Иного духа.

Через неделю доктор Брейн, как и обещал, перевел Сайтаму в отделение нейрохирургии. Ассоциация Героев послала своего гонца сообщить неприятную новость об исключении. — Что? Но почему?! — пострадавший был крайне возмущен. — Посмотрите на себя! Вы потеряли свои основные возможности. Пересдадите экзамены, там посмотрим, — пояснил представитель Ассоциации, поправляя галстук. На вид — дорогой. — Но ведь герои часто лежат в больнице, — Сайтама расстроился. Все его достижения в повышении рангов псу под хвост. — Да, но они не теряли своей супергеройской силы! Смиритесь, теперь Вы простой обыватель, прощайте. Вот так суровая правда легла на плечи выжившего парня. Что ж. Сначала — так сначала. Пожал плечами. Больно. Слишком слаб. Нужно время. — К Вам посетитель! — снова сестричка. — Генос? — вслух обрадовался Сайтама, но в палату вошел Кинг. Тот поднял руку в странном жесте: развел средний и указательный пальцы. — Ёу! Живи долго и процветай, — приветствовал Кинг. Сайтама рассмеялся. До слез. — Ну надо же, вулканский салют! «Star Trek» пересматриваешь? — он уже привык к задротству Кинга. — Нет, играю, — у того глаза маниакально сверкнули. — А как же предыдущая? Мочканул босса? — Нет, мне нужна реабилитация другими играми, потом с новыми силами вернусь к той, — Кинг поведал о личной трагедии. — Ты все такой же, — Лысый Плащ в отставке чуть приободрился после плохой новости. Заметил пакет в руке посетителя. — Что-то принес? — А как же? Нам ведь обоим нужна… — Кинг достал приставку, — …реабилитация. — Итить колотить, ты пришел добить меня! — Сайтама надеялся на фруктовый бонус. — Пощады не жди. — Вот гад. Тогда подключай, мне пока нельзя вставать. И давай во что попроще? Я бы вообще в «Марио» порубился или в «Соника». Сайтама замолк. Вспомнил про другого Соника. Усмехнулся. — Да ты олдскульщик! — Кингу это нравилось. Но у него на этого парня другие планы: — Давай на двоих что-нибудь? У меня есть «Наруто», ты еще со мной не играл в него. — Да ты меня все равно вынесешь. Ну ладно, давай, — Сайтама вздохнул. Куда теперь ему деваться? — Чур Мадару не выбирай, а то я разобью экран. А Геносу платить. Кинг занялся подключением и настройкой. Пять минут и все готово. — Ты за кого? — Кинг открыл меню. — Не знаю. За Наруто. За того, что в режиме Отшельника. — Тебе он нравится?! — Кинг посмотрел на приятеля. — А что? — Да ну, бесявый, Саске круче. На Кинга упала тень Сайтамы. — Что ты сказал? Давай включай, я тебя за это просто обязан разнести! — всё, Ударник в ударе. — Не, я выбираю Хинату, — улыбнулся соперник. — Гондон, вечно ты за баб играешь. И выносишь меня — вдвойне раздражает. Игра началась! — Подожди, я еще не разобрался с кнопками! — сайтамин Наруто получал по почкам. — Фиг тебе, я быстрее, — Хината была беспощадна. — А нежнее нельзя? — Что, я тут должна тебя гладить по головке? — Кинг вошел в роль героини. — Ну, ты же меня по сюжету как бы любишь и все такое, — Наруто еще держался. — У тебя глаза накрашены, пидор, — Кинг издевался как мог. — Дура, это режим Отшельника. Получай! Ха-ха, я ультанул! — Я тебя уже три раза ультанул! Все, победа, неудачник, — Хината радовалась. У Сайтамы вена на виске вздулась: — Одно радует, мне эта пара никогда не нравилась. Тут Кинг ошарашено глянул на приятеля: — Как? Как можно не любить эту пару, извращенец! Только не говори мне, что тебе он в паре с Сакурой по душе, — Кинг прищурил глазки. — А что тут такого? Тебе не нравится Сакура? — Нравится. Но только с Саске, — пояснил этот задрот. — Фу, ты смерти моей хочешь? Саске один хорошо смотрится, и пусть любит сам себя сколько хочет, только людей не трогает. А вообще, я желаю, чтобы его там Акацуки натянули и по кругу пустили. Так, давай дальше. Я за Карин, — Сайтама никогда ни с кем не спорил о персонажах манги. Обычно прочитывал и на этом все. Даже не догадывался, что это так… здорово! Кинг его валил Сакурой. Как назло! — Да ты заколебала! Отвали! — Сайтама разговаривал с виртуальной девушкой. — Ха-ха! Саске мой! — второй тоже. — И хватит меня своими ядовитыми духами распылять. Не видно ничего. — С такими ударами по рылу Саске от тебя всю жизнь в лесу будет прятаться. Кинг развеселился от игры по ролям. — Мы с тобой отсталые идиоты, этим занимаются в школе, а не под тридцатку лет, — Ударник потер вспотевший джойстик. Его героиню уложили. — А у меня не было друзей в школе, наверное я никого не люблю, но с тобой здорово, — внезапное откровение от Кинга. Сайтама замер и опустил взгляд на кнопки. — Что такое, устал? Хочешь, завтра приду? — Нет, просто я вдруг подумал: это должно