Борзая

С самого начала день получился невероятно паршивым. С утра я наткнулась в душе на идиота-братца и его ручную курицу, которые, конечно, были сильно заняты, а я им помешала. В итоге я чуть не ослепла от вида Лазуковой в нижнем белье, вслух прикинула количество хлорки, которая понадобится, чтобы продезинфицировать после неё ванную, и только потом соизволила выйти. Напоследок спустила воду в унитазе, обдав этих двоих порцией кипятка. Конечно, одна мысль, что ночью крышу над головой я делила с этой дрянью, основательно испортила настроение. Каким хреном её занесло сюда, да так что и я этого не успела защитить наш дом от этой нечисти? В школу я отправилась в таком же дурном расположении духа, зло скрипя зубами при виде лижущихся в дверях брата и тощей сухожилины. Всё утро, пока я собиралась, нестерпимо тянуло сделать какую-то гадость Алене. Я даже хотела было плюнуть в кофе этой стерве, но Тоша появился как всегда не вовремя. Зато этой твари удалось сравнять счет, "ненароком" окатив кофе мою школьную рубашку. Опять же вездесущий братец помешал мне выдрать с корнем все патли этой ведьме, облить её керосином и поджечь словно факел. Уже следуя по дороге в школу, я настолько забылась в своих планах изощренной мести этой выдре, что не заметила и шлепнулась прямо у школьных ворот. - А я думал, Сенька, ты очки для красоты таскаешь. А они, оказывается, тебе реально нужны. Вместе с этой фразой меня подняли сильные руки и поставили на ноги. Коленка нещадно ныла, пульсируя тупой болью от неприветливой встречи с асфальтом. Теперь ещё и синяк появится стараниями этой белобрысой гадины! Мой друг Банан оценил моё состояние и хотел было своими силами доставить меня в медпункт, но ссадина на коленке ещё не является поводом для инвалидности. До дверей я дошла сама, игнорируя боль в ноге. Парни из класса удивленно-уважительно смотрели на девку, шагающую с разбитой в кровь коленкой и надменным выражением лица. Вот диво-то увидели, девчонка не вопит посреди коридора, заливая слезами ссадину, а молча ходит сама. Естественно, такое событие у них раз в сто лет. - Что с ногой, Сень? Что случилось? - Тебя это колышет? - Я так-то твой брат. - Больше никому об этом не рассказывай. После утреннего с братом было противно разговаривать. Таким равнодушным он выглядел, пока его ручная крыса визжала подобно сирене, что "пронырливая малявка" помешала их уединению. Пронырливая - она так и сказала! Боже, в жизни не поверила бы, что наша знакомая блондинка знакома с этим словом. Не уж-то в её руках побывало что-то кроме глянцевых обложек?! Хотя, сейчас не о том. С утра у меня создалось ощущение, что Антошу следует показать доктору, потому как у него намечается раздвоение личности. То он корчится на полу, вымаливая у меня таблетку аспирина, то ни во что не ставит, стоит появиться на горизонте белозубой крысе. Надо срочно усыпить это животное. - Санька! Найдёшь для меня пару минут? - Для тебя хоть час. Что-то случилось? Боже, что у тебя с ногой? Стоило нам с Мамаевой опуститься на жесткий диванчик возле ближайшего кабинета, как подруга тут же подняла панику из-за пустячной царапины. Усилием воли я подавила в себе желание закатить глаза и раздраженно цыкнуть в ответ на её причитание. Это же Саша, а не мой недоразвитый родственник, она не заслуживает такого отношения, в отличие от него! - Не уподобляйся моему придурошному братцу, прошу тебя. Упала, очнулась - гипс! Что ещё может со мной произойти? - Может, всё-таки сходишь в медпункт? - Может, всё-таки выключишь в себе сестру милосердия? Скажи лучше, какой у тебя сейчас урок? - Физкультура. Я