Сейчас весна, но я не могу ее увидеть.

- Лекс, ты всегда была генератором идиотских идей, но эта... - Алекс ходил по комнате туда-сюда, я, даже не видя его, прекрасно представляла как он хмурится и нервно покусывает губы. - Что плохого в том, чтобы вернуться в мир с нормальной медициной, с пластическими хирургами, с какой-никакой программой адаптаций слепых к жизни? Да я даже смогу надиктовывать какие-то записи, может опубликую наши приключения и заполучу всемирную славу? Ты не представляешь как быстро компьютеры развиваются, еще пару лет назад КПК были несусветной редкостью, теперь смартфоны есть почти у всех! Кто знает, может когда-то мне станут доступны кибернетические глаза. - Ну да, а тут средневековье и отсутствие канализации, - хмыкнул Алекс. Ну... да, я была не права, и у эльфов и у гномов была канализация, а конкретно у этих гномов даже была горячая вода, и я провела не мало часов отмокая в ванне. Полной, конечно, различных снадобий, по уверению эльфов, полезных для моей обожжённой кожи, но горячая вода есть горячая вода, пусть она и пахнет немного болотом и заливным лугом. - Ну, а если Галадриэль не сможет тебя вернуть? - Поеду с тобой в Ривенделл, как ты и хотел. Алекс остановился, смущенно кашлянул: - Сестренка, ну... может, я действительно был не прав? - Это не обсуждается, - отрезала я. - Объясни, я правда не понимаю почему ты все же согласна уехать, - кровать скрипнула под весом брата, я не выдержала, вылезла из-под одеяла и нашарив руку Алекса, подтянула свое тело поближе к брату и обняла его. - Ты всё прекрасно понимаешь, иначе не затеял бы эту авантюру. Моя память могла же вернуться посреди дороги, или уже в Ривенделле, и ты был уверен что я не потребую вернуть меня обратно. Значит понимал что нет для меня здесь никакого обратно и я это тоже понимаю... Я человек, изувеченный, слепой... нищенка без роду и племени... без профессии... чужачка. А он - Король-под-Горой, гном. Герой, вернувший свой дом. - Ты тоже, не хухры-мухры, а победительница Дракона, - Алекс прижался к моей макушке щекой, в моем сердце потеплело от того что он не избегает прикосновений к моей лысой, обезображенной голове. - Я только красиво постояла... как свечка, - буркнула я. - А про мое участие "до" знает только наша компания, для всех остальных гномов я никто. Стоять в сторонке, пока кое-кто заключит династический брак? Нет уж. - Этого не будет, - твердо сказал Алекс. - Корону после смерти Торина унаследует Фили, это раз, а два, скорее, даже это раз, про корону это два, так вот, раз, это то что он действительно тебя любит и на твою внешность ему наплевать. Другие женщины-гномы еще хуже выглядят, я видел тут одну. - Это твое "раз" меня совсем не интересует. Это "раз" не помешало ему уже однажды от меня отказаться. - Значит, не простишь? - Хочу домой. Мы немного помолчали. - Знаешь, в чем я еще сглупил? - М? - Я слишком обрадовался что ты согласна уехать и все равно настаивал на скором отъезде. Гэндальф прав, тебе еще рано даже не то чтобы садиться на лошадь, а даже ехать на телеге, твоя кожа слишком тонкая, легко повреждается, в пути не будет возможности так часто принимать ванны и делать примочки. Давай подождем осень, тогда хотя бы будет меньше насекомых и ты окрепнешь. - А сейчас что? - Весна. - Так долго, - вздохнула я, утыкаясь носом в плечо брату, устала сидеть, если честно. - Ну посуди сама, ты пять минут не лежала, а сидела, и уже тряпочка. - А мы можем, ну, перебраться в Эсгарот? - Ты даже не хочешь жить с ним даже под ... в одной... Горе? - Я просто хочу жить не в Горе. Хочу солнце, простор, ветерок. - Торин предложил нам жить во внешних комнатах, их специально очистили и заносят туда мебель сейчас, в прежние времена в них жили посольства людей и эльфов, они имеют выход на террасы и находятся на южном склоне Горы. Я был сегодня там, там уютнее, чем здесь. Кулумаэль тоже рада переехать в ту часть Горы. - Бедной эльфе наверно до смерти надоели горы. - Да нет, - Алекс пожал плечами и я охнула, мой нос как наждаком потерли, - ой, прости. Алекс отстранился, видимо для того чтобы рассмотреть повреждения. - Все в