быть ненормально, что мы такие. Легкая грусть промелькнула на лице Ударника. У Кинга аж мурашки по коже пробежали. — Да, возможно, но меня это устраивает. Сайтама протер кнопки: — Интересно, каково это быть человеком без этой беспантовой пустоты на душе? — Эй-эй, чувак! Ну ты загнул, не пугай меня. Таких людей не бывает в природе, всем всегда чего-то не хватает. — Я думал, что если стану сильнейшим, то… — тут Сайтама словно опомнился. — Прости, давай играть. Я придумал, как тебя огорчить, приятель. — Да ну? И как? — Выбираю твою любимую Хинату, теперь страдай. Тебе придется ее бить! — Вот блин, как ты посмел, изверг, покуситься на святое! Ударник при упоминании «святого» невольно вспомнил посланника, что вернул его в тело. Стало не по себе. Каждый сам выбирает, чем наполнить сердце. Чем наполнил, то и «свято». Для Кинга, видимо, это нарисованные девочки и игры. У других — настоящие люди. Голова закружилась: «А что же у меня?» Выронил консольную панельку. — Сайтама! — гость перепугался и подлетел к нему. — Позвать врача? Что с тобой? — Не надо, уже лучше, просто замутило, — тот часто сглатывал. Подташнивало. — Прости, виноват. Надо повременить с играми. Ударник кивнул. У Кинга руки дрожали. — Я уберу, но ты только больше не умирай. А то я не хочу искать другого чувака, чтобы рубиться с ним! — на лице искренняя тревога. Ударник хмыкнул: — Спасибо, что пришел, приятель. В следующий раз я выберу Мадару, а ты кого-нибудь из маленьких. Хорошо? Кинг одержимо улыбнулся — вызов принят! — Итачи пойдет за маленького? Хе-хе… — Нет! *** Звонил доктор Стенч. Появились слухи о киборге, которого он разыскивал вместе с Геносом. Нужно идти разведать обстановку в другой город. Демон-Киборг тем времени пребывал в мрачном настроении. Учитель идет на поправку, хорошо, конечно, но мысли о его намерениях пугали. Сжал кулаки. — Я должен что-то сделать. Иначе потеряю Сайтаму вовсе. Тацумаки не пощадит. Профессору киборг давно поведал печальную историю о своем учителе. И просто жаловался. — Генос, у меня другой вопрос. Ведь Сайтама потерял все свои способности, тогда какой смысл оставаться с ним? Я понимаю твои чувства, но с таким темпом ты не сможешь найти нашего врага. Теперь Сайтама будет только мешать: тебе придется все время его спасать и подставляться. А если не успеешь? Или того хуже. Это нелегко, но тебе нужно сделать выбор: либо месть, и мы дальше работаем в команде, либо Сайтама. — Что Вы такое говорите?! — тому и так плохо, а тут еще это. — Как я могу порвать с ним? Он мой друг! Я буду его защищать! — Это только слова. Теперь Вы живете в разных мирах. Лучший способ его защитить — оставить. Вместо того, чтобы сосредоточиться на враге, ты будешь постоянно волноваться за друга. В итоге тебя выведут из строя, а Сайтаму убьют. Ты этого хочешь? Ты готов пожертвовать другом, дабы просто быть с ним? Демон-Киборг не нашел слов, чтобы возразить. Горько. Как же горько. — Я не настаиваю. Но не хочу, чтобы ты так безрассудно погиб. Тогда все твои дела окажутся тщетны. *** Поздний вечер. Сайтама выдохся. Кинг выбил из него весь дух и ушел довольный. Нужно поспать. Только он прикрыл веки и попытался расслабиться (а с переломами — та еще мука), как почувствовал движение. Кто-то мягко подползал к нему по кровати. Или ступал? Проснулся, а прямо перед ним человек в черном стоит. Давно его так не застигали врасплох! Но рефлекс сработал правильно — хрясь! Между ног незнакомцу. А что? Нечего тут стоять в столь пикантном ракурсе. Только вот руку прошибло адской болью. Незнакомец тоже ухнул. Согнулся и упал на пол. — Это были чьи-то яйца. Соник, это ты? — Сайтама лишь предположил и чуть приподнялся на локте. На полу кто-то корчился, попискивая от боли. — Прости, не хотел, рука сама дрогнула, — прозвучало как издевательство. — Два раза, сука?! — Соник в бешенстве попытался вскочить на ноги, но резкая боль поставила на колени. Да, это та самая боль, к которой нельзя привыкнуть даже тренируясь. Подполз к краю кровати и схватил Сайтаму за горло. — Наконец-то я добрался до тебя, — держал, забираясь к нему. Когда навис, заулыбался. Боль между ног проходила, и стало по кайфу существовать. Сайтама уже ничего не мог ответить — хватка стальная. Он в руках звукового маньяка с сумасшедшей улыбкой и глазами. Но почему-то не страшно… — Эй, ты должен умолять и ссать от страха! — возмутился наёмник и убрал руку от горла. Уставился в спокойное лицо своей жертвы. Сайтама переводил дыхание после удушения, затем усмехнулся: — Прости, чувак, но сейчас я не тот Сайтама, которого ты хочешь победить, не так ли? В