не сдержалась от довольной улыбки. Кажется, черная полоса начинала подходить к своему завершению. По крайней мере, только что придуманный план пока складывался донельзя удачно. Наспех распрощавшись с недоумевающей Сашей, я дотопала до дверей кабинета и второй раз ухмыльнулась. Первым уроком была химия, что ещё лучше вписывалось в мою задумку. Оставалось самым честным способом оказаться на Сашиной физ-ре вместо своей химии. Только и всего. Внезапная радость даже вытеснила боль из тела, оставив там предвкушение удачной задумки. Ну держись, Аленочка! - Лев Романович, у вас есть аптечка? Мне очень надо! Химик, едва показавшийся в дверях кабинета, удивленно посмотрел на меня вместе с большей частью класса, на что я только невинно пожала плечами и выставила вперед содранную коленку. Несколько одноклассниц не сдержали злой усмешки, тем самым обеспечив себе завтра тараканов в дорогих сумках. Наш классный руководитель запаниковал, несколько раз мужественно пытался разглядеть, насколько глубокие у меня раны, но количество крови сильно мешало. Он то и дело зеленел, спешно отворачиваясь. Сохранять показную озабоченность собственным состоянием было всё труднее из-за подступающего смеха. Но я стойко держалась. - Есения, ты сходи лучше к Олегу Евгеньевичу, нашему физруку. У него должна быть аптечка, он тебе и обработает рану. На уроки можешь сегодня не ходить. - Спасибо, Лев Романович. В порыве радости я слишком резво вскочила на ноги, запоздало вспомнив, что должна страдать от боли. Пришлось тут же скривиться от "ужасной" боли и постараться не закатывать глаза от излишней паники на лице препода. От провожатого я отказалась. Не нужны мне лишние свидетели, куда я потом буду девать этого кретина?! Мужественно поднялась на ноги, корчась от боли, собрала свои вещи и медленно поковыляла до дверей. А уже от них я неслась на всех парах, не обращая внимания на ноющую коленку! Мне требовалось как можно больше времени, чтобы осуществить вторую часть плана. - Здрасьте, кто из вас физрук? Начала я без прелюдий, потому что мямлить и стесняться в окружении подчиненных моего братца и прихвостней моего врага было непозволительно. Выпускной класс как раз "усердно занимался физкультурой", тренируя пальцы на телефоне и собственные языки. Первым делом надо было оценить обстановку, чем я и занялась, пока одиннадцатиклассники искали физрука. Саша задумчиво сидела на лавочке, раздевая моего брата взглядом и игнорируя интенсивную болтовню усатого друга. Антоша корчил из себя супер-мачо, бессмысленно болтаясь на перекладине, пока вся женская часть класса разглядывала его задницу. Кажется, позерство Лазуковой - вещь заразная! Сама примадонна с той же целью качала пресс на коврике, намеренно игнорируя своего парня. - Борзая, ты чего тут потеряла? - Зеленку и бинт. Вы случайно не находили?.. Меня химик послал сюда. - Лёва, что ли? Ну если Лёва, тогда топай за мной... Лазарет у меня тут, что ли? Пока я разговаривала - или вернее договаривалась - с физруком, на меня успел обернуться весь класс. Саша приветливо помахала мне, скрывая румянец на щеках воротником кофты. Видимо, поняла, что мне уже известно, за кем она так внимательно наблюдала. Алена оскалилась в моё сторону, поднялась на свои кривые ноги, чтобы было удобнее плеваться ядом в мою сторону. Антон смотрел на меня удивленно, но без недавнего беспокойства. Конечно, твоя змея строит обиженные рожи, какое тебе дело до покалеченной сестры, да? Убила бы. Обоих. Одну - за наличие, другого - за равнодушие. Банан состроил мне веселую рожицу за спиной Борисова, и я, не выдержав, прыснула в