Сейчас весна, но я не могу ее увидеть.

Неназванный гном довел меня до посольской части, дождался, пока я открою ключом дверь, и убежал. А я замерла на пороге, не решаясь шагнуть в комнату. Что-то было словно не так. Я качнула дверь туда-сюда и убедилась, что она перестала скрипеть. Не знаю кто это он сделал и зачем, но я расстроилась, раньше, дверь своим скрипом предупреждала меня, что кто-то заходит в мою комнату, или выходит без нее. Наконец, я перешагнула порог и снова нахмурилась, раньше, у порога лежал тонкий коврик, о который вытирали ноги гости, а теперь он словно стал толще. Присев, я нащупала его край и убедилась, что это действительно другой коврик, свой я знала прекрасно, вытряхивая его на террасе несколько раз на дню. Я вернулась в коридор, обшарила дверь - это точно была дверь в мою комнату, перепутать я не могла. Может за время моего отсутствия до комнаты добралась особо рьяная уборщица, опасавшаяся вдобавок огрести от сестры короля, вздумай та инспектировать посольские комнаты? Придя к такому выводу, я вернулась в комнату, но не успела сделать и шаг влево, к комоду, на котором хранила плащ и трость, как споткнулась о какую-то мебель. Ощупав ее, я поняла, что это круглый столик, который раньше стоял у окна, и на нем стоял горшок с сорной, в общем-то травой, который как-то принесла Кулумаэль. Эта трава приятно пахла по вечерам, на ощупь была бархатистой и мне нравилось за ней ухаживать, эльфа обещала что к августу на ней расцветут премиленькие цветочки. Сейчас же на столике была ваза из холодного металла. Я принюхалась, моей травой в комнате не пахло, в комнате вообще пахло непривычно. Не сказать чтобы неприятно, но этот запах определенно был мне не знаком, вдобавок, воздух был слегка спертым, а я точно помнила, что перед уходом открыла дверь на террасу, чтобы Элронд мог свободно бегать туда-сюда. Самим кроликом в комнате тоже не пахло и он не отозвался, когда я его позвала. Я встревожилась, обошла столик, но комода у стены так и не нашла. Ситуация начинала мне очень не нравиться. Да, это были не мои комнаты в полной мере, но временно это был мой дом! Друзья прекрасно знали и понимали как мне важно, чтобы все вещи были на своих местах, они бережно задвигали стулья за стол, ставили кресла у камина обратно так, чтобы я не запнулась о них, вешали щипцы для камина на место, и поправляли сбившийся коврик. Со стороны двери на террасу послышался звук, словно кто-то скребся с той стороны, и я поспешила к двери, наверняка это Элронд. Может быть дверь захлопнулась сама из-за сквозняка, и бедолага торчит там уже несколько часов, на моем пути оказалась какая-то мебель и я налетела на нее со всей дури, ударившись коленкой. Боль была так неожиданна, что я расплакалась. Слезы не помешали мне уже медленнее добраться до двери, открыть ее и впустить в комнату Элронда. Славный кролик обнюхал мои коленки, шумно чихнул, обдав меня теплым воздухом. - Как ты тут, славный пирожочек? - я присела и обняла его за шею. - Что это? Мои руки наткнулись на холодную полоску металла на шее моего друга. - Ошейник? Кому вздумалось надеть на тебя ошейник?! Перестановка мебели, замена убранства комнаты, все померкло по сравнению с таким самоуправством, слезы мигом высохли и я прошептала: - Зл, солнышко, проводишь меня к Королю-под-Горой? Элронд издал утвердительный писк, и мы отправились в гости к гному. Двалин же говорил, что я должна обращаться к королю? Вот я и обращусь к нему. Идти до королевских покоев было довольно далеко, но я позабыла об усталости, Элронд радовался, что я нашлась, и скакал вокруг, так что дошли мы довольно бодро, лишь у самых дверей столкнувшись с неожиданным препятствием. - Госпожа, извините, - произнес кто-то рядом, от неожиданности я даже немного взвизгнула. - Простите, госпожа! - Все в порядке, это я прошу прощения. Вы что-то