точку. Соник сел в постели, поджав пятки к ягодицам. Задумчиво смотрел на своего бывшего соперника. В его глазах даже промелькнула легкая грусть. — Об этом я и хотел поговорить, — начал незваный гость. Генос прав: Соник — дикарь. Он не смущался появляться словно из ниоткуда и даже красться по чужой постели как кошка. — Я сохраню тебе жизнь, но ты должен мне кое-что пообещать, — о, как он высокопарно заговорил, показывая пальцем на собеседника. — Что тебе нужно? Ниндзя оживился, нарочно ткнул пальцем в переломанный нос лысого. — Эй! — Сайтама отбился и прикрыл нос обеими руками. Больно до слез. Соник же развеселился и схватил того за грудки. — Сила. Верни себе былую мощь, а иначе… — надавил рукой на грудь, на переломанные ребра. Сайтама оказался беззащитен. Лишь стиснул зубы и зажмурился. — Смотри в глаза, когда с тобой разговаривают! — звуковик продолжал его пытать, схватил за лицо. Его жертве ничего не оставалось, как открыть глаза и как можно спокойней дослушать неприятеля. — Если не станешь таким же сильным, как раньше, я убью тебя, — Соник реально давил. Раньше Сайтама не умел оценивать боевой уровень противника, все недруги для него имели нулевой потенциал. Но теперь инстинкты подсказывали, что перед ним он просто мышка. — Я и без твоей подсказки собирался возобновить тренировки, — опять это безразличное лицо. — Эй, не дерзи! — Соник в гневе сбросил его с кровати. Сайтама успел повернуть голову набок, чтобы вновь не разбить нос. — Может мне усложнить твою реабилитацию? Воин тени, сидя на кровати, наступил тому на спину. — Когда я еще мог так над тобой поглумиться, а? Красота-то какая, не вечер, а сказка, — Соник был в полном восторге. Дыхание Сайтамы сбилось. Если входишь в боевой раж, то удары противника не ощутимы, и ты думаешь только о победе. А тут — банальная пытка. — Ну, чего притих? Вставай давай! Соник пнул его под бок, и несчастный на миг увидел Вселенную перед собой. Затошнило. — Ты оглох? Еще вдарить? — носок неприятеля пощекотал больные ребрышки. Сайтама невольно цыкнул. Как выпроводить этого приставалу? Собрался с духом и приподнялся на руках, но мышцы предательски задрожали. — Куда падаешь? — Соник поймал его ногой под грудь, как котенка. — Давай снова! — Сука, достал… Наёмник вновь уронил его: — Разговаривать есть силы, а подняться? Эй, лысый, сдох, что ли? Потыкал в него. Сайтама вдруг резко сел. На лице — отпечаток безумной тихой ярости. Хвать за ноги и стащил звуковика на пол, тот и пискнуть не успел. Грызь! Кусь-кусь! Да, из вооружения у Сайтамы остались только зубы. Но он готов сражаться, пусть и нет у него запасной челюсти. Соник и так не ожидал подвоха, а тут еще его тонкие косточки грызут. Немыслимая и необузданная дикость! Он бы ожидал подобного поворота в сражении со зверем или монстром, но никак от обычного полумертвого парня. Человек-людоед, словом! Но Соник же ниндзя, даже если тебе влепили по яйцам и грызут икры и бедра, главное не растеряться. Захотел ударить с ноги в харю, но отчаянный противник увернулся и удар пришелся по плечу. — Сейчас отгрызу причиндалы! — пригрозил зубастый лысый. Соник явно был не в выгодном положении с раздвинутыми ногами перед тем, кто готов использовать любой прием, лишь бы выжить. Даже стальные нервы ниндзя не выдерживали столь серьезного намерения самого непредсказуемого из противников, который даже в таком беспомощном состоянии загонял в угол. Нужно вырваться и бить с расстояния! Иначе яйца не вынесут третьего потрясения. Они и так бо-бо, а очко жим-жим. Разворот и… зад! Этот негодяй всерьез как с цепи сорвался, вонзил зубы в пятую точку. Зато яйца целы. — А-а-а! Это капец просто! — Соник много в своей жизни повидал, но это было что-то из ряда вон выходящее. Аж седалищный нерв стрельнул до самой пятки, но ловкий воин чудом выскользнул из-под противника и запрыгнул на окно. — Да я… — хотел пригрозить, но развернулся и обомлел. Сайтама стоял рядом, держась руками за подоконник. Глаза мутные, но такие же безразличные. Они смотрели в душу с такой пронзительной мощью, что Соник вполне мог выпасть из окна, если бы его снова не поймали за ноги. — Куда? — этот маньяк затащил его обратно. И улыбался. — Отвали! — воин тени влепил ему по лицу кулаком. Сайтама упал на спину, распластавшись. И тишина. Соник сглотнул. Сердце вырывалось из груди, словно он сражался не с доходягой с больничной койки, а с командой S-класса как минимум. Да и не бой это был, а что-то непонятное, странное. И даже страшное. Соник взял штатив для капельниц, потыкал парня. Сам не решался подойти. Мало ли какие у него еще