За гранью

Клинт Бартон сидел в плетеном кресле под навесом на заднем дворе небольшого двухэтажного дома, наслаждаясь прелестным солнечным деньком. Дневное светило пригревало, теплый ветерок шевелил короткие русые волосы и страницы газеты, которую держал в руках лучник. С первой страницы издания скалился в фирменной безупречной улыбке Тони Старк вместе со своим старшим сыном, сделавший очередное гениальное открытие. Сын был копией отца во всем кроме характера, которым он, слава высшим силам, пошел в мать, но сейчас не об этом. День был просто чудесным, особенное волшебство ему добавлял тот факт, что у супругов наконец-то совпали выходные, и они могли со спокойной совестью провести его вместе. Наташа сейчас готовила на кухне свой знаменитый рыбный пирог, и Клинт с радостью наблюдал бы, как крутится его рыжая прелестная жена в маленьком голубом фартучке среди всей этой посуды и кухонных приборов, если бы не дьявольские создания, ошибочно именуемые детьми, которые с дикими воплями носились по заднему двору. Мужчина только обреченно вздохнул, с надеждой подумав о том, что уже двадцать третье августа и эти хулиганы скоро пойдут в школу, и разрушения в их доме немного уменьшатся. Главной задачей Бартона было обеспечить безопасность тюльпанов, бережно выращиваемых на небольшой клумбе Наташей, от беспощадных ног рыжего тринадцатилетнего мальчика и светленькой семилетней девочки. Девчушка с воплями гонялась за старшим братом, который отнял у нее подаренный отцом на День рождения миниатюрный спортивный лук. - Пааапааааа, - заныла девчушка, подбегая к отцу. Тот возвел очи горе с выражением «за что мне такая кара?» и, не отрываясь от газеты, поинтересовался: - Что опять случилось, Николь? - Алекс не отдает мой лук! – с выражением вселенской несправедливости на лице ответила дочь. - Алекс подойди сюда, - Клинт всё так же не отрывался от газеты, которая прогнозировала победу «Янкис» в чемпионате страны. «Чертов Фил, опять ему сотню отдавать», - с огорчением подумал он, в сотый раз зарекаясь спорить с директором Коулсоном. Рыжий парень подошел, опасливо покосившись на сестру, которая демонстративно сложила руки на груди и чуть ли не показывала язык в знак своего превосходства. - Верни сестре лук, - отец чуть приопустил бумажное издание, чтобы посмотреть в лицо сыну. - Но папа, она мне вчера стрелой в колено попала! – возмущению парня не было предела. - А позавчера ты подлил краску в бутылек с ее шампунем. И этот список можно продолжать до бесконечности. Всё, довольно, - Бартон свернул газету и встал с места. – Или вы заканчиваете свое представление, или на оставшуюся неделю я отправлю вас перевоспитываться на ранчо к мистеру Фьюри. Оба детеныша сразу утихли. Бывший директор Щ.И.Т., вышедший на пенсию, был «притчей во языцех»: после выхода на заслуженный отдых он купил себе большой участок земли, завел там лошадей и стал выращивать яблоки. Тем не менее, ни хватки своей, ни требовательности он не потерял, поддерживая на своем ранчо практически военную дисциплину. - Размышляйте до вечера, а сейчас мы идем обедать. Мама, наверное, уже все приготовила, - с этими словами Клинт направился к дому. - На, вечером отдашь, - Николь передала брату лук, который тот вернул ей во время гневной речи отца, и кинулась следом за лучником, повиснув у него на руке. – Паааап, а мы пойдем сегодня в парк? - Конечно, пойдем, принцесса, - Бартон легко поднял девочку одной рукой и понес в дом. - А Майкл там будет? – продолжила допытываться дочь, отсмеявшись после щекотки отца. - Будет-будет, там все будут, - обнадежил Клинт, а про себя подумал, что тихого выходного, о котором он мечтал последний месяц, все равно не выйдет. Николь только радостно мотнула копной светлых кудряшек, от чего те весело засияли на солнце вместе с висевшей на тонкой цепочке поверх зеленого платьица маленькой золотой подвесочкой в форме паучка. <The End?>