Капитолийская звезда

Я в дистрикте 12, лежу на мягкой траве. Со мной Гейл, он крепко обнимает меня и гладит по голове. Дует ветер, я вдыхаю свежий воздух. Мне не холодно, потому что меня обнимает Гейл. Я прижимаюсь к нему и вдыхаю его аромат. Хочу почувствовать привычный запах леса и угольных шахт, но не чувствую его.       Открываю глаза. Я в своей спальне в Капитолии. Лежу на кровати. На меня дует свежий ветер – окно открыто. Но мне не холодно. Меня крепко обнимают чьи-то теплые руки. Гейл - мимолетно пролетает в голове. Я поворачиваюсь и вижу Пита. Его грудь прижата к моей спине. Его глаза закрыты – он спит. В комнате еще темно – солнце не встало. Я выспалась, и голова совсем не болит. Хочу встать, чтобы пойти в ванную. Поворачиваюсь, чтобы высвободиться из объятий, но руки парня лишь сильней обнимают меня, он прижимает меня к себе и зарывается носом в волосы. Чувствую на шее его горячее дыхание и следом россыпь мурашек по телу - Не против, что я открыл окно? – тихо произносит он. - Нет, – так же тихо отвечаю я. - Я всегда сплю с открытыми окнами, так крепче сон. И рассвет лучше видно. Знаешь, какой он красивый? - что за бред он несет. Красивый рассвет. Как можно любоваться рассветом? - Какой твой любимый цвет? - спрашивает он. - Зеленый, – автоматически отвечаю я.       Он сумасшедший? Зачем он со мной разговаривает? Я в растерянности. Никто еще со мной не обсуждал мои интересы и пристрастия. Тем более утром. Все мои мучители старались скорее убраться. Зачем ему это? Поскорее бы он ушел. Мне неловко в его присутствии. В голове проносятся картины ночи. Что со мной было? Вспоминаю свои ощущения. Они были новыми для меня. Что-то непередаваемое, но было хорошо. Я краснею и рада, что Пит не видит.       Я вздрагиваю от его прикосновения. Он прикасается губами к моей шее: совсем легко, это даже нельзя назвать поцелуем. Простое прикосновение. Но нервный ток тут же пронзает все тело. Почему мой организм так реагирует? Я наверное заболела. Тело сковывает, и я не могу двигаться. Хочу встать и убежать в ванную, чтобы принять душ. Но вместо этого только издаю глухой стон. Он хочет продолжения? Опять придется подчиниться? Мне страшно. Теперь в голове нет алкоголя - я не такая смелая. Я не могу отказать. Не имею права. - А я люблю оранжевый цвет. Когда солнце садится, можно на некоторое время увидеть именно такой цвет на небе.       Он сумасшедший. Проносится в моей голове. Он ведет себя так, как будто я ему не безразлична. Но ведь мы оба знаем, что ему глубоко наплевать на меня, ему нужно только мое тело. Может в Капитолии именно так соблазняют девушек? Я в растерянности. Он продолжает меня обнимать, а я не двигаюсь, подчиняясь ему. Парень опускает свою руку на мою спину, и я выгибаюсь от щекотки, сильнее прикасаясь к нему. Он улыбается. Его улыбка простая, не наигранная. Так мы лежим до самого рассвета. Потом он отстраняется от меня и скользит взглядом по телу. Меня сковывает моя нагота, я прикрываю грудь, понимаю насколько это глупо, и лицо заливается краской. Парень встает, и через несколько секунд я чувствую, что мне на плечи опускается мягкая ткань его свитера. Я почти ему благодарна. Быстро продеваю руки в рукава и вытягиваю свитер вниз, привстав на колени. Теперь лучше. Парень надевает брюки и снова ложится на кровать. Я в растерянности смотрю на него, не зная, что делать. - Полежи со мной, - произносит он. Я послушно ложусь рядом. Он проталкивает свою руку мне под голову, а вторую кладет на живот. - Ты сегодня