способности… — Прости. Ведь ты пришел поднять меня на ноги, ведь так? — Сайтама уже был спокоен и лежал неподвижно. — Больной психопат, — звуковик тоже приходил в себя, потирая покусанный зад. — Так никто не сражается, даже монстры. Грязно. Герой в отставке усмехнулся: — Наберись терпения, Соник, и дай мне время. Не могу начать тренировки, пока не оклемаюсь. Неделю был в коме. — Как ты тренируешься? — Сто отжиманий, сто приседаний, пресс — сто, бег десять километров, — веки потяжелели, сознание растворялось. — И… и… банан на завтрак. — Что?! И всё? — Банан… обязательно… Сайтама провалился в бессознательный сон. Неприятель не поверил ему. Сто пудов издевается! Присел и затряс. — Эй, Сайтамка, скажи правду, хватит заливать. А то я сожру все бананы на районе и не только на завтрак. Но тот не отвечал. — Ну и валяйся тут до утра, а я пошел, — Соник открыл окно, чтобы дать дёру, но вдруг обернулся. Больной оставлен на холодном полу, и вряд ли сегодня к нему кто-то зайдет. Наёмник убеждал себя, что это не его дело, но разве не он хочет его скорейшего выздоровления? — Ладно, считай это наградой, — вернулся и взял на руки. — Так или иначе, ты поднялся, как я и просил. Угу, и даже загнал кое-кого на подоконник. — Ты заставляешь меня делать невообразимое, — первоклассный и безжалостный наёмник накрывал его одеялом. Присмотрелся к лицу. Место удара покраснело и отекло. К счастью для Ударника, его палата была привилегированной из-за того, что Генос заключил с больницей индивидуальный договор. Киборг потом попытался перекинуть финансирование на Ассоциацию Героев, но юристы быстро сослались на то, что данный герой исключен и теперь никакого отношения к Ассоциации не имеет. Кинули, в общем. Соник открыл холодильник. После операции на мозг опасен любой отёк на лице. Организовал пузырь со льдом, но сначала он его приложил к своей многострадательной заднице. — Зараза, штаны прокусил. Заметил дырочки. Когда Соник рванул прочь, тогда и порвал. Нерв до сих пор отстреливал, да и между ног тоже несладко. — Вот тебе! Ха-ха! Грубо ткнул пузырем в щеку парня. — Я сегодня добрый, но в бою не жди пощады. И… — Соник уже на подоконнике. — Поправляйся. Исчез. Сайтама прижал дрожащей рукой лед. Нахмурился. — С-спасибо… *** На следующий день пришлось придумывать легенду о синяке. И получить втык от доктора, который не блистал сдержанностью в словах. — Какого хрена, Сайтама! Зачем поднимался? Мне что, привязывать тебя на ночь?! Хочешь снова на операционный стол и в кому? Пустая твоя башка! Ты хоть представляешь, в какой опасности ты был?! Знаешь, скольких трудов стоила мне твоя голова? Сердился. А Ударник молчал. — А Генос, знаешь, сколько он денег вложил в тебя? — сгоряча открыл правду. — Что? Разве не Ассоциация Героев финансирует лечение? — Нет, когда ты поступал, тебя по ошибке забили в базу данных как простого смертного, а потом тебя и вовсе исключили из Ассоциации, — доктор Брейн сбавил обороты и сел на стул для посетителей, что находился у кровати больного. — Вот как, — хмыкнул Ударник, но даже и это действо отозвалось резью. — Неудачник — это по жизни. Теперь я должник. — Ладно, просто думай хоть иногда, — доктор склонился и оценивающе осмотрел повреждения. — Сайтама, ну и рожа. Как я тебя такого покажу Геносу? — Красавец? — тот еще и шутил. — Да пиз… Не договорил, звонок. — Алло? Да? Кто?! Генос? А? Ну тогда ладно, можно, — ответил доктор и облегчено вздохнул. — Генос пришел? — обрадовался Сайтама. — Нет, слава богу. Он пока не узрит этого кошмара. — Кинг? Хм… — Не сиди так много за приставкой. Сбереги то, что осталось, я видел, как ты психуешь, когда проигрываешь этому парню, — доктор Брейн оставил свои рекомендации и ушел. Сайтама лишь вздохнул. Отругали. Стук в дверь. — Да! — отозвался Ударник, потирая свою распухшую морду. — Здравствуйте, — в палату скромно вошел молодой паренек в очках. — Ой, это же ты, — Сайтама не сразу узнал Безлицензионного Ездока. Удивился. В руках гостя пакет с передачкой. — Я узнал, что Вы в беде слишком поздно, простите, — легендарный велосипедист чуть смущен. — Если бы можно было отмотать время назад, я бы непременно помог Вам! Немного странно слышать такое от малознакомого человека. — Держитесь! Я столько раз лежал в больнице, поэтому все понимаю и… — тут он стал тише и сильнее зарумянился. — Мне бы хотелось стать вашим другом. Внезапно! — Прости, но меня исключили из Ассоциации, и теперь я просто... — Сайтама не договорил, Ездок вдруг настиг его и схватил за плечи. — Не сдавайтесь! Я тоже лишь человек! — его голос силен, несмотря на внешнюю мягкость. — Я