Забытый всеми

Регина зачерпнула ладонями немного прохладной воды и брызнула ею себе на лицо, пробежавшая по поверхности реки рябь до неузнаваемости исказила отражение королевы. Произошедшее прошлой ночью казалось фантастическим сном, и если бы не следы на теле, которые бросались в глаза, Регина бы ни за что не поверила, что это случилось на самом деле. Она проснулась в мужских объятиях. Впервые в жизни. Едва открыв глаза, она сразу почувствовала новые, незнакомые ранее ощущения. Ей было спокойно. Комфортно. Уютно. Ей было хорошо. Вплоть до того момента, пока в сознании не стала формироваться мысль о том, что они сделали. Аккуратно, чтобы не разбудить Робина, она высвободилась из его крепкой хватки и стыдливо сбежала подальше, пока он не проснулся. И сейчас, сидя у кромки воды, королева пыталась собрать воедино хаотично разбегающиеся мысли и выстроить примерную модель своего дальнейшего поведения. Она практически не сомневалась, что эта ночь для Робина – всего лишь разовый и ничего не значащий эпизод, которых, несомненно, в его жизни были десятки. Факт обладания злой королевой наверняка тешил его самолюбие, и сейчас Регина злилась на себя и свою слабость, с которой она не смогла совладать. Она хотела его. По-настоящему. Отпираться и врать себе бессмысленно, от одних воспоминаний о его сильных руках и страстных поцелуях даже сейчас бросает в жар. Она хотела его, и это чувство постепенно произрастало в ней ещё задолго до того, как они оказались в этом мире. Она хотела его и, возможно, не отдавала себе в этом отчёт. До вчерашней ночи. Когда весь самоконтроль был послан к далёким чертям, а стена, которую она так старательно вокруг себя возводила, рухнула в одно мгновение. Не в тот момент, когда она ответила на его поцелуй, нет. Тогда, когда она решилась обнажить перед этим мужчиной свою душу. Это произошло само собой, легко, безболезненно и незаметно, она рассказывала ему такие вещи, о которых не говорила никому. И, вопреки своим ожиданиям, видела в его глазах не отвращение и презрение, а искреннее сочувствие и участие. Рассказывая Робину о своих чувствах, она словно делилась с ним грузом, который столько времени камнем лежал на её душе. Не задумываясь о том, уместна ли, правильна ли эта внезапная исповедь, без страха, без смущения, без неловкости. До определённого момента. От мыслей о том, что произошло после, по коже Регины пробежали мурашки. Она не была из тех женщин, которые считали секс чем-то постыдным, он всегда был для неё лишь способом удовлетворения физиологических потребностей. Но то, что она испытала этой ночью, не шло ни в какое сравнение со всем её предыдущим опытом. Это была настоящая феерия красок, чувств, эмоций, они балансировали на грани пропасти и вместе в эту пропасть сорвались. Всё было так естественно, логично, так правильно – идеальное совпадение мужчины и женщины. Абсолютная гармония. И полнейший раздрай после. Как себя вести и что делать теперь, Регина не представляла. Как и не могла представить себе реакцию Робина на прошедшую ночь. Вчера ей казалось, что происходящее между ними обуславливалось чем-то большим, чем просто физическое влечение. Сейчас она не была в этом уверена. Регина сжала руками виски, сейчас ей бы не помешали таблетки от головной боли. Глядя на всё свежим взглядом, она всё больше убеждала себя, что новые, неизвестные ранее чувства, смутно походившие на эмоциональную привязанность, сумели её обмануть. Экстремальные обстоятельства, моральное истощение, усталость, расшатанные нервы и ещё бог знает что – вот причины их поведения. Не более того. Логично. Правильно. Грустно. На какую-то долю секунды Регине захотелось, чтобы всё было иначе. Отогнала от себя нелепые мысли. Она, вопреки своей сущности, сможет быть великодушной и избавит Робина от неумелых объяснений или, что ещё хуже, извинений. Только не по отношению к ней, к королеве. Ей ничего не нужно. Она ничего не ждёт. Она отнесётся к этому так же, как и разбойник. Последний раз взглянув на своё отражение, Регина поднялась на ноги и отправилась обратно. *** Проснувшись от слепящих солнечных лучей, нагло и безнаказанно светящих ему в глаза, Робин инстинктивно шарит правой рукой рядом с собой. Пусто. Резко открыв глаза, он садится и оглядывается вокруг. Костёр давно потух, Регины нигде не видно, а о том, что случилось ночью, напоминают лишь смятые одеяла, на которых лежал мужчина. Стараясь не обращать внимания на нехорошее предчувствие, разрастающееся в груди, он поднимается