Тернии

             ― Значит, я успею. Просто доверься мне! Если все это правда, я не позволю этому случиться. Последние страницы... Они ведь все равно пусты. Значит, у меня есть шанс дописать все так, как я хочу, ― последний раз шмыгнув носом, она отстранилась от парня, теперь тревожно вглядывающегося в ее лицо. Она не знала, откуда в ней такая уверенность, но словно каждой своей клеточкой волшебница чувствовала, что времени практически не осталось. Сморгнув подкатившие к глазам слезы, она перекинула через руку плащ и, не позволяя себе оглянуться назад, быстрым шагом покинула прихожую их общей квартиры.       Холодный пронизывающий ветер привычно растрепал ее волосы, которые теперь назойливо липли к лицу. Пару раз безуспешно заправив их за уши, девушка оставила усилия и, расправив плащ, попыталась надеть его прямо на бегу. Не известно, что стало причиной дальнейших событий: безалаберность органов власти, что уже вторую неделю никак не могли решить проблему с освещением на улице, закрывающие обзор волосы, тяжелые вязкие мысли в ее голове или... Снова судьба? Вряд ли кто смог бы ответить на этот вопрос, но...       ― Гермиона, стой!!!       ...было последним, что успела услышать девушка перед тем, как оглушительный визг шин и слепящий свет заполонили все пространство вокруг нее.

***

За несколько недель до

      ― Хоть убей, не понимаю, что ты забыла в магловском книжном магазине!       ― Между прочим, в области литературы маглы оставили волшебников далеко позади! И даже тебе я бы посоветовала прочесть некоторых писателей. Начать можно да хоть бы и с Чарльза...       ― О, нет-нет-нет, Гермиона. Придержи гиппогрифов! ― перебил ее друг. ― Я ведь просто за компанию зашел, а не вступил в клуб «Книги лучше секса».       ― Джо-о-ордж, ― скривилась девушка, задумчиво перебирающая пальцами твердые корешки книг. Она уже привыкла к его пошлостям, но все равно продолжала краснеть, если он шутил так на людях.       ― Да я молчу! Вот, как насчет этой? ― спросил ухмыляющийся Уизли, протягивая подруге небольших размеров экземпляр. Мелкие белые буквы на темно-бордовом фоне оборота обещали, что «Тернии» захватят разум любого читателя с первой главы и не оставят равнодушным после прочтения.       Взяв в руки предложенную книгу и пробежав скептическим взглядом по рецензиям некоторых печатных изданий и аннотации, она вернула ее Джорджу.       ― Во-первых, мне ее и на неделю не хватит, а, во-вторых, я не читаю бульварные детективы. Эти глупые выдумки только усиливают деградацию мозга. Чтение, конечно, не может навредить, но тратить древесину на вот это, ― фыркнула Гермиона, ― я считаю кощунством.       ― Хм-м, твои доводы убедительнее напыщенных слов New York Times. И пусть в ней около двухсот страниц... ― печально вздохнул парень, ― я беру ее!       Закатив глаза и сложив руки на груди, она все же хитро улыбнулась.       ― Не надеюсь, конечно, что эта книжка пробудит в тебе желание дальнейшего просвещения, но твои первые шаги меня уже безмерно радуют.       ― Не говори таким тоном, Гермиона... Ты напоминаешь мне профессора Макгонагалл. А теперь, пока я не передумал ступать на эту жутко скучную тропу поклонников «психологического детектива с элементами драмы», ― процитировал текст с обложки Джордж, ― давай уже заплатим и уйдем отсюда.       Согласно кивнув, девушка отвернулась от стеллажа. В этом книжном так и не нашлось необходимого ей собрания сочинений. Гермиона помнила точно, что оно было в домашней библиотеке ее родителей, но сейчас взять его почитать она не могла. Как минимум, для этого ей необходимо оказаться в Австралии, а, как максимум, ― убедить родителей, что она не сумасшедшая незнакомка, а их... Дочь. Оставив печальные мысли на потом, она улыбнулась немного растерянно оглядывающемуся другу и кивнула головой в сторону кассы.

