М плюс М: Сложная математика

*** Почти все уже ушли на перерыв, а я все еще сидел в аудитории и нервно мял уголок зачетного листа. Снова тройка за тест по математике. Отец будет недоволен мной. Но он ведь знал, что у меня всегда были проблемы с этим предметом, и все равно настоял, чтобы я поступил на менеджмент. Черт… — Дмитрий, подойдите ко мне, прошу Вас, — услышал я голос Сергея Петровича. Он назвал мое имя? Я поднялся со стула и подошел к преподавателю. Я был несколько растерян — что он хотел от меня? — Дмитрий, — начал он, — Ваши оценки по предмету оставляют желать лучшего. Я думаю, Вам стоит заниматься дополнительно. — Дополнительно? — я опустил взгляд. Дело дрянь. — Сейчас у нас идет довольно легкий материал, но через пару месяцев будет экзамен и… если Вы не усвоите то, что мы проходим сейчас, потом… — он сделал паузу, — я думаю, Вы завалите этот экзамен. — И что мне делать? — растерянно стоя перед ним, я нервно покусывал нижнюю губу. Если отец узнает об этом, мне несдобровать! — Студенты старших курсов с удовольствием занимаются с первокурсниками, естественно за материальное вознаграждение, — он прокашлялся. — Так вот, вчера ко мне подходил один студент четвертого курса и сказал, что у него есть время заниматься с первокурсниками, так что… если хочешь, можешь поговорить с ним. — Конечно! — чуть ли не выкрикнул я. Это мой шанс! Я думаю, родители не будут против, если я буду заниматься с репетитором. Тем более, благодаря подработке, я сам в состоянии оплатить эти занятия. — Я рад, что ты решился, — улыбнулся Сергей Петрович, — студента зовут Марк Ригер, обычно на большом перерыве он любит бегать на стадионе. Я думаю, ты сможешь его найти в раздевалке перед началом следующей пары. — Спасибо Вам! — я улыбнулся. — Надеюсь твои оценки станут лучше. Удачи! — он улыбнулся мне в ответ. Мое настроение улучшилось. Я быстро сбегал до столовой, купил бургер с курицей, и, поедая его на ходу, прямиком отправился к спортивному залу. Когда я вошел в раздевалку, было довольно тихо. Но вдруг в одной из комнат я услышал шаги, и сразу направился туда. Когда я вошёл в помещение, где стояли скамейки и ряды из шкафчиков, то тут же обомлел. Передо мной стоял парень. Он был босиком, и из одежды на нем были лишь темные джинсы. Смуглое, рельефное от мышц тело покрывали капли воды, черные, еще влажные волосы падали на красивое лицо. В руках он держал полотенце. — Ты кто такой? — спросил высокий незнакомец, которого, как я предполагал, зовут Марк Ригер. «Какой у него приятный голос», — сразу подумал я. Тело охватило волнение, но не то, что случается, когда приходится впервые заговорить с незнакомцем. Скорее это было ближе к восхищению. Я никогда не встречал никого похожего на этого парня. Он казался каким-то нереальным. Блестящие янтарём глаза внимательно рассматривали меня с головы до пят. Я же в ответ будто завороженный любовался красотой его лица, не в силах отвести взгляд. — Я… — от волнения у меня перехватило дыхание, — ме… меня Сергей Петрович… Почему мои мысли так спутались? Я не могу ничего сказать, а он продолжает смотреть на меня, буквально прожигает взглядом. Наверное, я кажусь ему полным придурком. — По поводу математики? — подсказал он и на его лице мелькнула тень улыбки. — Да, — выдавил из себя я. Да что со мной такое? Слово даже нормально произнести не могу. — Садись, — он кивнул в сторону скамейки. Я послушно вошел в комнату и сел. Парень наспех вытер волосы полотенцем, оставив после его на своих плечах, и присел рядом со мной. От него пахло приятной свежестью. Этот аромат и его близость дурманили меня. — Мое имя Марк, — сухо сказал он, продолжая без какого-либо стеснения разглядывать меня. Я бы даже сказал, что он делал это с какой-то наглостью, будто я был объектом его исследования. — Дима, — я смущенно отвел взгляд и стал мыть руки от волнения. Интересно, что он думает обо мне? Наверняка, ничего хорошего. Я такой ничтожный рядом с ним. — В какие дни тебе удобно заниматься? Я могу во вторник, среду, четверг и субботу. Выбери два дня. Я приложил усилие, чтобы подумать о графике своей подработки. Но рядом с таким полуобнаженным красавчиком мне было трудно сосредоточиться. Я смотрел на ложбинку на его груди, где все ещё сияли капельки воды, и видел как он часто дышит, словно его что-то волнует, при этом невозмутимое лицо не выдавало никаких эмоций. Почему я так смущен? Почему его присутствие так действует на меня? — Наверное… вторник и четверг, — неуверенно пробормотал я. Мой голос звучал так, будто это говорил кто-то другой. Какой-то хриплый и еле слышный. — Хорошо, — он кивнул, — с шести до восьми тебя устроит? — Да. — Заниматься будем у меня, запиши мой адрес. Какой у него спокойный, ровный голос. Он явно в себе уверен. Хотя с такой-то внешностью это не удивительно. Эти невероятные глаза с густыми длинными ресницами, губы красивой формы, будто нарисованные брови, скулы и подбородок — все было настолько идеально, что я не мог поверить, что он и в самом деле живой человек и сейчас сидит прямо передо мной. А его тело — это вообще