Зов долга. "Миссия невыполнима"

      Тихо, но глубоко дыша, я смотрела в бездонные глаза Гоуста. Я не могла и не хотела отрываться от них. Этот томный взгляд меня просто обезоруживал, сбивал и без того с вялотекущих в этот момент мыслей, однако я все же постаралась прийти в себя, ведь кабина вертолета оказалась не самым подходящим местом для того, чтобы прикасаться друг к другу и вообще совершать какие-либо интереснейшие действия. Я учитывала и тот факт, что мы все равно не одни. Снаружи были слышны голоса Адамса, капитана МакТавиша и Прайса, который нравоучительным тоном что-то толковал. К тому же, желание между мной и Гоустом возникло довольно нелепое и резкое. Это я понимала как нельзя лучше. В общем-то лейтенант, наверное, понимал тоже. Хотя по его глазам трудно было в этом убедиться, ибо они как будто растворились в блаженстве и наваждении, вполне возможно уже предвкушая увидеть меня обнаженной. Так что Райли, скорее всего, обстановка ничуть не останавливала. А вот меня… моментально остановила, словно я намеревалась совершить что-то абсолютно неправильное или даже непристойное. Моя холодная и влажная от волнения ладонь уже автоматически впечаталась в широкую грудь Гоуста, как только он снова попытался украсть у меня поцелуй. Лейтенант недоуменно поднял брови, рассматривая неловкое от ситуации выражение моего лица. - Что-то не так? – нахмурившись, обеспокоенно поинтересовался он, и его взгляд слегка потускнел. «Нет, все отлично, если бы не эта чертова кабина вертолета», - промелькнула мысль в голове.       Неровно дыша, я поджала губы, а затем едва промямлила: - Это… Тут… Не самое подходящее место. - Не самое подходящее для чего?.. – недоуменно спросил Гоуст, слегка отдалившись, чтобы, наверное, рассмотреть меня получше.       А я уже слегка растерялась в поисках более корректного ответа. Думаю, это было все-таки заметно внимательному лейтенанту. - Как для чего? Для этого, - мой пульс внезапно участился, а взгляд потупился на пару секунд. - Чего этого, Кейт? – допытывался Райли, лицо которого поистине выражало непонимание.       Я выдохнула, смущаясь и краснея от привычной, но такой назойливой неловкости. Конечно же, это состояние Гоуст не мог просто так упустить из вида. - Подожди… - задумчиво протянул он с многозначительной улыбкой на устах, и мое дыхание уже прервалось, - Ты думала, что мы с тобой здесь и сейчас переспим?       Я чуть ли сквозь землю не провалилась, а щеки будто опалило жарким пламенем. Ох, эти секунды моего стыда показались вечностью…       И все-таки я медленно и неуверенно кивнула, громко сглатывая накопившиеся во рту густые слюни.       Лейтенант рассмеялся. При чем как всегда заразительно, ибо я улыбнулась в ответ, хотя и продолжала гореть от безумного смущения. - Кейт, неужели ты думаешь, что я бы вот здесь с тобой этим занялся? – Саймон брезгливо фыркнул, а в моих висках уже четко забил пульс, - Я бы хотел лишь провести эту ночь с тобой наедине… Ну, так сказать, за обыденными разговорами… Похоже, ты неправильно меня поняла, чудо в перьях. - Д-да? – заикаясь, как полная дура, переспросила я и выпучила глаза, а в мыслях горела желанием стать невидимкой, чтобы скрыть очевидные следы своего бесконечного стыда.       Гоуст со смешком передразнил меня: - Д-да.       Я конфузно заправила за ухо прядь волос и вновь опустила взгляд к полу. - Похоже, я выразилась не совсем верно, - пробормотала я под нос и скрестила руки на груди, - Мне больше всего сейчас хочется спать.       Я театрально зевнула, прикрыв рот ладонью. Конечно, актриса из меня никудышная, но это уже было не столь важно. Я хорошо знала, что выгляжу глупо, по-детски, неумело… Однако в эту секунду не могла вести себя иначе.       В тот момент, пока я не особо успешно и убедительно играла, Гоуст, судя по всему, необыкновенно пристально следил за моими красными щеками. - Что так смотришь? – недовольно буркнула я, но голос предательски дрогнул от дикого волнения. - Какая ты привлекательная и ненормальная, - усмехнулся лейтенант, вальяжно откинувшись на спинку кресла, - Доброй ночи, разговоры отложим до более удобного случая.       Он закурил сигарету, которую достал из нагрудного кармана куртки. Закурил медленно и не спеша. И этот самый момент ему определенно нравился, Гоуст будто хотел продлить удовольствие. Я лишь молча наблюдала за его действием некоторое время, и незаметно для себя погрузилась в сладкий сон, который на утро я даже не вспомнила. Хотя было совершенно не до этого.

