Game of Shadows

      Айзек крепко сжимал мягкую крохотную ладошку в своих руках, неотрывно наблюдая за бледным девичьим лицом, чей пустой взгляд был направлен в никуда, а из приоткрытого рта доносился звук тихого надрывного дыхания, напоминавшего шелест опавших осенних листьев, гонимых по сырой земле промозглым ветром. Она неподвижно сидела на неудобной скамейке, опустив плечи и укутавшись в кожаную куртку Дерека, который помогал Скотту спрятать тело Дайера, пока они с Лейхи дожидались возвращения Стайлза. Тот узнал о смерти отца по телефону, от Маккола, потому что его сестра едва могла шевелить языком от накрывшего её с головой шока.       По серовато-белой щеке, лишённой румянца и сияния, скользнул блестящий кристаллик слезы, задерживаясь в уголке пухлых, искусанных в кровь губ. Истерики, наступление которой с ужасом ожидал Айзек, не было, но вот это молчание в сочетании с абсолютным безразличием к происходящему пугало даже больше, чем перспектива успокаивать ревущую на плече девушку. Парень всеми силами пытался вырвать подругу из этого странного, мрачного ступора, стараясь хоть как-то расшевелить её, хоть как-то принудить к разговору, но даже здесь упрямству Стилински не было границ, потому что Дженна, словно находясь в альтернативной реальности, не отвечала ни на один его отчаянный зов. В конце концов оборотень просто прижал её к себе, приобняв и крепко переплетя их пальцы меж собой. -Мне очень жаль, Джен.-прокаркал он еле слышным шёпотом, обращаясь скорее к пустоте нежели к шатенке, сжавшейся в комок и тихо плачущей в его футболку.       И ему правда было жаль. Жаль, что такой потрясающий человек-понял он это, к сожалению, не сразу-вынужден страдать лишь потому, что оборотни, стая втянули её в это. И страдать уже не единожды. Это было слишком. Слишком тяжело для таких хрупких плеч, слишком много. Чувство вины, потери, страха-всё смешалось, образуя меж собой дурманящий коктейль из слёз и крови, в котором она погрязла с головой. В который её беспощадно столкнули с обрыва. И девушка захлёбывалась в нём, задыхалась от этого запаха ржавчины и соли. Но никого не было, кто бы мог вытащить её оттуда.       Дерек бесшумно прошёл вглубь всё того же депо, где сейчас сидела парочка. Его скулы необычно осунулись, а круги под глазами выдавали эмоциональную и физическую усталость. От белой испачканной в крови футболки за версту несло потом, а руки были по локоть измазаны в земле и всё той же засохшей бурой жидкости, отмыться от которой хотелось сильнее всего. И этот вечно хмурый взгляд уже был не просто хмурым. Глубоко печальный. Сожалеющий. Впервые.       Несмотря ни на что, Дженна ему нравилась. Её гиперактивность и саркастичность порой вызывали такое же раздражение, как и те же качества её дорого близнеца, но в ней была сила. Сила, которую альфа не мог не уважать. После всего пережитого она не сломалась, а продолжала бороться, продолжала помогать им вопреки желанию держаться от всего сверхъестественного подальше. И её ум и это просто устрашающее профессиональное хладнокровие, что иногда появлялось на чаще всего грустном лице, буквально заставляли восхищаться. Она сражалась бок о бок с ними, а потому, хоть Хейл и едва ли когда-нибудь признает это вслух, имела право считаться членом его стаи. И не просто имела право, а считалась.       И именно по этой причине он стоял перед ней сейчас с видом провинившегося школьника, изо всех сил стараясь не встречаться с безразличным взглядом вмиг похолодевших карих глаз. И произошло это потому, что он, чёртов альфа, не сумел справиться с жалким подростком и его прихвостнем-ящеркой. Нет, он справился, но когда было уже слишком поздно. Теперь Дерек отдал бы всё, чтобы исправить произошедшее, но отдавать больше нечего, а исправить уже нельзя. Уже слишком поздно. -Стайлз приехал.-прохрипел мужчина, смотря себе под ноги и застывая в неудобной позе.       