хотели? - Да... госпожа... владыка уже ушел к себе и... Черт, я действительно не подумала, что король уже мог лечь спать. Но тут дверь распахнулась, ветром обдало мое лицо. - Прости, - произнес король глубоким и хриплым со сна голосом. - Я не задел тебя? - Нет, все в порядке. Ты куда-то спешишь, что-то случилось? - Ты мне скажи. Я издала неопределенный звук, кажется, наша таинственная связь разбудила гнома, но уточнять так ли это в присутствии незнакомого (а возможно и не одного) гнома я не хотела. - Вообще-то да, я хотела кое-что тебе показать. Если ты, конечно, не знаешь о том, что произошло. - Где произошло? - В посольском крыле. И с Элрондом. - Ты не пострадала? - встревожился Король-под-Горой. - В этом-то все и дело, нет, но да. Коленку ушибла, ничего серьезного, но... Посмотри на Элронда. - Так, - медленно сказал гном. - Это не ты надела? - Нет. Раздался треск и на пол упало что-то металлическое. - Я сломал его. Пойдем тогда покажешь что там у тебя случилось. Если бы не присутствие чужих ушей, то я рассказала бы королю все как есть, но и король не дал мне и слова сказать, зашагав так быстро, что мне пришлось приложить немало сил чтобы не отстать от него. - Подожди, - взмолилась я через какое-то время, идти на такой скорости я могла только в очень знакомых местах, но окрестности королевских покоев были мне мало знакомы. - Увлекся, да? - Немножко, - я нагнала гнома и дальше мы шли плечо к плечу. - Ну, показывай свое происшествие? Я остановилась у двери в свою комнату и спрятала руки в карманах, у меня было ощущение, словно моя комната была осквернена, и мне не очень-то хотелось в нее входить, даже с этим гномом. - Открой дверь, - сказала я ему. - Хм, не скрипит. Хм... Судя по звуку, Король-под-Горой не только открыл дверь, но и вошел в мою комнату. Щелкнуло огниво, затрещала свеча, одна, другая. - Сильно изменилась? - спросила я от порога. - Разительно. И я даже узнаю руку, которая приложилась к этому, - медленно сказал гном. - Понятно. Ты можешь помочь с поиском моих вещей? - Конечно, я велю чтобы все вернули на место, - гном говорил по-прежнему медленно, словно о чем-то думая в этот момент. - Но это займет какое-то время, может час, может два. - Так быстро? Не стоит будить кого-то ради меня, я могу переночевать в комнате у брата. - Зачем будить, половина Горы не спит, найдется кому помочь. А с зачинщицей я поговорю утром. - Зачинщицей? - С моей сестрой, Дис. Не злись на нее, - гном вернулся ко мне в коридор, закрыл дверь. - Она родилась слабой и мой отец много ей потакал и она выросла с ощущением, что может решать за других. Она хотела, чтобы ты в Горе чувствовала себя уютно. - Поэтому выкинула мои растения? Ими больше не пахнет, - пояснила свой вывод я. - Она не подумала что кому-то могут нравятся растения, - с любовью сказал гном. - Она хорошая девочка, просто происходящее немного выбило ее из колеи. - Я не злюсь, - хмыкнула я. - Но злилась. - Да. Моя злость разбудила тебя? - я все же решилась спросить. - Да. И твердая решимость открутить кому-то голову. Не самая привычная эмоция, которую я привык от тебя слышать. - Ну, извини, - я опустила голову. - Могу я попросить тебя составить мне компанию? Хочу показать тебе кое-что в сокровищнице. - Сейчас? - я снова подняла голову, моя неспособность видеть эмоции собеседника и понимать его мотивы сейчас как никогда злила меня. - Я разозлил тебя? - осторожно спросил гном, мне показалось что он даже отошел от меня. - Нет, - качнула я головой. - Не ты, а моя слепота. - Я не должен был говорить "показать", - с затаившейся болью произнес король. - Да нет же, - я поморщилась. - Я на такие моменты не обращаю внимание, пока мои собеседники сами не сделают на этом акцент, злилась я на слепоту не из-за этого. - А из-за чего? Я шевельнула бровью, благо от медовых масок Беорна мои брови совсем отросли и мне даже