***

      Я широко распахнула глаза, как только услышала выстрелы и громкие голоса, раздающиеся, судя по всему, за пределами кабины вертолета, где я находилась в гордом одиночестве. И меня даже никто не потревожил, что очень странно.       Не успела я как следует прийти в себя и освежить мысли, как дверь салона резко открылась, отчего я подпрыгнула на месте от неожиданности. В кабину вертолета ворвался холодный ветер и легкий полупрозрачный свет. Я чуть сощурила глаза, старательно рассматривая затуманенный мужской силуэт. Как только образ стал проявляться, мне стало сразу понятно, что это многоуважаемый капитан МакТавиш, который как-то нелюбезно кинул мне в руки винтовку. Я ее ловко поймала, а затем вновь проницательно посмотрела на Джона. Его лицо выражало суровость и строгость, и серые глаза были полны возмущения. - Сержант, у нас проблемы, черт возьми, а ты спишь сладким сном! – выкрикнул он, перезаряжая свой автомат, - Соберись палить по целям!       Я слегка тряхнула головой, чтобы взбодриться. - Дин, не действуй мне на нервы! – злился МакТавиш, взметнув брови, - Живо поднимай задницу и вперед!       Джон быстро скрылся из виду. Вероятно, вернулся к бою. А я тем временем вскочила с места как ударенная электрошоком и в два шага выпрыгнула из салона, чувствуя, что пульс учащается. Подошвой ботинок я плюхнулась в жидкую грязь.       Я быстро оценила обстановку. Первым, на кого я наткнулась внимательным и осторожным взглядом, оказался Прайс, который лежал на мокром снегу в нескольких метрах от моей позиции и отстреливался от врагов по левую сторону. Я метнула взгляд к ним, едва успев пригнуться к земле, ибо пару пуль пролетело над моей все еще, к счастью, целой головой. - Фух, - судорожно выдохнула я, разглядывая под ногами небольшую грязевую лужицу, которая слегка колебалась от грохота выстрелов. - Кейт! Кейт! – кричал Прайс сквозь шум перестрелки, и я оживленно посмотрела на него, - Цели на «десять часов»!       Мой взор переметнулся к названному направлению. За хвостом вертолета я четко увидела пятерых макаровцев, успешно увиливающих от ливня пуль.       Я не пожалела своей военной формы, вспомнив, что есть запасной комплект, и легла животом на жидкую грязь, которая тут же начала впитываться в ткань. Как только я приняла более-менее удобное для стрельбы положение, то, сняв оружие с предохранителя, примкнула левым глазом к прицелу винтовки, а пальцем взвела курок. Сквозь оптическое стекло я разглядела первую мишень: в черной шапке и темно-синей куртке. Выстрел не заставил ждать, хотя он был не такой уверенный и решительный как ожидалось. Однако пуля попала точно в горло противнику. - Роуч, кинь им осколочную, я пуст!– приказал лейтенант, голос которого я услышала позади, и мне как-то стало легче, - Не тормози, Роуч!       Спустя пару секунд граната упала к ногам двух противников, тела которых после мощного взрыва оттолкнуло друг от друга на приличное расстояние. Воспользовавшись моментом, я тут же прикончила еще одного макаровца, что как нельзя кстати оказался растерянным. - У них подкрепление, твою ж мать! – выругался разъяренный МакТавиш, после чего ринулся в атаку, успешно уклоняясь от быстрых пуль, которые так же трепали и мокрый снег под его ногами.       Шустрый Роуч не отстал от капитана и помчался вслед за ним. Они оба вооруженные гранатами затаились впереди меня буквально в нескольких метрах. Я перевела дыхание, однако осталась не менее сосредоточенной, внимательно поглядывая по сторонам.       Отчетливо услышав шлепанья ботинок по жидкой грязи, я обернулась и увидела подбежавшего ко мне лейтенанта. Как ни странно, но его голова была снова закрыта маской с насмешливо улыбающимся черепом. Это меня смутило в очередной раз, но я постаралась сохранять спокойствие на лице, оставаясь как можно более деликатной. - У тебя этих масок целый арсенал что ли? – недоуменно поинтересовалась я с ноткой иронии, а уголки губ так и поползли вверх.       Райли, кажется, фыркнул. Он присел на корточки, что сделала и я, вспомнив, что моя одежда уже оставляет желать лучшего. - Я запасливый, - коротко выразился он, а затем сухо добавил: - Ты бы сейчас не умничала, Кейт, не время… - Ой, как скажите, сэр, - я не могла не одарить его гримасой, - Скажи лучше, когда нас успели окружить? - Пока ты мило спала, и слюни стекали по подбородку, нас обнаружили. Вообще-то мы бы и без тебя справились, - съязвил любимый Гоуст, усердно перезаряжая автомат.       Мои губы искривились в подобии улыбки.       Раздались вражеские возгласы, затем последовали выстрелы. Я быстрее всех сообразила оглушить их световой гранатой, которую я подкинула противникам, как только они оказались в поле моего зрения. Потрясенные и потерянные, все шестеро прижали руками уши и закрыли глаза, что оказалось нам на пользу. МакТавиш с Роучем, конечно же, не дремали и оперативно уничтожили врагов. - Отлично сработано, Спарк, - похвалил по рации капитан, показав мне большой палец, поднятый вверх.       Тем временем к нашей позиции приблизились еще несколько русских. - Окружить их вместе с вертушкой! – крикнул один из них. - Вот черт, - тряхнул головой Райли, будто в отчаянии, хотя я понимала, что он никогда не пребывает в подобном состоянии, это просто не про него. - Адамс, прикрой меня! – быстро проговорил лейтенант, - Кейт, проследи, чтобы этого сопляка не прикончили. - Что?! – переспросила я и неосознанно выпучила глаза, глядя на Гоуста.       Он резко посмотрел в мою сторону и с насмешкой сказал: - Глухой прикидываешься? Сделай то, что велел, иначе я тебе устрою порку, сержант Дин. - Будет сделано, лейтенант. Я и так всегда в Вашем полном распоряжении, - улыбнулась я, рассматривая будто в первый раз нарисованный череп на балаклаве. - Вот такой подход мне явно нравится, - с выраженным приятным удивлением сказал Райли и кивнул головой, после чего направился вперед, вслед за ним и Адамс.       