порядке, нос на месте, - он нажал на кончик моего носа, как на кнопку и я вздрогнула. - Больно? - обеспокоился он. - Не, просто неожиданно было, - я потрогала кончик носа и поморщилась, когда случайно царапнула кожу. - Кажется, ногти опять отросли. - Давай подстригу, - Алексу было неудобно одной рукой стричь мои ногти, но эту процедуру я доверяла только ему, опасаясь что кто-то другой будет небрежен. И хотя сегодня утром Балин подарил мне пилочку, я еще не успела ею воспользоваться. - Так вот, - продолжил брат, вооружившись ножничками и аккуратно обрезая ноготь, - Кулумаэль спокойно чувствует себя в Горе, говорит, тут красиво, хоть и грязно все еще, потолки высокие, а архитектура напоминает родной Ривенделл, но она чувствует души тех, кто погиб в драконьем пламени и это ее терзает. В посольских покоях никто не погиб, поэтому ей там нравится. - Хочешь сказать, - я вздрогнула, - что в этой комнате... - Нет, жительница этой комнаты успела сбежать, это была комната мамы Кили и Фили. - То есть я сплю в комнате принцессы, - развеселилась я. - Тихо ты, не дергайся. Да, хотя я не уверен что у гномов женщины могут иметь такой титул, даже про Фили не говорят "принц". Мне кажется у них есть только король и наследник, больше никаких титулов. - Барон Бомбур, - представила я. - Граф Глоин. - Виконт Оин, - поддержал меня Алекс. - О, Гэндальф, заходи. Я повернула голову на звук открывающейся двери и улыбнулась. - Помирились, наконец? - Не твоими стараниями, волшебник, - буркнул Двалин. - Кто там еще с вами? - я повернулась ухом к источникам звука. - Я слышу еще чьи-то шаги. - Не важно, не отвлекайся, у тебя еще вторая рука не готова, - проворчал Алекс, и я опять навалилась на брата, протягивая ему руку. - Ну что, ты готова к переезду? - Как, уже? - А что зря время терять? Не, ну ногти достригите конечно, а так, комнаты готовы. Бильбо настаивал что надо натащить туда горшков с цветами, столиков и пуфиков, ну да это ерунда, чего зря время терять? - Да уж, гномы всегда славились своей прагматичностью, - заметил Гэндальф, Двалин не ответил, видимо считал что подтверждать очевидное будет не прагматично. И не практично. Через неделю после переезда я вполне сносно могла сидеть и кто-нибудь из гостей, забегающих проведать меня, перетаскивал меня в кресло, стоящее на террасе и я могла нежиться на солнце, оказалось, мне очень его не хватало. Надолго меня не хватало, но даже полчаса на свежем воздухе мне хватало чтобы почувствовать себя живой, ну а веса во мне осталось столько, что даже Бильбо было под силу взять меня на руки. С ним мы и сидели одним, насколько я могу судить, прекрасным утром на террасе, попивая душистый чай, когда мне на руку приземлилось что-то с басовитым гудением. ,Я всегда соображала довольно медленно, а в нынешней ситуации пока я пыталась понять пугаться мне или нет и почему это жужжание кажется мне таким знакомым, Бильбо успел воскликнуть первым: - Осторожно, это пчелы Беорна! - Привет, малышка, - я обрадовалась и, нащупав на столе кусочек печенья, предложила пчелке. Они были очень смышлёные, эти друзья Беорна, мы с ними отлично поладили. Гудение раздалось снова и я почувствовала как печеньице стало тяжелее, пчелке понравилось угощение. А потом еще одна и еще одна сели на печенье, а в комнате раздался стук в дверь, при всем желании его нельзя было назвать хоть капельку деликатным. - Я открою, - опередил мою просьбу Бильбо и, как обычно, совершенно беззвучно покинул меня, только по скрипу открываемой двери я могла понять, что он уже пошел встречать нового гостя. Пчелки так деловито работали крылышками, что подняли не шуточный ветерок, а иногда кто-то из них касался лапками моей руки, приятные ощущения, надеюсь, они не скоро улетят. - А вот и сам Беорн, - воскликнул в комнате довольный Бильбо, который тоже полюбил сурового оборотня. - А вот и я сам, - согласился с ним Беорн, надеюсь, посольские комнаты были достаточно большими, чтобы он мог в них выпрямиться, по крайней мере ему потребовалось всего пяток шагов, чтобы пройти от двери в комнату до выхода на террасу. - А вот и ты, колючка, нелегко было тебя отыскать, - я