АлекСандра

Джейн Их слишком много. Вампиров, что с каждой секундой окружают меня все плотнее. Если вспомнить, то их всегда было немало, только я этого не замечала. Ведь я была в безопасности с того самого момента, как перестала быть человеком. Безопасность была для меня нормой. До этого момента. Что чувствует человек, когда осознает, что ему остаются считанные секунды? О чем он думает перед смертью? А вампир? Подобные вопросы меня никогда не заботили, хотя однажды я была уверена в том, что умираю. Много лет назад, когда все мое тело было охвачено невыносимой обжигающей болью, и я думала, что уже в аду. Тогда единственной моей мыслью было: «За что?!». Но даже в самый мучительный момент моей жизни, когда я горела заживо от яда вампира, он был рядом. Он всегда был со мной. Джейн и Алек. Брат и сестра. Всегда вместе, никогда поодиночке. Это тоже было для меня нормой. Нет, скорее даже законом. До этой минуты. Слишком поздно. Сейчас уже нет смысла рассуждать о том, как и почему это случилось. Просто он больше не рядом. И поэтому я сейчас умру. Мы были такими жалкими, будучи людьми. Мы стали непобедимы, обратившись в вампиров. Благодаря своим неповторимым талантам, мы заслужили известность среди нам подобных. «Колдовская двойня», «Жемчужины коллекции Аро» - так нас окрестили и враги, и союзники. Нас боялись и те, и другие. Но мы оставались такими только вместе, когда я заставляла одного преступника корчиться от боли, а Алек лишал чувств остальных. Одна я оказалась беззащитной. И пока я мучила одного единственного вампира, а Феликс и Сантьяго отбивались от еще нескольких, другие наступали на меня. Я никогда не училась сражаться, а Вольтури не привыкли меня прикрывать – это было заботой моего брата. Неужели Аро настолько уверен во мне, что не понимал этого, посылая меня усмирять клан вампиров? Я в ловушке. Я отпускаю свою жертву, понимая, что больше в моем даре нет смысла. Я прикрываю глаза и невольно сжимаюсь, ожидая боли, которая непременно наступит. А может, я ничего не почувствую. «Какая ирония», - сказал бы Алек в своей обычной манере, - «Забавно, что та, которая равнодушно причиняет боль другим уже много лет, сама ее так страшится». И я бы не разозлилась. Я и сейчас его не ненавижу. Просто так вышло, а вопреки подавляющему мнению, «бессмертные» тоже умирают. Если для вампира существует загробная жизнь, значит, я буду любить его вечно. Сандра Эта скорость… Невероятна. Хотя я не совсем уверена, что даже это слово подходит. Она просто перечеркивает всякие человеческие представления о сверхскорости. Все предметы, мимо которых мы пролетаем, сливаются, образуя единый разноцветный вихрь, и только зрение вампира позволяет выявить в этом потоке отдельные части, успеть разглядеть человека, дерево или дом перед тем, как унестись дальше. Даже не знаю, как долго Рэндал несется со мной на спине. Я поражена тем, что при такой скорости я все еще могу рассмотреть мельчайшие детали предметов, словно кто-то очерчивает их контуры невидимой кистью специально для меня. На время я вовсе забываю о том, что меня похитили. Вампир неожиданно останавливается и бесцеремонно стряхивает меня со спины. По старой человеческой привычке я ожидаю тошноты или обморока. Разумеется, со мной не происходит ни того, ни другого. Я понятия не имею, в какой части страны мы находимся. Сейчас мы на краю какого-то леса в нескольких метрах от незнакомого мне двухэтажного дома. Он кажется мне вполне милым, но я сильно сомневаюсь, что кто-нибудь из Вольтури поселился бы здесь. - Почему на тебя не действует мой дар? – Спрашиваю я, пока вампир за руку волочит меня к дому. - Моя способность – не испытывать воздействия от способностей других вампиров. Никакой вампирский дар мне не указ. – Хвастливо отвечает Рэндал. Должно быть, Вольтури его очень ценят. Но разве он не опасен для них? Ведь ему не сможет причинить боль Джейн, его мысли никогда не услышит Аро. Чем они тогда его запугивают? - Чей это дом? - Разве я позволил задавать вопросы? Мы заходим внутрь и останавливаемся посреди сумрачной комнаты. У окна в тени стоит еще один вампир. Его запах кажется мне знакомым, но я так и не научилась их различать. Здесь мой похититель меня отпускает и вальяжно разваливается на диване. Изнутри дом кажется заброшенным. Облезлые стены, пыль (я изо всех сил стараюсь не отвлекаться на каждую пылинку, пролетающую мимо меня), да и вся мебель – этот довольно потрепанный диван, письменный стол, пара стульев и старенький телевизор. Однако на окнах висят и тюлевые занавески, и плотные тяжелые шторы. От них не веет всеобщей затхлостью этого дома, напротив, они еще совсем недавно были в магазине. Значит, кто бы ни был хозяином, ему очень важно держать окна закрытыми от любопытных глаз. Пока я осматриваюсь, никто не произносит ни слова. Тогда я решаюсь нарушить молчание: - Вы собираетесь доставить меня к Вольтури? Так вот, я никуда не поеду. А если повезете насильно, то снова сбегу, и вы только время потеряете. Так и передайте своему боссу. – Слова льются из меня свободным потоком. Мне удается сохранять спокойный тон: после