Обещание

      Бедный Дима... Поля лежала в больнице, не подпуская его к себе. Она не хотела слышать оправданий от него, а он, бедный, приходил в больницу. С цветами. И уходил домой. С ними. Обратно. И он пил, пил... Вот и всё. А Алина?! Алина ему звонила, даже приходила пару раз, но он не хотел слышать её, не хотел видеть. Она тем временем узнала, что Пелагея в больнице. Назойливая поклонница пришла туда. Как вы думаете, просить прощения? Нет, совсем наоборот! — Здравствуйте, а в какой палате лежит Пелагея? — хитро улыбнувшись, спросила Алина у какой-то медсестры, проходившей мимо. — По коридору прямо, там найдёте, — ответила она ей. — Ага, спасибо. — Девушка направилась в палату.

***

— Привет.       Поля обернулась. — Ты? — спросила Поля, чуть приподнявшись... — Я, а что, не ожидала? — Что тебе нужно? — Аха, мне Дима! — нагло улыбнулась Алина. — Что? — опешила Пелагея. Этого ещё не хватало. — Что слышала. Да, мне нужен он. Ведь ты его не любишь! — Как ты смеешь так говорить?! — задохнулась от возмущения Пелагея. — Я? Я имею право на всё, ясно? — вновь улыбнулась Алина.       Поля встала, хоть это было и нелегко, а потом подошла к Алине впритык. — Он мне нужен, тебе ясно? — сквозь зубы говорила Поля. Скорее не из-за ярости, а из-за того, что ей было физически трудно. — Я ему дам всю свою любовь, а ты так не сможешь!.. — воскликнула Алина. Разговор девушек переходил на крик.       Дима в очередной раз пришёл в больницу в надежде помириться. Раздался крик. Дима рванул в палату, и первым, что он увидел, была возвышавшаяся над Пелагеей Алина, которая уже занесла руку. Она бы крепко врезала Поле пощёчину, если бы не он. Дима увидел эту картину, сразу подлетел к ним. — Дура, ты что творишь! Твою же мать... — Дима схватил Алину за локоть и грубо вытолкал из палаты. — Пошла отсюда, и чтобы я тебя больше никогда не видел!.. — Дима, это... — брюнетка попыталась оправдаться, но Дима захлопнул дверь прямо перед её носом.       Поля стояла как в тумане, вот-вот упадет, но Дима подбежал к ней вовремя... — Тихо, тихо... садись... я за Настей... — тихо сказал Дима, наблюдая за выражением лица Поли.       Девушка покачала головой и продолжила молчать. — Если хочешь, Поль, я уйду, — обречённо сказал Дима. — Дим... Обними меня, — тихо сказала Пелагея.       Вновь нашедший надежду на лучшее Дима радостно подскочил к Поле и крепко обнял её. — Поль, прости, это я виноват. У меня... с ней... ничего... Я тебя... только... люблю, слышишь?! — от счастья Дима, казалось, утратил способность связно выражать мысли. — Не оправдывайся. Я всё поняла. Дима, я тебя люблю.       Дима притянул Пелагею к себе и нежно прикоснулся своими губами к её губам. Она пыталась притянуть его к себе, но Дима чувствовал, что ей тяжело. — Я тебя одну люблю, слышишь?! — Мы тебя тоже любим... И я, и Мила, и... — Пелагея прервалась, вспомнив, что ещё даже не думала, как назовёт малыша.       Дима и Мила часто навещали Пелагею в больнице, а через две недели её уже выписали. Семейная жизнь. Полёт нормальный. Всё хорошо!