крепче кофе.

Чарльз Диккенс писал: "Бывают в жизни дни, ради которых стоит жить и не дать умереть." Каждый день с ним был для меня своеобразным спасением от смерти. Каждый день без него равносилен удару в ключицы - это и не больно, но парадоксально не дает дышать. Впрочем, я никогда не был силен в сравнениях. Облокотиться на стенку и сделать несколько вдохов прежде чем зайти в квартиру. Все хорошо, Коннор. Самоуспокоение стало моим всем на этой неделе. Я не видел его - он не писал и не звонил, но я бы не ответил, в любом случае. Я исчез. Своеобразный отдых от интернета, но мои отклики в твиттере завалены обеспокоенными комментариями. Мне, на удивление, не больно. Я описал бы это чувство по-другому - пустота. Тебе просто пусто, и кажется, что ни одно твое действие не имеет смысла. Мне без него словно жить незачем, и это глупо и до безумия отчаянно, но настолько правдиво, что мне не хочется думать об этом. Он сейчас в моей квартире вместе с Каспаром собирает вещи, что-то в моей груди рушится от понимания этого. Я не смогу жить в этом месте без него - каждая дурацкая вещь в квартире напоминает мне Троя - мы целовались на диване в гостиной, рисовали гуашью, сидя в носках на подоконнике, занимались любовью на простынях из жаркой Италии, наряжали моего кота в глупые костюмы, плели фенечки на ковре в гостиной, и как, черт возьми, как это можно выкинуть из моей головы? Как это можно забыть? Я сбежал утром как настоящий идиот, когда Каспар позвонил мне, сказав, что у Троя есть ключи. Он решил вычеркнуть меня из своей жизни - а я просто позволяю этому произойти. Так и заканчиваются все эти истории любви в реальности. Вот, что значит "долго и счастливо"? Я слышу его голос даже еще не зайдя в квартиру - он слегка хриплый, но звонкий, и мне уже больно. - Ты уже все решил? - Каспар впервые в жизни звучит так серьезно. Трой молчит в ответ, и я захожу, просто не выдерживая всего этого. - Эй, привет, - говорю как можно более непринужденно. Мои глаза встречаются с его глазами. И все замирает, как в нашу первую встречу, и мне больше не пусто. Трой Сиван всегда был моим спасением. - Здравствуй, - Трой выглядит ужасно, ощущение, что он опять голодает и совсем не спит, но он все еще самый красивый человек на свете. И я совсем не ожидаю того, что он обнимает меня. Его руки ледяные, и он сжимает меня так крепко, утыкаясь носом в плечо, что я могу выдавить лишь глухое "Ох". Он не отпускает, и я слышу, как Каспар выходит из квартиры, и мне правда, правда нужно отблагодарить его за то, что он прекрасный друг, но все, что может меня волновать - Трой. Обниматься с ним после ссор - наша гребанная традиция, и это больно на каком-то необъяснимо-высоком уровне. - Коннор, я, - он пытается что-то сказать, но я лишь прижимаю его к себе сильнее. - Я знаю, Трой, знаю, - и я правда, знаю. Я понимаю его. Я всегда его понимал. Мы обнимаемся целую вечность, прежде чем он отпускает меня. - Ты скажешь, что ты не любишь меня снова? - я говорю это легко, словно понимая, что все слова, сказанные неделю назад, не имеют никакого смысла, но на его лице отражается так много чувств- отчаяние, боль, страх. - Я, блять, Коннор. Я не имел это в виду, хорошо? Я люблю тебя, я люблю тебя так сильно, что иногда это просто...