Очнувшаяся за секунду Стилински бросилась к выходу, минуя и Дерека, и Скотта с бессознательной Эрикой на руках, которую как раз привёл младший из близнецов. На запястьях блондинки зияли кровоподтёки, а кожа исполосована длинными ранами, что не успевали затягиваться. Судя по изодранной в клочья блузке без рукавов, подаренной Дженна на день рождения, девушку страшно пытали, и сама Рейес сейчас так ужасно походила на свою подругу, когда те вытащили её из заточения в лапах канимы, что Маккола передёргивало от неприятного чувства в груди.       Возможно, это прозвучит странно, но сейчас Стайлз и Дженна действительно сильнее всего походили на близнецов-разделяя общее на двоих чувство, они превратились в единый жалкий комок, слепленный из разных, но сплошь болезненных чувств, вызывавших резь в сердце и тупую боль в уголках покрасневших и опухших от слёз глаз.       Она нашла брата стоящим на улице возле джипа. По такому же бледному лицу-отражению её собственного-ручьём текла солёная влага, и он не в силах был заставить себя проследовать за лучшим другом внутрь, просто облокотившись спиной о боковую дверцу автомобиля, так как его ноги больше не были способны удерживать вес хозяина. Младший Стилински сразу обратил на неё внимание и протянул обе руки к единственному живому члену семьи, и всё его тело выражало в этот момент настолько беспомощный, потерянный вид, что плакать от этого хотелось только сильнее. Дженна нырнула в объятия близнеца и только теперь предалась истерике, выплёскивая всё, что до этого старательно прятала. От него не было смысла прятать. Он был второй половиной её.       Дерек вышел вслед за девушкой, безмолвно наблюдая за осиротевшими в одну ночь близнецами, что жались к друг другу, как жалкие мокрые уличные котята. Теперь их жизнь официально могла получить статус адской, а их истинные проблемы грозились только вот-вот начаться. -Я расскажу тебе, что произошло, как только ты будешь готов.-обратился он к парню, что даже не взглянул на него, прижавшись щекой к щеке сестры и до боли стискивая зубы, сдерживая рвущийся откуда-то снизу рёв. Костяшки его тонких пальцев совсем побелели-настолько сильно от сжимал её, одновременно благодаря Бога за то, что хотя бы она жива. Её смерти он бы точно не смог пережить. -Почему это так больно, Стайлз? Почему мне так больно?-хныкала шатенка, заливая рубашку брата слезами и едва не прорывая её насквозь на спине.-Заставь это уйти, пусть это уйдёт!       Парень мычал в ответ что-то неразборчивое, а сам укачивал сестру в руках, едва не отключаясь. Этот чёртов день никогда не закончится и навсегда отпечатается в их памяти, как один из самых худших. Нет, самый худший.

***

      Бедняжка Дженна, окончательно выбившаяся из сил, заснула прямо на матраце под боком у так и не пришедшей в себя после долгого нахождения в заточении у охотников Эрики. У её головы, на полу, пристроился Стайлз, и девушка даже во сне крепко сжимала его ладонь в своей, тяжело дыша затхлым, влажным воздухом, от которого кожа становилась немного липкой. -Я не нашёл Бойда.-прохрипел Стилински, уставившись прозрачным взглядом в стену напротив.-Когда я пришёл в дом к Арджентам, там была только Эрика. Они накачали её таким количеством аконита, что она на тот момент еле подавала признаки жизни, а вот Бойда уже не было. Возможно, ему удалось сбежать, но на этот вопрос сможет ответить только сама Рейес. Когда очнётся. Если вообще очнётся. -Разве Бойд не вернулся бы сразу же сюда, если бы сбежал?-спросил Лейхи, пронзительно глядя на ссутуленные фигуры альфы и Маккола, что устало развалились по углам, окончательно сокрушённые эмоциональной подавленностью.-Так ведь?       Хейл громко выдохнул, вытягивая ноги и потирая заднюю сторону затёкшей шеи. -Я уже ни в чём не уверен. Охотники были заодно с психопатом-подростком, Джексон сбежал, и теперь чёрт его знает, куда этот идиот подался, а шериф мёртв. Исчезновение Бойда можно просто приписать как очередной пункт в списке наших проблем. -То есть смерть моего отца для тебя-это лишь очередной пункт в чёртовом списке?