Школа, в которой живут феи

- Леви, а почему ты одна? – спросила Лисанна. – Я слышала рев мотоцикла. - Гажил покормит Лили и вернется, - ответила девушка, перемывая яблоки. Чуть позже Джувия приготовит из них огромную шарлотку, которой хватит на роту солдат. Сейчас же ее голос слышался из кухни вперемешку со звоном посуды. - Как Мавис отпустила вас всех? – удивилась Люси, наблюдая семью Штраус почти в полном составе, даже Эльфман сегодня планировал придти. Мира подала голос из своей комнаты, двери которой были открыты нараспашку: - Мы пообещали, что победу «Пингвинов» будут отмечать в «Тенрю», а значит покроем все расходы сполна. В гостиную вошла Кана с полными пакетами. - Я же просила, никакой выпивки, - возмутилась Эрза. - Эй! Здесь все, что нужно для плакатов. Краски, кисти, бумага… - А это что? – указала председатель студсовета на карман куртки, из которого выглядывало горлышко бутылки. - Эрза, ты же знаешь, какая у меня тяжелая жизнь. Так что не надо тянуть руки к моим антидепрессантам. Кана поудобнее устроилась на диване с бутылочкой вина. - Люси, а почему Нацу к нам теперь редко заходит? – спросила она. Девушка нервно захихикала, что не могло укрыться от зоркого глаза Миражанны, которая по роду деятельности за вечер выслушивала с десяток душещипательных историй клиентов. - Между вами что-то случилось? - Ну… Не то чтобы очень… - Не томи! – подключилась Леви. – Что он натворил? Люси, тяжело вздохнув, окинула взглядом подруг, уставившихся на нее полными любопытства глазами. - Он поцеловал меня. Зал наполнился радостными визгами. - Наконец-то, - улыбнулась Мира. Покрасневшая Эрза пыталась осознать, что произошло между ее друзьями. «П-п-п-поцелуй…» - бормотала она себе под нос. - Джувия так завидует. Как было бы здорово, если бы Грей-сама поцеловал Джувию. А потом… - и девушка покраснела, как помидор, провалившись в свои фантазии. - Так почему ты тогда выглядишь, словно лимон съела? – спросила Эвергрин, чье присутствие оказалось весьма неожиданным. - Ну, я никогда не думала о нем в таком плане, - ответила Люси. - Так он это сделал без твоего разрешения? – В комнате раздался хруст кулаков Эрзы. - Нет! Нет, дело не в этом, - запротестовала Люси. – Просто… - Нацу хороший парень, - сказала Лисанна. – Может, тебе стоит дать ему шанс? Лис знала, о чем говорила. Когда она только поступила в «Фейри Тейл», веселый одноклассник сестры вызывал в ней огромный интерес своими выходками. Бывало, что перед сном она закрывала глаза и представляла их свадьбу, но никогда не позволяла себе вслух говорить о своей симпатии ни ему, ни кому бы то ни было. В душе она завидовала Люси, которая, только недавно придя в их школу, приблизилась к нему так близко, как ей не удавалось за все это время… Так было до тех пор, пока в дверях их бара не показалась ухмыляющаяся физиономия Бикслоу. И именно его имя сейчас высветилось на звонящем телефоне. - Девочки, громовержцы пришли! *** Через полчаса в женском общежитии уже было не продохнуть. - Зачем мы здесь? – спросил Фрид у Лаксуса. - Можешь назвать нас группой поддержки, - указал тот на сладко воркующую у окна парочку. - Похоже, Бикслоу и без нас неплохо справляется, - ответил громовержец. - Хей, ребята! – позвала Мира. – Подержите бумагу. - Вот тебе и дело нашлось, - усмехнулся Лаксус. - Но она же нас обоих позвала… Но многозначительный взгляд друга дал понять, что участвовать в мероприятии тот не намерен. Недовольно закатив глаза, Фрид отправился на помощь Мире. Джувия была главным координатором. Между поднесением закусок она ругалась на Гажила, что тот нарисовал недостаточно сердечек на плакате. Нацу получил затрещину за то, что танцевал на столе с помпонами болельщиц. Эльфман был жестоко наказан за несанкционированное поедание имбиря, вымоченного в меде и лимоне, который предназначался для команды «Пингвинов». Лишь один человек не мог найти себе места среди своих одноклассников. Эрза то и дело поглядывала на часы, всматривалась в опускающуюся темноту за окном. Ей стало душно в этом замкнутом пространстве. Наверное, все дело в волнении перед завтрашним матчем. - Я выйду подышать, - сказала она. Морозный воздух превращал в пар ее дыхание. Из гостиной доносились радостные возгласы девчонок. Кажется, Джувия отчитывала Джета, что тот разлил краску, которая должна была стать основой для «очаровательных глаз Грея-сама» на растяжке. - Без куртки и заболеть недолго, - раздался голос за спиной девушки. Прежде чем обернуться, она приложила усилия, чтобы сдержать улыбку. - Надеюсь, я не сильно опоздал? Педсовет задержался… - продолжал Джерар. - Вы, как всегда, вовремя. *** - Это же Джерар! – воскликнула Кана. - Кана, как ты говоришь с учителем? – возмутилась Эрза. - Ничего страшного, - ответил тот. – За пределами школы можете звать меня по имени. В конце концов, у нас не такая уж большая разница в возрасте. - Привет, мужик, - сказал Нацу, пожимая его руку. Джерар внимательно осмотрел парня. - Нацу, а почему ты в костюме болельщицы? - Глупые вопросы задаешь, - ухмыльнулся тот ему в ответ. - Нацу-сан выполняет роль манекена, - ответила Джувия, ставя перед учителем поднос с закусками. - Мне кажется, я где-то видел подобные сэндвичи. - Джувия теперь тоже работает в «Тенрю», - улыбнулась Мира. – Благодаря ее готовке, в бар теперь приходят не только, чтобы выпить, но и пообедать. - Но у тебя же есть пособие, - удивился Джерар. - Джувии нужны деньги, чтобы сделать подарок Грею-сама на Новый год. Дрой-сан, тебе следует положить на место белье Леви-чан, иначе Джувия скажет Гажил-куну, и он тебя убьет. Только сейчас, наблюдая за этими ребятами, Джерар, наконец, понял, что имел в виду Макаров, говоря о том, насколько он с ними похож. Здесь, среди их радостного гомона, хохота, ругани, он впервые за последние много лет чувствовал себя, как дома. Когда он активно сопротивлялся попытке Каны его напоить, в дверь постучали. - Странно, - озвучила Люси общую мысль. – Вроде, все, кто должен был придти, на месте. - Кого там черти принесли? – бурчал Лаксус, открывая дверь. На пороге стоял главный виновник планирующегося торжества. Ворвавшись в гостиную, Грей обвел присутствующих расстроенным взглядом. - Ребята, мы в огромной заднице, - заключил он и, отобрав у Каны бутылку, сделал глубокий глоток.