Иного духа.

Сайтама привык сражаться с монстрами в одиночку или в паре с Геносом, но такого мерзкого положения не припоминал. Соник опасен, никогда не знаешь, когда ужалит. Угрожает. Шантажирует. Просто играет на чувствах. Бесит! Убил бы… Нелицензионному Ездоку худо придется, если столкнется с таким противником. Некогда мешкать — нужно брать быка за рога! Ударник позвал медсестру и попросил телефон. Его сотовый канул в лету в разрушенном доме, видимо, поэтому Генос его и не принес. — Простите, а не подскажите номер Геройской Ассоциации? — робко поинтересовался он. — Откуда мне знать? Разве не Вы состояли в ней? — упрекнула еще. Сайтама виновато улыбнулся: — Вот потому и исключили. — Позвоните в справочную. — А у нее какой номер? — очередная дурацкая улыбочка тролля высшего уровня. — Издеваетесь?! — Нет. А что? В итоге медсестре пришлось найти ему номер Ассоциации Героев, чтобы тот им мозги компостировал, а не ей. — Здравствуйте! Вы позвонили на горячую линию Ассоциации Героев, — раздался мужской голос на том конце провода. — Говорите. — У меня важная информация, — Ударник начал без прелюдий. — Преступник по имени Соник со скоростью звука планирует убить героя Безлицензионного Ездока. Прошу принять мою заявку и защитить героя от врага. На том конце замолкли на миг. — Простите, а кто Вы? Откуда такая информация? — Сайтама. Герой в отставке. — А-ха-ха! Привет, лысый мудак, а это я — Снек! Наконец-то справедливость восторжествовала! Так тебе и надо, ушлепок. Таким как ты не место в столь элитной Ассоциации, — даже ударение сделал на «элитной». Сайтама нахмурился. Напряг извилины: — Я чего-то не припомню тебя… — Что?! Я — герой А класса, Снек! — зашипел тот. — Ничтожество! — Хоть убей, не вспомню. Ладно, хрен с тобой. Просто защитите Ездока, а то он реально дубу даст, если Соник до него доберется, — Ударник по обыкновению поглотил и растворил весь пафос. — Пошел вон, неудачник! Герой сам постоит за себя. — Просто оформи заявку, что тут трудного? Не будь гадом ползучим, — настаивал Сайтама. — Пусть герои рассмотрят. И предупреди Ездока. Если он умрет, то я накатаю такую жалобу в Ассоциацию о твоей халатности, тебе влетит. — Шантажируешь? Да как ты смеешь! — Жизнь научила, прости, чувак, я же не деньги вымогаю, а поработать прошу. Теперь открывай нужный файлик и оформляй. — Да ты охренел! — Снек аж по столу стукнул. — Хорошо, я позвоню твоему начальнику, представлюсь анонимом и пожалуюсь на тебя, — Сайтама продолжал стоять на своем. Это уже школа Геноса. — Хорошо, придурок, хорошо! Твоя взяла. — Спасибо тебе, Снек, спаси Ездока, пожалуйста, — Сайтама с такой искренностью поблагодарил, что невольно надавил на геройские чувства парня. Тот крайне смутился. Нервно глотнул кофе. В голосе Сайтамы он расслышал… тревогу? — Эй, лысый, ты всегда такой мудак или притворяешься? — Не спрашивай, не знаю, почему вызываю всеобщее раздражение одним своим видом. Я бы и сам помог Ездоку, если бы не был в больнице. — Ясно. Тогда Ассоциация рассмотрит твою заявку. — Слушай, дай мне номер Кинга. Снек аж капельками кофе монитор украсил. — Зачем?! — Я ему должен приставку вернуть. Он, конечно, придет на неделе, но мне он нужен сейчас. Снек нечленораздельно зашипел. — Вы лично знакомы? Врун! Тогда у тебя должен быть его номер. — Да не помню я его наизусть! Мой телефон под руинами моего дома, я и тебе-то звоню со стационарного. — Чувак, да ты бомж, однако, не думал, что у тебя все так серьезно. Нечего было играть в героя, дилетант. Получил? Это тебе за самоуверенность! — Снек был беспощаден. — Потом поругаешь, дай мне позвонить Кингу. — Нет у меня его номера. — Врешь, база данных перед тобой. — Я не должен разглашать такие сведения, иди на фиг. — Я хочу подключить его к поиску Соника, — Сайтама не отпускал его. — Герой класса S не будет тратить время на такую ерунду. А то потом Кинг на мне испытает свой механизм. — Забодал уже, дай мне номер, и попрощаемся! — терпение Ударника лопнуло. — Что, так горит, что ли? — Дело жизни и смерти. — Тогда про меня молчок, договорились? — Да он и не спросит, усрался ты ему, — успокаивал его Сайтама. — Ах ты засранец! Ладно, записывай… — Подожди! — Сайтама не был готов записывать. Схватил виноград. — Давай! Каждая кучка виноградинок соответствовала нужной цифре. — …двадцать пять… — из трубки. Ударник отрывал ягодки: две и следующая порция из пяти. — …тридцать девять. Одной ягодки не хватает. Ничего, Сайтама разгрыз напополам одну и положил в последнюю кучку. Номер готов! — Спасибо, чувак! Попрощался и старался не дергаться, чтобы не потерять виноградинки. Если бы Генос только видел, как он записывал номер... В общем, хорошо, что этому нет свидетелей. Теперь Ударник надеялся, что ничего не перепутал. Теперь очередь Кинга. Но к телефону никто не подходил. Сайтама пытался запомнить номер руками, нажимая кнопки. Порой руки помнят больше, чем голова. — Да? Алло, — недовольный голос Кинга. — Чего к трубке не подходишь? Спишь, что ли? Решил наехать. — А, это ты, привет. Нет, я мочил моего любимого непобедимого босса, если что. — Боже, ну конечно, как я мог забыть. А я к тебе по делу. — Да? Тебе что-то принести? Трусы кончились? — Нет, мне нужна другая помощь. Безлицензионный Ездок в опасности. Помоги ему, — Сайтама порядком напугал друга подобной просьбой. — Ч-чувак, ты шутишь? Ты же знаешь, что я собой представляю, — напомнил ему трусишка. — Ничего такого опасного делать. У тебя есть большое влияние в Ассоциации Героев. Просто надави на начальство своим механизмом и организуй охрану Ездоку. Вот и все. — А что случилось-то? — Кинг облегченно выдохнул. — Пока