Зачем я подчинил Россию?

Альфред вернулся домой ближе к вечеру и сразу же побежал на кухню, где его уже ждал Литва. Торис, как всегда, возился у плиты. Америка настолько привык к этому, что даже разучился готовить и убирать самостоятельно. Но сегодня Литва выглядел особенно уставшим и подавленным. Он даже не заметил, как Альфред залетел в помещение, чуть не снеся полкухни. — Литва! — позвал Америка, так и не дождавшись его внимания. Литовец дернулся и резко повернулся, чуть не задев черпаком его голову и успев облить супом. Альфреда спасли лишь очки. — Ой, извините, — сразу спохватился Торис и начал снимать с очков макароны, параллельно вытирая американца полотенцем. — Подождите минутку, я уже заканчиваю, — сказал он, возвращаясь к своим делам. — Хорошо, — ответил Альфред, садясь за стол, но тут же вспомнил об идее, которая посетила его на обратном пути от Англии. – Литва, ты ведь мне поможешь приготовиться к вечеринке? — Вечеринке? А по какому случаю? Я еще не все праздники запомнил, — спохватился Литва, вспоминая, какой сегодня день. Он уже привык к тому, что у России в любой момент мог начаться праздник с транспарантами и выступлениями, обязательно оканчивающийся глубокой ночью под столом. — Как по какому случаю? Мы будем праздновать мою героическую победу! Я хочу собрать как можно больше стран, — Америка размахивал руками, пытаясь показать, что он собирается устроить, а Литва молча наблюдал за ним, разливая по тарелкам злополучный суп. — Ну как тебе идея? Правда, грандиозно? — Да, только я не думаю, что успею со всем справиться… — Я верю в тебя и это главное! — Америка опустил свою тяжелую руку ему на плечо, от чего тот чуть не согнулся пополам. — А сколько будет гостей? — наконец спросил Торис, все больше волнуясь и предчувствуя неладное. — Точно, надо составить список! — Америка влил в себя тарелку супа и скрылся в дверном проеме. Литва проводил его взглядом и продолжил ставить на стол остальные блюда. Америка вернулся очень быстро. В руках он держал смятый лист бумаги. Похоже, Альфред уже пытался его выбросить, если не достал из мусорной корзины. Он всучил листок в руки Торису, а сам принялся за ужин. Торис несколько секунд не решался в него заглядывать, но потом приоткрыл один глаз и пробежался по списку. Литовец в ужасе остановил взгляд на одном имени, но все же дочитал список, потом снова прошелся по нему и спросил: — А вы точно нигде не ошиблись? — Конечно, нет! Хотя раз ты так говоришь, то Англию все же можно оставить. — Хорошо, конечно, но я имел в виду Россию. — Точно, совсем из головы вылетело. — Литва облегченно вздохнул, но зря. — Он же не пьет. — К…к-как, не п…п-пье…т? — заикаясь спросил он. — Ну, он обещал мне больше не пить… Надо что-то для него придумать, — Альфред поднял голову над миской с задумчивым видом. У Ториса уже начинался нервный тик: «Иван не пьет!!! Как Америка смог его уговорить? Он что, просил Англию его загипнотизировать или закодировать?» — А, точно! Какое его любимое пиво? — Балтика, вроде… — Тогда привези ему пару бутылок безалкогольного. Литва нервно кивнул, уже представляя, что будет завтра.