает, что ждет ТЕБЯ. Именно поэтому я здесь. - Не хочу… - отчаянно шепнула Рита. – Нам нужно выбраться отсюда, - она спрятала лицо в ладонях, выдыхая на грани слышимости. – Мне кажется, что я беременна. Кира с громким стуком поставила кружку на стол, выдыхая воздух сквозь стиснутые зубы. - Кажется или уверена? - Я не знаю!! – Рита сорвалась. Слетела с табуретки, закружилась по кухне. – Не знаю! У меня бывают задержки, а сейчас еще и стресс. Я просто чувствую! Боюсь! Если Ник узнает, он убьет меня вместе с ребенком! - Прекрати истерику! – Кира перехватила ее у стола и, не жалея, залепила пощечину, а потом просто прижала девушку к себе, поглаживая дрожащие плечи. – Успокойся. Мы что-нибудь придумаем, - она взяла в ладони ее лицо, стирая слезы со щек. – Все, не плачь. Он сам покупает продукты или ты составляешь список? - Список… - Рита улыбалась почти жалко. – И сегодня я как раз должна ему его составить. - Стол и стулья в него входят? Рита хмыкнула и отошла: - Спасибо. И прости за эту истерику. - Все в порядке. Думаю, я бы вела себя точно также. Что ты делаешь, пока его нет? - Ничего, - Рита пожала плечами и вернулась за стол. – Готовлю есть, смотрю в окно. Здесь нечем заняться. Он оставил мне бумагу и письменные принадлежности, даже краски, как ребенку. Я уже ничего не хочу. Первое время пыталась придумать, как выбраться, даже простучала все стены и пол, но… ничего. Попыталась позвать на помощь, но… Ты сама видела – людей почти нет. А те, что есть, дом обходят десятой дорогой. - Он поставил Зону Отчуждения. У тех, кто близко подходит, появляется страх и желание убраться как можно быстрее. - Значит, нам никто не поможет. - Нам нужно добыть ключ, - Кира только отмахнулась от ее слов. - Он всегда с ним. А когда Никита спит, он запирает дверь своей комнаты на замок. Снаружи его не открыть, я уже пробовала. - Его можно стукнуть сзади по голове чем-нибудь тяжелым, - предположила Кира. - Чем? – кажется, у Риты снова начиналась истерика. – Здесь нет ничего достаточно тяжелого, чтобы вырубить его. А с табуреткой за дверью не постоишь. - Должен быть какой-нибудь выход, - Кира упрямо сдвинула брови. - Ты – здесь и он может начать инициацию в любой момент, - Рита снова сжалась. – А я не уверена, что у меня будут какие-нибудь силы после… после нее. Кира вздохнула. - Надо немного отвлечься. Иначе так мы скорее загоним себя в тоску. Неси свою бумагу, будем составлять список. Рита послушно исчезла в комнате, а Кира сунулась в кухонный шкаф. Кастрюли, чашки, пара тарелок… Ножи, где ножи? Кира открыла один из ящиков, достала какую-то деревянную шкатулку. Попыталась ее открыть, но только зря сломала ноготь. - Что здесь? – она повернулась к вошедшей Рите, и та только пожала плечами. - Ножи. Он их прячет с первого дня. Тогда, когда я только оказалась здесь, попыталась… В общем, ничего не вышло. Но ножи он прячет. - А как же ты готовишь? - Он оставляет один – с закругленным концом и зазубринами. Но в последние дни он сам режет то, что нужно порезать. - Он настоящий маньяк, - зло выдохнула Кира и, отправив шкатулку обратно в ящик, с силой его задвинула. – Сейчас я бы его и сковородкой двинула. - Мне нравится эта идея. Вот только сковородки пока нет: он не любит жареное, поэтому не купил. А я… - Значит, включи ее в список, - Кира отошла к окну, что-то прикидывая про себя. – И тест на беременность. - Что? Нет!! Если он догадается… - Я решу этот вопрос, - Кира вздохнула, прижимаясь лбом