Обреченный

Пахло деревом. Довольно приятный запах, словно помещение было отделано вагонкой — на самом же деле, так пахли обычные доски, которые служили здесь стенами. Деревянный пол, деревянные стены, деревянный потолок. Всё слишком однообразно. Лишь небольшой столик, покрытый лаком, выделялся на фоне выцветшей древесины. Артем посмотрел вверх. Он очнулся всего несколько минут назад, поначалу решив, что умер — но боль в животе никуда не делась, а значит, это был всё тот же ужасный мир. Мелкие пылинки и засохшие в паутине насекомые висели на потолке, создавая больше ощущение уюта, чем заброшенности. Потрогав рукой то, на чем он, собственно, лежал, Артем понял, что это койка. «Так… Уже хорошо», — подумал про себя парень, осматривая свое тело. Осторожно он провел рукой по забинтованному предплечью, немного надавил — никакой боли. Затем взгляд его зацепился за капельницу — физраствора осталось совсем немного, значит, в последний раз меняли где-то часа два назад… Попытка встать с кровати не увенчалась успехом — Артем лишь бессильно завалился обратно. Головокружение и слабость. Интересно, это из-за рака или из-за лекарств, которые ему вводили? «Надо бежать», — внезапно понял Артем. Отличная возможность, руки его не прикованы к кровати и даже не связаны, рана не беспокоит… Только бы суметь встать с кровати и незаметно выбраться отсюда! Хотя, если подумать, то какой смысл сбегать? Не имея при себе ни оружия, ни навыков выживания, он обречен на гибель. «Ты смертельно болен», — не преминул напомнить внутренний голос. «Ну тогда вообще ни в чем нет смысла! Можно остаться тут и сдохнуть! Или сбежать, но все равно сдохнуть! Или каким-то чудом выбраться с острова, но потом, опять же, сдохнуть», — Артем начал спорить сам с собой, совершенно не представляя, что делать дальше. «Ладно, давай исходить из того, что ты точно сдохнешь... Тогда какую смерть ты выберешь?» Яростный поток мыслей резко оборвался — скрипнула входная дверь. «Вот и всё, конец побегу», — злобно фыркнул про себя Артем, недовольно нахмурившись. Вошедший почти искренне улыбнулся, но от Артема не утаилась пустота в его глазах. Значит, опять ничего хорошего. В одной руке мужчина держал одноразовый стакан с неизвестной жидкостью, в другой – тарелку с супом. — Ким? — это сорвалось с губ прежде, чем Артем успел подумать, просто в мозгу яркой вспышкой отпечаталось это имя, стоило парню взглянуть на вошедшего. Казалось, мужчина был удивлен, даже приподнял левую бровь, словно испытывал какие-то эмоции. Но Артем-то знал, что он искусный притворщик. Да, тот самый врач, что уколол его в шею. Последнее, что Артем запомнил — это его голос. — Ты помнишь, как меня зовут? — удивился Ким, сев на кровать. — Ты пару раз приходил в себя, но нес какой-то бред, — отрезал он, протягивая Артему тарелку. Дрожащими руками обхватив пластиковую ложку, парень начал медленно есть, обратив все свое внимание на сидящего рядом собеседника. — Перед тем, как посадить тебя в землю, Ваас попросил меня зашить рану. Только поэтому ты не умер, — в голосе его слышалась какая-то насмешка. Артем чуть не поперхнулся от такой наглости. «Зачем он мне это рассказывает? Видит, сука, что я не могу думать о том, что было, а о Ваасе — тем более», — пришлось приложить немалые усилия, чтобы не сказать этого вслух, но Артем понимал, нутром чуял, что лучше молчать. «Радуйся, что хоть кормят», — пренебрежительно заметил внутренний голос. — Я помню какой-то женский голос, который называл тебя по имени. Помню белые стены, яркий свет, — отрывки из памяти начали всплывать в голове. — Это Лесли, — улыбнулся Ким. — Пришлось сразу везти тебя в операционную на главном аванпосту, мне нужен был помощник. — А… Сколько я тут лежу? — как-то отрешенно спросил Артем. «С каждым днем остается все меньше…». — Неделю. — А что будет потом? — решился-таки парень задать мучивший его вопрос. На лице врача появилась уже знакомая Артему холодная усмешка. «Ну всё…». — Секрет, — улыбнувшись во все тридцать два, мужчина забрал пустую тарелку из рук Артема и протянул ему стакан. Сделав жадный глоток, Артем чуть не подавился от неожиданной