ничего, но Соник собирается убить его, может уже прямо сейчас. Позвони Ездоку, предупреди. Спрячьте его, в общем. — Соник? — Кинг не сразу вспомнил эту наглую морду, ворующую бутерброды с тарелкой. — Откуда ты знаешь о его замыслах?! Вот об этом Сайтама не подумал. — Ну, он приходит ко мне. Иногда, — замялся. — Что?! — Кинг вспомнил свежие синяки Сайтамы и кровоподтеки на шее, когда тот говорил, что просто упал. — И ты все это время молчал?! Почему? — А что тут такого? — Ударник взаправду не понимал его беспокойства. — Чувак, да к тебе маньяк ходит и… вот блин блинский! Те следы на шее — он душил тебя, что ли? — Было дело, и чё? — Да ничё! Дурак, звони Геносу, это тебя оберегать надо! Сайтама лишь удивлялся: Кинг сердится. Так странно. — Я поругался с ним, лучше за Ездоком проследите, — стоял на своем. — Будет повод помириться. Просто попроси помощи, и он прилетит к тебе на крыльях счастья, позабыв об обидах. Он же твой лучший друг! Лучший? Как током прошибло. — Не получится. Он… — голос дрогнул. — Генос мне больше не друг. — Почему?!! Ты в чем-то заблуждаешься. — Он сам так сказал. Видимо, ему была интересна только моя сила, а теперь ее нет. И Генос ушел. Сечёшь? Кинг замолчал. Вспомнил одну из своих бесед с Киборгом-Демоном. Так и есть. Тот был с Сайтамой, очарованный его силушкой. Печально. И что сейчас? Соник приходит к беспомощному парню и отрывается на нем. — Сайтама. Тебе иногда нужно быть более открытым с людьми. Почему мне сразу не рассказал? — Разве это важно? Прости, я не знал. — Представь себе, если бы кто-то из твоих любимых умалчивал подобное, — этот геймер-одиночка еще и морали читать умел. — Хочешь, я поговорю с Геносом? — С ума сошел?! Не смей! Зашибу! — испугался паренек. — Ладно. Давай там крепись. Как давно Соник объявился? — Не знаю. Дня три подряд, наверное, ходит. — Ну, ты даешь! Дурачина, хорошо, придумаю что-нибудь, — пообещал Кинг и усмехнулся в трубку. — А ты учись доверять людям немного. В страхе нет ничего постыдного. Легко говорить тому, у кого механизм постоянно грохочет. — С-спасибо… Ударник смутился. Полегчало. Хоть и отругали, но он привык к подобному обращению. — А чего Сонику надо от тебя-то? — Кинг удивлялся. И как только в живых остался после встречи с ним? — Да так, пристал ко мне, похитить хочет, ждет, когда поправлюсь немного. И чтобы развлечься, решил поубивать всех моих друзей. Хочет начать с Ездока. На том конце провода подавились воздухом. — Чего?! Кинг поражался его хладнокровию. А ведь Соник и к нему может прийти. Ужас какой! — Ты там тоже поосторожней. А то голову отрежет ведь, — Сайтама сам не хотел, но напугал. — А-а-а! Чувак, ты убиваешь меня! Я ведь теперь не засну и играть не смогу! — Зато начеку будешь. Прости, не хотел тебя впутывать в это дело. — Да, блин, хоть рассказал, и на том спасибо, — Кинг сменил гнев на милость. — А ты ко мне придешь? Или тоже забьешь? — прямо в лоб спросил. — Боже, да куда я от тебя денусь? Мы в одной подводной лодке. — Обещаешь? — Э-э? А что не похоже? — Кинг… — Что? — Ты ведь не исчезнешь? — нотки горечи в голосе. Или показалось? — Ты пугаешь меня. Если Соник не пришибет, не исчезну. — Тогда — до встречи. — Ага. Кинг прервал связь и задумался. С чего начать? Пора ворошить улей. Сначала Геройская Ассоциация. О, там нашлась заявка Сайтамы, а о ней парень умолчал. Затем звонок Ездоку. Тот сказал, что примет вызов Соника. Еще один дурак, как Сайтама, нужны телохранители. Дожили. Теперь герои друг друга спасают… И что еще? Генос… Кинг хотел бы выслушать его версию. И все равно, что Ударник категорически запретил ему вмешиваться в их отношения. Вдруг это глупое недоразумение. Нужно все прояснить. Добрые люди из Ассоциации сказали, где сейчас живет Демон-Киборг. А то! Механизм это не хухры-мухры. Только был бы дома… *** Демон-Киборг сидел на футоне и… думал. Разрыв тяжело пошел. Он больше всего в своей жизни ненавидел предательство, как самый страшный из грехов, а тут вдруг вроде и сам превратился в это омерзительное нечто. Собственная мораль или жизнь друга? Какой нелепый выбор. Так грязно он себя никогда не чувствовал. Да и поругались еще. Отвратительно. Захотелось вернуться, просить прощения и больше не отпускать. Но тогда… ну-ну, и умереть в один день под ногой монстра. Нет! Сайтама должен жить! Как же горько. И одиноко. Тьма окутывала его, хоть в петлю лезь. Звонок в дверь. Как не вовремя. А вдруг что-то важное? Открыл. На пороге недовольный Кинг с тяжеленным взглядом и работающим на всю катушку механизмом. Кстати, Сайтама так и не рассказал Геносу о настоящей личности этого парня. Ведь это секрет Кинга. — Что Вам нужно? — меньше всего хотелось с ним беседовать. — Я ненадолго, — прошел в комнату. Киборг закрыл за ним дверь и обдал незваного гостя ледяным взглядом. — Я по поводу Сайтамы… — Не Ваше дело, проваливайте, — Генос был бесконечно вежлив. — Хорошо, но знай, Соник уже третий день подряд является к Сайтаме и истязает его. Ты видел, какие следы у него на шее? Думаешь, что это кровоподтек с головы спустился? Нет, это отпечатки рук Соника. Он обещает перерезать всех его друзей и похитить его самого. Ты, как один из его приятелей, хоть и бывших, но… Лицо Демона-киборга сначала вытянулось, затем потемнело от дикой ярости. Он в неистовом бешенстве. Удар и Кинг прижат к стене. — Где это маленькое звуковое чудовище? — сквозь зубы проговорил. — Я сотру его с лица Земли! Если хоть одна волосинка упадет… Вот незадача! Речь глубоко пафосная, но к Сайтаме не подходит. — С какого места? — Кинг робко заулыбался. Хоть и страшился киборга, но радовался — Лысый заблуждался по поводу