удивленно подняла брови в ответ на столь необычное прозвище. - Даже не знаю что тому виной, то ли кормят тебя плохо, то ли задору в тебе стало поменьше. - Плохо кормят, Беорн, - разулыбалась я, откладывая печенюшку на стол и протягивая великану обе руки, - совсем плохо. Не дают медовых коржиков и сметанки. А какой задор при таком невыносимом бытие? - Так я и знал, - прогудел гость и аккуратно, как мог, пожал мои ладони, - совсем гномы обнищали, так дурно принимают такую почетную гостью. Э, да у тебя и присесть тут не где, ну, ничего, на земле мне тоже уютно. - Да какая я почетная гостья, - я завозилась в своем кресле, поправляя плед, в который куталась от теплого, но зябкого, весеннего ветерка. - Ты просто в гости наведался, или у тебя было какое-то дело в здешних краях? - Да вот прослышал, что ты в себя пришла, да и пчелки мои проснулись, принесли мне медку свежего, я еще по пути трав набрал. Тебе это как раз сгодится, только не внутрь, а снаружи, на волосы мажь, ну да я там дал указания, как правильно делать, разберутся. А вот скажи мне, пузанчик, - обратился он к Бильбо, хоббит только крякнул в ответ на такое обращение. - Говорят, ты первый в Гору вошел? - Да, - гордо ответил Бильбо, - и покинул ее не последним. - Тогда ты видел, как изменился Торин при виде золота? Бильбо помолчал, я же навострила уши, мне рассказывали что было в Горе и что было после того как меня подпалил дракон, но в общих чертах. - У Торина был момент... слабости, - признался Бильбо. - Аркенстон манил его и в какой-то момент я боялся, что он даже не отдаст Эсгароту ту долю, что он обещал. Но Торин справился. Мне кажется, он был больше занят поиском лекарей, - извиняющимся тоном добавил хоббит. - Послал воронов к Даину, а те оказались так умны, что, заметив войска орков и варгов, позвали кроме лекарей еще и воинов Железных гор. - Вот оно как, - задумчиво промолвил Беорн. - Прости мое любопытство, Беорн, но почему тебя это так интересует? - заинтересовалась я. - В давние времена мой народ отдал Даину I одну вещь для починки, но так и не смог выкупить ее обратно, нас захватили в плен и мы лишились всех сокровищ. - Ты помог нам всем, приютив у себя, помог в битве - резонно заметил Бильбо, - ты мог попросить эту вещь в ответ. - Я не знал где эта вещь. И теперь хотел бы вернуть ее обратно. Если королем-под-горой овладела драконья болезнь, то он не отдаст ее ни за какие сокровища Средиземья. - И ты хотел убедиться, что Торин отдаст ее тебе? - уточнил Бильбо. - Да. Если сердце короля-под-горой занято не золотом, то с ним можно вести дела. - Поговори с ним, Лекс, - обратился ко мне Бильбо. - С кем? - растерялась я. - С Торином. Попроси его, тебе он не откажет. Мои глаза были слепы, но я инстинктивно прикрыла их, словно боялась что друзья заметят промелькнувшую в них боль. Но я была должна Беорну, все мы были должны, тем более вещь принадлежала Беорну, речь шла только о долге за ремонт. - А о чем идет речь? - снова не удержалась я от любопытства. - Это талисман, указывающий на таких как я. Или в чьих жилах течет кровь моего народа. Я остался один, но все же надеюсь обрести семью. - Я помогу тебе, но не уверена, что это поможет. Мне кажется способность Короля-под-Горой прислушиваться к моим словам максимально преувеличена. Но я поговорю, только вот, - я, кряхтя, встала на ноги и тут же села обратно. - Это все на что я способна, без чужой помощи мне не дойти до него. - Я могу позвать его сюда, - тут же вызвался Бильбо. Я задумалась. Если бы ко мне пришел человек с просьбой, но передал ее через брата, зная, что брату я не откажу, то я бы отказала. Или выставила встречное условие, не люблю такие манипуляции. - Не будем обижать Торина недоверием. Сначала я поговорю с ним, если не выйдет, то попрошу тебя замолвить за меня словечко, - прогудел Беорн и я обрадовалась. - Договорились. Расскажи, как у тебя дела, как весна в твоих краях, хорошо ли закончилась зима? Беорн развлекал нас беседой довольно долго, он же отнес меня в кровать, а ночью мне снилось что я травинка и на меня сыпется пыльца с пушистых животиков пчелок. Хороший сон, побольше бы таких.