кулак. Лысый впереди меня или не заметил, или не обратил внимания. Только рявкнул этим гоблинам. - Чего загораем? Давайте пресс по полтиничку! А мелкая проконтролирует, да? - Непременно. С успехом поймала брошенный в свою сторону секундомер и радостно улыбнулась. Мама всегда говорила, что власть меня испортит. Пришло время проверить эту теорию на практике. Физрук, пыхтя что-то нецензурное про нашего химика, удалился в поисках аптечки в тренерскую, а я заняла место командующего. Впрочем, слова лысого никто за исключением меня всерьёз не воспринял. Старшеклассники нехотя разбились на пары, чтобы выполнить задание. На десятиклассницу, стоящую с секундомером и крайне воинственным видом, внимания никто не обратил. Ну что ж, сами напросились! - Лазукова, здесь тебе не лежбище тюленей! Энергичнее! Мужскую часть класса охватил хохот после моего указания. Блондинка сжала челюсти так сильно, что стали видны все кости, обтянутые кожей, зло зыркнула в мою сторону и что-то процедила сквозь зубы. Её подружки тот час согласно закивали, но парировать мой выпад никто из них не решился. Брат на этот раз обжёг равнодушием свою бабу, а не сестру, перебрасываясь словами в сторонке с Бананом. Саша тихо рассмеялась моему замечанию, а её друг-Усач тут же что-то взволнованно зашептал на ухо. Очевидно, старался оградить её от моего дурного общества. Ничего, у меня на всех найдётся управа. - Эй, как тебя... Валентин! Чего сочкуем, Валентин? Усы - ещё не повод присваивать себе мастера спорта! Бадягин, помоги однокласснику стать спортсменом. Парни, гурьбой собравшиеся возле своего белобрысого лидера, снова дружно расхохотались над покрасневшим щуплым одноклассником. Да, унижать беззащитных было несправедливо с моей стороны, но он не оставил мне выбора. У нас целый год разницы и преимущественный половой признак у него, а им помыкает девчонка на год младше! Как можно быть такой размазнёй? Тем не менее, Саша смотрела на меня осуждающе, пока этот Валя прятался за её спиной от надвигающегося Банана. - Да тут ничего уже не поможет! Где ты видела, усатую бабу-спортсмена? - В таком случае, он будет первым твоими, Банан, стараниями. Сашка рассмеялся моей ответной шутке и утащил от моей подруги вяло сопротивляющегося Валентина. Лазукова всё ещё яростно стреляла в меня глазами, уже громче высказывая недовольство своим приближенным. Но сейчас меня волновала самая главная часть операции, ради которой всё это и было задумано. Братец скучал в компании друзей, бесцельным взглядом пробегая по залу, намеренно не замечая ни меня, ни свою костлявую любовь. Пусть, это даже к лучшему. - Борисов, тебе официальное приглашение выписать? - Писать сначала научись, мелкая. Мой гневный и его раздраженный - взгляды скрестились. Уже боковым зрением я заметила, как злорадно потерла ладошки ненавистная блондинка, как напрягся Банан, как Саша затаила дыхание. Уж она получше остальных знала, что с такого оборота я завожусь быстрее всего. Все прочие просто ждали любопытного зрелища. - Писать? А смысл? Ты же всё равно не сможешь это прочесть. С твоим-то интеллектом. Фраза получилась унизительной, и мне даже стало жаль родного брата, над которым сейчас тихо посмеивались одноклассники. Они-то получше меня знали, что двоечник Борисов мозгами не блещет. Вон, даже Усач злорадно улыбается... вернее, улыбался. Спасибо Банану! Спор тем не менее непозволительно затянулся. - За своим лучше следи... Он хотел добавить что-то обидное в противовес моим словам, но по какой-то причине промолчал. Это очень странно. Я ожидала, что меня сейчас макнут головой в грязь, откроют публично