предательства. — Генос, что за игру ты затеял? Почему оставил его именно тогда, когда он так в тебе нуждается? Я поговорил с ним. Сайтама не говорит напрямую, но он огорчен. — Прекрати! Заткнись! — Генос и так с ума сходил от собственного поступка, а тут еще эта пытка. Хорошо, что он железный, и плакать можно бесследно. — Сам прекрати! Соник открыл охоту на нас. Хочет начать с Безлицензионного Ездока. Видимо, будет ловить по одному. — Пусть начнет с меня! Генос круто развернулся и поспешил к выходу. Нагрянет в гости к Ездоку. Кинг побежал за ним. Коленки тряслись, но что поделать? Активировал киборга в нужном направлении. Теперь в их составе есть тяжелая артиллерия. Уже хорошо. Ездок не жил в общежитии Ассоциации. Поэтому нужно было торопиться, а то за Соником можно и не успеть. Генос сердился не только на противника, но и на Сайтаму. Почему промолчал? Почему терпел? С другой стороны и на себя гневался. Почему не выловил этого шустрого звукового гада ранее? Надо было караулить палату круглосуточно! Как представил себе, что руки Соника тянутся к шее Сайтамы. Сжимают горло. Отбиться нельзя, слишком слаб… Омерзительно! «Сердце» кровью обливалось. Хотелось защитить, а что в итоге? Стоило замешкаться, как опасность тут как тут! Что теперь делать? Тьма и злоба ослепляли. Сам готов полгорода разнести к чертям собачьим. *** Ударник пытался заснуть, но не мог. — Если Генос узнает правду, они с Соником разгромят всю больницу и поубивают всех вокруг себя и друг друга, — вслух размышлял. — А если я встану между ними, получится массовое самоубийство. Надеюсь, Кинг поймет меня и сделает все по-тихому… На простынях лежал цветок, брошенный звуковиком. Остальные цветы были собраны санитарочкой и поставлены в новую вазу. Женщина долго брюзжала по поводу стекла на полу, мол, совсем не жалеют ее рук. Вечером приходил доктор Брейн: — Что-то ты сегодня тише обычного. Девочки жалуются на тебя. Почему не поужинал и вазу разбил, к тому же? Только не пугай меня развивающимся посттравматическим психозом. Я не хочу тебе назначать что-то из того, что угнетает нервную систему, но также не хочу бегающего психа по отделению. Что случилось? Я врач, мне можно жаловаться без стыда. — Доктор, сегодня у меня сердце разболелось. И не могу заснуть, — неожиданно ответил пациент. — Сердце? Хорошо, сделаем ЭКГ, и приглашу кардиолога. Но скорее, это переломанные ребра тебя так беспокоят, а не сердце, — тот записал в блокнот свои назначения и продолжил опрос. — Опиши характер болей. Сайтама приложил руку к груди. Подумал о Геносе. — Словно острая фигня вонзается. — Удушья нет? — Сейчас нет. — А было? — Перехватывало дыхание что пипец, и ничего не мог сказать, — вспоминал пациент. — Когда это возникло впервые? Что ты делал, надеюсь, не вставал? — Нет. Я был на месте. Но Генос приходил. Доктор все писал неотрывно: — И? — Мы поругались. А затем… — Сайтама сложил кулаки вместе, затем разлепил их, изображая разбитое сердце. — Ту-дум! И словно оборвалось что-то. Что это было? Доктор замер. Оторвался от записей и многозначительно посмотрел на шутника. Но тот и не думал ребячиться. — Не делай такое страшное лицо. Неужели неизлечимо? — заволновался больной. — Да, глупость — это навсегда. Но кардиолога все равно приглашу, чтобы исключить послестрессовые дела. И не пугай так больше! Доктор сердит. — Х-хорошо. Сайтама опустил взгляд на свои ладони. Устал. Передозировка человеческой злости утомила сильнее обычного: только и делают, что кричат, раздражаются, угрожают. — Холодно, — вдруг снова пожаловался герой в отставке, отчего доктор остановился у дверей. — Я попрошу сестер принести второе одеяло или обогрев, — бросил тот и вышел. Сайтама вздрогнул от дверного стука. — Не нужен мне другой обогреватель, — обнял себя за плечи и выдохнул. — Он не производит теплых слов. Хотел подтянуть ноги, но тело отозвалось болью. Приходилось только ждать вестей. *** Душа разрывалась от неконтролируемого гнева. И прежде всего на самого себя. Неправильный выбор. Генос давно не был в таком отчаянии. Может, Кинг прав? Не стоило так поступать с лучшим другом. Лучшим? Да, он стал таковым. Кинг говорит, что Сайтаме горько? И как он это только понял? Ведь Сайтама ничего не выражает! Демон-Киборг остановился на перекрестке. Если бы он только остался, учителю не было бы так тяжко. И Соник не смог бы и пальцем прикоснуться к нему. Душа болела. Только представить, как этот моральный урод истязает подавленного друга… Не нужно было спешить с расставанием! Быть рядом, оберегать, убить все опасное вокруг него, только потом отпустить, нормально объяснившись (если в процессе умом не тронуться). И почему хорошие мысли приходят так запоздало? *** Кровь кипела. Огонь разливался по сосудам. Соник любил чувство страсти к битвам. Быть первым, сильнейшим, лучшим! Он несся со всех ног к новой цели. Да-да! Принести голову Ездока и взволновать этот ледяной айсберг по имени Сайтама. Как же раздражает его равнодушие. Хочется поколебать непоколебимое! Заглянуть в испуганные глаза, ради чувства собственного превосходства. А нечего обзывать его, Соника со скоростью звука, пустозвоном! Как минимум, это оскорбляет его имя и суть в целом. Как посмел? Вот и дом Ездока. Перед этим пришлось потратить время на поиск информации на тему адреса героя. Но теперь все ясно. Пронырнуть и убить быстро или позвать и схватиться в поединке? Оба варианта хороши. Соник растянул губы в чеширской улыбке. Пора играть. Вот он уже в доме. Что, никого? Ладно, не беда. Может Ездок в магазин пошел, есть шанс затаиться и дождаться. Звуковик прошелся по комнате: миленько, чистенько. — Удар Справедливости! — вдруг