Папе снова 16

Да, я счастлив, я не спорю. Но вот сейчас, лежа с Фрэнком на кровати и палясь в телек, я начинаю думать, что поторопился. Знаю, вы скажете, что я - гребаная баба, которая меняет свои решения как трусы. Возможно, так и есть, но мне действительно сейчас кажется, что все слишком быстро и рано. Посудите сами, мы знакомы всего около месяца, это короткий срок, чтобы говорить об отношениях, не так ли? Хотя, есть ведь любовь с первого взгляда. Может, это как раз тот случай? Стоп, Джерард, какая любовь? Да, Фрэнк очень милый, хороший, симпатичный, но это точно не любовь. Так, небольшая симпатия. А симпатия спустя месяц знакомства возможна ведь. Конечно, потом это может перерасти в нечто большее, но пока об этом рано говорить. Сейчас только симпатия. И теперь я запутался. -Ауч, - прокричал я, когда Фрэнк залепил мне по лицу хорошую пощечину. – Ты что делаешь? -А ты чего втыкаешь? Я его тут спрашиваю, а в ответ получаю стеклянные глаза, которые уставились в телевизор. Сперва я подумал, что там идет интересный фильм, но после того, как я его выключил, ничего не изменилось. -Прости, я задумался. -О чем? -О нас с тобой. Знаешь, Фрэнк, я противоречивый ублюдок. Я не знаю, что мне делать. -Ты что, хочешь меня бросить спустя полчаса отношений? Хотя, это трудно даже назвать отношениями, мы поцеловались всего раз. Ты серьезно? – Фрэнк смотрел на меня, и мне становилось стыдно. Он такой милый, искренний, а я чертов кусок дерьма, который никогда не сможет быть с ним откровенным. Во мне сейчас ведут войну два начала: Джерард – подросток и Джерард – взрослый мужчина. И если у подростка сейчас бушуют гормоны, которые требуют Айеро сейчас же затащить в постель, то взрослый мужчина против совращения детей своего же пола. Если бы я точно знал, что останусь навсегда таким, то без раздумий встречался бы с Фрэнком. Но есть ведь шанс, что я вернусь в нормальное состояние, и тогда он не поймет, мы не сможем быть вместе. -Фрэнк, все очень сложно. -Что сложного? Объясни. -Это тяжело. Ты не поймешь. -Я тебе не нравлюсь? -Ты не можешь не нравиться. Дело во мне, - в этот момент ко мне в голову пришла гениальная идея. – Понимаешь, не факт, что мы с дядей долго будем жить в этом городе. Есть большой шанс, что через некоторое время нам придется уехать. Навсегда. И в этом случае мы не сможем быть вместе, чего я очень хочу. – Кто тут гений? Я тут гений. Такие идеи всегда приходят в самый ответственный момент. Фрэнк задумался, я его таким серьезным даже на уроках не видел. -Но ты ведь не завтра уедешь и не послезавтра, - ах, милый, если бы я знал, когда это произойдет, все было бы намного легче. – Пока ты здесь, мы можем быть вместе. Джерард, прошу, тебе будет больно, когда ты уедешь, а мне больно, пока ты здесь. -Не говори так, - мне становится тяжело говорить. Напряженная атмосфера накаляется все больше и больше. Скоро мы, возможно, оба заплачем. -Но это правда. Лучше ты бросишь меня после месяца отношений, чем этих отношений вообще не будет. -Ты серьезно? - парень закивал головой. Ну как я могу отказать, когда меня так просят. Не могу. Не хочу. – Хорошо, - парень сразу улыбнулся и кинулся меня обнимать. -Джи, ты самый лучший, - он начал расцеловывать все мое лицо мелкими поцелуями, чем вызвал у меня улыбку. Я готов на многое, чтобы этот замечательный человек был счастлив. Фрэнк дошел своими губами до моих и остановился. Этот поцелуй не сравнится с остальными, которые были у нас. Те были или пьяными, или неожиданными, а сейчас все очень нежно и трепетно. Даже слишком, но я не хочу этого менять. Мне нравится это слишком. *** На следующий день в школе я опять решил поговорить с Бэндит, попытаться ей объяснить, что на мне ее жизнь не заканчивается, и мы можем стать друзьями. Девушка сидела на лавке во дворе школы. Чтобы она сразу меня не побила, я купил ее любимый шоколад, надеясь, что она немного смягчится. Я подошел к ней и спросил: -Можно присесть? – она одарила меня презрительным взглядом, но заметив сладость у меня в руках, согласно кивнула. Я присел рядом и протянул ей шоколадку. -В знак нашего с тобой примирения. Надеюсь, что после этой беседы, оно настанет, - я вздохнул, собираясь с мыслями, а девушка ждала. – Бэндит, понимаешь, мы с тобой подростки, - она закатила глаза. Точно так же делала Линдси, когда я говорил какую-то очевидную вещь. – Да, я в курсе, что ты это знаешь. Просто напомнил. Так вот нам, подросткам, свойственно часто влюбляться. И часто это не заканчивается хорошо. Дети в таком возрасте, они, очень жестоки. Человек проявляет свои чувства, а в ответ получает смех в лицо или просто игнор. Сначала наступает очень сильная обида, злость на этого человека, даже ненависть. Но со временем все эти чувства проходят, как и любовь, которая на самом деле не была любовью. Так, обычная подростковая влюбленность. И потом ты понимаешь, что совершил ошибку, когда признался в своих чувствах, когда разрушил дружбу или что там еще было. Начинаешь жалеть, что уже нельзя вернуть. -Твои слова противоречивы, Джерард. Сперва ты говоришь о том, что люди жестоки, а потом, что я буду жалеть о чувствах, - ну прости, я никогда не был мастером красивых мыслей. -Да, слегка не логично. -Очень не логично. Но я поняла, что ты хотел сказать и… прости меня. Я вела себя, как дура. Ты прав, так легко можно потерять хорошего друга, который тебе необходим. Мир? – она протянула мне руку. Неужели? Я рад, что у меня получилось помириться с ней, я очень этого хотел. Теперь, возможно, я на шаг ближе к тому, чтобы вернуться обратно. -Мир.