Тернии

             Уставшая девушка наконец опустилась на диван. Уборка с помощью волшебной палочки никогда не была идеальной, поэтому каждый месяц Гермиона выделяла один день, чтобы поработать обычным магловским способом: с кучей губок, тряпочек, щеток и моющих средств, как это делала ее мама. Джордж как обычно успел вовремя слинять "по неотложным делам", только завидев ее рядом с чуланом. Этот лентяй не желал признавать, что заклинания не всегда действеннее обычного пылесоса или обезжиривающей жидкости. Такие субботники вошли у Гермионы в привычку, и усталость после была скорее приятной, чем обессиливающей.       Окинув ленивым взглядом гостиную, девушка с довольной улыбкой мысленно похвалила себя за старания. Казалось, стекол в оконных рамах не существовало, насколько ярким и чистым был солнечный свет, без труда проникающий сквозь развевающийся от сквозняка новый невесомый тюль. На автомате поправив подушки, лежащие на диване, девушка перевела взгляд на журнальный столик перед собой и приметила на нем небольшую книгу. Узнав обложку, Гермиона без лишних усилий призвала экземпляр невербальным Акцио и усмехнулась. Конечно, Джордж не собирался всерьез тратить свое время на эту ерунду, и вообще купил он ее только из вредности, но девушке все равно было больше нечего делать, поэтому она открыла первую главу.       «Шел шестой год со дня, когда я последний раз видела своих родителей».       На секунду прикрыв глаза, подавляя всколыхнувшуюся в сердце боль от такого жестокого совпадения, Гермиона продолжила чтение.