буду приходить к Вам, Сайтама! Я давно слежу за Вами, еще со школы! Вы может не помните, но однажды, всего год, мы учились в одном классе! — Да ты что?! — Ударник и вообразить себе такого не мог. Его тайный поклонник, что ли? — Сайтама, я хотел подойти к Вам и подружиться еще в школе, но случай не выпал. Класс Вас не особо любил, говорили держаться подальше от этого странного парня, но я смотрел на Вас, и мне было по душе Ваше загадочное спокойствие. Вы постоянно были чем-то заняты: читали, ели, делали зарядку или просто спали, но ни с кем не общались, максимум отвечали парой фраз, если к Вам кто-то подходил, поэтому я так и не решился на знакомство, побоялся отказа, — Ездок заливался соловушкой, отчего у Сайтамы голова пошла кругом. — И ещё, Вы не боялись классного руководителя, когда остальные ученики и даже хулиганы трепетали перед ним. Вас ругают, а на Вашем лице ни тени страха, а отвечали как есть. Тогда я смотрел на вас и думал, вот бы и мне такую выдержку! Именно за это Вас презирали завистники — Вы бесстрашны. И в трудные минуты, когда меня избивали в бою за справедливость, иногда я вспоминал Вас, тут же утешался. Спасибо Вам за это! И я очень обрадовался, когда заметил Вас в списках Ассоциации Героев, а когда вы поймали меня в свои руки, спасая от Морского Царя, я решил, что просто мечтаю. Сайтама, я… Это было контрольным в голову. Генос номер два настиг его! Ударник почувствовал себя заложником, но грубо отпихнуть — слишком жестоко. Просто закрыл ему рот рукой и сказал: — Да понял я! Понял! Спокойнее, — смирял как мог. Руку убрал. — Сайтама, я… — вторил Ездок. Тут незаметно открылась дверь, и в палату заглянул Гомо-Гомо Зэк. — Буду твоим, буду! Меньше слов, а то я за себя не отвечаю, — Сайтама же продолжал разговаривать с Безлицензионным Ездоком. Ах да, «твоим другом», он имел в виду, если что. Его бывший одноклассник засиял. — Что?! А как же Генос? — вмешался Гомо-Гомо Зэк. Такой нарядный: в костюмчике, с цветами. — Э-э? — Сайтама обалдел от его вида. — Да куда Генос денется? И чего ты так разоделся? — Хе-хе, не только же у вас всё так серьезно. На свидание иду, но выскочил пораньше, чтобы тебя навестить, голубчик, — тот сразу пригладил свои кудри и протянул цветы. — Держи! — Оставь своему… приятелю, — Сайтама не знал, как отвечать на гейскую признательность. — Для своего я купил другие подарки, — Гомо-гомо Зэк мечтательно заулыбался и всучил цветы больному. — Куда катится мир, — тот лишь вздохнул. В руках — букет алых роз. Безлицензионный Ездок пытался не рассмеяться. Аж покраснел от трудов выдержки. — Пусть Генос приревнует, — продолжал Гомо-Гомо Зэк и заметил другие цветы в стеклянной вазочке на прикроватной тумбочке. — О, это он принес? Подошел ближе. Рассматривал. — Да… Ну не врать же? — Здорово, когда друзья приходят навещать, сразу видно, кто близок, а кто далек, — заговорил и Ездок. Сайтама сжал колючие стебли. — Дурак, лучше бы бананы принес, — забрюзжал больной. — Резиновые? — обнадежился Гомо-Гомо Зэк. — Я не о тебе! Треснул бы по заднице, да боюсь, обрадуешься, — отшутился Ударник, но вдруг вспомнил рассказ доктора о том, кто же его спасал. — И спасибо тебе, я твой должник. Гомо-Гомо Зэк раскраснелся — Сайтамушка благодарно улыбался ему. — Ух! Сегодня кто-то получит! — и пошел на встречу в полном воодушевлении. — А то я устал выть на луну! *** Вечером был еще один посетитель. Тук-тук! — Генос, это ты? Нет, пришел Серебряный Клык, он же просто Бэнг. Поговорил с ним о том о сём, спросил о Тацумаки и ушел. Когда все утихло, необъяснимая тревога одолела. Она и днем была, но ребята не давали ему погрузиться в нее с головой. Что ж, еще один день прошел. Заснул с трудом. Привык к более активной жизни, а не отлёживать бока. Но среди ночи его разбудил шелест пакета. Кто-то в палате! Но сестры бы свет включили или постучались. Чужак. — Кто здесь?! И перед его лицом возник белый пакет. — Ты бананы просил, — голос Соника. — А? У тебя разве? — Ударник устрашился амнезии как диагноза, но пакет принял. — Спасибо. — Так ты сам вчера сказал, что тебе обязательно нужно есть бананы. Каждый день. А иначе чудо-силы не будет, — ниндзя серьезно воспринял его слова. Сайтама лишь дружелюбно посмотрел на него в ответ. — Пытки будут или они только по определенным дням? — таки отшутился. — Все зависит от твоего поведения и моего настроения, — Соник прищурился и вновь показал свою знаменитую ребяческую улыбочку. — Мне ты нужен живым и сильным. Вчера я немного переборщил, мог и убить. Поэтому выздоравливай, потом подеремся. — Это ты так извиняешься? — Размечтался! Твой