Как только я озабочено проводила взглядом их спины, тут же раздались выстрелы. Мое тело охватило внезапное напряжение, отчего слегка замерзшие без перчаток руки машинально крепко вцепились в винтовку. - Кейт, гляди в оба, - сквозь шипение раздался негромкий голос Гоуста в динамике. - Вы чего там учудить собрались без моего ведома? – недовольным тоном осведомился       МакТавиш, который вместе с Роучем и присоединившимся к ним Прайсом, отстреливался от оставшихся врагов. - Ладно тебе, Соуп. Ребята знают, что делают, - твердо успокоил дядя Джон, к кому капитан всегда с уважением прислушивался.       Разговоры на линии периодически продолжались, но я не стала обращать на это внимание и сосредоточилась на более важном задании. Я посмотрела в оптический прицел, где разглядела первого противника, что целенаправленно наводил ствол штурмовой винтовки на Гоуста и Адамса. Я нацелилась на его голову, задержала дыхание и произвела меткий выстрел, чем сразила врага наповал. Вскоре за мной последовал и следующий выстрел. Я застала макаровца, когда тот трусцой бежал по направлению капитана МакТавиша. - Это было четко, Спарк, - незамедлительно услышала я хвалебный тон голоса Джона по рации. К слову, он подкинул трем противникам осколочную и тем самым успел прикончить еще двух.       Я продолжала наблюдать за ситуацией, которая могла быть слишком непредсказуема в любой момент. - Роуч, цели «на час»! - крикнул лейтенант, - Адамс, прикрой меня! Спарк, напоминаю, не своди глаз с засранца, чтобы пулю не всадили!       Я сосредоточенно смотрела в прицел винтовки и старалась найти Гоуста, нервно мотая стволом то в одну, то в другую сторону. Сперва увидела нескольких противников. Они один за другим падали на снег от точных выстрелов моих напарников. Затем я заметила Роуча, который отделился от капитана. Сержант лежал на земле в нескольких метрах от моей позиции и вполне успешно отстреливался от остальных врагов, успевая менять магазин. Далее увидела МакТавиша, потом Прайса и снова МакТавиша. А Гоуст с Адамсом словно испарились. И я не могла обнаружить их. - Твою мать! – выпалила я и отложила винтовку, наблюдательно осматривая практически открытую местность, однако учащенный от волнения пульс не позволял быть более сосредоточенной. - Спарк, как поняла приказ? Прием! – услышала я в динамике беспокойный голос лейтенанта спустя несколько секунд. - Гоуст, я вас не вижу. Где вы? – мои глаза метались туда-сюда.       Внезапно я наткнулась взглядом на трех противников. Один из них (тот, что в маске), присел и достал гранату из боевой разгрузки, судя по всему, намереваясь кинуть осколочную к Роучу. Я помрачнела, заметив, что Сандерсон даже ничего не подозревал, продолжая сражать пулями остальных врагов. Все, что мне оставалось – это как можно более энергично схватиться за винтовку, удачно навести на цель и произвести меткий выстрел. На это у меня всего четыре секунд, не больше. Иначе погибнет мой товарищ, мой лучший друг. А я себе этого никогда не прощу. По сему моя рука необыкновенно быстро взялась за рукоять оружия. И вот уже на вторую секунду я нацелилась на висок противника, который размахнулся, чтобы более точно кинуть гранату. Затаив неровное от смятения дыхание, я произвела выстрел в плечо, и осколочная выпала из рук солдата, после чего в одно мимолетное мгновение взорвалась рядом с ним. Я облегченно прикрыла веки, а затем проследила, как Гари, поднявшись с земли, помчался к капитану МакТавишу и Прайсу. Не передать словами, какое я испытала чувство, осознавая спасенную ситуацию. Я проводила теплым взглядом всеми любимого бойкого Роуча, и мне стало так спокойно, будто мое сердце наполнили бесконечным ликованием. Убедившись, что Гари в безопасности, я снова сосредоточилась на лейтенанте и Адамсе. - Гоуст, прием. Ты на связи? - Да, мы в пятнадцати метрах от твоей позиции. Видишь тощую задницу Адамса? - Лейтенант Райли, я так хорошо в пятых точках не разбираюсь, - ухмыльнулась я, уже смотря через оптику винтовки, как Гоуст врукопашную повалил противника на мокрый снег. - Разве? – съязвил он, - А сейчас наверняка с моей прекрасной точки глаз не сводишь.       Я слегка порозовела, но не придала этому явлению никакого значения. И даже не стала что-либо отвечать, чему Саймон возможно удивился. - Кейт, тут у нас на два часа семь целей, которые идут прямо в нашу сторону, - тихо пояснил лейтенант, и я увидела через оптику винтовки как он с Джастином резко пригнулся к земле, - Следи в оба за обстановкой и особенно за зеленым салагой слева от меня. Лишнего шума не поднимай. - Так точно, - отозвалась я в полной боевой готовности, направляя ствол на цели. - Адамс, не пыхти мне над ухом, иначе я тебя сдам русским со всеми потрохами, - недовольно буркнул Райли, но сержант, конечно, не воспринял его слова всерьез и лишь усмехнулся в ответ.       Все мое пристальное внимание было приковано к противникам, которые продвигались очень осмотрительно. Я дышала ровно и спокойно, наблюдая за их действиями, и почти не заметила, как МакТавиш с остальными приблизился ко мне. - Спарк, ну что там у ребят? Есть контакт? – вполголоса поинтересовался капитан, однако тон был беспокойный. - Я думаю, что все идет по плану лейтенанта, сэр.       Я ни на секунду не оторвала пронзительного взгляда от врагов. - Какой нахрен план? – недоуменно переспросил МакТавиш, и я была уверена, что нахмуренные брови добавили общему недовольному образу Джона привычной суровости, - С каких это пор мы не посвящаемся в великие и грандиозные планы Гоуста, мать его? - А, по-моему, у него и раньше возникали идеи в голове прямо на ходу, - иронично подметил Гари. - Ага, пора бы угомонить пыл лейтенанта, а то вляпается в какое-нибудь дерьмо. - Соуп, Роуч, отставить, сейчас не время болтать попусту, - сказал Прайс, опыту и мудрости которого не помешало бы научиться всем нам, - Посмотрим, что они там задумали. Гоуст мозговитый чертяка, ему можно доверять. - Тоже верно, старина, никто с этим не поспорит - подбоченился с воинственным видом МакТавиш, затем хмыкнул, - И все же у меня странное предчувствие, черт возьми.       