-процедил Стайлз, играя желваками. Казалось, что он в этот самый момент готов был кинуться на Хейла и хорошенько дать ему по морде, что хотелось сделать уже довольно давно, вот только повода всё никак не находилось. Оно и понятно, что этим он ничего не добился бы (кроме перелома руки), но сейчас его не заботили ни последствия, ни то, что Хейл вроде бы был ему другом. Своеобразным, но всё же другом. -Стайлз, ты прекрасно знаешь, что я вовсе не это имел ввиду. Мне искренне жаль твоего отца, тебя и Дженну, но сейчас нам нужно собраться и понять наконец, как покончить с Джерардом и Джексоном, пока не умер ещё кто-нибудь. Разве ты хочешь, чтобы канима наконец добрался до твоей сестры? Мне вот не особо этого хочется. Поэтому, как бы сложно тебе это не было, постарайся собрать остатки воли в кулак, потому что она тебе сейчас сильно понадобится.       Парень крепче сжал руку сестры, сглатывая слёзы. Вокруг него словно образовалась непроглядная серая дымка ядовитого тумана, разъедавшего глаза и обжигавшего глотку и лёгкие. Ему казалось, будто не слезы застыли влажными дорожками по охладевшим щекам, будто не рыдания сдавливают его грудь, будто он захлёбывается в крови. В которой уже потонули оба его родителя. И едва не пошла ко дну сестра-всё, что у него осталось. Всё, что у него когда-либо было. И мысленно он молился, вторя крику Дженны, чтобы кто-нибудь прямо сейчас остановил это, вырвал ему сердце и растоптал его окончательно. Только бы не чувствовать этого снова. Только бы всё кончилось. -Хорошо,-выдохнул он,-я помогу вам с Джерардом. Но при одном условии...не смейте впутывать в это Дженн. Я серьёзно. Если с ней хоть что-то случится, я просто убью вас всех, это понятно? И ещё. Не говорите ей об исчезновении Бойда. Не хватало только, чтобы она ещё убивалась по этому поводу.       Ответом ему было безмолвие. Безмолвие, вопившее громче ведьмы-банши. -А теперь расскажите мне всё, что случилось после того...после смерти моего отца. -Когда Мэтт выстрелил в Джона, Дерек кинулся на него со спины, а мы с Айзеком напали на Джексона, пытаясь вырвать у него Дженну. Завязалась драка, и Лейхи с трудом удалось оттащить её в безопасное место, чтобы ненароком не задеть в пылу. Однако, она выдиралась, рвалась к Дайеру, кричала. Сильно кричала.-Маккола передёрнуло от воспоминаний.-Я плохо помню, что было дальше..Кажется, Дженне удалось отпихнуть Дерека от этого психа. Тот уже собирался прикончить Мэтта, но... -Но я спросила у него, зачем он сделал это.-безэмоционально продолжила старшая Стилински, перебивая друга. Она не поднялась с места, не повернула к ним лица. И лишь Стайлз мог видеть то, каким безжизненным, каким пустым был её взгляд, обращённый к холодной бетонной стене.-Я спросила у Мэтта, зачем он убил нашего отца. И знаешь, что он сказал мне? Он сказал, что сделал это по двум причинам: хотел посмотреть на то, как я, ничтожная сука, теряю последнее, что у меня ещё оставалось. Ну, и ещё потому, что он мешал Джерарду, с которым Дайер с самого начала был в сговоре. Пока папа был жив, Арджент не мог придти к власти и полному контролю в городе, а с его смертью всё становилось намного проще. Кстати, именно Джерард сказал Мэтту убить свою внучку. Хотел подмять сына под себя и устранить чрезмерно любопытную Эллисон, которая вечно совала свой нос в дела взрослых. Старик провернул всё довольно удачно: Дайер подчинил себе каниму, а Джерард подчинил себе Дайера и дёргал за ниточки, вверяя всю грязную работу в руки глупого и обозлившегося на весь мир мальчишки.       Шатенка приподнялась на локтях, оборачиваясь всем телом к близнецу и испытующе заглядывая в бледное юношеское лицо, на котором чёрными пятнышками теперь выделялись многочисленные родинки, передавшиеся обоим детям от давно уже погибшей матери. -А знаешь, что я сделала потом?-прошептала девушка, безумно распахивая тёмные глаза.-Я позволила Дереку разорвать ему глотку.       В доказательство вышесказанного Дженна приподняла кисти рук, призывая брата посмотреть на них-всё таких же ухоженных и нежных, но покрытых невидимой грязной кровью, запятнанных теперь уже несмываемым грехом. -Я просто позволила ему убить человека. Пусть и психопата, но всё же человека, имевшего право на дальнейшую жизнь в неволе. Он заслуживал смерти, ведь так? Он убил папу, Эллисон, отца Айзека...