убийца милует тебя, потому что у него свои интересы. — Ясно, — Сайтама заглянул в пакет. Решил перекусить. Соник угадал с любимым сортом бананов. — Ну и где твой прихвостень? — гость еще был здесь. — В смысле? — Ударник склонил голову набок, пережевывая угощение. — Ням-ням-ням. — Я думал, что он устроит мне засаду. А то бы он пришел во все оружии. — С фигли? — ответил Сайтама с набитым ртом. — Ты тупой? Такие парни, как Генос, бесят. Они будут круглосуточно охранять тех, с кем водятся. — А мне говорили, что вы с Геносом и Гомо-Гомо Зэком меня спасли. Зачем ему защищать меня, если ты показал свою помощь? Сайтама был непоколебим. — Что? Подожди, всё не так. Я о вчерашнем, дурак, не путай меня! — ниндзя ткнул его больную щеку. — Увидев такое, он должен был побеспокоиться о своем дружбане. — А он не видел, — тот отпихнул руку. — Что? Он не приходил? Или… — тут лицо Соника озарилось ореолом зла. — А может он решил больше не водиться с тобой, раз ты теперь обычный? Сайтама чуть куском не подавился. Промолчал. Негодяй же потешался: — Вот и прекрасно, пусть валит! А я подожду, когда плод созреет, чтобы потом съесть его, — Соник склонился, упираясь руками в кровать. Смотрел прямо в глаза. — Ты — мой, Сайтама. У меня есть отличная возможность понаблюдать за твоими тренировками и увидеть рождение самого легендарного соперника в моей жизни. Кукла только мешает нам. И… Ударник заткнул его откушенным бананом: — Тогда меньше болтай и приступай к делу. Соник опешил. Опять этот лысый его унижает! Сайтама легонько дал ему в челюсть, чтобы тот откусил вкусняшку. — Долго думаешь, — Ударник доедал оставшийся кусочек. Воин тени в злости прожёвывал, сжимая кулаки. Проглотил. — Я закопаю тебя, Сайтама. Ей-богу, я припомню тебе всё! И это тоже. — Почему ты так сердишься на меня? О, эти ничего не понимающие глазки! — Само твое существование бесит меня! Этого достаточно? Только когда одержу победу, успокоюсь! — Жаль. Ведь если я верну свою силу, покой тебе будет только сниться. — Ах, ты! — Соник схватил его за горло. — Не будь так самоуверен, а то убью ненароком, ублюдок. — Говорю, как есть. Таки треснул парню, но с другой стороны лица. Для симметрии, видимо. — Невыносимый урод, — звуковик уходил. — Прибил бы на месте раз и навсегда. Одна только беспристрастная рожа просит кирпича. — Подожди! — Сайтама потянул руку. — Чего еще? Зыркнул на яйцеголового. — Достань лед, пожалуйста. — Встань и возьми сам! Я и так слишком добр к тебе! Ушел, хлопнув форточкой. Но через полминуты вернулся: — Сука, я и забыл — тебе нельзя такое говорить. Соник застал поднимающегося с кровати Сайтаму. — На место! А то привяжу, безмозглый. Пришлось выполнить просьбу, а то мало ли. — Ты заставляешь заниматься не характерными для меня делами. Тебе должно быть стыдно, — наёмник чуть успокоился и даже шутил. — Не, не стыдно, спасибо за заботу. Он нарочно издевается? Не поймешь. Но глаз у Соника задергался. Чтобы насладиться плодами, главное в нетерпении и злости не сломать дерево. *** Доктор Брейн замер посреди палаты, когда глянул на своего дорогого пациента с уже симметричным лицом. — Доброе утро! — отозвался Сайтама, как будто ничего страшного не произошло. У доктора надулась вена на виске: — Объяснись. — А, ну-у. По ночам приходит один ниндзя, и иногда мы ссоримся, — Сайтама попытался признаться, но это довольная улыбочка все испортила. — Врешь, вставал. Я тебя привяжу сегодня, — пообещал мужчина, вытаскивая блокнот. — Так и запишу: «БДСМ-набор для пациента Сайтамы для профилактики травматизма». — А плёточки прилагаются? — Ударник подыграл ему. — Ух, ты какой! Будешь выпендриваться, пропишу дилдо-вибратор. Сестры введут. — Ой, ты про клизму? — Нет, про дилдо. — А сестры будут голыми? — Эй-эй, пошутили и хватит! — доктор Брейн попытался остановить свою фантазию. *** На улице холодало, и Соник с интересом рассматривал теплые шарфы и пушистые наушники на витрине магазинчика. В отражении стекла что-то сверкнуло. Машина? Нет, не слышно колес. Обернулся и замер — мимо него только что прошел Демон-Киборг! Он был так погружен в свои мысли, что не заметил его. Воин тени решил проследить за ним, так как тот шел дорогой в больницу. Сайтаму проведать, да? Что ж, интересно послушать. А если станет скучно, всегда можно ввязаться в драку. Хотя руки так и чесались снести эту железную башку с плеч. Прыг-прыг за ним хвостиком. *** В дверь постучали, и в палату вошел Генос. Сайтама аж рот открыл. — Привет, дружище! Что-то ты долго. Дела? — да, он успел затаить малюсенькую обиду за редкую посещаемость. — Да, простите, учитель, — неловко