из шкафа вылетает Безлицензионный Ездок с великом в качестве оружия, и хрясь по вторженцу. Но воин тени крепкий орешек — успел подставить руку. А ведь костюмчик у него с броней! Приподнял велик и бросил хищный взгляд на свою жертву. Ездок вновь замахнулся, другого оружия у него не было. Соник отбил железную Справедливость катаной, не вынимая ту из ножен — не хотелось тупить лезвие по пустякам. Правильно, не только же Сайтама практичный парень. Велик ударился в стену и пал в неравном бою, его колесо жалобно проскрипело и остановилось. — Справедливость! — заволновался Ездок, трагически протягивая руку павшему товарищу. — Я отомщу за тебя! Вот она любовь велика и человека! Придется покупать другую Справедливость, хотя и эта не первая. Если конечно… Враг дал ножнами по затылку, отчего несчастный упал на четвереньки. Звездочки заиграли перед глазами. Соник вынул меч. Метил в шею. Ездок пришел в себя. Безрассудно набросился на противника: задумал повалить на пол, но тупо повис на шее. Убийца даже не сдвинулся, как бы герой не кричал и не пыжился. Звуковик малость прифигел от сущей нелепости: — Что ты делаешь? Это атака разве? — аж катану опустил. — Да!!! — тот принялся душить убийцу в объятье-захвате. Какая странная техника. Ведь он открыт! Можно с легкостью вонзить нож в спину. Правда, а почему не ранить? Растянуть удовольствие, поиграться, все равно не на миссии. Так и сделал, поковырялся неспешно в карманах и — кунай в спину. Ездок чуть отстранился и ошарашенно посмотрел в лицо врага. — Не жди милосердия, — мучитель нарочно поковырял лезвием и углубил рану. — А я и не умоляю! А-ах… — отчаянный парень обмякал. Уловил себя на мысли, что умирать, обнимая кого-то, пусть и противника, гораздо приятнее, чем быть съеденным монстром, например, или быть брошенным в яме. Тут дверь слетела с петель, и Сонику пришлось отпрыгнуть. Ездок же припечатался вместе с дверью к стене. — Простите за вторжение, я пришел на помощь, — в дымящемся проёме появился не кто иной, как сам Генос с протянутой рукой, и вовсе не для милостыни. Палил огнем! За миг до появления датчиками засек движения двух объектов, которыми, как он и предполагал, оказались Соник и велосипедист. — Мудак, да ему дверью крышка! — наемник поражался спасательным методам железного парня. Тот сильнее нахмурился. — Будет повод для мести, — ответил и вновь бесцеремонно выстрелил. Сражаться с ним в маленькой комнатке — самоубийство. Звуковик вышел через дыру во двор. Вот тут-то и можно разгуляться! Кровь давно кипит и жаждет крови. Тьфу ты, Соник-тавтолог… Демон-Киборг танком за ним. Смена локации — милое дело. — Я сотру тебя с лица Земли, ничтожество, — тот был непоколебим. Палил и крушил все на своем пути, целясь в юркого Соника. — Эй, какая муха тебя укусила? — воин тени прочувствовал слепую ярость врага. Ловко отпрыгивал от смертоносных лучей, совершая сальто, колесо и прочий мастер-класс по акробатике. — Я не позволю тебе больше вредить Сайтаме! — Генос раскалил Ядро и засветился. — Ты бросил его, так почему же другому не подобрать, а? — негодяй нарочно давил на болевые точки. — Никогда! — стрелял в воина тени. Заполыхал пожар, небо заволокло дымом, и рядом рванул газ, отбросив наемника на несколько метров, но тот приземлился как кошка на все четыре лапы и выпрямился. Заулыбался: — Знаешь, я мучил его, но он не боится ни моих рук, ни ног, ему глубоко до фени, бронебойный и всё тут. Но вот стоило тебе сказать всего пару слов и — ранил. Сильнее, чем я и все монстры вместе взятые! Великолепно! Я завидую! Вот бы и мне так бичевать Сайтаму, но, увы, это оружие только у тебя, — Соник злорадствовал и восхищался одновременно, затем приблизился и указал пальцем на противника. — Ты — первый в списке тех, кто больше всех ему навредил! Раскатал Геноса. В пух и прах. Жалил словами, впрыскивал яд. Острее лезвия меча. И что же? Геносу хотелось защитить Сайтаму, а в итоге — только хуже. Безумные мысли Демона-Киборга очернили душу. Он не был готов к такой правде, хотя Кинг и говорил то же самое, но в более мягкой форме. И как же теперь получить искупление? Что же делать? Одна ошибка за другой. Включил Ядро на полную мощность. Тут инстинкты Соника закричали оперным хором. Кажется, будет превеликий ба-бах! Нечего тут играть и красоваться. Раз — и все дела-то! Ниндзя на мгновение замешкался. Что быстрее: звук или взрывная волна палящего ада? — Чувак, Ездок жив! Не гони коней! — взволнованный Кинг настиг их. Он и не подозревал о смертоносном для всего живого замысле киборга. Остановиться? Но тогда Соник уйдет и ищи свищи. Мысль о Сайтаме в его руках сводила с ума. Да и сам теперь недостоин. Горько и мерзко. Стыдно и больно. — Простите… — еле слышно ответил Генос, но сам уже не мог остановиться. Сонику инстинкты рассказали, что перед ним ходячая атомная бомба и сражаться дальше, так же как и убежать — нереально. И если бы только задницу поджарило, не беда, а как же невидимое излучение, которое может вырваться и пронзить каждую клеточку тела? Осталось только одно! — Сайтама!!! Мать твою, и ты тут! — врал как срал. В данном случае второе тоже актуально, если видишь всю полноту опасности. Пелена ярости и отчаяния сошла с глаз Геноса. Испугался. А ведь и правда, Сайтама мог каким-то чудом доползти до дома Ездока, чтобы защитить того, отговорить Соника и тому подобное. — Чувак, ты чего? — Кинг схватил Демона-Киборга за плечо. Он так и не прочухал ничего. Соник уносил ноги. Желание убивать как рукой сняло, пусть и временно. Ему хотелось сразиться с противником, а не с ядерным камикадзе! Киборг же упал на колени и сел, повесив