убивает меня? Пожалуйста, давай поговорим? - я беру его за руку и на мгновение все становится лучше. - Я люблю тебя тоже, - просто говорю я. Он кивает, прежде чем продолжить. - Я не могу прекратить делать это, - говорит он, - Я все время стремлюсь куда-то, понимаешь? Я смотрю на себя в зеркало и мне не нравится то, что я вижу. Я слышу свой голос и считаю его отвратительным. Я так боюсь потерять тебя, что сам тебя отталкиваю. Я не могу перестать думать о том, что ты поймешь, как ошибся со мной. И просто найдешь кого-то идеального, знаешь? - его голос с каждым словом все тише, и теперь все действительно встает на свои места. Я идиот, он идиот, и я даже не знаю, как можно описать всю эту ситуацию. - Трой, боже, - целую кончики его пальцев. Он отводит взгляд, - Посмотри на меня. Его глаза до безумия красивые. - Ты идеален, - он качает головой. - Ты идеален для меня, слышишь? Мне нравится, когда у тебя растрепанные волосы. Мне нравятся твои выпирающие ребра. Мне нравится твой голос. Мне нравится в тебе все, и я влюблен в тебя, слышишь? Я влюблен не в образ идеального парня. Я влюблен в тебя - со всеми твоими недостатками, которые делают тебя идеальным, - он целует меня, и это, возможно, самый невыносимый поцелуй за все наше время. - Я люблю тебя, - шепчу я еще раз. - Я просто, - он утыкается носом в мои ключицы, - Ты сможешь простить меня? - Я всегда буду прощать тебя, - целую его в волосы, - Пожалуйста, доверяй мне? Мы должны уметь разговаривать об этом, хорошо? Я тут для тебя. Он кивает. И это никогда не было концом для нас ровно так же, как это не было новым началом. Мы просто продолжили. Мы помнили обо всех наших взлетах и падениях, мы помнили обо всех наших ссорах и примирениях, потому что это всегда будет частью нас. Но несмотря на все это, мы не переставали любить друг друга. В этом и заключается смысл "долго и счастливо". * - Ты готов? - Это ты готов? - Если ты думаешь, что постоянно передразнивать меня - забавно, то.. - Трой пихает меня в плечо и мы смеемся. - Просто начинай уже, балбес, - закатываю глаза и машу в камеру, - Привет, ребята! Итак, сегодня мы хотим сказать од.. - Ты забыл сказать, кто я! - возмущенно кричит Трой. Честно говоря, я думал, что это будет неловко, но все так легко, что мне постоянно хочется улыбаться. - Окей, я тут с единственным и неповторимым Троем Сиваном, - говорю я, продолжая смеяться. Он вновь пихает меня. - На самом деле, мы искали множество оправданий касательно того, почему все еще не сделали совместное видео, - говорит Трой. - Но мы просто их не нашли. Однако нам все равно пришлось снять это, потому что вы, ребята, безумные, - я вновь хихикаю, и Трой закатывает глаза. - Мой парень немного идиот, - говорит он, - И это, на самом деле все, что мы хотели сказать, - объясняет он. - Господи, это, возможно, самый худший каминг-аут пары на свете, - говорю я, закрывая глаза ладошками. - Ты знал, на что идешь, когда предложил мне встречаться. - Это *ты* предложил мне встречаться, - возмущаюсь я, и все остальное время мы просто спорим о разных мелочах, и в конце концов я целую его. Мы, конечно, вырезаем это из видео, но все остальное - изумительно, и все только говорят о нас. Мне не нравится это - Трою тоже, нам никогда не нравилась публичность, но в то же время нам хочется быть честными и не скрываться. Теперь я всегда держу его за руку и, если это не счастье, то я не знаю, как это называется. * Трой Сиван писал: "Ты настоящий идиот и, честно, я не знаю, за что я тебя люблю". Все остальное пространство на стикере заполнял глупыми сердечками. И я, наконец, все понял. Мы не в сказке, наша любовь никогда не будет идеальной, наша любовь никогда не будет такой, как описывал ее Бротиган или Гюго - мы не герои любовных драм и романов, мы - это просто мы. Просто Трой пишет мне не воодушевляющие цитаты о любви, а рисует глупые сердечки. Просто Трой не готовит мне ужины, а приносит подгорелые блинчики и смеется. Просто Трой не признается мне в любви и не встает на одно колено - а обнимает меня. Просто Трой не идеален - я не идеален тоже, но мне не нужно быть героем со страниц Шекспира, пока он держит меня за руку. У нас есть мы. И наша любовь. И все это - крепче кофе.