горечи во рту. — Какого хуя?! — сплюнув, возмутился он. — Что это? Ты отравил меня?! — Успокойся, — стальной хваткой обхватив запястье Артема, Ким посмотрел парню в глаза. — Успокойся, — повторил он. — Ты можешь объяснить? — выдохнув, спросил Артем. — А то я в сраном замешательстве, если ты не заметил! — Настойка из календулы, душицы и корней аира и лопуха, — невозмутимо ответил Ким, жестом указав на стакан. — Химиотерапия может принести больше вреда, чем пользы. Ты же хочешь вылечиться? — лукаво улыбнулся мужчина, прищурив карие глаза. — Чё? Захуя? Как? Бля… — вытаращив глаза, Артем нерешительно посмотрел на содержимое стакана. — Выпей, — твердо сказал Ким, давая понять, что это не просьба. — Зачем меня лечить? Какая выгода?.. — не подумав, выпалил парень, но под тяжелым взглядом врача все-таки допил жидкость. Ким сделал вид, что не услышал вопроса, отсоединил капельницу от катетера и встал с кровати. — Будешь пить три раза в день. С антибиотиков я тебя снял, совсем скоро ты полностью поправишься. Входная дверь оглушающе захлопнулась, Артем снова остался в одиночестве. Впервые то, чего он так не хотел — сейчас быть одному. Артем не любил людей, над ними издевался, но еще больше не любил то, что было внутри него — мертвенной пустотой разливалась внутри живота адская смесь страха, боли, паники, ненависти и апатии. В обществе людей бесы внутри него замолкали, видимо, стеснялись, но стоило Артему остаться одному, как они вырывались наружу, готовые подмять под себя остатки его души — и процесс этот был запущен отнюдь не на острове, а еще давно, там, на «Выхино», в тот самый день, когда пришлось сделать решающий выбор: «ты либо с нами, либо под нами» — с этой фразы его прошлое перестало иметь всякое значение, именно в тот момент началась новая жизнь, появился новый человек — человек, определивший свою судьбу, человек, который только формально «с нами», на самом же деле «под нами». На всех давит система, но каждый может отказаться от этой игры — Артем просто не захотел отказываться. Он мог сколько угодно убеждать себя в том, что выбора у него не было — на самом же деле, выбор был, Артем просто предпочел его не замечать. Теперь же все это надавило с новой силой, процесс повторялся. Играть в эти игры стало уже опасно, Артем захотел простой жизни — той самой, от которой он когда-то отказался. Но прошлое не воротишь, все достигается только методом проб и ошибок — и наплевать, что на острове одна маленькая ошибка будет стоить жизни. Какая цена у жизни, когда душой ты мертв, а тело твое теперь тоже умирает, медленно и мучительно? Все это натолкнуло Артема на мысли о лечении. Просто так, по доброте душевной, его вдруг спасают, а теперь еще и пытаются помочь избежать неминуемой смерти? Времени прошло мало, но достаточно, чтобы Артем понял, куда он попал. Эти люди ничего не делают просто так, все слушаются только Вааса. Теперь вопрос в том, зачем лечить Артема нужно Ваасу. Ваасу, который мучил, который хотел смотреть, как медленно он умирает. Просто так он бы ни за что не лишил себя этого удовольствия. Снова дрожь. Артем не заметил, как переместился в угол кровати, сжался в комок, обняв себя руками, положив голову на согнутые колени. Как же ему было страшно! Дыхание давно сбилось, сердце готово было выскочить из груди — а перед мысленным взором все те же ужасающие картины произошедшего, и страх, что может быть и хуже. Гораздо, гораздо хуже. Пугало то, что он от этого не застрахован, что теперь ему с этим придется жить. Хорошо, что недолго осталось. Как же, господи, хорошо. «Не думать. Не думать. Все хорошо. Все хорошо», — мысленно и без остановки, словно мантру, повторял он, зажмурившись. Главное — перебороть себя, выбросить из головы. Главное — то, что происходит сейчас. Не думать о будущем, не думать о прошлом. Только то, что сейчас. Самое важное. Самое значимое. Не бояться. Не думать. Просто жить. Без мыслей, без слов, без эмоций. Через «не могу». Но панику уже было не остановить. Стоит только на мгновение дать слабину — и она тут же захлестнет тебя смертоносной волной, напрочь сметая остатки здравого смысла. А