к стеклу. – Пиши. - Хорошо, - Рита кивнула. – Что еще? - Список продуктов, думаю, ты сама знаешь. Он все равно стандартный. Ты просила у его книги, журналы? Ну хоть что-нибудь? Рита покачала головой: - Нет. Не люблю глянец. Да и настроения не было. Кира скользнула рассеянным взглядом по комнате, а потом попросила: - Расскажи о нем. Все, что приходит в голову. - Ну… Он властный. И сильный. Но он изменился, как только стал «картой». Раньше он был светлым, смешливым. Сейчас… Его «масть» его ненавидела. А он считал, что достоин быть Королем. И однажды им стал. Я не знаю подробностей, но говорили, что он вызвал на дуэль Иерарха. И выжег его. Долго восстанавливался сам, но когда пришел в себя, то уже был Королем. Мне кажется, что именно тогда он и слетел с катушек. - Он пытался подавить Колоду? - Да. Но та объединилась против него. - Истинный мужчина, - пробормотала Кира. В голове забрезжила какая-то мысль, но пропала, спугнутая вопросом Риты. - Тебе что-нибудь нужно? - То, что мне нужно, он все равно мне не купит, - тоскливо выдохнула Кира. – Ты извини, но я пойду, прилягу. Что-то чувствую себя не очень хорошо… - Ты голодная. - Я не хочу есть. Просто слабость, - Кира ободряюще улыбнулась и, коснувшись плеча Риты, вышла. Добралась до кровати и почти рухнула на нее, сворачиваясь в комок. Выдохнула и сердце тут же отозвалось резкой болью. Иль… Илюша, ну где ты? Она зажмурилась и… ничего. Пустота. В ней больше не осталось от него ничего. Ни ниточки, ни искорки. Только ее любовь к нему. Не докричаться до него, не дозваться. Память тут же ударила вчерашним днем, и включилось сознание. Дура… даже если бы она его дозвалась, он послал бы ее точно также. Кира сжалась. Ее будут искать. Димка, Влад. Даже если без Ильи – будут. И найдут. Значит, нужно просто потянуть время. Дверь в прихожей хлопнула, и Кира буквально слетела с кровати, не желая, чтобы этот мужчина видел ее слабой. Вчера… она просто была не в себе. …Сначала на нее обрушился его смех. Мягкий, вкрадчивый. Он пробрал ее до самых костей. А следом за ним пришла боль. Ее собственная боль. Кира тихо зарычала, закрываясь наглухо. - Я рад, что ты пришла в себя. Не люблю марионеток, - он смотрел на нее внимательно. Почти с любопытством. Словно ощупывал взглядом ее тело в одежде Риты. - А я не люблю психов, - бросила Кира, в ответ изучая его также пристально. Высок, силен. И да, безумием так и веяло от него. Вот только какое-то странное было это безумие. Слишком… контролируемое. – И я не рада, что я здесь. - Вернуть тебя твоему любовничку, чтобы он еще раз о тебя ноги вытер? – Никита прищурился. Ему начинала нравиться эта девчонка. И она умело закрывалась от него. Жаль, что у него сегодня другие планы, а то он бы позабавился с ней. Кира дернулась, а потом улыбнулась, почти оскалилась. - А, может, мне нравится? – потом, потом она подумает о том, откуда он это знает. - О, так ты только скажи. Я с удовольствием доставлю тебе это удовольствие, - осклабился Никита, а Кира почти демонстративно отвернулась. - Предпочитаю подобные игры с любимым человеком. - Колючая, - с удовольствием протянул Никита и обернулся на вышедшую из кухни Риту. – Здравствуй, родная. Рита только передернула плечами, но он, кажется, даже не обратил на ее холодность никакого внимания. - Я просил тебя составить список того, что еще нужно. - Вот он, - Рита отдала ему листок бумаги и, прошмыгнув в комнату, села на кровать поближе к Кире, словно ее присутствие