***

      ― Нет, ты только послушай! ― девушка чуть не набросилась на вернувшегося соседа прямо с порога и теперь таскалась за ним хвостиком по всей квартире.       ― Дернул же меня Годрик купить эту дурацкую книгу. Гермиона, ты становишься мнительной не по годам, ― недовольно бурчал Джордж, заходя в свою комнату. Он только что вернулся из Норы, где мать сообщила ему "потрясающую" весть.       ― Сынок, ты уже уходишь? Может, останешься? Все равно ведь сегодня у нас будет праздничный ужин!       ― Да? И какой на этот раз повод? Гному из сада стало скучно, и он наконец перебрался к Лавгудам?       После войны Молли устраивала так называемые "праздничные ужины" не реже пары раз в месяц. Это было ее способом избавиться от чувства ненужности, которое рано или поздно приходит к любому родителю, отпустившему своего драгоценного ребенка из-под родного крыла. Молли же не просто лишилась одного ребенка ― Нору покинули все. Чарли и Билл уже давно жили отдельно, Джинни с радостью сбежала на площадь Гриммо, Перси тоже неожиданно решил покинуть родное гнездо, познакомившись с девушкой, чье психическое здоровье ― «она встречается с ним добровольно?» ― Джордж подвергал сомнению. Фред... Рыжий поморщился при воспоминании о брате и тут же поймал на себе я-понимаю-тебя-сынок взгляд, который всегда выводил его из себя.       ― Зачем ты так, Джорджи? Я ведь говорила: Перси с Одри приедут. Говорят, у них для нас замечательная новость! ― тепло улыбнулась миссис Уизли.       ― Ага. Ставлю 10 галлеонов на то, что новость эта о скором появлении Персиваля младшего.       Молли прижала руки ко рту, и глаза ее наполнились слезами.       ― А ведь и правда... Дай Мерлин, чтобы ты был прав! И, между нами говоря, я все жду когда и ты приведешь домой свою невесту...       ― Мама, не начинай!       ― А что я такого сказала? Я, как и любая мать...       Джордж поморщился, отгоняя воспоминание. Оказалось, девушка стоящая перед ним, все это время не замолкала, подкрепляя свою речь цитатами, то и дело открывая книгу на страницах с загнутыми уголками. «Какое кощунственное отношение к книгам, мисс Грейнджер», ― язвительно подумал он, вслушавшись, наконец, в сумбурную речь девушки.       ― ...а потом их взяли в заложники! Как тебе? Егеря! Егеря взяли нас с Гарри и Роном в заложники тогда в лесу!       ― Героиня книги тоже скиталась по лесу в это время?       ― Нет, но... Но что ты скажешь насчет остальных фактов?       ― Да каких фактов, Гермиона? Очнись! ― эта ситуация начинала его напрягать. Если сначала ее упертость лишь слегка напрягала Джорджа, то сейчас он был заведен до предела. ― То, что героиня описана как «невысокая темноглазая девушка с непослушными волосами цвета коньяка»? Так спешу тебя огорчить: этот типаж распространен как в магическом, так и, по всей видимости, в магловском мире! И кто вообще мог додуматься сравнить цвет волос с коньяком? Ты уверена, что это детектив, а не кулинарная книга каннибала-алкоголика?       Девушка могла лишь безмолвно открывать и закрывать рот, силясь воспроизвести что-то в ответ. Она не знала, за что ей обиднее: за ущемленное чувство собственного достоинства или за такое предвзятое отношение к магловскому творчеству. Неожиданно циничная тирада из уст Джорджа сбила ее с толку. Ее сейчас будто снова, как в школе, осадил Малфой. Возможно, аргументы и правда звучат глупо, но девушка чувствовала, что книга как-то связана с ней самой.       Судьба главной героини почти зеркально отражала судьбу Гермионы: частная школа ― Хогвартс, двое лучших друзей ― Гарри и Рон, террористический захват ― в принципе, так можно назвать Битву за Хогвартс. «Нет, погоди. Террористический захват школы. Мерлин, да это же шестой курс! Когда Малфой провел Пожирателей через Исчезательный шкаф!» ― внезапно пришедшее озарение заставило девушку в очередной раз вздрогнуть от неприятного чувства в груди. Не решившись озвучить вслух свою новую догадку, Гермиона нервно улыбнулась и отступила от тяжело дышащего парня назад.       ― Ты... Ты прав, да. А я просто позволила своему воображению разыграться.       ― Миона, прости. Нет, это ты права: таких совпадений не бывает. Я не должен был так резко реагировать. Пожалуйста, дай мне прочесть, ― Джордж протянул руку в просящем жесте, но девушка лишь сделала еще один шаг назад. Наблюдать за тем, как, пусть и немного фанатичный, блеск в ее взгляде тухнет, было невыносимо.       ― Ох, да незачем. Подумаешь, ― Гермиона взмахнула рукой, пытаясь изобразить небрежный жест, и больно ударилась предплечьем об угол шкафа. Сдавленно зашипев, девушка послала к чертям наигранную любезность и, сверкнув глазами, вылетела из комнаты парня.       ― Миона... ― крикнул ей вслед Джордж и закрыл лицо ладонями. Проведя ими выше, взлохмачивая волосы, он расслабил руки, бессильно упавшие вдоль тела. Вся злость куда-то испарилась, оставив лишь неприятный осадок. Парень понимал, что Гермиона не виновата. Да и не знал он случая, чтобы всегда рациональная и собранная подруга Поттера хоть раз поддалась на подобную провокацию. Даже заметки Скиттер, насколько он помнил, не задели ее так сильно, как результат творчества какого-то неизвестного писателя. «С чего ты вообще на ней сорвался?» ― спросил его внутренний голос.       Парень не знал ответа на вопрос. Последнее время он привык оправдывать свое поведение смертью брата: это событие действительно сломало его. Словно вместе с Фредом ушло все хорошее, что было в близнецах. Пусть на первый взгляд Джордж оставался таким же несерьезным бунтарем, не заботящимся о завтрашнем дне и об общественном мнении, но сам парень замечал в своем характере разительные перемены. К его немногочисленным отрицательным чертам прибавились вспыльчивость и безосновательная озлобленность. Мир обошелся с ним слишком жестоко, что давало Джорджу основания сравнивать себя с брошенной хозяевами собакой. Пусть это эгоистично, но он всегда ставил свою потерю выше чьей-либо. У него отняли его половину. Не просто отняли. Вырвали, отсекли сектумсемпрой. Только боль не прошла так скоро, как в ту злосчастную ночь, когда он лишился уха. Она преследовала его каждую секунду, каждый миг. Запертый в груди зверь царапался изнутри каждый раз, когда Джордж приближался к зеркалам.       Вот и сейчас. Отворив дверцу шкафа, он взглянул на свое отражение. Несколько бесконечных секунд спустя рыжий парень зажмурился и с силой захлопнул злосчастную дверцу. Вздрогнув от неожиданно громкого звука, он отступил назад и, дав себе немного времени на воскрешение самоконтроля, вышел из комнаты.       Искать Гермиону не пришлось. Девушка сидела в гостиной, обхватив колени руками и направив отсутствующий взгляд куда-то в стену. Неловко помявшись на месте, Джордж нацепил одну из самых его дружелюбных улыбок и сел в соседнее к дивану кресло.       ― Знаешь, а мама устраивает ужин сегодня вечером.       ― Здорово, ― безэмоциональным голосом ответила девушка.       ― Миона, послушай...       ― Не нужно, Джордж. Я все понимаю. Конечно, ты не хотел меня обидеть. Я просто попалась под горячую руку. Напала на тебя со своими дурацкими выводами и даже не обратила внимания, что ты был на грани. Прости меня, ― освободив ноги из захвата, она опустила их на пол и, наклонившись ближе, накрыла ладонь парня своей. ― Ты в порядке?       Он не знал, что на это ответить. Накосячил он, а извинялась Гермиона. Да еще и так вывернула всю ситуацию, будто это его обидели. Зверь в груди нервно заворочался от неожиданного прилива нежности к девушке.       ― Ты прости меня, ― сиплым голосом ответил парень и тут же откашлялся. ― Я правда был на взводе. Мама снова ненавязчиво, как только она умеет, намекала мне, что пора бы остепениться и все такое.       ― И как она только могла предложить такое законченному холостяку? ― с улыбкой поинтересовалась забывшая обиду Гермиона.       ― Вот и я о чем! ― тут же оживился рыжий. ― Разве могу я в самом расцвете сил добровольно сдаться в плен? Не зря ведь это называется брачными узами!       Девушка прыснула и отрицательно покачала головой.       ― Что? Я не прав разве?       ― Чертовски прав!       Удивленно приподняв бровь, Джордж усмехнулся.       ― Ну так что?       ― Что что? ― переспросила бывшая гриффиндорка.       ― Вы готовы сопроводить меня на сегодняшнее семейное торжество? ― помпезно выпрямившись и взяв ладонь девушки в свою, спросил Джордж.       ― О, но разве ваша матушка не ожидает, что вы приведете с собой вашу избранницу? ― подыграла ему Гермиона.       ― Что, если я избрал вас?       ― Джо-о-ордж! ― протянула она, нахмурившись.       ― Я не вынесу такой удар без надежного тыла, Гермиона! Ну же... Пожалуйста! Перси наверняка приведет беременную Одри, и мне будет не отделаться от претензий к своей свободолюбивой персоне!       Девушка лишь снова покачала головой.       ― Это будет твоим наказанием за грубое поведение, ― ехидно улыбнулась она.       ― Ах ты ж... ― сощурился парень. Он был уверен, что она не согласится, но попытаться стоило. ― Тогда даже не тешь себя надеждой, что я стащу со стола кусок маминого фирменного тыквенного пирога для тебя, понятно? Не скучай, ― закончил он и неожиданно поцеловал тыльную сторону ее кисти, что так и не отпустил из рук за время их разговора.       Тут же покинув гостиную, он оставил накрывшую место поцелуя другой рукой Гермиону в смешанных чувствах.

