Сыграем?

Она медленно потянулась: кровать была мягкой и выходить из приятной дремоты вовсе не хотелось. Раскинув руки в стороны, девушка выгнулась, сжимая пальцы, и снова провела по простыни руками. Медленно открыла глаза и оглядела комнату. Знакомая. Даже слишком. Помнится, она здесь уже была. Приподнявшись с кровати, Мирай ещё раз окинула взглядом всё помещение. Ну точно! Не иначе как квартира Изаи. Последнее, что она помнила, — как Изая обрабатывал ногу. Всё последующее было будто покрыто пеленой тумана и неприятно отзывалось приглушённой болью в голове при попытке хотя бы частичного восстановления в памяти. Но у Мирай такие неприятные пробуждения с какими-то будто провалами уже бывали, и она привыкла не придавать им особого значения, потому что в такие моменты брат обычно оказывался рядом. На этот раз Мирай снова забила, решив для начала разобраться с другими проблемами. ─ Наверное, я вырубилась от недосыпа и переутомления. Но он мог бы оставить меня у Шинры. Что же ты задумал, Изая? — Правую руку она поднесла ко лбу и потёрла, пытаясь разогнать последние остатки сна и немного привести в порядок мысли. После чего зевнула и снова откинулась на подушку. Спустя несколько минут всевозможных доводов и уговоров своего тела и себя в пределах собственной же головы, она всё же смогла встать. Тело неприятно побаливало. Взглядом она наткнулась на зеркало на двери шкафа. Кончики пальцев на автомате дотронулись до шрама. Всё ещё саднил. Девушка в отражении попыталась улыбнуться. Вышло вяло. Под глазами, впервые за долгое время, появились мешки. Лицо было болезненно-бледными, и на фоне этой тусклости кожи шрам был заметен сильнее. ─ Н-да, вот уж попалась. И так красотой не блещу, так теперь ещё и шрам на полщеки. Глупая Мирай. — Встряхнув головой, она будто скинула наваждение: на долю секунды ей показалось, что вместо себя она видела другую девушку, с более мягкими чертами лица и младше на несколько лет. Поморгав пару раз и убедившись, что всё было игрой сознания, она направилась на кухню, смело ступая босиком по прохладному полу. Поиск графина с водой был недолгим, и два стакана были выпиты залпом. Освежающая влага приятно холодила организм, разгоняя последние остатки сна. Голова заработала лучше, по привычке начав со всех сторон анализировать ситуацию. Ещё не додумав, она дрогнула. Взгляд застыл, а брови приподнялись. Одна деталь в пробуждении явно не сходилась. Если она у Изаи, — поправка, проснулась у Изаи в кровати, пьёт его воду из его стакана, стоя в его кухне босиком, — то возникает вполне резонный вопрос: где сам информатор? ─ Изая! — В ответ тишина, и ещё парочка криков проблему не решают. Его явно не было дома, в чем она ещё раз убедилась, обойдя все комнаты. Все мысли в голове Фуджито пока развивались в двух направлениях: «Пора валить, пока он не пришёл» и «Подожду, пока вернётся, и обо всём узнаю». Однако в пробуждавшемся после недавнего потрясения организме Мирай всё происходило внезапно, и чувство острого голода навалилось, перекрутив по ощущениям все внутренности в морской узел, закрепляя стенки живота на максимально близком расстоянии. Первое направление мышления было уничтожено слабостью её организма. Несмотря на отсутствие Изаи в квартире долгое время, в холодильнике была ещё не испортившаяся еда, и Мирай, никогда слишком не любившая готовить, перенаправила все оставшиеся силы, придумывая как и на чем приготовить желательно всё сразу, чтобы в следующий раз дорогому Изае потребовалось по новой загружать холодильник.