показалось, что они стали гуще. - Ну как ты думаешь, скучаю ли я по лицам своих друзей? - с тоской спросила я. - По возможности понимать невысказанное по мимике? Слышать - это всё же не то. Мне все время кажется, словно я чего-то недополучаю от нашего общения. Тяжелая, горячая ладонь опустилась на мое плечо, сжала и качнула. Запах табака и меди окружил меня. Нашла кому жаловаться, он же не только слышит мои слова, но и из-за этой связи ощущает мою боль. Кажется, он говорил что чем ближе я, тем больше он чувствует моих эмоций, а куда уж ближе. Я постояла, пытаясь справиться с так некстати накатившей болью, закрыв глаза и прикусив губу, хотя, если честно, больше всего мне хотелось уткнуться гному в плечо. Но сейчас, в Горе, он не носит доспехи и свою чудовищную шубу, и этот мой жест будет слишком... интимным. Я подняла руку и симметрично положила ее на плечо гнома. Тоже сжала и качнула, ну, попыталась качнуть гнома. - Пойдем, - сказала я. - Пойдем, - эхом откликнулся гном. По пути к сокровищнице Король-под-Горой раздал указания по поводу приведения моей комнаты в ее первоначальный вид, благо он оказался достаточно внимательным и правильно помнил что где располагалось и как выглядело. - А что ты хотел мне показать? - полюбопытствовала я, когда мы уже вошли внутрь. - Да есть у меня одна теория, - неопределенно отозвался гном. - Иди сюда, тебе не кажется тут что-то странным? - Странным? - удивилась я. - На ощупь? - Нет, по ощущениям. Не знаю... Я потопталась на пяточке, покрутилась, подняла голову вверх, рывком опустила вниз. Запах дракона, столь неприятный в прошлый раз, отступил под напором табака и меди, хотя гном стоял довольно далеко от меня. Или он подошел ближе? - Ты где стоишь? - Тут. Я вытянула руку по направлению к гному, но не достала, а из-за движения руки запах табака рассеялся, остался только тонкий запах меди и... В лицо пахнуло как из открытой форточки. - Опять дует, - улыбнулась я. - Откуда? Я указала направление, гном шагнул сначала как будто в ту сторону, взял что-то и шагнул ко мне. - Помнишь, ты спрашивала о чем-то магическом в сокровищнице? - Да, ты это хочешь мне показать? - Да, - щелкнул замочек, раздался тихий тонкий скрип петель. - Протяни руки ладонями вверх. Я послушалась, на руки мне легло кольцо, большое, размером с обе мои ладони. Я нахмурилась, ощупывая незнакомый предмет. Для чего такое большое кольцо? - Что это? - Roak. - А? - То, что носят на голове некоторые женщины-гномы. - Некоторые? - Точней, только одна. Ее носила моя прабабушка, моя бабушка. - И твоя мать? - тихо спросила я. - Да, когда умерла бабушка, мать надела ее, хотя из уважения к дедушке делала это только по веским поводам. В какой-то мере это как корона, только для женщин. По легенде, Roak выковал наш предок, Дурин Бессмертный, и эта одна из немногих реликвий, что удалось сохранить. Его топор и шлем мы потеряли вместе с Морией, но жена Дурина Шестого спасла и принесла ее в Эребор, и передала ее жене Траина Первого. - А твой отец Траин Второй? Или Третий? - Второй, как и я. - Ты Торин Второй? - только после того как я произнесла его имя, я поняла что не произносила его уже несколько месяцев, ни вслух, ни мысленно. - Да, и у меня есть племянник, Торин Третий, если бы он был на пару лет старше, то в походе могло оказаться два Торина. - И один шел бы во главе, а второй замыкал отряд, - улыбнулась я. - А какие у нее, у этой Roak свойства? Ты говорил, она магическая, - я прислушалась к моим ощущениям, эта диадема, или корона, казалась мне теплой, теплее, чем обычно ощущается металл и она словно... пульсировала? Или этом мои ладони, все еще не зажившие после "приключения" в пещере, выдали такую пульсацию? Но ничего особенного я не ощущала, разве только... Запах табака и меди стал сильнее, гуще. Казалось, протяни руку и окунешься в него как в воду. Корона