ей помогало. Никита пробежал его глазами, вернулся к началу и сдвинул брови. - Тест на беременность? – его глаза сощурились, губы побелели. Рита сжалась, и Кира шагнула вперед, закрывая ее собой: если Никита только увидит ее, то все поймет сразу сам. - Это для меня. Никита вскинул голову, пару мгновений просто смотрел на нее, а потом ухмыльнулся: - Ты врешь, детка. Зачем тебе две штуки? - Для проверки, - Кира только плечами пожала. – Чтобы убедиться, что первый не врет. Никита вскинул бровь, но промолчал, изучая список дальше, и Кира выдохнула. Обошлось. Пока обошлось. Первая, крохотная, но победа. …Сначала они говорили обо всем и ни о чем. Стараясь отвлечься от тягостных мыслей, Рита рассказала о себе, о своей работе, а когда узнала, что Кира – архитектор, разговор тут же изменился. Стал оживленным, искрящимся, интересным. За ним они даже не заметили, как пролетело больше трех часов, и в замочной скважине заскрежетал ключ. Рита испуганно выдохнула, и Кира сжала ее руку. Никита вошел в комнату, почти не раздеваясь. Кинул на кровать перед Кирой пакет из аптеки и, ни слова ни говоря, вышел. Они проводили его напряженным взглядом, а потом Рита вытряхнула коробочки из пакета, отбросила его в сторону и, сжав один тест в ладони, встала. - Я быстро, пока он занят. Подстрахуешь меня? Кира только кивнула, и Рита, с нарочито громким «ты будешь долго, так что я первая», прошмыгнула в туалет и заперлась. Кира встала и неторопливо прошла следом, взяв с собой оставшийся тест на тот случай, если Никита попадется по дороге. Встала у стены рядом с дверью, постучала деликатно. - Уже иду, - напряженно отозвалась Рита, и Кира принялась изучать упаковку, надеясь, что Никита не выйдет. Все это отдавало таким… детством. И ей нужно было удержать Риту. И первой пойти самой. Хорошая мысля приходит опосля. Дверь щелкнула, и на пороге туалета появилась Рита. Бледная почти до синевы, испуганная. - Твоя очередь, - хорошо, что хоть голос звучал спокойно. Но одного взгляда в ее огромные глаза хватило, чтобы понять – результат положительный. Кира стиснула зубы, кивнула, показывая, что все поняла, и исчезла в туалете. Покосилась на тест в своей руке и отложила его на полочку. Выждала время, указанное на упаковке, потом спустила воду и вышла. Под странным взглядом Никиты прошла в комнату и опустилась на кровать рядом с Ритой. - Успокойся, - тихо шепнула она девушке, находя и сжимая ее пальцы. - Я… - Ты обманула меня, детка? – Никита темной тенью появился на пороге комнаты. – Вы обманули меня? – его голос был мягким, вкрадчивым, но Кира невольно содрогнулась. - Ты параноик? Детка, - Кира встретила его взгляд прямо, хотя внутри все переворачивалось. - Ты не проверила результат, - Никита вошел в комнату, как большой хищник. - Мне это не нужно, - Кира напряглась, выругавшись про себя. - Я хочу убедиться. Повторишь процедуру? Рита рядом охнула, но Никита смотрел только на Киру. - Детка? - Не собираюсь выполнять твои прихоти. За «золотым дождем» - по другому адресу, - выдохнула Кира, отворачиваясь, чувствуя, как ее загнали в ловушку. - Я так и понял, тест был нужен не тебе, - Никита медленно повернулся к замершей Рите. – А тебе, - от лица мгновенно отхлынула кровь, глаза затлели от просыпающегося бешенства. – Так ты ребеночка ждешь, хорошая моя? От этого ублюдка? – по комнате словно прошелся сквозняк. Черный, тяжелый. Рита вскрикнула, падая на кровать и сжимаясь. Кира зарычала про себя и вскочила. - Прекрати