Я рефлекторно с тревогой закусила губу. Я не обращала столь пристального внимания ни на что и ни на кого кроме лейтенанта и сержанта. Они тем временем подходили к заснеженному лесу. Я увидела, как Гоуст уже успел прикончить оставшихся противников, осторожно остановился и застыл на месте, и Джастин, оставаясь чуть позади, последовал его примеру. Наблюдая за ними, я поймала себя на мысли, что все-таки не совсем понимаю действия Райли. Судя по грозному тону голоса МакТавиша, который неожиданно строго обратился по рации к лейтенанту, было очевидно, что он находился в еще более неловком положении, нежели я. Ведь даже сам капитан не понимал ничего происходящего в данную минуту. - Гоуст, что ты там творишь? Доложи немедленно, - твердо потребовал Джон, и казалось, будто он прожигал взглядом дыру в спине своего подопечного лейтенанта.       В динамике рации прозвучал звук похожий на хлюпанье. Затем безмолвная тишина. Мои брови тревожно взметнулись вверх как только я увидела, что Гоуст и Джас пропали из поля зрения. Пропали настолько резко, что я как снайпер, пусть и не с великим опытом, все же не успела проследить этот момент. Сердцебиение тут же участилось, и дыхание стало глубоким. - Гоуст, прием, куда вас занесло? – не унимался МакТавиш, но его некогда суровый голос теперь приобрел нотку беспокойства и тем самым стал более мягким.       Подключился и Прайс: - Гоуст, мы вас потеряли, доложите обстановку.       И снова пугающая тишина. Ни лейтенанта с сержантом, ни противников не было видно, как будто все разом исчезли, провалившись сквозь землю.       На моих глазах образовалась мутная пелена, что не позволяла мне четко видеть, и замелькали страшные картинки, словно сознание передает мне какую-то информацию. Я ничего не могла разобрать. То ли это вселенский страх завладел моими мыслями, то ли интуиция убедительно подсказывала, что моим напарникам нужна помощь. Я оторвала взгляд от прицела винтовки и, вскочив на ноги, уже намеревалась бежать на всех парах прямиком к Гоусту и Джастину, но крепкая мужская хватка за запястье остановила меня. Я резко обернулась и увидела перед собой нахмуренное лицо капитана. Его проницательный взгляд холодных глаз будто проникал в душу и пытался навести там порядок. - Сержант, не делай глупостей, как взбалмошная девчонка. Чувства чувствами, но ты сейчас можешь совершить непоправимую ошибку, не думая трезво своей головой, - сказал он, слегка постучав кончиком указательного пальца по моему виску, - Вы все для меня ценные и незаменимые бойцы, поэтому необходимо принимать верные решения в любых ситуациях. - Сэр, мы потеряли их из вида, может им нужна наша помощь, - быстро проговорила я. - Да, - энергично кивнул МакТавиш, - Но это вовсе не значит, что тебе в одиночку и сломя башку нужно бежать туда. И сейчас ты должна остаться здесь. Это приказ. - Сэр, - твердо сказала я и выхватила руку, - я не собираюсь чего-то ждать. Я считаю нужным помочь, одобряете Вы это или нет…       Джону однозначно не понравились мои слова. Его выражение лица стало настолько грозным, что на долю секунды мне показалось, как он испепелит меня одним только взглядом. Я наплевала на все: на приказы, на разинутый рот Роуча, и даже на то, что дядя Прайс стиснул зубы до появления желваков на скулах и помотал головой. - Сержант! - раздался мне вдогонку возмутительный голос Джона МакТавиша.       Я услышала, как следом за мной побежали остальные…

***

Гоуст - Ты тише не можешь, мать твою? Гремишь башмаками так, словно по плацу маршируешь! – процедил я сквозь зубы, метнув сердитый взгляд на покрытые грязной коркой ботинки Адамса. - Вечно вы, лейтенант, недовольны, - ответил сержант и театрально закатил глаза. - Ты мне на глаза слишком часто попадаешься, вот я и недоволен.       Джастин тихо хихикнул. - А чего ради мы здесь, сэр?       Я всегда полагал, что сержантам стоило чаще молчать и следовать приказам. Впрочем, вспомнив вездесущего Роуча, который мог безостановочно задавать мне вопросы, надоедливо жужжа над ухом, я понимаю, насколько все-таки неправ. Да чего уж там? Я и сам когда-то был таким же любопытным сержантом. Ну, быть может, и не настолько уж любопытным…       Я посмотрел на Адамса. Он застенчиво улыбался, будто полагал, что я сейчас его пошлю далеко и надолго. И на самом деле он оказался прав, поскольку желание было велико. Вместо этого я лишь вздохнул и ответил, чуть помедлив: - Хочу удостовериться, что поблизости все чисто, иначе мы рискуем навечно застрять в этой гребанной дыре. - А с чего Вы взяли, что нам могли здесь устроить засаду? - Профессиональное чутье, приятель. А перестраховка никогда не помешает, - я отвернулся и добавил: - А теперь заткнись.       Он угомонился, и я показал рукой в направлении «одиннадцать часов». Мы двинулись вперед, опасливо водя стволами винтовок по сторонам. И в тот момент, когда мы подошли вплотную к группе запорошенных снегом, близко стоящих друг к другу деревьев, я услышал приглушенные голоса. Дело принимало скверный оборот. - Так, Адамс, давай за мной. Только тише, – прошептал я, повернувшись к нему, и двинулся вперед. - Сэр, почему остальные не пошли с нами? – не выдержал он. - Если у тебя очко взыграло, сержант, то можешь вызвать капитана. Я не воспрепятствую, - прошипел я, скрежеча зубами.       Джастин обреченно вздохнул. - Никак нет, сэр. - Вот и славно, приятель, - ответил я уже более дружелюбно.       