Он должен был умереть. Должен был.       Младший Стилински порывисто прижал к себе близнеца, целуя тёмную макушку и находя утешение в родных и тёплых руках. Кажется, именно в этот момент он осознал, как сильно скучал по ней всё то время, которое Дженна провела в Лондоне, в чёртовой закрытой школе для девочек. Как сильно ему не хватало своей старшей на несколько жалких минут саркастичной сестрёнки: стальной и одновременно такой мягкой и заботливой. Как сильно не хватало ему этого удивительно похожего на него самого человека с весёлой ухмылкой (такой же, как и его собственная) и озорными бесенятами во взгляде. Только увидит он эту ухмылку и этот взгляд ещё очень не скоро. -Всё хорошо, Дженн. Я не виню тебя ни в чём. Я виню только себя. Каждый раз, как с тобой что-то происходит, меня вечно нет рядом, и это непростительно. Я должен был быть с тобой, я должен был присутствовать там каждый раз, когда тебе угрожала хоть малейшая опасность... -Это ничего, Стайлз.-ответила девушка, утыкаясь носом в плечо брата и поглаживая широкую сгорбленную спину окоченевшими пальцами. -Нет,-запротестовал подросток, яростно качая головой,-я виноват. И я всегда буду виноват перед тобой за это, но я обещаю. Я клянусь, что теперь, вне зависимости от того, что за хрень происходит в этом городе, первым моим приоритетом всегда будешь оставаться ты. С тобой ничего не случится, я не позволю этому произойти.       Скотт поморщился, глядя на обоих и внутренне злясь на себя. Как он позволил произойти подобному? Как он позволил погибнуть Эллисон? Как позволил убить Джона? Как позволил всему этому задеть двух его лучших друзей, и так настрадавшихся от его сверхъестественной сущности, но всегда отважно бросавшихся в самое страшное месиво по первому его зову? Он заварил всю эту кашу, он единственный, кто ответственен за случившееся, однако теперь он же сидит и смотрит на то, как Стайлз принимает большую часть вины на себя, будто не потерял в эту ночь своего отца и чуть было не лишился сестры. -Больше никто не должен умереть.-прохрипел Маккол, напрягая мышцы всего тела и позволяя золотому блеску наполнить тусклые глаза.-И ты неправ, Дерек. Стайлз не будет участвовать в этом. Ни Стайлз, ни Дженна, ни Эрика, ни... -Я не стану сидеть в стороне.-заявил Айзек прежде, чем Скотт успел договорить.-Насчёт остальных я согласен, но у меня нет права отсиживаться за вашими спинами. Со мной всё в порядке: я не ранен, чувствую себя в физическом плане вполне нормально. Ты не можешь запретить мне участвовать.       Оборотень кивнул, ожидая подобного знака протеста, и продолжил говорить. -Мы с Дереком сами должны пресечь на корню то, чему позволили разрастись и набрать силу. Это наша обязанность. Никто из вас больше не пострадает. -Но вас двоих не хватит для победы над Арджентом и Уиттмором.-подала голос Дженна.-Мы не справились с ними, находясь в полном составе, а теперь ты хочешь бросить им вызов только вдвоём с Дереком? Это глупо, Скотт. Я не хочу больше терять близких мне людей. Я устала их терять.       Скотт поднялся с места и прошёл к близнецам, присаживаясь на корточки прямо напротив девичьего лица. Его изучающий взгляд будто бы пытался всё время что-то найти в несчастном выражении уставших от слёз глаз, хмуро сдвинутых бровях, опустившихся уголках искусанных губ, потускневшей россыпи бледных золотистых веснушек. Он пытался что-то найти, и лишь Хейл знал, что именно парень так старательно, так упорно ищет... Силу. Силу, которая исходила откуда-то изнутри девичьего сердца вопреки громко вопящему в подкорке голосу разума. Ту непоколебимую мощь и веру в возможность отмщения, веру в семью и наивную надежду на лучшее будущее-единственное, что не позволяло так слабохарактерно сломаться, наплевав на всё и всех вокруг. Он искал в ней то, что воочию видел ещё пару часов назад, когда она так храбро кинулась спасать Айзека, полная злобы и ненависти. Да, не самые лучшие чувства в мире, но если они помогают тебе бороться, то не всё ли равно?       