потяжелела, стала еще теплее и пульсация усилилась, теперь я точно чувствовала, что это она бьется, а не пульс в моих руках. Роар звала меня, требовала надеть ее, умоляла сделать это. - Она... живая? - Значит, ты услышала ее... - хрипло сказал гном. - Надень ее. Я вздрогнула и протянула венец: - Забери ее у меня. - Лекс... - Пожалуйста, - вымученно сказала я. - Забери. Мои руки опустели, я перестала ощущать чужую волю и с наслаждением вдохнула полной грудью. - Подожди, - попросила я гнома, мне показалось что он уходит куда-то и я попыталась поймать его, но руки схватили только воздух. - Торин, подожди! - Я здесь, - гулко ответил гном, я шагнула к нему, нашарила его правую руку, крепко сжала, другой рукой нашла его плечо, но не остановилась на этом и двинулась дальше, ладонью обхватила шею, ощущая как бьется жилка под ней, пальцы запустила в волосы на затылке. - Я не гном, Торин, - сказала я, качая головой. - Для меня важны совсем другие вещи. Их нельзя пощупать, их можно только ощущать. Наследие предков это прекрасно, я сама ничем таким не могла похвастаться и в родном мире, что уж говорить об этом. Но всегда и всюду у всех, у тебя, у меня, есть только мы. Наши знания, наша память, наши чувства. Наше доверие, честность, надежность. Никакое золото, никакие вещи не заменят, не скомпенсируют отсутствие душевного тепла, не заполнят одиночество, не подарят счастья. Никакие венцы, короны, рубины, бриллианты. Ничего. Торин попытался что-то сказать, но я покачала головой, скользнула рукой и чисто символически закрыла ему рот. - Если для меня что-то из этого станет важным, то только потому что ты мне это дал. Дал не как реликвию своего народа, не как символ, а как то, что дорого именно тебе, Торину Дубощиту, а не Королю-под-Горой, чья родословная длинней всех бород Эребора. Если ты хочешь, чтобы эта вещь была у меня, то я приму ее, но только из рук Торина, и не по тому что я ее слышу или что-то в таком роде. Для меня все имеет значение через тебя. Я никогда не смогу того, что могут гномы, не смогу ценить то, что важно для гномов, мои приоритеты навсегда останутся не такими как у гномов, потому что я - человек. И тебе придется помнить об этом всегда, как я всегда буду помнить, что ты - гном. - Я, - губы Торина шевельнулись, и я убрала руку, снова положив ее на шею гнома, - не совсем понимаю, что ты хочешь сказать. - Почему ты хочешь, чтобы я надела роар? - Если роар откликнулась, то это означает что ты меня все еще хоть немного, но любишь, - тихо сказал гном. - Пока ты ее носишь, я это чувствую, - он помолчал. - Ты собираешься покинуть Гору, на расстоянии я не чувствую тебя, даже в Дейле ты недосягаема. Без твои чувств, - я почувствовала, как он покачал головой. - Я уйду в камень. И ты правильно сказала, я король с родословной длиннее всех бород, я обязан думать о подданных... Фили еще рано принимать корону, но я хочу чтобы роар была у тебя не только как король, но и как гном, который умудрился полюбить человека. - Ты... готов отпустить меня в Ривенделл? - я не верила своим ушам, радость забилась в груди. - Я понял, что... - Торин все еще говорил медленно, хрипло, но я услышала как его голос потеплел, - мое желание держать тебя возле себя сродни тому желанию, с которым гномы хранят золото, - хмыкнул мужчина. - Но золото не живое, ему не важно, что его держат взаперти. А тогда, у пещеры, когда мы поругались, я понял, что ты не как золото, - он снова покачал головой, - ты как вода, чем крепче я сжимаю кулак, тем быстрее ты исчезнешь. Я не могу запрещать тебе делать то, что ты хочешь. - У нас это называют "компромиссом", - не удержалась я. - Каждый делает то, что считает необходимым, но учитывает желание другого. Я надену роар, чтобы ты мог чувствовать меня, когда я уеду. Но если ты хочешь, чтобы еще что-то от твоего бессмертного предка было у меня, то