уезжаешь домой? – спрашивает он несколько минут спустя. - Да, - выдыхаю я. - Расскажи про свой дистрикт       Я удивленна. Совсем ничего не могу понять. Что за правила в этой игре? И есть ли вообще какая-то игра. Я перевожу дыхание. Не хочу рассказывать о доме. Это мои воспоминания. Пусть они останутся со мной. Уж этого у меня не отнимут. Но просьба безобидная. Хотя ее задает распорядитель « Голодных игр». Я медлю, но в итоге начинаю говорить. Не обязательно рассказывать все. - Мой дистрикт очень отличается от Капитолия. Там нет всей этой напыщенности, яркости, фальши. У нас ценится старость, мы завидуем полным людям, мы не привыкли обманывать. В 12 дистрикте самый прекрасный лес, полный дичи. На полянах куча ягод и цветов. Там все настоящее: цвета, чувства, эмоции, люди. Я замолкаю. На глазах слезы. Больше ничего не скажу. - Спасибо, что рассказала, – шепчет он.       Ну все! Меня это начинает раздражать. Ночь кончилась и его права на меня тоже. Я вскакиваю и иду в ванную. Долго стою под душем, пожалуй, очень долго. Чувствую себя как-то странно. Нет привычного чувства мерзости. Мне не хочется сдирать с себя кожу, как обычно по утрам. Нет никакого напряжения в теле, голова не болит, похмелья нет. Мне хорошо. Думаю, это потому что я сегодня еду домой. Мелларк уж точно не причастен к этому. В голове снова проносятся картины ночи, и я в очередной раз краснею. Все было не как обычно. Я отмахиваюсь от воспоминаний, выхожу из душа и одеваюсь в свободные брюки и безразмерную кофту.       Выхожу и первое, что слышу заливистый смех Эффи и спокойный голос Мелларка. Черт! Ну надо же ей было прийти так рано. Ну почему он еще не ушел? Что она подумает? Краснею как рак и не решаюсь открыть дверь спальни. Страх и смущение растекаются по телу. Мокрыми от волнения руками хватаюсь за ручки двери, но тут же отдергиваю. Ну что тут такого: просто выйти. Я ведь в своей квартире. Я набираю полную грудь воздуха. Опять хватаюсь за дверную ручку, но опять отдергиваю ладонь, с шумом выдыхая. Смех затих, но я слишком поздно замечаю это. Двери распахиваются и отталкивают меня. Я падаю, но он снова меня ловит. На лице Мелларка милая улыбка. - Китнисс! - кричит Эффи, - с тобой все в порядке? - Да, - злобно шепчу я. - Мы как раз хотели позвать тебя к завтраку, – весело щебечет Эффи. Пит оказался отличным кулинаром. Живот урчит от голода. - Как раз вовремя, - продолжает смеяться Эффи. - Ты голодна? - она разворачивается и спешит на кухню, чтобы расставить тарелки. Пит помогает мне встать и шепчет: - Иди садись, тебе нужно поесть, а то ты с ног валишься.       Парень исчезает в ванной, а я сажусь за стол. На Эффи не смотрю, но чувствую, как она прожигает меня взглядом. На тарелке лежит большой кусок жареного бекона, яичница с горошком и горка свежеиспеченных блинчиков. Приступаю к завтраку. Но Эффи улыбается и вопросительно смотрит на меня. - Что? - говорю я с набитым ртом и смотрю на нее исподлобья. - Китнисс, я так рада!- шепчет женщинаю - Он - настоящий бриллиант. Давно у вас все началось? Я давлюсь от кашля. Тем временем, из спальни выходит Пит и направляется к столу. Он одет, причесан и выглядит очень свежо и опрятно. Парень протягивает мне стакан воды. - Эффи, вы неправильно все поняли. У нас с Китнисс ничего не начиналось. Несомненно, она очень привлекательная девушка, если бы не увлекалась алкоголем, совсем бы покорила мое сердце. Китнисс будет ментором, и мне необходимо было обсудить с ней очень важные детали следующих игр. Вчера не представлялось удобного момента, поэтому я заехал к Китнисс сегодня утром. Вы же знаете, что я немного безумен, и вместо того, чтобы поваляться подольше в кровати, начинаю работать. Но все только ради зрителей. Я позвонил Китнисс, а она пригласила меня к себе. У вас были какие-то планы, и я помешал? - Нет, - разочарованно выдыхает Эффи, – никаких планов, только подготовка, - улыбка слетает с ее губ, и она отпивает кофе из своей чашки.       