голову. — Эй, ты сломался, что ли? Что с тобой происходит? — Кинг похлопал его по блестящему корпусу плеча. — Соник отступил, молодец. Пойдем, Ездока в больницу отправим, заодно Сайтаму навестим, порадуем парня. Это имя — теперь красная тряпка. — Нет! — Генос довольно сильно отбил руку товарища и вскочил на ноги. Был бы человеком — задрожал. Кинг опешил и прижал конечность к себе. Больно — теперь в запястье стреляет. Шагнул назад. Демон-Киборг вновь устрашился собственных поступков. А ведь мог и кость сломать. — Прости, я… — вновь разочаровался в себе. — Не знаю, что происходит. Я недостоин быть с ним после всего, что наделал. — Дружище, ему станет пофиг на все прошлое, он просто обрадуется твоему приходу. Я чего-то не пойму: раз он тебе нужен, чего ломаешься? Генос вспомнил страшные слова профессора о разности путей героя и обывателя, о своей первоначальной задаче, о Тацумаки с монстром внутри. Камень упал на плечи непосильным грузом. Только после разрешения этих задач можно вернуться к Сайтаме и просить прощения. Кинг ждал ответа, но парень не собирался делиться горем. Подъехала машина скорой помощи. — Знаешь, с таким настроем ты ничего не сможешь сделать, — Кинг рассердился, терпеть не мог таких упрямцев. — Соник хоть и отступил, но победил. Не находишь? Он вывел тебя из себя, не вынимая меча. Если ты так будешь огорчаться и впредь, то очередная битва с кем угодно закончится для тебя трагично. Генос промолчал. Ушел. Он и так всё знал. *** Вымотался. Быстрые ноги Соника со скоростью звука подкашивались. Генос таки поджарил его огнем запала. Да и духом тоже устал. Как хорошо, что он умеет блефовать, а то бы разлетелся на кусочки вместе с этим железным дураком. Да и не думал, что так сильно зацепит его за живое. Аж у самого в голове туман появился, видимо, надышался едким дымом. И нехило так: легкие горят, горло дерет да устал кашлять. При очередном кхе-кхе зацепился ногой за ногу и упал мордой в асфальт. Ладно, не привыкать. Полежать и отдохнуть — самое оно. Затошнило. Все-таки отравился. Генос, зараза, устроил пожар! Вспомнился Сайтама в больнице. А что, если Генос замыслит извиниться и вернуться? Плохо дело, нужно разведать обстановку, а то овечку уведет железный пес. Поднялся. Коленки дрожали от перенапряжения. Ожоги заныли. Но уступать не собирался, тем более, сам обещал Сайтаме похитить его. — Я только туда и обратно, — решил он. *** Несмотря на волнения, Сайтама заснул. Если бы только был сотовый телефон! И как только раньше люди без него жили? Горе-ниндзя чуть не промахнулся окном. Цап-царап! Шурх да шурх — подтянулся на руках и вскарабкался. На этот раз очень шумно ввалился, но больной так крепко спал, что не услышал. Соник, тем временем, осматривался. Тишина. Темно, но свет с улицы освещал кровать с белыми простынями. И Сайтаму в клетчатой рубашке. В помещении пахнет кварцем. Или это наемник поджарился после такой прогулки. Замер у кровати. Может его сейчас унести и не дергаться каждый раз? Но тогда придется нянчиться с ним, а это геморрой. И вдруг затяжелеет? Соник сел на пол, положил голову и руки на кровать, размышлял. С другой стороны, если похитить сейчас и спрятаться с Сайтамой в деревне ниндзя, то Демон-Киборг в жизни их не найдет. Это было бы прекрасно. Вот бы узреть эту разочарованную железную морду! Какая мысль! Рассказать про Сайтаму главе деревни, о его силе. Это круче, чем иметь атомную бомбу. Да и лекари у них есть первоклассные. Ниндзя потянулся к желанной «овце». Просунул руки под одеяло, затем под бедра и спину — тащил к себе. Сайтама возмущенно прохрюкал во сне, нахмурился, но не проснулся. Похитителя это ни капельки не смутило, уже приподнимал, но мышцы задрожали. Сайтама тяжелее его, а Звуковик не муравей. Не сегодня точно. Да и, глядя на соню, у Соника самого глаза слипались. Ореол комфорта настиг его и, казалось, он этот самый уют трогает во плоти. Раз все равно не донесет, можно сделать привал. Убрал руки из-под парня и задрых. Волшебные усыпляющие лучи завладели его волей. *** Сайтама проснулся среди ночи. Зевнул и переложил руку с груди на бошку. Нет, не свою! «Жди. Завтра я подарю тебе его голову!» — вспомнилось страшное обещание Соника. Аж пот градом полился. Не решался посмотреть. Пошевелил пальцами. Точно: волосы, твердость черепной коробки, а вот и ухо. Вспотел сильнее. Неужели этот гад-таки выполнил свой мерзкий замысел и подкинул подарочек прямо в постель? Вдруг нащупал гульку из волос, после чего голова промычала. — А? — Сайтама резко посмотрел на предмет изучения. Вот те на! Это он тут Соника наглаживает. Тот сидит рядом с кроватью, уложив голову на нее и просунув руки под одеяло. Парнишка весь грязный и ободранный, как уличный котяра. И волосы засаленные, фу-фу. Сайтама побрезговал и вытерся об кровать. Да и запах паленого. Соник-шашлычок, словом. — Эй, дуй отсюда, не пачкай постель, — гнал его, потеребив за плечо. — Убирай свои грязные лапы. Звуковик сдвинул брови во сне, промямлил что-то недовольное и нечленораздельное. — Давай-давай, топай к себе, — Сайтама не отставал, но тут на простыне проявились грязные пятна. Хозяин палаты включил ночник. Так и есть — это кровь, а не только грязь. Значит, не зря он названивал всем инстанциям, чтобы защитить Безлицензионного Ездока. — Что, чувак, тебя раскатали? — усмешка. — Твой дурацкий Генос — ходячий камикадзе, — ответил тот, не открывая глаз. Внезапно! — Генос? Что с ним?! — подсуетился Сайтама. Соник, гребаный чеширский кот, только загадочно улыбнулся, поджал лапки к себе и продолжил дремать. — Ответь мне! Сайтама вдруг сел и схватил негодяя за шарф — приподнял. Ниндзя открыл