я просто положу это в сундук и буду иногда вспоминать что у меня это есть. Если не найду этому практического применения. Торин хмыкнул: - Предки небось уже все бороды сжевали, слушая такие не-гномские речи. - Думаешь, они за нами наблюдают? Жаль... - Почему? После того, как Торин сказал, что он готов отпустить меня в Ривенделл, мне стало легко-легко, словно разом исчезли все заботы. Я поняла, что желание уехать из Горы возникло не от обиды на мужчину, совершившего когда-то глупость, а от необходимости осознать, что со слепотой моя жизнь не закончилась, что она по-прежнему у меня под контролем. Что я могу принимать решения, воплощать в жизнь планы, а не обречена на прозябание во мраке. Что мой мир не схлопнулся до стен одной-единственной комнаты, что я все еще могу покидать ее и. И возвращаться. Дом это не только там, где твои близкие, но и там, куда ты хочешь возвращаться. И этот мужчина именно тот, к кому я хочу возвращаться. - Не люблю прилю... пригномно обниматься, - весело ответила я. - А ты, - опешил Торин, - хочешь меня обнять? - Ты против? - Нет, - горячие, крепкие руки обняли меня за талию и притянули к себе, я с удовольствием обняла гнома за шею. - У тебя другая прическа, - заметила я. - Раньше же было всего две косы. - Ну конечно, я же теперь Король-под-Горой. Я положила голову на плечо Торина, какая-то металлическая штучка легонько стукнула меня по носу. - И бороду заплел? С бусинами? - Да. Пока борода короткая, но уже можно украшать. Бусина опять ударила и я заворчала, пряча нос в шею гнома: - Приоделся, украсился, корону нацепил. Небось отбоя теперь от девушек нет. - Издалека любуются, - улыбнулся Торин, еще крепче обнимая меня. - Знают, что моя невеста дракона не побоялась, сразилась с ним, вот и опасаются. - Кстати, - вспомнила я, - чего это гномы меня за твою невесту принимают, почтительно "госпожой" величают? - Ну, разве ты не она? - осторожно уточнил Торин. - Не припомню такого, - серьезно сказала я. - Благодарственные дары за спасение Флеки приносили, я помню. А вот сватовских даров не приносили. Не, не было такого. - А говоришь, ценности тебя не интересуют, - хохотнул гном. - Так тож в семью все пойдет, а у меня скоро траты великие, любимого брата женю, надо не упасть в грязь лицом. - Скупишь всех лошадей, свое имущество в Ривенделл перевозить, - с тоской сказал Торин. - Зачем всё-то? - Не понял. - Да я тут подумала. Сейчас подумала, - уточнила я. - Раз ты меня запирать не собираешься, носить всякие венцы на голове постоянно я не хочу... я же могу посетить свадьбу брата, а потом вернуться сюда... зачем свои вещи туда-сюда катать? Пусть тут лежат. - Ты правда хочешь вернуться в Эребор? - А ты уже распланировал, как воодушевленные моим отсутствием девицы начнут вокруг тебя крутиться? - Ответь серьезно. - Да, я готова остаться жить в Горе. Не на совсем, иногда я бы все же ездила к брату, да и посмотреть на загадочную Галадриэль все же хочется. И Бильбо навестить. И Радагаста тоже, Элронду одному же одиноко. - Мы можем организовать их приезд. - Нет, - я уперлась ладонями в грудь гному, - никаких попыток запереть меня в Эреборе! Никаких благих намерений, никаких "я же о тебе забочусь" и так далее. Первая же попытка, и я уеду! - Хорошо, хорошо, - Торин держал меня крепко, не вырвешься. - Но что если тебе будет угрожать какая-то опасность? - Например? - Твое здоровье. - Торин, ты думаешь, я дура? Когда мне говорят "нет" и обосновывают почему "нет", разве я не прислушиваюсь? - Нуу, - протянул гном, явно что-то припоминая. - И хоть раз я отказалась разгребать последствия? Пойми, я взрослая сформировавшаяся личность, не ребенок, за которого решает кто-то другой. И не золото. - Понял, хоть и не принял, - вздохнул Торин. - Разумеется, я буду с тобой советоваться, и, не обижайся только, и с Балином и Двалином, они оба мне уже как