отозвался Генос. Ударник нахмурился — совсем недавно они были на «ты». — Что-то произошло? — все равно улыбнулся. Теперь Генос сдвинул брови: улыбка показалась натянутой. Сайтама не умел притворяться. — Я должен с Вами поговорить и сообщить одну новость, — киборг сразу перешел к делу. Подошел ближе, но не присел на стул или кровать. Сайтама сжал кулаки. — Учитель, во время нападения Тацумаки Ваш дом был разрушен, — начал Генос и замолчал. Ударник же выдохнул и расслабился. — Ясно, что ж, я все равно подумывал куда-нибудь переехать, теперь есть повод. Как думаешь, может, слиняем к морю? А? Как думаешь? — Сайтама, — Генос спрятал глаза и тоже сжал кулаки. — Я должен покинуть Вас. — А? В смысле? Ты же только пришел, посиди еще. — Вы не так меня поняли. Я ухожу. Вы больше не мой учитель, а я — не Ваш ученик. Я так решил! Простите, — громогласно заявил Демон-Киборг. И наступила тишина. Словно разбилось что-то и все прислушиваются: а что же это могло быть? Сайтама сглотнул и сильнее сжал кулаки. Стал серьезен: — Знаешь, я и раньше предполагал, что после потери своих способностей, такому крутому парню как ты я буду просто не нужен. Ты ищешь силу, прости, что потратил твое время. Иди. У Геноса челюсть отвисла. Затем гнев отразился в глазах. Схватил одной рукой за грудки. — Вы и вправду так думаете?! Но Сайтама молчал. Не вырывался. Просто стиснул зубы и смотрел прямо в глаза. — Ответьте! — требовал бывший ученик. Встряхнул разок. — Какое это сейчас имеет значение? — слова Ударника больно резали. Генос отпустил его: — Скажите, не молчите. Неужели Вы просто так и скажете мне: «Прощай, с тобой было весело»? — А что ты хочешь от меня услышать? Насильно мил не будешь, коль больше не нужен, — как же порой холоден голос этого парня. — Это ты от меня уходишь, а не я от тебя. Так что иди, я тебя не держу, ведь это твое решение. Генос хоть и металлический, но его затрясло от злости: — Сайтама, дурак! — его понесло. — Совершенно не разбираешься в людях! Как ты можешь так… Генос хотел высказаться. Полностью! Но вспомнил слова профессора. Так и есть, нужно защитить его, а не погубить. То, что Сайтама не знает всей правды о его чувствах и помыслах, только на руку, это тяжело, но… — Хорошо, — Демон-Киборг мигом остыл и отвернулся. — Вы и вправду мне больше ничего не сможете дать. Мы теперь в разных мирах. Берегите себя. Прощайте. Посмотрел на Сайтаму через плечо. Тот сидел неподвижно с тем же безразличным лицом. — Что ж, наш братский союз оказался скоротечным, — ответил-таки. — Жаль. С тобой было хорошо. И всё. Генос стиснул зубы. Пошел к двери. — Сайтама, порой монстры не так жестоки, как Вы. Но я обещал самому себе, что поставлю Вас на ноги, так что продолжу оплачивать лечение, можете не беспокоиться, — сказал напоследок и ушел. Ударник сидел некоторое время неподвижно, затем схватил вазу с цветами, которые ему подарил Генос, и швырнул в дверь. Та звонко разлетелась на куски. Из-под кровати вынырнул Соник как черт из табакерки. (Преследуя Геноса, догадался явиться сюда раньше, чтобы спрятаться. А теперь — та-дам!) — Сайтамка, наконец-то тебя кинули! — радости полные штаны. Даже сел к нему на кровать и обнял одной рукой за шею, продолжил: — Я нутром чуял, что железяка не будет сидеть на месте, а пойдет искать разрушительную силу в другом месте. Я же более терпелив. — Уйди с глаз долой, — Ударник попытался оттолкнуть этого назойливого типа. — У меня нет настроения на эти игры. — А это вовсе не игра. Ха-ха, да ты весь дрожишь! Приятненько. Меня боишься? Или… Соник лукаво прищурился. Прильнул к уху, зашептал: — Или потеря Геноса разбила твое сердечко? Приложил руку к его груди и нагло завалил того на обе лопатки. Больно. Противник нависал над ним и вновь откровенно издевался: — Ну же, позови его на помощь. Он ведь недалеко ушел. Давил на грудь. На сердце. — Исчезни, — Сайтама зажмурился. Хотел отпихнуть его, но не хватало сил. — Хочешь я стану твоим кошмаром во плоти? Буду терзать тебя изо дня в день. А то мне скучно просто так ждать, — мучитель наслаждался полноправной властью над ним. — Давай проверим: так ли ему все равно? Позови его. Пленник покачал головой. — Вот ты какой. Ты распалил мою кровавую жажду. Раньше ты никогда не дрожал, если только от перенапряжения. Скажи, как предательство на вкус? Должно быть горько, не правда ли? — Соник подбирался к горлу. — Почему не зовешь его? Или боишься, что не придет? Сайтама попытался дотянуться до тумбочки, чтобы вооружиться чем-нибудь, но нет. Далеко. Опытный воин заметил его жалкую попытку и только