свои большущие глаза и тут же прищурился от наслаждения. Неприкрытая тревога на лице этого обычно бесчувственного парня радовала. — Ну, скажи мне что-нибудь грозное и гадкое, — нарочно провоцировал на эмоции. — А что, если он мертв? Отомстишь? Сайтама стиснул зубы, руки затряслись. Не поверил, но стало не по себе: Генос мог бы взорвать себя? — Лжец, — губы дрогнули. И что ему делать с этим маньяком? И не дрогнет рука покрошить всех вокруг него, бывшего героя в отставке. Соник же был в полном восторге. Как же ему нравился трепет его любимой игрушки. — Прекрати. Соник, оставь меня, я прошу тебя по-человечески, — Сайтама не знал, как еще просить об этом. — Не отпущу, Сайтама, мысли о тебе не дают мне покоя, может, это и есть безумие? — преследователь схватил его за лицо, раз они перешли к откровению, то почему бы и не продолжить? — Твоя агония в моих руках — заветная мечта. Теперь сон покинул меня. До нашей встречи труд наемника превратился в рутину. Работал чисто механически, убивая без прежнего азарта, что был вначале. И тут я повстречал тебя. Да, на свете есть много сильных противников, но только ты вернул мне вкус к жизни… Его рука соскользнула с лица на грудь. Взгляд Соника тоже упал вслед за рукой. — Пустота. Ты думаешь, она и меня не мучает? — Сайтама отпустил шарф гостя. Невольно глянул и на его грудь, рассматривая блеск брони на костюме. — Пока у меня есть мечта и ты, как ее часть, мне хорошо, — продолжил Соник. — Уничтожу любого, кто встанет на моем пути. Лысый Плащ поднял взгляд: — Исполнится твоя мечта, и что дальше? Снова пустота? Есть ли в этом хоть какой-то смысл? Снова эти глаза, проникающие в самую суть. Звуковик чуть опешил и отстранился, упав за кровать. — Я вот все думаю, существует ли такое желание, после осуществления которого больше не опустеешь? — продолжил больной. Соник вновь показался и внимательно посмотрел на серьезное лицо простого парня с непростыми вопросами. — Слушай, глядя на тебя и не подумаешь, что в твоей башке могут рождаться подобные мысли. Сайтама, над этим пусть думают такие же лысые парни, как и ты, только живущие в монастырях, я и ты принадлежим другим мирам. И мы даже не дипломированные философы. Я из деревни ниндзя, и живу в другом, теневом мире, который имеет свой устав и долг, отличные от мира глобального, поверхностного, в котором проживаешь ты. Но оба мира сотрудничают: за определенную плату мы, ниндзя, выполняем поручения, чаще военного характера. Даже ты можешь воспользоваться нашими услугами, но только у тебя денег не хватит: наши заказчики — элита вашего мира. Каждый человек принадлежит к определенной ячейке общества, услугами которой пользуется другая. И долг каждого — реализовать себя и присобачиться к той или иной структуре общества, — тут Звуковик призадумался, заулыбался и продолжил. — Я так понимаю, у тебя какие-то проблемы с этим самым «присобачиться». Какому миру принадлежишь ты? Или ты из тех гонимых неудачников, которых ни одна структура общества не принимает? Вот! И нужно было ему ударить по самому наболевшему. Да еще так открыто смеялся над сайтамовской общественной «беспризорностью». — Нет, это ты послушай. Ты хвалишься своей реализацией, молодец, конечно, но один фиг, рутина и там тебя настигла. И чё? — Лысый Плащ не изменил своей унылой сути. Соник чуть не задохнулся от невидимой оплеухи по гордыне. Прорычал что-то нечленораздельное, но затем вздохнул. Правда есть правда. — Ты только меня так вечно обламываешь, или другие тоже страдают? — преследователь поднялся, но тут же умостился пятой точкой на край кровати. Теперь он выглядел уставшим и изможденным. Эмоциональный порыв дал ему не так много сил, теперь же усталость вернулась. И вид его стал более естественным и человечным, суперзлодейская напыщенность и якобы неутомимость растворились. Сайтама тихо улыбнулся. Такой Соник ему больше нравился. — Я не въехал в твой вопрос. Ладно, ты идешь домой или ночевать тут будешь? — про «ночевать» он, конечно, пошутил. — Пожалуй, останусь, — Соник же расценил его слова как приглашение. — Эй! Ты серьезно? Соник кивнул из последних сил и рухнул под бок. У Сайтамы аж мурашки по коже пробежали от неслыханной наглости. Вторжение в личное пространство! Да еще такой грязный и потный. И псих, к тому же. — Нет, так дело не пойдет, я не засну, вали к себе, — в который раз уже гонит? — Я не красна дева, чтобы не давать покоя спящему парню, или ты извращенец? — не поднимая головы, вещал Сонька. — Как бы ты таковым не оказался. Катись в душ, от тебя разит, а мне только сегодня постель поменяли. И вообще, из тебя торчат ножи-мечи, сбрось металлолом. Звуковик приподнялся и непонимающе посмотрел на возмущенного. Сайтама указал на дверь напротив, которая была рядом с входной в палату: — Душ там, помоешься, и сразу легче станет. Наемник приподнял одну бровь. Какая гостеприимность! — Полотенца в шкафу, давай, топ-топ, — настаивал тот. — А почему бы и нет? — Соник усмехнулся и направился в ванную комнату. Сайтама облегченно вздохнул. Несколько минут одиночества. Есть возможность уснуть и… тут до него дошло, что придется делить кровать с Соником-маньяком! Вот, блин, зараза. Ладно, он много места не займет, парень тощий. С Геносом спал, теперь с этим. Генос… Опять мысли к нему вернулись. Что же произошло? Жив ли? Соник не скажет правды, будет манипулировать и играть на чувствах. Надо будет позвонить Кингу. Сайтама даже выучил его номер телефона наизусть ради такого дела. А это уже ого-го! Тревожно. Дремал и слушал, как на кафель обрушилось стальное снаряжение воина тени. Затем чертыханье, катана снова приставлена к стене. Если