My beloved enemies

Драко просил не обсуждать это. И я не стал задавать никаких вопросов. Мне самому было дико страшно и больно, как будто на меня налетел сразу десяток дементоров. Оказывается, он пожертвовал ради меня ещё и своей психической стабильностью, а не только свободой действий и мыслей. Я не знаю, как к этому относиться. Я успокоил мысли и начал засыпать только под утро, но Малфой разбудил меня почти на полтора часа раньше, чем нужно. Видите ли, он не может настроиться на поездку без кофе из Старбакса. Хорошая попытка, но я знал, что во всём виновата девчонка-бариста. Когда я привёл туда Драко в первый раз, у неё в голове как будто фейерверк взорвался, и с тех пор он ходил туда чуть ли не каждый день только для того, чтобы посмотреть на её влажные мыслишки со своим собственным участием. Представляю, насколько его это забавляет. В десять утра мы уже стояли на платформе 9¾. Малфой, привалившись спиной к колонне, потягивал свой L-латте на миндальном молоке с двойным мятным сиропом. На стакане вместо его имени было написано «Самому прекрасному мужчине во вселенной», номер телефона и имя «Линдси». Видимо, именно из-за этого Драко пребывал в прекрасном настроении в такое гадкое утро. Я же стоял рядом с ним и через затяжку пил тройной эспрессо по-ирландски, чтобы хоть как-то функционировать. Платформа уже начала потихоньку заполняться людьми, и в этом достаточно унылом чёрно-белом зимнем пейзаже мне по глазам полосануло ярко-рыжее пятно. Молли, Артур, Джинни и Рон. Мне показалось, что они меня даже не заметили, но только показалось. В мою сторону уже направлялся глава семейства. Я же достал ещё одну сигарету и приготовился к серьёзной беседе. — Гарри, можно с тобой поговорить? — спросил подошедший к нам мистер Уизли и намекающе уставился на Малфоя. — Понял, исчезаю, — слизеринец с напускным равнодушием удалился в закат, но не очень далеко, чтобы было слышно. Мистер Уизли поправил воротник пальто. Ему явно было неловко, поэтому он решил начать с преамбулы. — Ты так изменился с нашей последней встречи, — он окинул меня взглядом с ног до головы. — Побледнел, кажется, немного, очки снял. И осанку держать стал… Как будто не Поттер вовсе, а Блэк. Мерлином клянусь, я поначалу принял тебя за Регулуса, но потом вспомнил, что… Да. — Можно ближе к делу? — сухо попросил я и невербально поджёг сигарету. — Да, конечно, — Артур приободрился. — Знаешь, Гарри, что бы там ни говорили остальные, а я рад, что ты подружился с Малфоем. Нужно уметь прощать людей. А в эти все дурацкие слухи в жёлтой прессе я не верю ни на вот столько, — он продемонстрировал фалангу мизинца. Я не знаю, что меня удержало от смеха в голосину. — Зря, — ответил я. — Это всё правда. — Даже если на минутку так предположить, — продолжил мистер Уизли, — то всё равно не вижу причин для такого ажиотажа. Это всё молодость, вам хочется привлечь к себе внимание, я понимаю. Но это пройдёт, вы наиграетесь, заведёте жен и детей… Всё будет хорошо. Я глубоко вдохнул, чтобы удержать себя в руках. — Разве Рон не говорил, что я уже долгое время не ночую в башне Гриффиндора? — я смело смотрел Артуру в глаза. — Или то, что я живу с Малфоем, это тоже игра на публику? Или то, что я его… Я не смог договорить, потому что меня как будто ударили по затылку. «Ты за базаром-то следи», — прозвучал в моей голове голос Драко. — Рон не говорит о тебе, — мистер Уизли нахмурился. — Макгоннагалл не разрешила бы кому-то с кем-то жить, так что в это я тоже не верю. «Я ему сейчас жбан проломлю». — Макгоннагалл всё равно, где я живу. Во-первых, я Герой и мне всё можно, во-вторых, это никак не отражается на моей учёбе, что для директора приоритетный вопрос. И вообще, — я начал терять терпение, — меня уже утомили эти обвинения во лжи. Ваша семья теперь не имеет ко мне никакого отношения, и мне без разницы, во что вы верите. Я не пытаюсь никому ничего доказать, но то, что я ушёл от Джинни из-за Драко — это факт. И изменить это никто не может. — Да, — тон мистера Уизли резко похолодел. — Ты изменился сильнее, чем я думал. Уж не знаю, что Малфой тебе наплёл, но я уверен, что этому верить ни в коем случае нельзя. Ты же знаешь, что бывших Пожирателей не бывает, и в итоге он обязательно тебя обманет или ещё что-нибудь похуже сделает. Он ведь такой же двуличный, как и его отец. Злодей под маской добродетели. Только и умеет, что разбрасываться деньгами. Они тебе не друзья, Гарри, помни об этом. Мою голову сдавила сильная боль, виски запульсировали. Это гнев Драко. Но внезапно всё прошло, как будто его что-то отвлекло. «Папа на шесть часов», — в панике прошептал он. А в следующее мгновение на моё плечо опустилось что-то тяжелое и холодное. Я повернул голову и увидел посеребрённую голову кобры. Навершие трости Малфоя-старшего. — Кто же ему не друзья, Артур? — вежливо обратился к мистеру Уизли Люциус из-за моей спины. Серьёзно, он встал на мою защиту?.. — Это тебя не касается, Малфой. — Разве? Вообще-то этот мальчик… — я услышал скрежет зубов, -… этот мальчик состоит в отношениях с моим сыном, так что это очень даже меня касается. Ох и трудно же далась Люциусу эта фраза. — Ты тоже веришь идиотским слухам? — мистер Уизли снисходительно улыбнулся. — А на вид умный человек… — Каким слухам? Драко сам пришёл ко мне и всё рассказал, а своему сыну я верю на сто процентов. Он абсолютно не такой, как вы все о нём думаете. Кажется, всё снова окончится дракой. Артур расправил плечи: — Все знают, какие вы. Жестокие преступники, которым место сами знаете где. Сначала воевали против нас, теперь забили Гарри голову неизвестно зачем. Внезапно возле нас появился Драко. Он встал передо мной к мистеру Уизли лицом: — Вы можете называть нас лжецами, но не преступниками. Вы же сами были на заседании Визенгамота, видели, как нас допрашивали под сывороткой правды. Никто из нас ни разу в жизни не применил ни одного Непростительного заклинания, поэтому Вы-знаете-где нам точно не место. «А Кэти Белл?» «Зомбирующее зелье». — Но я понимаю, почему Вы снова хотите настроить Поттера против меня, — я услышал в голосе Малфоя усмешку. — Конечно, очень обидно потерять такой толстый кошелёк. Ещё и из-за тех, кого до смерти ненавидите. Драко поставил точку в этом разговоре, а в следующий момент ловко уклонился от удара. Поезд начал готовиться к отправке, поэтому мы тактично оставили взрослых с их разборками, а сами пошли искать свободное купе. Драко был более чем удовлетворён тем, что высказал своё мнение, но от беспричинных обвинений он явно уже устал. Я решил, что раз он рассказал обо всём отцу, я тоже должен сообщить своей семье. — Когда приедем, сразу сходим к Хагриду. Вдвоём, — сказал я Малфою. Он не стал спорить, потому что понимал, что для меня это действительно важно.