Я старался ступать как можно осторожней, но тут под моей подошвой затрещала ветка. Звук этот показался мне чем-то средним между ревом реактивного двигателя и грохотом артиллерийской канонады, мне вдруг пришла в голову мысль, что его могли бы услышать даже в Сан-Франциско. Адамс, казалось, ничего не заметил, он послушно шел справа от меня. И тут из ниоткуда, будто бы по волшебству перед нами возникли трое в серо-белом камуфляже. Они сразу же открыли по нам шквальный огонь. Выстрелы гулким эхом прокатывались по лесу. Я моментально оттолкнул замешкавшегося Адамса за ближайшее дерево, успев увидеть, как тот, не устояв, неуклюже рухнул в снег, стараясь удержать оружие. Задержись я на мгновение дольше – точно схлопотал бы пулю, но удача была на моей стороне. Я бросился вниз, за оказавшееся очень кстати рядом большое поваленное дерево, но за те пару секунд, что мне для этого потребовались, меня с ног до головы обсыпало древесными щепками, одна из которых задела по касательной мою скулу, я почувствовал, как что-то теплое потекло вниз по щеке. Я прыгнул к дереву и растянулся на земле сразу за ним, уткнувшись лицом в снег. Не то, что я был чем-то недоволен, но этот прыжок был отнюдь не самым лучшим в моей жизни. Сержант вяло отстреливался, высунув из-за дерева винтовку, он даже не следил, куда стреляет. Я перевернулся, рывком поднялся, вскидывая оружие, поймал через запертую в черный квадрат рамки коллиматорного прицела линзу одного из троицы и дважды нажал на спуск. Первая пуля рассекла коры прямо над головой противника, а вторая угодила в лоб, чуть выше переносицы, вылетев из затылка в веере карминовых лент. Это был отличный выстрел, прекрасный выстрел. - Адамс, гранату! Живо! – заорал я, – Хер пойми, сколько этих мудаков тут на самом деле! Сержант лег на спину и стал хлопать по разгрузке, лихорадочно затискивая пальцы во все отделения. - Какого хера ты там копаешься?! – продолжал орать я, когда мое укрытие начали обстреливать с еще большей яростью, лишая возможности поднять даже кончик указательного пальца без боязни его тут же лишиться, - Хочешь сказать, у тебя ни одной нет, черт возьми? - Одна есть! – раздался ликующий возглас Адамса, державшего над собой в вытянутой руке осколочную гранату. - Так делай что-нибудь!       Из моей груди вырвался вздох облегчения, салага был не настолько безнадежен, как я предполагал. Мне оставалось только наблюдать: сержант вырвал кольцо, выдернул чеку и, скривившись швырнул снаряд в сторону плохих ребят. Я зажмурился и напрягся всем телом, ожидая взрыва, вообще-то, стоит сказать, что я так раньше не делал. Я видел и слышал тысячи разрывов гранат, бомб, ракет, мин и всего прочего, что имеет такое неприятное свойство, и относился к этому явлению как к чему-то вполне обычному, но в тот момент я испугался. И испугался очень сильно. Громовой раскат вырвал меня из оцепенения. Комья земли полетели в разные стороны, снежный вихрь на секунду ослепил, а дальше была только звенящая тишина. Я выглянул из-за дерева, сжимая цевье и пистолетную рукоятку своего SCAR-L так сильно, что затрещали швы на перчатках. Я даже забыл, что у меня на цевье закреплена длинная и прямая рукоять, благодаря которой целиться и стрелять было куда удобнее. Адамс сидел, уперев одно колено в землю, и смотрел вперед через прицел, прикрыв один глаз. Герой, твою-то мать! Я презрительно фыркнул. - Чисто, сэр, - гордо доложил сержант, одарив меня самодовольной улыбкой.       И десяти секунд не прошло, когда мы услышали тихий, быстро приближающийся гул двигателя. - Кого там еще несет? – я бросился вперед.       Осторожно высунувшись из-за дерева, я увидел машину, белый в черных и серых пятнах открытый сверху УАЗ, над которым на шкворне возвышалась громадина крупнокалиберного пулемета КПВ. Я понимал, что мы с сержантом в любой момент можем быть обнаружены, да и наверняка макаровцы знают, кого искать. Но Адамс, сохраняя веру в свою исключительность, которую демонстрировало непривычно серьезное, даже надменное выражение лица, короткими перебежками двигался от одного дерева к другому. У меня создалось устойчивое впечатление, что ему в голову резко ударили разом несколько десятков бессмертных шедевров Голливуда, где в основном главные герои перетирают плохих парней в мелкое крошево, а сами демонстрируют прямо-таки сверхъестественную неуязвимость. Я едва сдержался, чтобы не расхохотаться в голос, позволив себе лишь снисходительную улыбку. - Сэр, вижу троих, идут позади машины, а в тачке сидят как минимум двое, - сообщил сержант свои наблюдения, - По-моему, они сильно недооценивают наши боевые навыки! - Да что ты говоришь? А эту херню на джипе видишь, клоун? - процедил я сквозь зубы, и заговорил уже по рации: - Кейт, прием, как слышно? Ты на связи?       Динамик только монотонно хрипел. Я снова нажал на кнопку: - Кейт, прием…       Все тот же однообразный хрип. - Может у вас с рацией что-то не так, сэр, - предположил сержант, пожимая плечами. - Надейся, чтобы это было не так, - пробурчал я себе под нос.       У меня было очень нехорошее предчувствие, хотя я никогда в эти самые предчувствия не верил, относясь к ним только как к расхожей фразе. В этот раз я, подключив весь свой здоровый скептицизм, старался отогнать дурные мысли. Не вышло. - Адамс, твоя рация работает?       Сержант принялся одного за другим по очереди вызывать сослуживцев, ответом ему было только тихое шипение. - Вот черт бы побрал! Придется нам справляться самим, - раздраженно произнёс я и посмотрел на парня, - Готов? - Всегда готов, сэр, - осклабился Адамс, меняя магазин SCAR’а.       