Она верит во весь этот бред? Или для Капитолия это нормально, когда девушка принимает душ, в то время, когда парень готовит завтрак? Это нормально, что парень расхаживает в одних штанах по моей квартире? В какой глупой ситуации я оказалась. Хотя, если Эффи поверила, то это избавит меня от расспросов. Меньше сплетен, меньше слухов, меньше проблем.       Мы спокойно завтракаем, Мелларк что-то рассказывает, Эффи смеется. - Кажется, мне пора, – произносит парень. Он прощается с Эффи, жмет ей руку, обнимает. Она благодарит его за вчерашний прием, извиняется за мое поведение. Потом отходит к стойке и достает свой блокнот. - До свидания, Китнисс, – говорит Мелларк. - До свиданья, - отвечаю я, но не смотрю ему в глаза. - Спасибо за все, – он накручивает прядь моих волос на палец и тут же отпускает. – И извини, если обидел. - Все хорошо, - произношу я через силу. Нельзя показывать свои настоящие чувства. Я даже заставляю себя посмотреть на него, только не в глаза, а на подбородок. - Мне было хорошо, - совсем тихо выдавливаю я и тут же опускаю взгляд. В конце концов это правда, мне было хорошо. Парень уходит. - Китнисс, я чуть было не поверила, что ты становишься нормальной, когда увидела этого парня у тебя на кухне! – разочарованно говорит Эффи. Моя победительница должна получать все самое лучшее. Это касается и мужчин. Знаешь, Пит Мелларк тебе подходит куда лучше, чем этот неотесанный шахтер, Гейл, кажется. - Эффи! - рявкаю я на нее, - не трогай Гейла! - внутри все кипит от злости - Да уж, не волнуйся, не трогаю я его. Меня вообще не привлекают мужчины из дистрикта 12 . Взять хотя бы Хеймитча. Никакой перспективы, никакого развития! Не хочу ее слушать. Выпиваю стакан сока, и чтобы отвлечься от Эффи, падаю на диван и накрываю ухо подушкой. Но Эффи тут же подбегает ко мне и начинает щебетать. - Китнисс, ты как маленькая девочка. Я очень рада, что ты поладила хоть с кем-то из Капитолия. Мелларк – чудо. Пусть, он немного странный, но все равно, он - чудо. Какой прием он устроил! Ладно, хватит об этом. Давай обсудим план действий.       Эффи открывает блокнот и начинает громко читать. В шесть вечера у нас поезд, поэтому нужно торопиться. Мы в спешке собираем вещи. Капитолийка тщательно следит за тем, что я беру с собой. Она выкидывает все свитера и свободные брюки. Вместо них в моем чемодане платья, шикарные костюмы и туфли. Мы поедем всего лишь на неделю, поэтому я удивляюсь, зачем так много одежды. Но Эффи не переубедить. Она настроена решительно. Мы едва успеваем на Капитолийский экспресс. Едва мы забегаем в вагон – двери закрываются и в следующую секунду поезд мчится прочь из ненавистного мной Капитолия.       Он несет меня домой, к моей маленькой Прим, к маме. Мне кажется, что я уже чувствую воздух родного дистрикта. Хотя до него еще двое суток пути. Я прохожу в купе и падаю на мягкую кровать. Нужно выкинуть все из головы, забыть обо всем и постараться насладиться кратковременной свободой. Призраки погибших трибутов смеются надо мной и становятся в очередь, чтобы разговаривать со мной.