Небесный ангел с глазами дьявола

Никто не знает, сколько темной силы скрывается в извилинах души. Чтоб разум твой она не помутила – любовью пламень злобы потуши.

-Не целуй меня! – Замахал руками Энджел, замотав головой во все стороны. -Мм..почему? – Тсуна остановилась на полпути, смешно вытянув губы в трубочку. – Чего ты стесняешься? -Я не стесняюсь! – Раздраженно выдал мальчик и гневно сверкнул глазами. – Хватит крутить мной, как хочешь, женщ..Тсуна! Десятая с неохотой отпустила сына, проворчав: -А как же мама!? Энджел фыркнул и отвернулся. «Надеюсь, будешь называть меня так не только по праздникам». – Проворчала она в мыслях, поднимаясь с колен. -А куда мы идем? – Ребенок ослабил шарф, но вскоре недовольно шикнул, так как Тсуна упрямо затянуло его обратно. -К моей маме. Она хотела тебя увидеть. -А я хочу домой. Тут холодно. – Заупрямился он, хмурясь. -У неё дома тепло. И не упрямься, Энджел. Это моя мать и она имеет право тебя увидеть. -Может сходить в зоопарк, если ей нужно кого-то увидеть. -Энджел! – Не выдержав, крикнула Десятая, заметав взглядом искры. Энждел фыркнул и пошел вперед. -Веди. Женщина устало вздохнула и поспешила следом. «Хотя бы теперь он со мной больше разговаривает». – Попыталась успокоить она себя, невесело улыбнувшись. Нана встретила их с улыбкой, сразу схватив ребенка за руку и затащив в дом. Энджел так растерялся, что даже ничего не сказал. И вообще, мать Тсунаёши его нехило смущала, поэтому мальчик старался держаться от неё подальше. Когда она усадила их за праздничный стол, он отодвинулся ближе к Тсуне и поежился. -Тсуна, он тебя так любит! – Весело засмеялась Нана, присаживаясь за стол. Мальчик вспыхнул и отодвинулся от Тсуны. От бушующих в душе чувств он сжал зубы и кулаки под столом. -Мама, не смущай его. – Захихикала Савада-младшая, наполняя стакан сына. Мальчику внезапно захотелось истерично закричать и сбежать из этого женского гнёздышка, но он продолжал сидеть и буравить взглядом пол. -Да ладно-ладно тебе. Это нормально. – Замахала ладонью женщина, успокаивая дочь. – Лучше расскажи мне о Энджеле. Он хорошо питается? Не болел еще ничем? -Он нормально ест, не волнуйся. – Вздохнула шатенка. – Мам, я хорошо о нем забочусь. -Верю-верю. – Беззаботно ответила мать Тсуны, взяв свой стаканчик и стукнув им по стакану в руках Энджела. – Кампа-ай. -Кампай. – Смущенно буркнул мальчишка, пригубив напиток и спрятав за стаканом свое лицо. -Он у тебя такой милый. – Восторженно обратилась к дочке Нана, улыбаясь. -Вижу, вы нашли общий язык. – Удовлетворённо кивнула Десятая, чокнувшись со стаканом матери. – Кампай. Когда они уходили, был уже вечер. Нана приглашала их остаться, а точнее, остаться Энджелу, но Тсуна вежливо отказалась. Им еще нужно было отправляться обратно в Италию. Мальчик потопал по заснеженной дорожке вперед, грея дыханием свои руки. Перчатки он очень не любил, поэтому одеть их на него было практически невозможно. Тсуна пошла за ним, радостно улыбаясь. -Ну как тебе моя мать? – Спросила она немного погодя, когда они проходили по заснеженному парку. -Без тормозов. Женщина засмеялась. -Да, есть такое. Но она не желала тебе ничего плохого. -Я понимаю. – Кивнул мальчик, не оборачиваясь. -Стой. Погоди минутку. Ребенок нехотя остановился, вопросительно оглянувшись на мать. -Ну что еще? В свете фонаря блеснул золотой шнурок. Энджел удивленно расширил глаза, отступив на шаг. -С Новым Годом! – Весело протянула Тсунаёши и нацепила мальчику подвеску на шею. Опустив глаза, ребенок в тусклом свете смог различить золотого льва с большой пушистой гривой. -Зачем? – Шокировано шепнул он, коснувшись кулона пальцами. -Я не успела подарить это тогда. На праздничном вечере. – Радостно ответила Десятая, зарываясь пальцами в шевелюру сына. – С Новым Годом, Энджел. Савада мягко поцеловала мальчишку в лоб, прикрыв глаза. Ребенок сжал в руке подвеску, покраснев и уставившись себе в ноги. Поддавшись какому-то странному порыву, он уронил пакет и крепко обнял мать, уткнувшись носом ей под грудь.