унизительную детскую тайну. Но Антон молчал. Только смотрел тяжелым взглядом из-под нахмуренных бровей. Хоть и страшно, но надо ему уступить. - Короче, помоги лучше Са... сам не видишь, что Мамаева без пары? Подержи ей ноги. В этот момент на моей персоне уместилось сразу пять самых разных взглядов, отчего она чудом не воспламенилась. Удивленно-облегченный от Антона, со смесью гнева и смущения в Сашиных глазах, неприкрытая ненависть от обладательницы блондинистой шевелюры, а также негодование и одобрение в глазах Усача и Банана. Соответственно. - Тебя забыл спросить, что мне сделать. А вот это уже прозвучало практически беззлобно. Старший брат махнул рукой в моб сторону, сурово прошёлся глазами по классу, отчего все быстренько вернулись к своим делам, и только потом двинулся в сторону Саши. Моя бедная подруга изо всех сил старалась испепелить меня взглядом, а потом заметила приближающегося к ней блондина и, кажется, совсем перестала дышать. По-моему, она даже не моргнула ни разу, пока Антоша шёл к ней неторопливым шагом. Из-за большого расстояния их разговор я почти не слышала - ещё и Усач пыхтел над ухом! - а подходить ближе было подозрительно и опасно. Лазукова тоже смотрела в ту сторону, и скрип её зубов я слышала прекрасно. Слышал и мой хитрый братец, намеренно обхвативший Сашины ноги выше положенного. Бедная Мамаева переливалась всеми оттенками красного, беззвучно открывала рот, словно могла задохнуться, и я даже пожалела о своей затее. Хотела же сблизить этих двоих, а получилось всё наперекосяк. Одна засмущалась до обморочного состояния, а другой использует положение, чтобы эта костлявая дура ревновала. Зашибись, любовь я им построила! Хотя сейчас в Дом-2 иди! - Всем спасибо. Все свободны... Банан, да оставь ты в покое усатого! Телку так лапать будешь, понял? - Понял, не дурак. Кстати, ты чё сегодня после уроков делаешь? Саша отпустил Валю и с обворожительной, по его личному мнению, улыбкой подкатил ко мне. Его "тонкий" намёк углядеть было проще, чем прыщи на лбу Лазуковой. Я цокнула языком и закатила глаза, раздражаясь от этих амурных интриг. - Рожать поеду! Засохни, Бананчик, фрукты не в моём вкусе. - Да я ни на чё не намекал даже! Так думал, прогуляться вечером, я тут одно кафешку знаю, там отпадную пиццу подают. Может, составишь компанию? Как друг? - Как только решу распрощаться с талией, так и составлю. Ты бы тоже на фаст-фуд не налегал так, а то скоро стебаться будут не над Усачом, а над Жирным. Вон какое пузцо отъел! Конечно, я немного преувеличила, но это был единственный способ избавиться от ненужных ухаживаний. Бадягин всегда был мне за старшего брата, пока тот отжигал со своей кривоногой щепкой, и портить нашу дружбу какими-то ненужными отношениями мне вовсе не хотелось. Банан, конечно, надулся после этих слов, наспех распрощался со мной и пошел к выходу, гордо задрав голову и втянув живот. Мне стало неудобно перед другом, ухаживания которого я так жестоко отвергла. - Сань, ну не обижайся. Ну, Саш, чё ты как маленький?! - Я не маленький, я жирный! - Как дитё, честное слово! Ну ладно, нытик, если так горит, заходи за мной после тренировки в Ледовый. Сходим в тренажерный тут неподалеку, заодно сбросим лишние... недопонимания. Идёт? Друг вмиг повеселел, заулыбался и быстрым шагом добрался обратно ко мне в центр зала. Я успела уже пожалеть о своем решении, глядя на эту широченную улыбку, но не забирать же теперь свои слова назад. Если этот олух думает, что у него есть шанс на чувства с моей стороны, то мне и правда будет легче разубедить его, если под рукой будет хотя бы гантеля. - Идёт.