ты, урод! Это мой тест! - Так в чем проблема, детка? Повтори. Для меня. Кира кинула на сотрясающуюся от плача Риту и решительно шагнула к нему. - Повторю! – толкнула со всей силы, только бы отвлечь. – Только оставь ее в покое! Никита склонился в шутовском поклоне: - После вас, миледи. Рита застонала на постели, и Кира, вскинув голову и развернув плечи, направилась в туалет, лихорадочно пытаясь придумать выход. - Ты же знаешь, что он не дает стопроцентного результата? – попробовала она зайти издалека. - Я много что знаю, - почти грубо подтолкнул ее Никита. Вошел следом, взял лежащую коробочку, вытряхнул из нее тест и сунул Кире. - Приступай. - Выйди, - ледяным тоном произнесла Кира, чувствуя, как неумолимо краснеет. Так ее еще никто не унижал. - Я здесь постою. И даже отвернусь, - Никита осклабился, шагнул в коридор и прислонился к косяку, с нарочитым интересом разглядывая узор обшарпанных обоев. Кира сморгнула выступившие от стыда и ярости слезы, зажмурилась, сама себе обещая, что за это унижение она будет мучить его долго, очень долго. Рвать на ленточки и резать на полоски. - Вот видишь, а ты боялась, - Никита повернулся, как только она закончила и привела себя в порядок. – И что там у нас? - Выпусти, - Кира ударила кулачком в его плечо, пряча пылающее лицо, но Никита стоял, как скала. - Не раньше, чем узнаю результат, детка, - рассеянно отозвался тот. – О… Как мило… Наверное, стоит заглянуть к Илюше и поздравить его с тем, что он скоро станет папочкой? – смех Никиты был почти счастливым. Не веря своим ушам, Кира дернулась, повернулась и отчаянно застонала про себя, глядя на две полоски… …Она кричала. Отчаянно, оглушительно, захлебываясь воздухом и слезами. Билась на кровати, глядя на все вокруг мутным, обезумевшим взглядом. А потом, когда он оставлял ее в покое, дрожала в руках Киры, и шептала, шептала, цепляясь за ее плечи: - Убей… Убей меня, убей… Не могу… Убей. А Кира только стирала с впалых щек слезы и баюкала ее в своих руках, прижимая к себе. Она не может воздействовать, не может даже забрать ее боль себе. Только говорить и говорить. - Это не твоя боль. Это фантом, слышишь? Иллюзия. Реалистичная, но всего лишь иллюзия. И, наверное, какое-то время Рита в это даже верила. А потом приходил Никита, и все начиналось сначала. И Кира, не в силах этому помешать, только сжималась в комок, слушая крики Риты. Иль, Илюша… Он был так нежен с ней. А она-то думала, что это ей было больно. Кира перевернулась на спину и устремила взгляд в потрескавшийся потолок. Глубокая ночь, а она не может сомкнуть глаз. Рядом во сне вздохнула Рита, прижалась к плечу, и Кира грустно улыбнулась. Погладила живот, словно пытаясь внушить крохотной жизни внутри нее, что все хорошо. Ребенок. Ее ребенок. Ее малыш. Кира вздохнула и закрыла глаза. Идея, пришедшая ей в голову пару дней назад, была безумной. Но ей было все равно. Пожалуй, сейчас самое время попробовать… Мысленно пожелав себе удачи, Кира немного расслабилась и словно ухнула в себя. Она помнила, хоть и смутно, как в то время, пока она была Пиковой Дамой, в ней был кто-то еще. Кто-то, кто был ей так нужен сейчас. Марк. Его след она нашла почти сразу. Он был, как отброшенная за ненадобностью в угол веревка, конец которой Кира просто потянула на себя. Тонкая ниточка дрогнула и вдруг зазвенела, задергалась, силясь вырваться. Но Кира только сильнее сжала ее. Сконцентрировалась, и кинула туда, на ту ее сторону картинки-фотографии