честно, можно было бы подумать, что это санитарка с неустойчивой шваброй воюет и ругается. *** Сайтама оказался прав, после освежающего душа жить захотелось. Соник также постирал всю одежду, ибо невозможно такую грязь надевать на чистое тело. К счастью, она сохнет быстро. Придется смущать кое-кого наготой и выслушивать брюзжание. Ничего, переживем. Вышел с полотенцем на голове. Сайтама уже спал. Отлично, он не увидит его украшений из шрамов в темноте. Ох, эта манящая кровать, хотелось утонуть в ней. Но вместо того, чтобы обогнуть ее и пристроиться где-нибудь, проползал через спящего. — Блин, Соник, будить просто обязательно, да?! — ругал его Сайтама, как шкодливого питомца. Открыл глаза и тут его разобрало на ха-ха от «тюрбана» на голове гостя. — Я не могу! Ты всегда так делаешь? — и ткнул в полотенце. — Не все же лысые, как ты, — Соник чуточку обиделся и снял свою «красоту». — Кстати, насчет волос: когда мне делали перевязку последний раз, я с радостью погладил колючую шероховатость, — тут глаза Сайтамы заблестели. — Они отрастают. — Твоя лысина как-то связанна с суперсилой? — догадался наемник. Ну, не знал он всей правды. — Да, я полысел, как стал неуязвим. — Что ж, у тебя есть немного времени походить с шевелюрой. Но я привык к тебе лысому, — Соник вдруг устало улыбнулся, как нормальный человек, а не маньяк. Сайтама оценивающе посмотрел на голое чудо деревни ниндзя. Оно без капли смущения сидит под боком, поджав пятки к ягодицам. — Ты постирался, что ли? — Я думал, раковина забьется от грязи. — Обмотайся хоть полотенцем, не хочу спать с совершенно голым тобой. Еще прижмешься ко мне своими многострадальными яйцами, и они снова пострадают, — Сайтама не шутил. — Эй! Отстань от моих яиц, ты явно к ним неровно дышишь с первой нашей встречи, — Звуковик опоясался. Так, на всякий случай. Вот бы броню какую-нибудь приспособить к костюму на данное место, хотя, если Сайтама обретет свою былую силу, она ему не помеха. Лысый Плащ глянул на его растрепанные волосы: — Завтра у тебя будет кипиш на голове. — У меня есть расческа, в отличие от некоторых, — передразнил его, затем нырнул под одеяло и лег на живот. Второй подушки не было, но ему не привыкать спать на циновках. Он всегда готов к походным условиям. — Ты только это, проснись завтра пораньше, а то нас разбудят сестры. Тебе может и пофиг, но как мне потом объяснять голое недоразумение в кровати, пришедшее из деревни ниндзя? Как я вообще допустил тебя сюда? — Сайтама сам себе удивлялся. — А я сам пришел, плевал я на твое разрешение, — огрызался гордец и потянулся. Затем схватился за плечо. Ожог ныл. Сайтама замолчал. Ведь перед ним его мучитель и преследователь. И совсем недавно он чуть не убил его друзей. — Ответь, он жив? — вновь спрашивал про Геноса. Звуковик из принципа не отвечал. Пусть беспокоится и терзается. Это ему за пустозвона! — Сонь, ты еще не спишь, скажи, — просил. — Для тебя я Соник со скоростью звука! А ты — моя игрушка. Сегодня мне не повезло, но можно пробовать снова и снова, — взорвался негодяй и привстал на руках. — Я казню всех твоих друзей, пока ты тут лечишься! Подполз к Сайтаме и навис. Хотел показать свое превосходство не только в силе, но и в положении. Гляди на меня! Вот какой я — хозяин твоей судьбы. Верчу, как хочу! Сайтама чуть сам не озверел от его намерений, схватил за локти, но… Сейчас он и вправду сильнее. — Тогда, забери меня хоть сегодня, но не трогай никого. Давай договоримся: ты забудешь про казни, и я весь твой, — внезапное предложение. Раньше бы Сайтаме не пришло в голову подобное. Прежде у него был дом, Генос, Ассоциация Героев, суперсила. А что сейчас? Головная боль и маньяк, что пасет его и хочет уничтожить последнее что осталось. — Забери меня, но помилуй их, — вторил он и вспоминал добрые лица: Генос, Кинг, Безлицензионный Ездок. В любом случае, если Соник не убьет его раньше, чем Сайтама вернет себе силу, то, получив ее, можно избавиться от назойливого преследователя и вернуться к Геносу и друзьям. И тогда Демон-Киборг больше не скажет, что они живут в разных мирах! Но это так, планы на будущее. В своё время он боялся строить планы наперед, надеясь на авось, но жизнь заставила включить внутренние резервы в связи с переменой обстановки. О Монстре-Тацумаки он благополучно забыл, конечно, но потому этот парень и тормоз. Соник успел восхититься, развеселиться и затрепетать одновременно от его решимости и покорности. Сон как рукой сняло, а голова кругом. Готов был унести его сию же минуту, сверкая голым задом в ночи в лучших традициях Гомо-Гомо Зека. Лысый Плащ даже испугался его безумному движению эмоций на лице. Последний раз этот радостный лик он видел в первую их встречу. — Обещаешь? — Соник вдруг протянул ему мизинец. — Что за детский сад?! — Сайтама даже смутился ребячеству. — Кто мне в прошлый раз говорил о разнице между делами и красивыми словами? — настаивал и улыбался. — Будешь со мной по своей воле, так и быть, считай, это наш новый договор, который аннулирует мое обещание про казни. — А ты будешь честен? — Ты вчера научил меня этому. Я больше не буду пустозвоном. — Обманешь, буду до конца дней называть тебя Соником-Пустозвоником Розовым Слоником, — пригрозил Сайтама и сцепил свой мизинец с его пальцем. — Как побью тебя — освобожусь. Договорились? — Какая самоуверенность, впечатляет, — Соник потянулся, присмотрелся к лицу пленника: отека уже нет, да и ровнее стало. Или на свету все как обычно будет? Затем принюхался, совершенно забывая, что для цивилизованного обывателя повадки ниндзя покажутся странными. Но Сайтама не удивлялся ему. — И что ты там вынюхал? — Тебя, — очевидный