Я поднял глаза к небу, затянутому тяжелыми грязно-серыми облаками, затем обвел взглядом исполинские деревья, чуть слышно скрипящие на холодном ветру. Я сделал глубокий вдох и вдруг подумал, что мне хочется прямо сейчас обнимать, крепко прижав к себе, нежную, хрупкую Кейт Дин. Я выдохнул, возвращаясь из мира грез в мрачную, холодную действительность, чувствуя себя слабым и напуганным ребёнком, маленьким мальчиком, оставшимся один на один со своими ночными кошмарами, тянущими ко мне свои уродливые когтистые лапы. И меня вдруг накрыла волна гнева и ненависти, к которой примешивалось отвращение к самому себе, я дал слабину, я позволил, пускай всего на мгновение, вырваться тем чувствам, что стоит запрятать как можно глубже, иначе они тебя убьют. - Ладно, сержант, будем делать дела, - я вновь посмотрел на приближающийся джип и сопровождающих его бойцов, машина катила по узкому проселку, петлявшему между деревьями, и мы, укрывшись за деревьями, имели хорошее преимущество по высоте.       План был прост: перво-наперво стоило снять пулеметчика. Одна короткая очередь в нашу сторону из КПВ, и вряд ли нас уже будет волновать хоть что-то; потом стоит разобраться с пешими бойцами, их трое, а это плохо. Начнись стрельба, они тут же разбегутся в стороны как тараканы, но с дороги им деться некуда, главное, нужно сделать все очень быстро. Водитель представляет меньше опасности, но нельзя дать ему уйти, иначе приведет с собой друзей, или же может немного отъехать и подменить покойного товарища за пулеметом. - Значит так, Адамс, подпустим засранцев на предельно короткую дистанцию. Я убиваю пулеметчика, а ты расстреливаешь тех троих, кого достанешь. Мой выстрел будет сигналом, ты все понял? - Да, сэр, так точно! – Адамс громко сглотнул, его кадык судорожно дернулся, улыбка победителя поблекла.       Я оставил его на позиции, а сам отошел на несколько метров дальше по дороге, в пулеметчика я планировал стрелять почти вплотную, в этом случае я точно не промахнусь и смогу сразу же застрелить водителя, а если Адамс не подведет, то одной-двумя очередями перебьет свои цели.       Я затаился между двумя прижатыми друг к другу стволами, оттянул назад рукоятку затвора, проверил патроны, нащупал переводчик огня, убедившись, что все в полном порядке. Ком подступил к горлу, я слышал свое сердцебиение, и мне… было страшно? На самом деле, в такие моменты всегда страшно, это нормально. Это первое, о чем тебе рассказывают в учебке старшие по званию, мол, страх – это хорошо, он не дает тебе подохнуть страшной и бесполезной смертью, но мне не нравилось, что сейчас я боялся много больше обычного.       УАЗ приближался. Он двигался медленно, со скоростью пешехода, двигатель гудел. Я почувствовал, как горят щеки. Адамс, наверное, сейчас обделаться от страха готов, думал я, раз уж даже я трушу.       Теперь машина была так близко, что я мог спокойно дотронуться до нее рукой, но вместо этого я вжался в снег, схватил покрепче штурмовую винтовку - на сей раз, я помнил про переднюю рукоять, - и задержал дыхание, считая удары сердца. Джип надо было пропустить еще немного. Я выстрелил трижды. Все три пули попали в цель. Пулеметчик обмяк и повис, вцепившись рукой в рукоятку. Громада пулемета лениво начала задирать ствол. Следующие две пули предназначались водителю. Он даже не успел понять, что случилось, он был как на ладони. Первая пуля вошла в спину, чуть повыше сердца, а вторая – в основание шеи. Все как на полигоне, проще даже, чем в тире. Но я не сразу понял, отчего в моей голове взревела вдруг аварийная сигнализация. - Какого хера?! – воскликнул я.       И тут же меня обсыпало щепками и снежной крупой, я всем телом подался назад и перекатился в сторону Адамса.       «Какого дьявола этот сукин сын не стреляет?!» - мысленно возмутился я, пытаясь за долю секунды найти этому хоть какое-то оправдание.       Да, сержант не выстрелил. И мне очень хотелось узнать, что же помешало сопляку нажать на спуск… Со стороны дороги доносились крики и стрельба, видимо, меня они из виду потеряли, что не могло само по себе не радовать, но я не увидел сержанта там, где я его оставил. - Что за хрень? Адамс! – негромко позвал я, пребывая в полном недоумении.       Стрельба стихла, послышалась какая-то возня, за ней – несколько одиночных выстрелов. Кто-то захрипел. - Да что там творится-то?       Я поднялся во весь рост, вскинул SCAR и в один прыжок очутился на невысоком склоне, спускавшемся прямо к проселку. - Лейтенант, нет! – раздался истошный вопль Джастина Адамса.       Он стоял боком ко мне, удерживая перед собой макаровца и приставив к его голове USP-45. Неподалёку в луже крови лежал покойник, видимо, это его хрипы я слышал. Третий боец с АК-74М, державший на прицеле сержанта, вдруг повернул ствол ко мне. Я успел заметить, как округлились глаза Адамса. Раздалось несколько выстрелов. И один из них предназначался все-таки именно мне.       Жгучая, нестерпимая боль пронзила правое плечо. Кровь, невыносимо горячая, брызнула в лицо, рука моментально отнялась. От боли я тут же выронил винтовку, кубарем покатился вниз, раскинув руки в стороны, и повалился лицом в снег. Я услышал второй выстрел и попытался перевернуться на спину, чтобы левой рукой дотянуться до кобуры. - Лейтенант! – сержант, побледневший до синевы, положил обе руки мне на плечо. - Ничего, ничего страшного, лейтенант! Прошла на вылет. Кости, судя по всему, целы. Это моя вина, сэр! - Адамс, черт тебя дери, прошу, заткнись! – бесспорно, от слов этого горе-героя мне полегчало, ведь приятно осознавать, что все не так уж плохо, как могло бы показаться, но мне все равно было очень больно. Как ни крути, а из моего плеча сейчас выдрало приличный кусок мяса. Я был готов к чему-то подобному, мне уже приходилось видеть такие раны, и выглядят они всегда отвратительно, но я даже представить себе не мог, что это настолько больно. Больше ничего не оставалось, кроме как стиснуть зубы и изо всех сил пытаться не заорать, пока сержант трясущимися руками накладывал повязку.