двора. Заброшенный массив, пустынный двор. Нить замерла, жадно впитывая информацию, и Кира про себя рассмеялась. Глотай наживку, дурачок, приятного аппетита… Она отпустила ниточку резко и сразу, не дав Трефовому Королю подобраться к ней и ее сознанию слишком близко. Открыла глаза, села в кровати, судорожно дыша, а потом опустилась обратно на подушку, улыбаясь. Осталось дождаться завтрашнего дня. …Марк приехал ровно в двенадцать дня. Его черный «Мерседес» представительского класса в сопровождении трех машин появился перед домом, как раз когда Никита собирался приступить к очередному этапу инициации. Но, почувствовав вторжение чужаков в его Зону отчуждения, оказался у окна в мгновение. И в ту же секунду Кира ощутила, как ее осторожно касаются. Словно холодные скользкие пальцы-щупальца, пытались проникнуть в ее сознание, а заодно и тех, кто рядом. Кира хмыкнул и на мгновение открылась, позволяя Марку убедиться, что это не обман. И она действительно здесь. Она и еще двое человек, один из которых – спятившая Пика. - Кто это? – тоже почувствовав осторожно изучение, спросил Никита, темня лицом. Судя по всему, Треф он не особо жаловал. - Марк, - Кира повернулась к нему. – Король Треф Москвы. - Это ты его позвала? – ледяные пальцы сжали ее предплечье, и Кира дернулась в сторону. - Он сам меня нашел. Слишком сильно мечтает прикончить меня. Ты можешь с ним поладить. Он такой же псих, как и ты, - почти выплюнула Кира, отодвигаясь от него. - Поладить, говоришь? – темные глаза Никита сузились, прояснились. – Ну что ж… посмотрим, - он резко развернулся и направился к входной двери, по дороге почти затолкав вышедшую Риту обратно в комнату. – Сиди здесь и не высовывайся, - отпер замок, вернул ключ на место и широко распахнул дверь, встречая гостя. Кира выдохнула, концентрируясь, и отвернулась. Марка ждет сюрприз… Впрочем, Никиту тоже. Забавно будет послушать их разговор. Но разговаривать они не стали. Марк ударил сразу, и Никита дернулся, отшатнулся, хватаясь за горло, словно пытаясь содрать с себя невидимые пальцы. В прихожей плеснуло чем-то темным и рассыпалось. Кира метнулась к шкафу, дернула на себя ящик, вываливая на пол содержимое. Схватила длинную вилку и замерла у стены, тяжело дыша. Где-то в комнате закричала Рита, а в следующую секунду ударил Никита. Болью. Чудовищной, невыносимой. Марк застонал, падая на колени и подметая своим дорогущим плащом пыль. Прижал руки к груди, вскинул взгляд, и Никита захрипел, бестолково замолотил руками воздух. Кира только судорожно вздохнула, чувствуя, как отзывается внутри нее «масть» на эту чудовищную энергию, что была разлита вокруг. Бьется, силясь вырваться наружу. Кира закричала, буквально стекая на пол, когда ей показалось, что ее вскрыли изнутри. Выгнулась, беспомощно царапая линолеум, а потом вдруг вскинулась, почти зарычала и потянула в себя беснующуюся силу. Как голодный вампир собрала все до капли и набросилась на застывших изваяниями мужчин. Один взмах ресниц, и все закончено. Последнее, что она видела – это смотрящую на нее с ужасом Риту… - Всплеск! Господибожемой!!! Всплеск! Это Пики, Влад! Это Никита, мамой клянусь!!! Влад вскинул взгляд на вломившегося в кабинет «контролера» и вскочил, подхватывая куртку. Он чувствовал странную нервозность коллеги и гул, рябью расходящийся в стороны. Это давило, шумело, звенело, это билось в висках чудовищным напряжением. Теперь он и сам чувствовал: это Никита. Спятившая Пика. Это