Красная роза

      Алекс все еще спит, а Дженнифер никак не возвращается. Время поджимает. Я знаю, что через час уже буду мертва, знаю, что Элла скоро придет за мной, и когда этот момент настанет, меня ничто не спасет.       - Я ухожу, – приходится разбудить Алекс именно этими словами, и девушка сонно и непонятливо смотрит на меня.       - Куда? – сонным голосом спрашивает подруга.       - Не знаю. Но здесь я больше не останусь, – это чистая правда, и, возможно, самая чистая правда из всего, что я говорила Алекс за последние недели моего пребывания в Северном лагере.       - В смысле? Куда ты собралась? – в ее голосе слышится страх.       - Мне здесь не место, Алекс. Я не могу так жить.       - Но куда ты пойдешь? Здесь твой дом. Здесь жили твои родители. Здесь живу я и Дженнифер, неужели тебе этого мало? Ты не можешь меня оставить.       - Я пришла, чтобы попрощаться. Не нужно из этого делать скандал, – я тяжело выдыхаю и с сожалением замечаю, что Алекс даже не пытается меня понять. Она свято верит, что в Северном лагере все хорошо, что это самый настоящий Рай.       - Я не делаю, просто… не понимаю.       - Тебе и не нужно. Это мое решение.       - А Дженнифер? Она знает?       - Я хочу, чтобы ты сама ей сказала, когда меня уже не будет.       Я бы сама ей рассказала, но не могу. Я не могу больше свободно разгуливать по Северному лагерю, не могу больше смотреть в глаза Алекс, ведь даже сейчас я скрываю от нее правду.       - Но тебе не выжить. Там, среди людей… тебя просто-напросто убьют.       - Пусть даже так, здесь я не останусь. – Лицо Алекс искажается и становится совсем детским и грустным, поэтому я смягчаюсь:       - Послушай, я могу за себя постоять, ты же знаешь. Тем более, я люблю людей и ненавижу кровопийц.       - Но, как не крути, ты – кровопийца, – она смотрит на меня, как на безумную, словно я не права.       - И все же, я не могу жить с убийцами. Сама ведь я не убиваю…       - Жить с убийцами?! – возмутилась она. – Ты живешь со мной и с Дженнифер. По-твоему, мы - убийцы?       - Я не то хотела сказать, – я устало качаю головой. – Все здесь убийцы. Даже твоя тетя, Вероника и Миранда. Я не могу смотреть на то, как мои друзья едят людей.       - Люди убивают нас.       - Мы убиваем их.       - Люди жестокие, – не унимается Алекс.       - Мы не лучше.       - Они убили мою мать.       - А твоя мать, возможно, убила десятки людей. Мы убиваем их в гораздо большем количестве, чем они нас.       - Сейчас, но не раньше. Мы защищаемся. Элла все мне рассказала, и я теперь понимаю, что она права. Ты смотришь на нашу проблему однобоко, ты не видишь картину в целом.       - Ох! – я быстро встала. Злость и раздражение кипели во мне. – Картину в целом я все еще могу видеть, Алекс. Кажется, Элла здорово промыла тебе мозги.       - Это я так решила. Ты бы тоже согласилась, если бы услышала ее историю…       - Это вряд ли. Я думала, ты понимаешь меня… - я тяжело вздохнула. – Ладно, не бери в голову. Удачи тебе, – я выдавила улыбку и, едва не плача, поспешила уйти.