***

Орихара улыбался, улыбался чуть ли не до ушей. Ещё немного, и он бы начал пританцовывать. Походка вновь как-то незаметно стала пружинящей, хотя нога и болела, но никакая боль не могла заставить Орихару успокоиться. Разговор с братцем Мирай дал даже больше информации, чем он ожидал. В голове Изаи одна за одной возникали идеи по употреблению информации с не отстающим анализом возможных развитий событий и их последствий. Не все из них были губительны для Фуджито, но парочка — определенно да. Первое, что нужно было выяснить: кто такой Кайки, из чего он сделан, кем работает и какие у него слабые точки. Ну, это не так сложно. Вторым на повестке дня было придумать план как этого самого Кайки «сломать», попутно вернув идиотке Фуджито, как он её про себя окрестил, память. Про обещание не причинять вреда он помнил, но это же хорошо, когда человека лечат от амнезии? Пусть и без его воли. Изая в своих фантазиях уже воспроизвёл как бедная, несчастная Мирай бросается в объятия к нему. Благодарит за возвращение памяти, неважно каким способом. Все-таки детство — один из самых важных этапов в жизни человека, и она обязана обрадоваться, когда все вспомнит, даже если там были некоторые невесёлые моменты. Ее светлые руки будут охватывать его шею, не пытаясь её свернуть или придушить, а легко обнимая, она будет прижимается к нему и нежно проводить рукой по его волосам. Мысли дошли уже до поцелуев и их продолжения. Но тут Изая себя одёрнул. Что это было за наваждение, он не понял и решил не понимать, однако попытки снова перестать думать об этом были отвергнуты: в голову раз за разом проникало видение как беловолосая бросается ему в объятия. Это раздражало. Слишком навязчиво. Дурацкая Фуджито. Изая постарался перевести мысли в сторону того, как Мирай сама вернёт ему голову Даллахана и клятвенно пообещает, что уедет из Токио. Желательно навсегда. Да, именно этого он хочет. Пусть уедет. Вечно мешающая, проблемная, спесивая, орущая, привычная Фуджито. Привычная? Это слово завело Орихару в недолгий ступор. И ведь да — привык. Отогнав мысли о Мирай куда подальше, а это заняло время, он приступил к поиску Кайки. С телефона это было бы неудобно, но Изая уже давно привык. Всё же идея заехать домой была хорошей: любимая одежда и одна из любимых курток поднимали настроение. Поиск информации рисковал затянуться. Для начала нужно было найти список одноклассников Мэнэми. Школу он нашёл без труда: на сайте были фотографии с архивом прошлых лет. Что удивительно, класса старшей Фуджито не было. Изая улыбнулся. Чем дальше, тем заманчивей. До переезда вся семья Фуджито жила в Киото. Школа Мэнэми была элитной, а значит просто так фото из архива не пропадёт. Следовательно, это были родители Мирай либо сам Кайки. Фамилию оного он уже знал, благо Хиде успел взболтнуть. Цукибаса. Что-то знакомое промелькнуло в голове брюнета: эту фамилию он точно уже где-то слышал. Поразмыслив и поискав в своих источниках информацию, он вспомнил один инцидент, произошедший пару лет назад: какой-то чиновник по фамилии Цукибаса просил его помешать конкурентам и при этом выложил не мало денег. Собственно, Изая всё устроил. Искать информацию о наследниках этого Цукибасы оказалось ещё проще. Обстоятельства сложились даже лучше, чем думал Изая, ведь Кайки Цукибаса в данный момент жил, как выяснилось, в Токио. Дело оставалось за малым: продумать, как попортить жизнь Кайки и одновременно с этим столкнуть его с Мирай. Постепенно столкнуть. Всё же стоит подумать о том, что с ней может случиться, узнай она его. Новый приступ или что ещё. Фуджито и так на нормальную не особо походила, а если увидит Цукибасу или останется с ним один на один… В этот момент Изая вспомнил о поиске информации про Мирай в самом начале, ещё когда он только о ней узнал. В свете недавних событий выходило, что часть информации, если не вся, ложна. Это путало, а спрашивать Фуджито напрямую нельзя. Оставалось только разузнать всё как следует самому.