посмеялся. Тогда мученик перестал сопротивляться и отвернулся: — Оставь меня. — А что? Будешь рыдать в подушку? Ах, меня предали, нужно страдать! Сайтаме тошно стало. — Уйди, а то я блевану в подушку! — разозлился. Соник отпрыгнул, но веселился дальше. — Мне нравится твой настрой. Но так уж мир устроен, что кто-то обязательно будет кормушкой для других. Ты пусть и был силен, но позволял этой кукле пользоваться собой. Поэтому ты и проиграл. На свете нет любви, только взаимовыгодные отношения. Ну, или вынужденные, как сейчас у нас с тобой. Хе-хе, — тот снова нес свою мораль. — Я не верю в то, что можно любить просто так. Просто человек привыкает к определенному источнику дохода, а когда кидают — обидно и больно. Ведь теперь придется искать другого человека. Ты потерял силу, а следом и Геноса, который жил с тобой ради нее. Выпадает одно звено и цепочка рушится. И… Тут незваный гость посмотрел на Ударника. Тот заснул и даже посапывал. — Эй! Я с кем разговариваю?! — пошатал кровать. — Не знаю, это же ты говоришь, — Сайтама приоткрыл один глаз. — Как же ты меня бесишь! — тот прорычал. — Я тебя не держу. — Я тебе всё-всё припомню! — грозился кулаком неприятель. — Чувак, реально, ты мне это при каждой встрече говоришь. Ты мне просто список напиши и пополняй его. Соник пнул кровать: — Смейся-смейся, настанет время моей мести. Тогда попляшешь! — Пока это просто слова, — Сайтама вдруг снова стал серьезен. — Ты мне не веришь? — В последнее время я слышал много красивого и многообещающего, но оно оказалось лишь мишурой. Только дела говорят правду, — в глазах Ударника промелькнула та самая сила, которую Соник так жаждет. — Сначала сделай, потом ликуй. А иначе пустозвонишь. Соник замер. Не нашел слов. Посмотрел на осколки вазы и разбросанные цветы годеций. Подобрал цветок за хрупкий стебелек. — Тебе Генос что-то пообещал? — строил догадки. — Это уже не имеет значения, — голос Сайтамы вдруг дрогнул. — Он обманул тебя. Расскажи. Бросил цветок тому на кровать. Несчастная годеция беспомощно упала на простыни, коснувшись лепестками кончиков пальцев Ударника. — Я не хочу об этом говорить. Тем более с тобой, — больной перевернулся на бок и закрыл глаза. — Почему ты не остановил его? Мне показалось, что он хотел бы этого, — Соник продолжил допрос. — Это его решение. Я не могу заставить людей любить меня. — Э? Дурак, иногда нужно поступать неправильно и жестко, — у звуковика мороз по коже прошелся, этот обычно холодный парень заговорил о любви, так странно, — Нельзя людей так просто отпускать. Строптивого коня нужно крепко держать за узды, а иначе ускачет. Я же тебя не отпускаю. И не мечтай! Сайтама вдруг представил, как хватает Геноса за руку, чтобы остановить... Та отваливается, а парень убегает в закат. Вздохнул. — Ладно, не буду мешать тебе страдать от неразделенной любви, или что у вас там, не знаю, — Соник нарочно передразнил его и сел на подоконник. Теперь он считал себя полноправным хозяином этой «овечки», которую нужно пасти. Ликовал до дрожи. Правда, теперь свою собственность нужно оберегать от посторонних посягателей: — Пожалуй, и я дам тебе обещание. Привлек внимание Ударника — тот обернулся. — Боже, а ты-то что никак не уймешься? Соник указал на него, потом на себя. — Как только поправишься, заберу тебя к себе, хочешь ты того или нет, — сказал сильно. Мороз по коже от его слов. Да он не шутит! — Это похищение. Преследуется законом, — Сайтама не знал, как спастись от него. Сердце заколотилось. — Я — наёмник. Плевать на законы и мораль. Если хочешь, можешь пожаловаться своему бывшему другу, будет повод для схватки. Если его встречу — убью обязательно. Страшный бескомпромиссный воин тени продолжал: — Или мне начать с малышей? К тебе заходил этот мелкий, как его там? Вело-педик, что ли… — Безлицензионный Ездок, — ну, хоть это имя запомнил Ударник. — Так вот, мне он не нравится, будешь плохо себя вести — растерзаю всех, кто тебя окружает. Ты понял меня? А раз ты требуешь доказательств, — глаза звуковика маниакально загорелись, поднялся и развернулся к выходу. — …Жди. Завтра я подарю тебе его голову! — Соник! — как тут не поверить ему, но убийца исчез. Настроение и так дрянь, хотелось бы переварить одно несчастье, так следом другое. Из-за него может Ездок погибнуть. Соник, как пить дать, отрежет ему голову. Что же делать? Пойти и встать Сайтама не может. Да что там! Теперь он и сам в руках душегуба. Поджал ноги к груди и обнял себя. Генос. Сейчас он нужен ему как никогда. Но стоит ли его звать? Уронил голову на голени. — А вдруг он скажет: «Это Ваша забота…» Задрожал. Помогите!