на ноги и натягивает штаны. Ушла. А чего он хотел? Проснуться в объятиях злой королевы? Увидеть её, спящую на его груди? Вдыхать запах её волос и разбудить её нежным поцелуем? Чуть не смеётся от нелепости представленной картины, словно выхваченной из дешёвой мелодрамы. Чуть не сердится на себя за мелькнувшую глупую мысль о том, что, возможно, чего-то подобного он и хотел. Всё произошло так быстро и стремительно, что Робин сам не отдавал себе отчёт, что двигало им в тот момент, когда он набросился на Регину с поцелуем. Это была не искусственная попытка успокоить, не способ прекратить начинающуюся истерику, не просто желание, аккумулировавшееся в нём столько времени. Это был совершенно искренний порыв, причину которого Робин не знал. Или не хотел знать. Они знакомы чуть меньше месяца. Они виделись всего несколько раз. Они неразрывно вместе всего три дня. Здравый смысл кричит - он не может чувствовать привязанность к этой женщине. Что-то внутри упрямо с ним не соглашается. Впервые Робин чувствует, что упускает что-то важное… какой-то момент, который является определяющим в их отношениях. Словно что-то теряет из виду… Словно что-то забыл… - Доброе утро. Резко оборачивается. Видит её. Собранную. Отстранённую. Незнакомую. Он не мастак говорить красивые слова, но сейчас важно донести… объяснить… - Послушай… - Я сама. – Металлические нотки в голосе неприятно режут слух. – Можешь не беспокоиться, всё в порядке. Я не буду говорить, что мы совершили ошибку, это не совсем так. Мне было хорошо с тобой, с этим не поспоришь. Но эта ночь… - Робин не успевает заметить тень, пробежавшую по женскому лицу и мгновенно скрывшуюся. - Предлагаю просто обо всём забыть. Это всё ничего не значит, поэтому сделаем вид, что этого не было. Вот так. В нескольких словах она показала Робину всю нелепость и глупость его переживаний. Ничего не значит. Для неё это ничего не значит. А он, дурак, уже решил… Просто обо всём забыть. Легко. - Прекрасно. – Робин перенял королевские механические интонации. – Именно это я и хотел предложить. Глупая ложь в попытке уколоть женщину, которой на это наплевать… *** Регина выговаривала отрепетированный текст с поразительной старательностью. Она может собой гордиться. Никакой неловкости, смущения или страха. Чётко. Ясно. По-королевски. На секунду показалось, что Робин ждал услышать вовсе не это. На долю секунды решила, что её слова его задели. Глупости. Всё правильно. Всё так, как должно быть. Слабое фиолетовое свечение в гуще деревьев отвлекло внимание Регины от созерцания мужчины, который молча натягивал рубашку. Подойдя ближе, она скорее интуитивно, чем визуально поняла, что происходит. Чувствовала, как он подошёл сзади. Ощущала его дыхание за своей спиной. Равнодушно взирала на происходящее, словно это было ожидаемо. Словно ей было всё равно. Практически не удивилась, когда увидела Эмму, вышедшую из тёмной разрастающейся дыры. - Слава Богу, получилось! Скорее, возвращаемся! Они не смогут удерживать её долго. Блондинка сделала шаг назад, а они продолжали стоять, не двигаясь. Свон замерла в недоумении. - Ребята, это я, правда! Быстрее, идите за мной. Он вот-вот закроется. Регина первой сделала шаг. Ещё один. Уже у самого портала оглянулась. Робин продолжал стоять на месте. - Пойдём. Нам нужно обратно. Ещё один шаг. Мгновение, и она уже находится в квартире Прекрасных. Обшарпанные белые стены, валяющиеся тут и там детские игрушки. Обеспокоенные лица. От нехорошего предчувствия стало не по себе. Оглянулась. Его не было. Внутри что-то неприятно сжалось. - Мам, ты вернулась! Генри подлетел к Регине, чуть не сбив её с ног. Машинально обнимая сына, она продолжала неотрывно следить за начинающей сужаться дырой. Прекрасные что-то монотонно щебетали. Голоса доносились, словно откуда-то издали. Секунда. Две. Подавила вздох облегчения, когда он вышел. Увидел её и тут же отвёл взгляд. Это словно отрезвило Регину. Отвернулась. - Мы сразу поняли, что что-то случилось! Это всё Румпель, если бы он не помог, мы бы долго тебя искали. А как вы? Всё в порядке? Где вы были, что на тебе надето? Что вообще произошло? От трескотни Мэри-Маргаретт снова начинала болеть голова. Прижимая к себе сына, Регина мысленно мечтала лишь о том, чтобы оказаться сейчас у себя дома, в одиночестве. - Думаю, королева сама вам всё расскажет. Спасибо за то, что вернули нас домой. Робин, глядя прямо перед собой, направился к выходу. Регина смотрела ему вслед до тех пор, пока за ним не закрылась дверь.