***

      Вот уже четвертый год, как Гермиона живет с Джорджем Уизли. Какое-то время с ними была еще Луна, но после того, как мисс Лавгуд сменила фамилию на Лонгботтом, друзья вновь остались вдвоем. После войны Джордж недолго жил в Норе. Смириться со смертью брата было невыносимо тяжко, а потухшие взгляды семьи лишь втягивали его глубже в трясину скорби и отчаяния. Однажды напившись в Дырявом котле, он проснулся в номере наверху. Никто не посмотрел на него я-понимаю-тебя-друг взглядом, хотя он действительно выглядел жалко, никто не посетовал на его поведение и не пристыдил за слабость. И Джорджу это понравилось. Вернуться на второй этаж здания «Вредилок» было выше его сил, поэтому он решил снять небольшую квартирку в магловском районе Лондона, в паре кварталов от Дырявого котла. Семья удивилась его решению, однако никто не воспротивился. Все понимали, что Джорджу нужно было время.       Парень никогда не жил один. Даже когда они с Фредом решили переехать на второй этаж своего магазина, братья частенько проводили время в Норе. С детства привыкшие к большому семейству, они не без труда учились жить самостоятельно. Поэтому Джордж совсем не расстроился, когда однажды на его пороге оказалась смущенно краснеющая подруга его младшего брата. Она так и не смогла вернуть память своим родителям, своего дома у нее не было, а оставаться в Норе после того, как они с Роном обоюдно решили, что между ними ничего, кроме дружбы, быть не может, с каждым днем становилось все более неловко.       Гермиона долго решала, где будет удачнее поселиться и пришла к выводу, что Джордж все отлично продумал. О том, чтобы жить в магической части Лондона, девушка даже не задумывалась; а вот Дырявый котел в минутной доступности от подъезда избавлял от необходимости каждый раз трансгрессировать в темные закоулки магловского Лондона, чтобы просто попасть домой. Свободных квартир в этом районе не нашлось, и как-то утром Гермионе пришла в голову на первый взгляд показавшаяся нелепой идея о том, что можно было бы наведаться к Джорджу... Они не были так уж близки, но вроде как неплохо ладили, а это уже избавляло ее от необходимости знакомства и притирания характеров с потенциальным сожителем.       И вот, несколько неловких минут спустя, друзья уже пили чай на небольшой кухне и обсуждали их дальнейшие планы. Сойдясь на старой схеме он платит ― она хозяйничает, Гермиона и Джордж замолчали, каждый задумавшись о своем.       ― И никаких ухажеров в мое отсутствие! ― умело скрывая улыбку и театрально нахмурив брови, наконец, продолжил парень.       Бедняжка, как раз сделавшая глоток перед тем, как Джордж произнес это, теперь судорожно закашлялась. Кое-как успокоившись, она спрятала покрасневшее лицо в ладонях и сделала глубокий вдох. Снова посмотрев на парня, она заметила, что тот тоже покраснел, но явно по другой причине. Их взгляды пересеклись, секунда ― и тишину кухни разорвал срывающийся смех рыжего близнеца. Не замечая, что рукой он задел чашку, и теперь ее содержимое горячей лужицей растекалось по столу, Джордж никак не мог остановиться.       ― О, конечно, это так галантно с твоей стороны. Хоть бы постучал, ― пробурчала Гермиона.       ― Но... Ты бы... Ты бы видела свое лицо, ― сквозь смешки выдавил Джордж и, театрально выкатив глаза, изобразил мимику девушки.       Помещение вновь наполнилось смехом на этот раз уже обоих друзей, и девушка с каждой минутой чувствовала себя все менее скованной. Кажется, они уживутся.

***

      Привычно сервируя стол к завтраку, Гермиона улыбнулась своим воспоминаниям. Она была права тогда. Они с Джорджем не просто ужились, а сделали это с непринужденной легкостью. Как бы некрасиво это ни звучало, но после смерти брата близнец словно наконец повзрослел. Заводилой всегда был Фред ― Джордж лишь с готовностью подхватывал идеи. Эта черта не покинула его и сейчас. Гермиона не могла не заметить, что и она сама, желая того или нет, оказывает влияние на парня. Да о чем тут говорить, если на прошлой неделе он даже сходил в книжный с ней за компанию. И пусть парень аргументировал свой поступок лишь скукой и отсутствием планов на день... Где это видано, чтобы Джордж Уизли пошел в библиотеку со скуки?       Он также стал более аккуратным и внимательным к ней, не растеряв при том своих старых привычек. Девушка не раз попадалась на его розыгрыши, а его чувство юмора иногда сводило ее с ума, но со временем она даже начала находить его по-настоящему смешным, а не ребячески глупым. Джордж вообще оказался отличным соседом.       Услышав грохот за стеной, девушка поспешила разложить по тарелкам омлет, достать кувшин с соком из холодильника и подхватить выпрыгнувшие из тостера ломти хлеба. Гермиона не была невесть какой хозяйкой, однако, пока за окном август месяц, и в ее Академии каникулы, она не считала за труд встать пораньше, чтобы сделать завтрак на двоих.       ― М-м-м, опять этот омлет... ― хрипло протянул парень, заходя на кухню и потирая кулаками заспанные глаза.       ― Если хочешь разнообразия, отправляйся в ресторан или заведи эльфа. Только предупреждаю, что второй вариант будет прокатывать не долго, потому что теперь даже эльфы Хогвартса воспринимают меня гораздо более серьезно и с готовностью идут на разговор.       ― Да они просто решили, что если потерпят часик, слушая твою лекцию о плюсах свободы, то ты больше не будешь доставать их ежегодными набегами с проверкой. Серьезно, когда дело касается эльфов, ты становишься назойливей корнуэльских пикси.       ― Это неправда! ― обиженно воскликнула Гермиона, присаживаясь на свой стул. ― И тебе, Джордж Уизли, следовало бы пойти и умыться перед тем, как садиться за стол и есть надоевший омлет!       ― Ладно, мамочка, ладно, ― шутливо подняв руки перед собой, сказал улыбающийся парень. ― Я сдаюсь, признаю твой кулинарный талант и отправляюсь в ванную. Ты только не подсыпай мне обморочных орешков, пока я не вижу.       ― Я бы с радостью это сделала, ― устало вздохнув, сказала девушка и оперлась щекой о подставленную ладонь. Задумчиво ковыряясь в тарелке она размышляла о том, что уже давно не может обижаться на подколы соседа. И пусть Джордж привносил в ее жизнь неразбериху, с ним было не скучно. Он вытягивал ее из скорлупы, обнажая весь спектр эмоций: от радости до обиды, от мечтательности до раздражительности. Из них вообще вышла на удивление отличная команда.       Когда парень, заметно посвежевший после утренних процедур, вернулся за стол, от возмущения Гермионы не осталось и следа. Взмахом палочки подогрев остывший завтрак, она с улыбкой завязала разговор.       Джорджу нравились эти изменения. "Старая" Гермиона наверняка дулась бы на него до обеда. Подхватив тему беседы, он принялся за еду и мгновенно забыл свою неприязнь к однообразной пище.       Погода за окном, как всю прошлую неделю, предвещала удачный солнечный день.