ответ. — Ну, и зачем? — Запоминаю, чтобы потом выслеживать, если что и… — тут он припал к шее носом, да так резко, словно там мышей ловил. — Ай! — Лысый даже струхнул, и вправду поверил, что к нему что-то живое заползло, но там только Соник хулиганил. — Дурак, ты что творишь? Оттянул его от себя за волосы. — Молоко, — неожиданно серьезно сказала эта ищейка. — Нет у меня молока! В больнице запрещают хранить скоропортящиеся продукты. — Да нет же! От тебя пахнет молоком, — уточнил Соник, еще и злился. — И что? Я просто вспотел, — Сайтама выпустил волосы надоеды и взялся за воротник пижамы. Тоже понюхал. Но собственный запах не чувствовался. — Молочком-молочком! — твердил Звуковик, втягивая воздух носом. — Но обычно так детишки пахнут. — Детишки? — Лысый прищурился. Соник лег на бок и продолжил: — В деревне ниндзя приходилось иногда присматривать за младшими, когда я сам был ребенком. Когда укладывался посреди молодняка, помню, как принюхивался к ним и… Он снова прильнул носом к Сайтаме, смущая того своей непосредственностью. — Обалдеть! Запах из детства. Мне всегда он нравился. А ты уютный, однако, — Звуковик оценил одну из главных особенностей Сайтамы, которая открылась ему только что. — Прекрати все нюхать! Спи давай! Не, Лысый Плащ и подумать не мог, что его естественный запах кому-то понравится. Ладно бы девушка так сказала, но этот парень настоящая заноза в заднице. — Опыт налагает привычки, — ниндзя причесал пальцами свои волосы. Голова зачесалась от влажности. — Когда проходил обучение на следопыта, чего только мы не нюхали. — Это обязательно? — Это — один из главных предметов. Попробуй не сдай — закопают. Сайтама рассмеялся. Невольно вспомнил свою школьную и студенческую жизнь. — Весело у вас там, — вздохнул. Соник оживился. Снова сел, а глаза загорелись. — Хочешь, заберу тебя в свою деревню? — Ты серьезно? — тот опешил. Юркий хитрец склонился и заискивающе уставился на собеседника: — Да. Я покажу тебе настоящую школу выживания. Снова принюхался и продолжил: — Знаешь, нас учили, что если людям нравится запах друг друга, то они подружатся. Если запах отталкивает — будут недопонимания или даже вражда. Если нейтрален — человек совершенно неинтересен. Пожалуй, я верю в это. — Это местные ниндзя-суеверия твоей деревни? Так и скажи, что хочешь подружиться. — У меня свои понятия о дружбе, но ты — особый случай. — Клинический? — Сайтамка передразнивал. — Не отрицаю, — Соник же стал серьезен до жути. — Должно быть, я и вправду помешался, раз все мысли только о победе над тобой. Но мне нравится. Готов преследовать тебя всю жизнь. Лысый Плащ почувствовал глобальную жопу неприятности. Страшно осознавать себя частью чьих-то бредовых идей. Генос был как всегда прав. Звуковик не перестанет докучать, пока не пришибешь его раз и навсегда. Будет тенью ходить. Но пока Сайтама еще не возненавидел его. — Соник, ты маньяк, вот лажа. — Ничего не могу поделать, либо ты меня, либо я тебя, — ловкач лениво откровенничал, он немыслимо устал, и пьянел от уюта и запахов. — Однажды у меня был сложный экзамен. Нужно было найти одного курсанта-ниндзя. И, как назло, его запах был нейтрален для моего нюха, а ему мой был резок. Я запарился конечно, но все же нашел его, ведь я — лучший. Слушай, а как тебе мой запах? — Отстань, не хочу тебя нюхать, все равно в этом ничего не смыслю. И вообще, это неприлично. — Не-не, нормально, — Звуковик подставлял свою шею. — Ты помылся, чего я там учую? Но приходил сюда смрадный и поджаренный. — После боя любой разит. Да и подкоптили. Сейчас попробуй, — не отставал. — Вот бесявый! Что за дурацкая идентификация? Хорошо, но потом — спать. Притянул за плечо к себе. Нюх-нюх. Да мылом пахнет, чего он хочет после душа-то? А волосы? Волосы… Волосы! Этот великолепный аромат того, чего у тебя больше нет. Ладно, пора прекращать это безобразие, а то как дворовые псы. Нормальный человек посмотрит со стороны и подумает плохо. Хотя девчонки постоянно обоняют парфюм друг друга и ничего, но стоит это делать парням, сразу косые взгляды. У Соника аж мурашки пробежали. Щекотно. — Нравится, да? — скромностью не страдал. А то! Иначе бы давно профукал и отдернулся. Сайтама ничего не ответил, лишь посмотрел на довольное, но усталое лицо преследователя. Тот неспешно поднял руку и ткнул пальцем в грудь пленника, напоминал: — Завтра я тебя заберу, как и договорились: ты не убегаешь от меня, я забываю про казни. — Прям завтра? — Лысый Плащ вдруг опешил. — К чему такая спешка? — Да, прямо с утра, как выспимся, — Соник был непоколебим. — А иначе нам может помешать твоя железная собачонка по кличке Генос. Если мы вновь столкнемся, боюсь нарушить наш с тобой договор, и я убью его. — Ясно. Сайтама сам решился на это, но хотел бы оттянуть похищение до лучших времен. Тревога прокралась. Сонику нельзя доверять, но уже поздно об этом думать. Удушить его подушкой, пока спит, что ли? Звуковик очень быстро заснул и даже посапывал. Зараза, еще и растянулся, занимая больше половины кровати! А по виду и не скажешь. Лучше не двигать, а то как начнет сотрясать воздух, хоть стой, хоть плачь. Сайтама сжал кулаки. Появилось дикое желание позвонить Геносу и сказать: «Дружище, выручай, я в беде». Но телефон у сестер. Да и сам Генос отдалился и непонятно чем занят. Сердце вновь защемило. Будь что будет. Все равно ни кола ни двора. Зачем поднимать тревогу среди ребят? Разве не ради них он взял Звуковика на себя? Тогда лучше сидеть и молчать в тряпочку и ждать. Конечно, можно было бы оставить записку: «Не беспокойтесь, я в гостях у Соника. Вернусь нескоро», но карандашом он так и не обзавелся.