***

      Стол в Норе привычно ломился от обилия блюд. Сегодня вечером он собрал за собой почти всех членов семьи Уизли. Не смогли приехать только Билл с Флер. Девушка была беременна во второй раз, и такие дальние путешествия могли навредить будущему малышу.       Джордж появился из камина последним и тут же оказался в объятиях младшей сестры. Поддавшись секундному желанию, он потрепал ее по голове и с досадой отметил, что для этого ему пришлось поднять руку выше, чем в последний раз. Кажется, лет с двенадцати Джинни научилась вовремя увертываться от этого жеста, но сейчас он был необходим им обоим. Заняв наконец свое место за столом, Джордж окунулся в атмосферу тепла и веселья.       ― Можно попросить слова? ― постучав по бокалу, спросил Перси.       Все, находящиеся за столом, засмеялись над нелепо официальным для подобного места тоном парня, но тут же затихли под осуждающим взглядом Молли Уизли. Поднявшись со стула, Персиваль так же поднял за локоть свою невесту, чьи щеки сразу порозовели от смущения.       ― Мы с Одри попросили вас собраться сегодня, чтобы сообщить одну радостную весть. Милая?       Испуганно оглянувшаяся на возлюбленного девушка заметно занервничала. Сглотнув она посмотрела на Молли, сложившую руки на груди, и набрав в легкие побольше воздуха, осмелилась сказать:       ― Я... Мы ждем малыша!       Нервный смешок будущей мамочки утонул в радостных возгласах. Сидящие рядом Джинни с Гарри обняли смущенную девушку, а Джордж, поймав наконец взгляд матери, изобразил на лице самодовольную ухмылку. Молли только махнула на него рукой и торопливо поднялась, чтобы подойти и тоже обнять сына с невесткой.       В этот момент в раскрытое окно залетел филин и, бросив темный сверток на стол, прямо в тарелку с рисовым пудингом Одри, так же неожиданно скрылся. На миг повисшее за столом молчание стало заполняться гулом. Кто-то отошел к окну, кто-то начал справляться о самочувствии соседа и жаловаться, как напугался сам. И никто не обратил внимания на то, что Одри уже почти развернула посылку, не удосужившись даже проверить ее на наличие темномагических проклятий.       Следующие события останутся в памяти Джорджа только в замедленном виде.       Ни Гарри, отстранивший свою дрожащую невесту и вытащивший палочку, ни Перси, ухвативший возлюбленную за рукав, уже не могли помешать словно зачарованной девушке беспрепятственно развернуть подозрительный сверток, из которого тут же вырвался темный сгусток, окутавший Одри целиком. Мгновение ― и дым рассеялся, открывая взгляду побелевшую девушку, держащуюся за живот. Второй раз за вечер посмотрев на избранника испуганным взглядом, она, теряя сознание, упала в его руки. И мир снова обрел нормальную скорость.       Мистер Уизли безуспешно пытался наколдовать патронуса, Молли с первобытным страхом в глазах смотрела на все такую же бледную девушку, которую Джинни с Перси пытались привести в чувства. Гарри, заметив попытки Артура, вызвал своего патронуса и направил его в больницу Святого Мунго. Джордж, словно осознав, наконец, что все это происходит наяву, поднялся с места и заклинанием трансфигурировал стул Перси в небольшую кушетку, куда тут же уложили Одри. Кивнув в ответ на благодарный взгляд брата, он, нахмурившись, протянул руку к явно безопасной теперь посылке. Внутри лежала колдография, на которой был изображен Перси, пожимающий руку Пию Толстоватому. Перевернув карточку, Джордж прочел послание и вздрогнул. Семья словно не замечала его, хлопоча вокруг бесчувственного тела. Пройдя показавшийся ему бесконечным путь вокруг стола, Джордж положил руку на плечо брата и протянул ему колдографию. Нахмурившийся Перси, не разглядывая карточку, сразу перевернул ее, и лицо его заметно побледнело. Сдавленно простонав, он бросил колдографию на пол и ринулся к выходу, столкнувшись в дверях с подоспевшими специалистами Мунго.

«Надеюсь, хотя бы на крестины ты нас пригласишь, друг?»

      Прочел Гарри на поднятой с пола карточке. Вместо подписи отправитель изобразил небольшой рисунок черепа со змеей. Неожиданный треск камина в гостиной заставил молодого человека вздрогнуть и, повернувшись, заметить неловко приземлившуюся на ковер измазанную в золе подругу.       ― Джордж, Одри! ― только и смогла выдавить Гермиона, но продолжать не было смысла.       Все присутствующие оглянулись на голос гостьи, что теперь с ужасом в глазах смотрела на несчастную героиню вечера.       ― Гиппогрифье дерьмо... ― выругался Джордж, по обложке узнавший книгу, в которую мертвой хваткой вцепилась Гермиона.