***

      Слегка скривившись от острой боли, упрямо напоминающей мне о ранении в плечо, я разглядывал взвинченного вояку МакТавиша, который передо мной ходил из стороны в сторону, скрипя по снегу подошвой ботинок, и отчитывал как школьника за непослушание. Из всей его недолгой, но вполне возмутительной речи, я понял, насколько капитан крайне недоволен сложившейся ситуацией. В особенности тем, что я не поставил команду в известность и самовольно отправился, по его словам, в «лесное путешествие за приключениями на задницу». Я усмехнулся, приложив руку к назойливо ноющей ране, но промолчал. МакТавиш вдруг остановился напротив меня. - Гоуст, учти, что это был последний раз. Больше я не намерен спускать тебе с рук подобное поведение, - пригрозил он, сочувственно взглянув на мое плечо. - Я понял, но все-таки замечу, что мы с Адамсом ликвидировали хорошо вооруженных бойцов. - Ага, ну теперь воздвигните себе памятник нерукотворный, черт бы вас побрал обоих…       Я нахмурился, когда заметил, что Джон помотал головой, а на его лице выразилось какое-то сомнение.       Я молча поправил очки левой рукой, которой прижимал рану. Капитан продолжал смотреть на меня как-то странно, но я в действительности не догонял, что именно его так загрузило, поэтому без раздумий спросил: - Ладно, МакТавиш, в чем еще дело? - Дело в том, что нам предстоит очень ответственное и важное задание, а ты, по-моему, не совсем готов к его выполнению.       Я взметнул брови. - С чего бы это? - Ну хотя бы с того, что ты вообще несобранный…       Я ухмыльнулся и, услышав где-то поблизости голос Кейт, машинально отыскал глазами ее лицо. Она стояла возле вертолета и принимала активное участие в разговоре с Прайсом и Роучем. Теперь моя ухмылка сменилась доброжелательной и радостной улыбкой, которой я одарил Кейт, когда мы столкнулись взглядами. Впрочем, она все равно ничего не увидела за маской. Мои эмоции всегда скрывались за ней. По правде говоря, я смотрел на Дин, и меня радовала мысль о том, что мы с сержантом вместе отправимся на задание, как ранее сообщил капитан. На данный момент это было лучшее, что можно пожелать.       Кейт не ответила мне взаимной улыбкой, а лишь грустно посмотрела на мое плечо, которое похоже у всех кроме меня вызывало какую-то нелепую жалость. И это бесило больше всего. - Вот как раз об этом я и говорил, - недовольно скрестив руки на груди, вдруг произнес МакТавиш.       Я вернул к нему вопросительный взгляд. - Ты о Кейт? - Конечно, - усмехнулся Джон, - Или же ты Роучу так мило улыбнулся?       Я нахмурился. - С чего ты вообще взял, что я улыбнулся? На мне балаклава… - я специально указал большим пальцем на свое лицо, - И, кстати, она не прозрачная. - Давно тебя знаю. Даже по твоим глазам, закрытым очками, могу понять… - Ты меня удивляешь, однако. Приобретаешь новые навыки, судя по всему. - Это ладно. Все-таки меня больше волнуют ваши отношения с Кейт. Я понимаю, что лезу не в свое дело, но все же… Ваши эти самые шуры-муры могут помешать выполнению задания на должном уровне. И как капитана меня это беспокоит, черт возьми.       Я отмахнулся, уже более успешно забывая о боли, что порой делала меня уязвимым. - Ничего подобного. Во всяком случае, за себя я отвечаю.       МакТавиш скептически прищурился. - За себя ты может и отвечаешь, но сержант Дин повела себя неподобающе бойцу. Она как мать-героиня рванула спасать ваши чертовы задницы, не слушая моих приказов. А это, как понимаешь, уже не в какие ворота не лезет.       У меня на душе стало внезапно тепло, будто ясное горячее солнце озарило даже самые укромные потаенные уголки. Я понимал, что это из-за поступка Кейт, хоть и не одобрял его. - Я поговорю с ней об этом. Подобное больше не повторится, - мой голос прозвучал достаточно твердо и убедительно. - Ну смотри… Надеюсь, что не повторится. - Можешь не сомневаться. Думаю, нам лучше уже отчаливать отсюда. - Согласен, но сперва я переговорю с Шепардом. Что-то мне не нравятся его чертовы мыслишки. - Насчет разделения нас по разным точкам? – уточнил я. - Да. С одной стороны, это оперативно, а с другой… Хрен знает, - Джон пожал плечами. - Что? - Как бы ничего не стряслось. - МакТавиш, думай поменьше об этом. С каких это пор ты стал таким мнительным? - С тех самых пор, приятель, когда терял на заданиях своих друзей и напарников, будучи еще сержантом… У меня был друг Гас. Может, знал его? - Довелось с ним познакомиться, хороший мужик… - Мы тогда отстреливались от псов Захаева, он-то как раз и убил Гаса на моих глазах… - МакТавиш потупил грустный взор, - И я ничего не мог сделать. Я довольно долго переживал это, с тех пор изменился. - Я понял тебя, давай не будем об этом, дружище. - Да уж, не хочется ворошить прошлое, - вздохнул он, пригладив ирокез, - Пойду лучше свяжусь с генералом, затем покинем это проклятое место и встретимся с другими ребятами – Озоном и Скэркроу, чтобы вооружиться.       Я согласно кивнул. Джон отошел на некоторое расстояние и принялся вызывать Шепарда, а я теперь был увлечен Кейт, которая внимательно слушала какой-то очередной заумный рассказ Роуча. Прайс наблюдал за Сандерсоном с улыбкой на лице, а затем, помотав головой, пошел в мою сторону. Проходя мимо, он слегка пожал мое плечо и, похоже, направился к МакТавишу, а я в свою очередь задумался о предстоящем задании. Оно было самым важным, ведь, провалив его, мы автоматически провалим все предыдущие миссии, что ни в коем случае нельзя допустить. - Лейтенант, ну Вы как? – послышался тревожный голос Адамса за спиной, и я с неохотой отвлекся от своих мыслей. - Лучше всех, - не знаю, разобрал ли он мое бормотание, но мне это было совсем неважно. - Все еще злитесь на меня, да? – не унимался сержант, - Вот у меня тоже до сих пор ноет нога…       Я глубоко вдохнул холодный воздух, скрипя зубами. - Адамс, не действуй мне на нервы. Лучше усаживай свой зад на удобное место в кабине вертушки, скоро вылетаем. - Как скажите.       Он, наконец, затих и направился к вертолету, где пилоты уже начали подготовку к взлету. Я стоял и смотрел на Кейт в желании поговорить с ней, но мне показалось, что она не была настроена, и решил отложить эту затею до того момента, пока мы не останемся вновь наедине.