дядюшки, в человеческом смысле, а то кто вас знает, какие у вас порядки. - Мне иногда кажется, что проще поймать ветер, чем заставить тебя делать что-то. - Ну, это не так, я ж не... эээ... несгибаемый какой-нибудь местный фольклор. Кто у вас там был самый несгибаемый? Да пусть будет этот твой Дурин Бессмертный. Если меня посадить под арест на хлеб и воду, то я через какое-то время взвою и соглашусь побыть какое-то время хорошей девочкой... - Но только какое-то время. Да и то, это будешь не ты, я понял. Мы помолчали. - Слушай, я чувствую себя последней сволочью. - Почему? - удивился Торин. - Да выдвигаю тебе какой-то бесконечный список требований, то подарки не хочу, то хочу... а у тебя тоже же есть свое мнение, какие-то желания, еще что-то... - Ну, я хотел чтобы ты носила Роар, ты согласилась. Я хотел бы чтобы ты никуда не уезжала, но согласен и на небольшую твою отлучку, к брату на свадьбу, это важно, а остальное пока далеко и спорить не о чем... Охрану к тебе я приставил, против нее ты не протестуешь, я рад. Служанок бы тебе еще найти, но это вопрос сложный, тебе многие были бы рады услужить, но наши женщины не любят путешествий. Возможно кто-то из людей, но мне не хочется пускать их в Эребор, еще и к своей семье. Против служанок ты же не против? - Двалин говорил со мной сегодня об этом, тогда я еще не знала что останусь в Горе и у меня была одна кандидатура на примете. - Кто, я ее знаю? - Я ее пока тоже не знаю, мы в Дейле встретили разведчиков эльфов, они... - А, та женщина-хоббит. Посмотрим, на первое время может и правда сгодится. И я рад, что ты не протестуешь, что я назвал тебя своей семьей. - Ну, я же уже внесла сватовские дары в список своего имущества... - Значит, ты выйдешь за меня? - словно невзначай уточнил гном. - Выйду, - твердо сказала я. - Но не думай что я-жена буду более покладистой, чем я-невеста или я-сейчас. - Не смею и надеяться, - Торин убрал одну руку с моей талии и провел ладонью по щеке. - Тебя драконье пламя только закалило, с тобой и прежней было невозможно справиться. Но если продолжать список того, что я хотел бы, это чтобы ты пригномно не... подвергала сомнению мой авторитет. Возражать мне можешь, но... - Не называть твои идеи дурацкими или кретинскими? - поняла я. - Да. И обращаться ко мне в первую очередь, если тебе требуется помощь. - Меня Двалин как раз за это сегодня отчитывал. Я поэтому и пошла к тебе, когда увидела перестановку в своей комнате. - Спасибо кузену за это, - хмыкнул Торин. - Еще мне важно, чтобы свадьба прошла по гномьиим традициям, потому что я все же с бородатой родословной и "нацепил" корону. - Я эти ваши традиции переживу? Вдруг у вас там размахивание топорами какое-то запланировано. - Смухлюем, если что. Еще я хотел бы чтобы ты выполняла некоторые функции жены короля. - Это какие? - подозрительно сказала я. - Выслушивала мнение женщин, помогала, направляла их. Принимать роды ты не сможешь, по понятным причинам, но молодым матерям нужна будет помощь и поддержка. - Ээээ, я сама не очень-то взрослая, ваши молодые матери в 3-4 раза меня старше. - Фили и Кили ты же как-то направляешь, Балин и Двалин тоже прислушиваются к твоим словам. - Внезапно я осознала какая это ответственность, быть твоей женой и, - я вздохнула. - Передумала? - Нет, просто страшно ошибиться. - Ты справишься. - Спасибо... Ну, что веришь в меня. - Пожалуйста. Если еще некоторые вещи, которые я хотел бы обсудить, но пойдем, я думаю, твоя комната уже приведена в порядок, да и ты уже с трудом стоишь на ногах. - Ты чувствуешь мою усталость? - Когда ты так близко, то я вообще все чувствую, - Торин все еще обнимал меня одной рукой, аккуратно поглаживая мою щеку. Я улыбнулась и наклонила голову. Надеюсь, все эти духи предков деликатно отвернулись, целоваться пригномно я тоже не люблю. Хотя и оторваться от этого мужчины не могу.