сегодняшних потрясений я не чувствую ни капли страха, и даже инстинкт самосохранения отказывает мне. - Без проблем, Сандра, уже звоню Аро. – Раздается смех Рэндала с дивана. – Хотя, думаю, не стоит беспокоить его такими пустяками. Пожалуй, пошлю sms-ку. - Хватит дурачиться. – Вяло осаждает его вампир, стоящий у окна. В его голосе я мгновенно узнаю Алека, и пока моя челюсть, живущая собственной жизнью, отвисает, он неторопливо поворачивается ко мне. - Рад, что ты в порядке, Сандра. – Говорит Алек, и я замечаю на его лице едва заметную улыбку. Странно видеть его без длинного плаща графитового цвета. В обычных брюках и темной рубашке он теряет половину своей таинственности. Но все эти детали я подмечаю механически, когда начинаю кричать: - Значит, ты «рад, что я в порядке»?! Хотя сам же велел этому типу приволочь меня в эту дыру! – Киваю я на Рэндала, который с видимым интересом наблюдает за нами. - Что это значит, Алек? Только не надо снова делать из меня идиотку! Ты заодно с Вольтури? Или с моим отцом-вампиром? Признайся, ты знал, что моя мама уже несколько месяцев в сговоре с вампирами?.. – Усилием воли я заставляю себя замолчать, чтобы дать Алеку возможность вставить хоть слово. Однако тот продолжает молча и безучастно смотреть на меня. - Твоя реплика, друг. – Роняет Рэндал. Но, похоже, Алеку нет до нас никакого дела. Словно вспомнив что-то, он снова отворачивается к окну. Я знаю, что его упорное молчание не означает ни «да», ни «нет». Но его равнодушие ранит меня, и я прилагаю все силы, чтобы хотя бы задеть его самого. - Значит, ты знал, да? Вы с Хайди не случайно меня выбрали, конечно. Что ж, очень удобно: если не удастся угодить старейшинам, отдав одаренную новорожденную, то всегда можно сбагрить ее папочке… - Девочка, не переигрывай, ты уже несешь какой-то бред. – Перебивает меня Рэндал. – Никто в этой комнате не знал о твоем папаше. Я и сам случайно услышал, когда Шейла тебе рассказывала. Пришлось импровизировать, чтобы она поверила. - О чем ты? – Я пробую выведать все у этого вампира, раз уж Алек меня игнорирует. – Кто ты вообще такой? - Ну, наконец-то! – Восклицает он и с явным удовольствием сбрасывает с себя плащ и прямо ногой отшвыривает его в угол комнаты. – Я думал, что прикидываться Вольтури будет прикольно, но это старье успело мне надоесть. - Это значит, что настоящие Вольтури меня не нашли? – Доходит до меня. – Но зачем вообще все это было? Прежде чем ответить, Рэндал оборачивается на неподвижного Алека и пожимает плечами: - Только дурак не устроил бы засаду у дома твоей матери. Я должен был опередить Вольтури и увести тебя в безопасное место. – Он окидывает комнату взглядом и добавляет: - Однако этот дом перестает быть надежным убежищем с каждым часом. Меня вампиры, может, и не способны найти, а вас двоих – еще как. - Но ведь Деметрий мертв. – Напоминаю я. - Но это не значит, что за нами не придут другие ищейки. – Возражает вампир. - Намек понят. – Негромко говорит Алек. – Не волнуйся, мы уходим через минуту. Ощущая напряжение, висящее в воздухе, Рэндал благоразумно выходит из комнаты. Я понимаю, что даже не поблагодарила его. - Прости, что считала тебя Вольтури. – Говорю я, зная, что он меня слышит. - Я? Вольтури? Жуть какая! Даже не знаю, смогу ли я когда-нибудь забыть о нанесе-е-енной тобой обиде! – Слышу я из коридора его раскатистые вопли. Растеряв всю свою смелость, я робко подхожу к Алеку, заглядывая ему в лицо. - Прости, что подозревала тебя. Я просто больше не знаю, как верить кому-либо. - Ты и не должна кому-либо верить. – Сухо отвечает вампир. Я хотела услышать от него совсем других слов. Что с ним случилось за эти несколько дней? Он словно замороженный. Конечно, Алек и раньше был для меня загадкой, но во время наших совместных скитаний я стала его немного узнавать. Совсем немного, но мне не хочется начинать все сначала. Однако, кажется, придется. - Ты сам мне сказал смело ехать к маме. – Вспоминаю я. – И сам же выкрал меня из ее дома? - Я знал, что у нас есть в запасе примерно день. Но не больше. - Ты всегда все планируешь заранее? Прямо само совершенство. – Я пытаюсь пошутить, но становится только хуже. Выражение лица Алека в один миг из безэмоционального превращается в злое. - Сандра, если бы я все правильно и заранее распланировал, ничего бы не случилось! Я считал себя умным, но был глупее любого недалекого человека! – На моих глазах взрывается та самая бомба замедленного действия. – Мне удалось вырвать из их лап только тебя, но не Джейн! Даже насчет Хайди я не уверен. - Что ты имеешь в виду? Хайди на свободе, как и мы. А твоя сестра с самого начала не хотела бежать от Вольтури… - Все равно нужно было забрать ее с собой. – Алек делает глубокий вдох, как будто он нужен вампиру. – Теперь она мертва. Потому что меня не было рядом. Все в моей голове наконец встает на свои места. Но я не знаю, что ему сказать. - Не надо, Сандра, я все знаю. – Говорит он, замечая мой взгляд. – Теперь я понимаю, что было ошибкой разделяться. Мне, тебе и Хайди. Поодиночке нас перебьют за неделю. Как Джейн. Нам необходимо держаться вместе.