Оборотень настойчиво выискивал всё это, и наконец его поиски увенчались успехом в виде крохотного пламени где-то в глубине шоколадных омутов. Лишь маленький намёк на былой пожар, но и его было достаточно, чтобы принять решение. -Ты хочешь помочь?-с нажимом спросил он, стискивая её ладонь в своей до отрезвляющей боли.-Хочешь обезопасить нас? Ты хочешь этого, Дженна? -Да.-затравленно ответила она, оборачиваясь на брата и ища в нём поддержки. -Тогда соберись. Ты самая умная и талантливая из нас, и это неоспоримый факт. И мне нужна твоя помощь! Участвовать непосредственно в сражении я тебе не позволю, даже если ты вся будешь обвешана пистолетами, дробовиками и гранатами с аконитом, но твой ум и профессиональное хладнокровие нужны мне сейчас как никогда прежде. Способных махать кулаками у нас и так отбавляй, а вот такой потрясающий мозг, идеальный для разработки хорошего плана, у нас один.-он отпустил её пальцы и теперь уже сжал хрупкие плечи, легонько встряхивая её и стараясь привести в чувство.-Ты возьмёшь себя в руки?       Оба Стилински слабо улыбнулись, сделав это почти синхронно. Вот только старшая из них тут же затолкала ухмылку куда подальше, возвращаясь к той своей стороне, которая ради дела могла оставаться жёсткой и даже жестокой в самых критических ситуациях. И именно поэтому Дженна выпуталась из своеобразных объятий друга, оправила измявшуюся одежду и пригладила выбившиеся из заколки волосы, заставляя Айзека беззвучно рассмеяться. Вот эта Дженна была ему знакома. Дженна, всегда старающаяся выглядеть опрятно и хорошо. -Я сделаю всё, что от меня будет требоваться.-безапелляционно заявила она.-Но для начала нам всем было бы не лишним разойтись по домам и привести себя в порядок. Элементарно поесть и принять душ. А я за это время успею напрячь извилины. Соберемся здесь же через десять часов.       Девушка осторожно прошла к всё ещё бессознательной Эрике и ласково потрогала бледной лоб, покрытый липкой испариной и небольшими бисеринками пота. -Мы со Стайлзом возьмём её к себе, ладно?-спросила шатенка, обращаясь к Дереку.-Не думаю, что ей понравится очнуться в грязной заброшенной подземке после нескольких дней мучительных пыток. Уж я-то знаю-ощущение не из приятных. Да и я не вынесу, если нас в доме будет всего лишь двое.       Довольно быстро ребята разъехались по домам, потратив лишь две минуты на то, чтобы уложить Эрику на заднем сидении джипа, и ещё пять минут на то, чтобы заставить себя разделиться. Казалось, будто если они сейчас разъедутся, то не увидятся больше никогда, и от этого становилось так до безумия страшно, что подкашивались ноги и дыхание сбивалось, застревая костью в горле. Дженна, сидя рядом с братом и крепко удерживая его за руку, не отрывала взгляда от ярко-голубых глаз Лейхи до тех пор, пока он не исчез из поля зрения, а вместе с ним и четверть тёплого, эфемерного чувства безопасности. В это мгновение она сильно жалела, что не заставила Айзека поехать с ними.       С каждым метром, что приближал их к пустому, тёмному дому-одинокому, чужому, хранящему в себе слишком много плохих воспоминаний,-на сердце становилось тяжелее. Словно цепи оковали его медной сталью. Не дом, а песочный замок, никак не смываемый волной, не сдуваемый ветром. Им отвратно было возвращаться туда, возвращаться в эти холодные комнаты, хранящие в себе слишком много ненужных воспоминаний, запечатлённых в виде фотографий на стенах и знакомого аромата порошка, исходящего от занавесок, скатертей, полотенец и мягкого постельного белья. Этот дом стал лишь пустой оболочкой, находиться внутри которой не было больше абсолютно никакого смысла. -Что теперь с нами будет?-тихо спросила старшая Стилински, смежив веки и размеренно выдохнув душный воздух внутри автомобиля. -Не знаю, Дженн.-честно ответил ей брат, сворачивая на подъездную дорожку.-Но я постараюсь сделать так, чтобы нас ничего больше не разлучило.