он. Пустота внутри вспухла тонким мыльным пузырем, предвкушая очередную порцию чужого следа, темных эмоций. - Влад, - в кабинет вломился Макар. Проходной двор, а не кабинет, честное слово. Они бы еще пинком дверь вышибали! – Влад, аналитики божатся, что там драка! Трефа работает. Маринку на изнанку выворачивает, а ты знаешь, так всегда, когда работают Трефы. - Бегом, Макар, бегом!!! Бригаду выслали? Он успел выхватить из ящика стола пистолет, сунуть его в карман куртки и в следующий момент они с напарником уже мчались к лифтам. Мелькнул и истаял образ Алисы. Нет, рыжую нельзя туда. Там Короли. А в том, что на встречу Никите мог выйти Марк, Влад почти не сомневался. Только Трефовый мог ТАК рискнуть. Только ради чего? Он настолько ненавидит Киру? - Уже в пути, ты же знаешь, приоритетное дело, мы сдернули ближайшую к месту, они уже должны быть там. Они буквально слетели вниз, ворвались в гараж, мгновенно оккупировав оперативную машину. Приоритетное дело и у обоих допуск и еще куча разных разрешений. Ужас окатил жаркой волной позже, когда они с мигалками и под вой сирен неслись по улицам, а в стороны шарахались гражданские автомобили. А что если Кира там? Кира, Дама Пик? Что если она беспомощна и не может уйти? Если сейчас ее возьмет оперативная группа? Ее прочтут, снимут слепок, ее увезут в обезьянник, выжгут! - Быстрее, черт, быстрее!!! Навигатор уверенно вел их улицами, уводя из тянучек и пробок, рекомендуя, где и как лучше срезать, чтобы добраться быстрее. Еще быстрее. - Ненавижу Москву, - сквозь зубы матерился Макар. - У тебя начали проявляться эмоции? – вскинул бровь Влад. - О, а ты, кажется, научился шутить, - не остался в долгу оперативник и, лихо вывернув руль, вырвался на свободную дорогу. Сто. Сто двадцать. Сто пятьдесят. Если их занесет – костей не соберут, а тела придется опознавать по заборам крови и анализу ДНК. И будет как у Цоя: группа крови на рукаве. И номер на пятке. Если пятка, конечно, уцелеет... Дома… хрущобы видишь? Их под снос планировали, нам туда… …Бригада уже была на месте и вовсю разворачивала оцепление. Из подъезда на каталке вывозили кого-то и Влад метнулся вперед, боясь увидеть самое страшное. Но на каталке была не Кира. Девушка. Та самая, с фотографии. Рита, сестра Никиты. Она была без сознания. Ястребов аккуратно сжал ее пальцы. Ничего. Девушка была абсолютно пуста. Пробежка по лестничным пролетам. Такой ощутимый след. Трефовый след. Здесь совершенно точно побывал Марк. Чудовищный по своей мощности всплеск. Ненависть, отвращение, боль, страх, отчаяние, желание смерти… столько всего! Влад почувствовал, что начинает задыхаться от кипевших здесь эмоций. Отчаянно хотелось рвануть на горле воротник куртки, выйти на улицу и дышать, дышать полной грудью. Чтобы не клубился в горле крик, чтобы не раздувалась изнутри жадная утроба пустоты, насыщаясь безумной кашей чужих эмоций. Их было двое. И оба были абсолютно и бесповоротно пусты. И Влад знал, КТО настолько быстро и настолько эффективно лишил их энергии, а вместе с нею и Номинала с Мастью. Дама Пик. Здесь была Кира. Одним из обнаруженных мужчин был Никита. Ему скрутили руки за спиной и надели наручники, и Влад долго вглядывался в его лицо, борясь с желанием ударить. Разбить красивое лицо, утратившее даже намек на присутствие разума. С уголка красивых некогда губ стекала ниточка слюны, густо сдобренная кровью. Плачевное состояние и заслуженный конец для того, кто еще пару часов назад доводил