попробуй бороться с волной в шторм, когда ты один в море. Крики. Только сейчас Артем понял, что эти крики — не в его голове, а там, снаружи. Открыл глаза. Выстрелы. Интерес победил панику — Артем смог встать на ноги и подойти к небольшому окошку, через пыльное стекло которого в помещение поступал солнечный свет. Осторожно заглянул туда, но с такого ракурса мало что можно было разглядеть. Ясно было одно — кто-то напал на аванпост. Но кто? Кто мог? Казалось, все пираты на аванпосте собрались у входа, защищая базу. Нападавших пока не было видно, они находились по ту сторону забора. Но, если все пираты были заняты перестрелкой, то… Не отличная ли это возможность сбежать? Все встало на свои места. Артем понял, что не хочет так жить. Он не сможет находиться тут, видеть Вааса, он сойдет с ума. Он пока слишком боится. Воспоминания слишком свежи в памяти. Лучше умереть в джунглях. А если не умрет в джунглях — покончит с собой. Найдет способ. Только не останется здесь, у пиратов, рядом с Ваасом. Нет. Ни за что. Жизнь больше не принесет ничего, кроме боли и невыносимого страдания, зачем себя сознательно мучить? Можно решить эту проблему. Надо только сбежать. Только сбежать! «Автомобиль», — внезапно осенило Артема. И как это раньше ему не пришло в голову? Прямо на дороге, за спинами пиратов, стоял красный автомобиль. Если Артему удастся незаметно пробраться туда и завести машину — то он сможет легко скрыться, при этом сбив на своем пути врагов. Вытащил катетер из руки. Тонкая струйка крови потекла из вены, но Артем не обратил на это внимания. Самое важное — там, впереди, сверкает краской на солнечных лучах. Подошел к двери. Толкнул ногой — открылась! И тут же со всех сторон его оглушили выстрелы, на миг Артем почувствовал дезориентацию, словно попал в другой мир через портал — но цель впереди не позволила ему опять запаниковать, осталось ведь совсем немного, мизерное усилие. Сжал кулаки, собрался с силами и побежал. Побежал так, как в жизни не бегал. С каждым новым вздохом машина все ближе и ближе. Уже почти. Почти добрался! — Стой, сука! — словно вырвало Артема из вакуума, заставив замереть на месте. Обрывки мыслей начали собираться в целостную картину, и снова обожгли воспоминания, связанные с этим голосом: как сидел в клетке, как чуть не убил Барыгу, как бежал, сломя голову, через джунгли, как… Слишком невыносимо то, что было дальше. Ледяная дрожь прошлась по телу, руки затряслись вместе с ногами. В голове полный хаос, осознание очередного провала, проигрыша. Он рискнул, рискнул всем — а не вышло. Снова не вышло, как и в прошлый раз! Опять этот Ваас мешает его планам, опять будет ломать ему жизнь! Стоит, перепачканный в чужой крови, с автоматом в руке, нацелившись в Артема, стоит, злобно нахмурив брови и сверкая бешеными глазами. Чертов зверь, настоящее животное, по-другому ведь никак не назовешь. Артем сорвался с места, повинуясь какому-то внезапному порыву. Ваас явно не ожидал такой реакции, потому и не успел выстрелить, а Артем уже был в автомобиле, дрожащими пальцами вцепившись в ключ зажигания. — Куда, блять, собрался? — Ваас был в бешенстве, голос его отчетливо выделялся на фоне всеобщего гомона. — Никто не сбежит от меня, пока я сам этого не захочу, понял? Ты понял меня, мясо?! Секунду спустя раздались разрывающие воздух автоматные выстрелы, заднее стекло разбилось вдребезги, пули просвистели в каких-то сантиметрах от головы Артема. От выброса адреналина парню стало совсем дурно, поэтому пришлось замешкаться. Грохот раздался откуда-то сзади, автомобиль пошатнулся — Ваас запрыгнул в кузов и теперь пытался пролезть в салон через разбитое заднее стекло. Артем резко надавил на педаль, машина сорвалась с места, взметнув в воздух облака пыли. — БЛЯТЬ! — случайно распоров себе руку битым стеклом, Ваас громко матерился от боли, но не оставлял попыток забраться в салон. Мысли сменяли друг друга со скоростью света, руки дрожали, однако ужас происходящего пока еще не до конца дошел до Артема. Главное — сделать резкий поворот, чтобы чертов пират сорвался вниз и выпал из машины. Сейчас только это имело значение.