Берегите свои нервы! Сиквел

      Малик смотрел на Альтаира, при этом пытаясь оттащить двенадцатилетнего Кадара от Дезмонда, и пнуть стоящих рядом с младшеньким Эцио и Коннора. Представители орлиных иных мест обитания попытки шипящего Малика игнорировали, Альтаир же был спокоен.       Как оказалось, Малик и был тем ассасином, что так же участвовал в скачках.       — Мастер! Мастер! — в тупик улицы бедного района влетел подросток лет четырнадцати. — Купец Абан говорит, что времени на покупку здания нам до заката отводит, если не купим, то он его другому продаст! Ой.       — Бюро?       — Да, — Малик ответил нехотя, повёл плечом.       — Мира и покоя, даи, — Альтаир немного наклонил корпус вперёд, обозначая приветствие.       — Твоё присутствие лишает и того, и другого. К тому же, стоит ли знаменитому главе ордена ассасинов подобным образом приветствовать простого даи? — Малик отпустил Кадара. — Неплохо этот мир изменился, а ведь кажется, что ещё вчера наш орден боролся за мир и спокойствие, а теперь нас и не помнят, словно мы книги и рукописи, сожжённые Джубаиром Аль-Хакимом.       — Пусть нас подвергли забвению, но теперь это нам на руку. Будь скрытен, не так ли, Малик?       — А-А-А! — старые знакомые резко развернулись к оставшимся без присмотра пернатым, ожидая орды тамплиеров, но вместо этого Эцио протянул им руку в перчатке:       — Мелкий меня укусил!       Внимание тут же перешло на Кадара, который, смутившись, пробормотал что-то в свое оправдание.       — Пожалуй, надо срочно купить бюро, — пробормотал Альтаир, покосившись на шокированного Аль-Саифа.       Устроив классическое построение монахов и учёных, ассасины выдвинулись на улочки города.       Когда до необходимого здания осталось преодолеть пару поворотов, Эцио не утерпел:       — Хэй, Дез, — прошептал Аудиторе. — Пошли со мной.       — Ты что удумал?       — Не бойся, просто посмотришь, чтобы никто не обнаружил, а то я один пойду. Стражи сейчас много, поймать могут.       — Коннора возьми с собой.       — Ему бюро интересно, а я хочу пополнить наш золотовалютный фонд. Возрождающемуся ордену это очень надо.       — Ладно.       И вот на следующем повороте две фигуры в белых одеяниях отделились от остальных и отправились в сторону богатого района. Дорога оказалась весьма тамплиеристой и крестоносной, множество рыцарей едва ли не каждую минуту выныривали из-за какого-нибудь угла, что усложняло продвижение. Поди не вызови подозрений, когда известно, что некий удачливый ворюга шляется в белых одеждах.       — Пришли. Так, сейчас на крышу, я внутрь, а ты следи.       Дезмонд кивнул, и итальянец исчез в окне богатого дома. По улице охраны сновало много, но лучников на крышах не было. Однако во дворе послышались голоса. Разговор был вполне отчётливо слышен, и американец переместился, чтобы посмотреть. Как оказалось, это был уже знакомый торговец.       — Господин Аббас, куда сбрую-то? — слуга указал на что-то у стены, скрытое углом дома. Дезмонд и сам не мог объяснить, с чего его разобрало любопытство, но в результате своих действий, ассасин свалился прямо на мужчину. Торговец подставы не ожидал, пошатнулся и упал лицом в пыль. Из байки Майлса выпало яблоко и шустро покатилось к драгоценной сбруе, коя и была предметом разговора. Ткнувшись в стремя, яблоко немного засветилось. Это свечение охватило седло, а потом перекинулось по поводьям на узду. И вод драгоценное конное обмундирование стало втягиваться в артефакт предтечей. Дезмонд и купец ошарашенно смотрели на происходящее. А сбруя тем временем исчезла, яблоко погасло. Американец поднялся с мужчины, взял яблоко в руки и недоверчиво покрутил. Купец тоже поднялся на ноги, немного похлопал глазами, а потом, побагровев, взревел:       — ВОР! ДЕРЖИ ВОРА! ЗОЛОТОМ ПЛАЧУ!       Бюро Акры       — Хм, а здание в отличном состоянии, единственное, решётку надо заменить. Да внутри обустроить всё, — Альтаир довольно осматривал столь знакомые стены.       — На крыше есть орнамент с нашей символикой, — Коннор подошёл мягко, с интересом разглядывая помещение.       — Альтаир?       — В чем дело, Малик?       — А вас разве не больше было?       — Эцио с Дезмондом на последнем повороте отстали! — радостно возвестил Кадар, помахав булочкой.       На улице зазвенел колокол, начал нарастать лязг железа.       Акра. Порт       Робер де Сабле преодолел причалы, радуясь возможности идти по твёрдой земле. Конечно, корабль его не смущал, но все же твёрдая земля лучше корабельной качки. Да и тамплиер уже представлял, как быстро найдет детишек, оттаскает за уши и утащит в Монтериджони. Главное, чтобы эти охламоны были еще здесь. Не успел гранд-мастер покинуть арку, что соединяла порт и простой район, как невероятный грохот привлек его внимание.       Во главе творившегося бардака был Дезмонд. Ребенок бежал вперёд, ломая прилавки и устраивая своим преследователям препятствия. Вот он пронёсся мимо, вскоре бодро пролетел и грохочущий отряд в человек так двадцать. Добило же Робера то, что за грохочущими рыцарями бежал Эцио, пытаясь понемногу сократить количество преследователей.       — Кхм, нашел, — пробормотал тамплиер, провожая странную компанию взглядом.       Спустя некоторое время. Бюро       — Э-э-э… Ну как бы тебе это сказать-то?       — Что значит «как бы это сказать»?! — Альтаир вперил раздражённый взгляд на смущённую парочку. — Да вы весь город на уши поставили! Ладно бы один район, но не весь же город!       — И это говорит тот, кого гоняли по всему городу за убийство каждого из некой восьмёрки, — пробурчал Дезмонд, растерянно крутя яблоко в руках. Золотой шарик согласно сверкнул, а потом плюнул злому сирийцу под ноги драгоценную сбрую.       — Как… Интересно, — пробормотал Коннор, пытаясь сохранить лицо невозмутимым, так как Альтаира от нежданного подарочка знатно перекосило. Малик же смотрел на дорого друга с ехидством, явно наслаждаясь моментом. Кадар же рассматривал какую-то книгу, что его брат притащил из «современности», игнорируя разбор полётов всяких там орлиных.       — Я надеюсь, это первый украденный Эцио комплект?       — Кхм, — Дезмонд смутился. — Не-а, это второй, у меня яблоко удрало и… И сожрало его. Прямо на глазах владельца.       — О Аллах… Неужели я был столь ужасным человеком в той жизни, что ты послал мне именно такого потомка и последователя?       Яблоко выдало лишь какую-то очень уж ехидную вспышку.