***

Кейт       Близилась ночь, постепенно смеркалось. Небо затягивали густые облака. Где-то неподалеку было слышно пение птиц и стрекотание сверчков. Полет к назначенному месту оказался достаточно долгим, и как только я ступила ногами на влажную землю, то моментально поняла, насколько уже устала сидеть, и бесконечный шум лопастей вертолета все еще гудел в голове. - Блин, я весь зад себе отсидел, - недовольно прошипел Роуч, последним вылезая из кабины и осматриваясь по сторонам. - Да хватит уже ныть. Давайте не будем заставлять себя ждать, - процедил МакТавиш.       Мы продвигались максимально бесшумно, хотя у лейтенанта идти тихо, наверное, впервые не особо удачно получалось. Он шагал самым последним и тихо кряхтел от боли, прижимая рукой перебинтованное под расстегнутой курткой плечо. К слову, было заметно, насколько бинт уже успел пропитаться кровью за длительное время полета. Это меня сильно обеспокоило. Я замедлила шаг, и вот уже Гоуст оказался рядом со мной. К сожалению, за его маской я не смогла увидеть, рад он сейчас моему столь близкому присутствию или же нет. - Сай… - вполголоса начала я, но Райли взмахнул рукой, останавливая мою дальнейшую речь. - Я знаю, что ты скажешь, Кейт. Я в порядке, не нужно переживать, к черту все это.       Я недоуменно смотрела на него. - К черту? В каком смысле к черту? Весь отряд беспокоится за тебя.       Он вздохнул и усмехнулся. - Для меня важнее, что ты жива и здорова. Тебе бы следовало не за мной приглядывать, а за собой. Кстати, твой костюмчик изрядно испачкан и отнюдь не будоражит сейчас мое воображение.       Я мельком бросила стыдливый взгляд на свою униформу, которая действительно выглядела не лучшим образом. - У меня есть запасной комплект, - пробормотала я, приподняв в руке сумку, - Ты мне зубы не заговаривай. - Даже не пытался. Вообще-то я тебя сегодня жду в качестве мед сестрички. Мы ведь это уже проходили, помнишь? - Да, и не очень удачно. - На этот раз можем все исправить, - как-то загадочно сказал он, будто делая предложение. Мои щеки порозовели и губы расплылись в нескрываемой улыбке, но я не успела ничего ответить, так как наш разговор оборвался голосом МакТавиша, который встретился со Скэркроу.       Скэркроу, а именно Дейн Брикс, вместе с Озоном должен был отправиться на задание по захвату штаба Макарова. Он встал напротив Джона, широко расставив ноги. - Сэр, рад встрече, - он пожал руку МакТавишу и Прайсу, - У нас все готово. Завтра рано утром прибудет вертушка за вами, мы обо всем договорились. - Отлично, Дейн. Как ты понимаешь, мы устали и нам бы только переночевать и вооружиться. Кстати, с запасами порядок? - Да, сэр. Благодаря генералу все под контролем.       Джон скептически хмыкнул. Он так же, как и остальные, чувствовал, что Шепарду нельзя доверять в полной мере. Я же по-прежнему молчала насчет этого отмороженного усатого мужика. У меня были на него другие планы, которые еще не до конца сформировались в моей голове.       Оставшийся вечер мы провели в небольшом деревянном домике на Российско-грузинской границе. Нам оставалось лишь дождаться утра. Перед сном я перебинтовала плечо Гоусту. Он очень внимательно наблюдал за моими действиями и молчал, даже не издав ни звука. Это было совсем на него не похоже, но я и сама толком не решалась заговорить первой, нерешительно и трепетно рассматривая то его открытое лицо с манящим взглядом, то его обнаженную грудь с крестом на цепочке. - Я закончила, - выдавила я, разорвав тишину и осмотрев небольшую полутемную комнату, где мы находились.       Она была и вправду совсем небольшой, но вполне уютной. Приятная теплая атмосфера царила здесь, как будто кто-то специально постарался создать эту обстановку для нас. И даже кровать, на которой мы сидели, оказалась очень мягкой, хотя и слегка поскрипывала при движении. - Мы будем здесь спать вместе? – поинтересовалась я и наклонилась к деревянному полу, чтобы взять блюдце с бинтами, утонувшими в красной от крови воде.       Гоуст остановил меня рукой, дотронувшись до локтя, и неспешно отодвинул блюдце в сторону как посторонний и ненужный предмет, который совершенно не заслуживает никакого внимания в данный момент. - А ты отказываешься? – в его мерцающих глазах, скользящих по моей груди и шее, я увидела неподдельный интерес.       Некоторое время я следила за его блуждающим проникновенным взглядом. Он смотрел на меня не моргая, а затем отвел с моего горячего лица прядь волос. - Нет, - поступил смущенный ответ. - Ты мне очень нравишься в этой черной майке, но, пожалуй, сейчас она лишняя…       Не успела я разомкнуть губы, как Гоуст прильнул к ним и впился так страстно, словно он вдыхал мои поцелуи. Я с удовольствием подалась навстречу, обвив рукой пылающую шею моего лейтенанта, дыхание которого приятно обжигало меня. Он принялся покрывать поцелуями мою шею и грудь, отчего мурашки мгновенно пробежали по дрожащему телу. Мои руки ответно ласкали его горячую спину, шелковистые волосы, которые иногда я прихватывала более сильно. Сердце бешено билось, дыхание было глубоким и частым. Я хотела раствориться в нем до последней капли, отдать всю себя и больше не думать ни о чем. И вот мы уже обнимали друг друга еще крепче, я не успела заметить как оказалась сверху, а он продолжал ласкать мои губы, нежно, но уверенно блуждая руками по телу и задирая майку. - Люблю тебя, Кети… - прошептал он, оторвавшись от моих губ и заглянув мне в глаза, которые сияли счастьем и такой же безграничной любовью к моему лейтенанту.