до исступления всех без исключения сотрудников Особого следственного департамента Москвы. Он отошел, засовывая руки в карманы. Не хватало только выдать себя, не сдержав порыва. Вторым был Марк. В отличие от бывшего «коллеги», чисто внешне он пострадал сильнее. Ссадины на некогда красивом лице, искусанные, практически изгрызенные губы. Должно быть, ему было очень больно, раз уж он пытался перебить фантомную боль болью физической. И опять-таки, в отличие от Никиты, Марк был в сознании. По крайней мере, так казалось. Влад раскрылся, пытаясь понять, что же все-таки здесь произошло, и застонал, мгновенно согнувшись, от хлынувшей в него боли. - Инициация, - кто-то погладил его по спине и сунул в руку пару резиновых перчаток. Хорошо, что он за дверной косяк не схватился. Оставил бы комплект собственных пальчиков. – Здесь начинали Пиковую инициацию. Мы не чувствовали, потому что он, скорее всего, задействовал зону отчуждения и был предельно осторожен. Здесь не так много жителей, что бы кто-то что-то почувствовал, к тому же иммунных рядом нет. - Девушка пуста, - откликнулся один из оперативников. - Знаю, потому у него ни черта и не вышло, иначе имели бы на руках Высшую Пику. Он тут как минимум суток полутора шаманил. - Здесь была еще одна «карта», - мрачно проронил Макар, и Влад поморщился. Почуял-таки, хоть и много слабее его. Да. Киру невозможно не почувствовать. – Номинал понять не могу. Точно Пика. Точно кто-то из Высших. Номинал… - Недавно инициированная, - бросил Ястребов, точно отметая всякие сомнения. – С такими в Номиналах потеряешься. Учитель фонит, «карта» в рост идет, а ты как идиот сидишь и пасьянсы раскладываешь. - Тебе виднее, - хмуро процедил Макар. – Этот хмырь здесь основательно окопался. Девчонка сама не сбежала бы. Киры не было. И она снова вытянула Масть из двоих Высших. И одной неинициированной девчонки, Высшей в Прикупе. - Здесь была еще один человек. Женщина. Кто-нибудь видел здесь женщину? - Влад, когда мы прибыли, здесь были только эти. И Маргарита. Влад яростно мотнул головой. - Они бы ушли, понимаешь? Двери настежь, беги на все четыре стороны, но они валялись здесь. - Во дворе следы протекторов автомобильных. Вношу в протокол. Слепки уже сняли. - Спасибо, сержант, - кивнул Макар парню. – Отсюда кто-то уехал. Или кого-то увезли. - Но почему не прихватили с собой остальных? – недоуменно выгнул бровь стажер. - Возможно потому, что они пусты и не представляют интереса. Или угрозы, - Ястребов подхватил под руку Марка. На бывшего Короля Треф сноровисто надели наручники, и готовились уводить. – Я сам. Спускаться по ступенькам со слабоадекватным человеком – тяжело. Особенно когда на кончике языка вертятся вопросы, задавать которые при всех он не имел права. Тремя пролетами ниже он все-таки с силой приложил Марка спиной о стену и зло зашептал, глядя ему прямо в глаза: - Ты знал, что он из себя представляет! Он же спятил. Он безумец, убийца!!! Зачем, Марк? - Зачем? – Марк улыбнулся. Разорванные в лохмотья губы раздвинулись, выдавая тихий голос, почти шипение. – Я хотел предложить ему объединиться. Против вас. Вас всех, - темные глаза сверкнули, а в следующую секунду потухли, спрятанные под густыми опустившимися ресницами. - Где Кира? Что вы с ней сделали?! Марк не ответил. Крупицы разума оставили его, и перед Владом теперь стояла только марионетка. Абсолютно пустая сумасшедшая кукла, меньше часа назад еще бывшая человеком. Королем Треф столичной Колоды.