что-то невероятное. Я взглянул на его руки, грудь и кубики пресса и всё будто поплыло. Смуглый цвет его кожи был тоже удивительный и невероятно красиво сочетался с темными, почти черными волосами и яркими янтарными глазами. Дрожащими от волнения руками, я достал первую попавшуюся тетрадь из рюкзака и на последней странице записал улицу, номер дома и его квартиры. Буквы вышли неаккуратными и кривыми. Мне было так неловко снова посмотреть на него, что я замер и сжал тетрадь в своих руках. — Завтра четверг, так что я жду тебя, — он встал со скамейки и принялся натягивать на себя черную футболку. Я невольно посмотрел на него и нервно сглотнул. Черный цвет ему невероятно шел. Я должен был бы уже уйти, но я продолжал сидеть на скамейке не в силах оторвать от него глаз. Марк заметил мой взгляд и ухмыльнулся, но ничего не сказал. Он заметил? Почему он так усмехнулся? Я тут же подскочил на ноги и чуть ли не пулей вылетел из комнаты. Будто у меня истек срок, чтобы оставаться в его поле. Чувствовал себя полным ничтожеством. Черт, да к тому же я откровенно пялился на него. Мне было ужасно стыдно. И теперь надеялся, что это никак не повлияет на наши с ним дальнейшие отношения. *** — Привет, — сказал Марк, открывая дверь своей квартиры. — Проходи. — Привет, — я осторожно вошел и стал неловко осматриваться по сторонам. Так вот, значит, где живет этот красавчик. Мне понравился его дом — просторный, светлый, с красивой обстановкой. Хотя от волнения все перед глазами плыло, я все же старался собраться и сфокусироваться на том, что он мой репетитор и должен помочь мне подтянуть математику. — Пойдем в мою комнату, — сказал Марк, маня меня за собой. На нём были бежевые шорты с карманами до колен и белая футболка. Светлая одежда красиво подчёркивала смуглый оттенок его кожи. «Так выходит ему и светлые оттенки к лицу», — подумал я. Я разулся, убрав свои конверсы на полку, и последовал за ним. Я смотрел на его широкую спину и на то, как шорты подчеркивают его ягодицы. А задница у него, кстати говоря, просто роскошная! Стоп! О чём я вообще думаю? Математика! Математика! Математика! Его комната была в конце коридора и показалась мне какой-то полупустой. Ничего лишнего. Ни цветов, ни картин, на полу чистый паркет. Из мебели только диван, платяной шкаф, книжная полка, рабочий стол, тумба и стул. — Доставай тетради и садись за стол, — скомандовал Марк. Было видно, что репетиторство для него дело не новое. Вел он себя достаточно раскованно и уверенно. Сам он сел на диван, свесив руки между колен, и выжидающе посмотрел на меня. Я послушно выполнил его просьбу и расположился за его столом. В конце концов, пришел я сюда заниматься математикой как никак. — Какую тему вы сейчас проходите? — спросил Марк, откидываясь на спинку дивана. Он убрал руки за голову и внимательно посмотрел на меня. Я быстро, чуть запинаясь, рассказал ему, на что он протянул: «Понятно», а после принялся долго и монотонно объяснять. Я слушал его как можно внимательнее и записывал все, что он говорил мне. Первый час занятий пролетел незаметно. Но потом Марк вдруг встал с дивана и, усмехнувшись, сказал: — Ты такой глупый, — он подошёл ко мне почти вплотную, встав за спиной. И тут я почувствовал как он медленно запустил свои пальцы в мои светлые волосы и слегка взъерошил их. От этого жеста по всему моему телу пробежали мурашки. Зажавшись, я невольно отстранился от него. — Смотри, — он ткнул пальцем в мою тетрадь, — в этом месте у тебя ошибка. Что это только что было? Я все еще не мог прийти в себя. Почему он так прикоснулся ко мне? — Эй, — Марк пытался вытащить меня из моих мыслей, — ты понимаешь, о чем я говорю? — Если честно, нет, — промямлил я, всё ещё ощущая его близость. Меня буквально сковало, а голова вообще отказывалась работать. — Да что с тобой такое? — он вернулся на диван и сладко потянулся. — Устал? — он нахмурился, будто был чем-то расстроен. — Немного, — я старался не смотреть на него, но взгляд всё равно тянуло в его сторону. — Ладно, наверное, на сегодня хватит, — сухо сказал он, — тебе действительно нужна помощь по математике. Такого безнадежного ученика у меня еще никогда не было, — он закатил глаза и как-то обречённо вздохнул. Черт, мне было ужасно стыдно. Наверное, если бы он не был таким соблазнительным, мне было бы проще заниматься, но я ведь не мог ему сказать об этом. Я давно осознал, что парни мне нравятся больше, чем девушки, но я еще не встречал человека, чтобы тот так сильно воздействовал на меня. Надеюсь, я смогу продержаться эти пару месяцев, чтобы он не заметил того, что я что-то такое испытываю к нему. А я явно на него запал, при чем я бы сказал, что такое у меня было впервые. Как бы я не смущался, я все равно хотел смотреть на него. Он меня завораживал. — Слушай, — вдруг сказал Марк, — ты вчера так смотрел на меня в раздевалке… — Что? — я поднял на него свои удивленные глаза. Продержаться пару месяцев? Похоже, он все уже понял… Черт! — Считаешь, у меня красивое тело? А?! Почему он спрашивает? Что мне ему ответить? Кажется, под пристальным взглядом его янтарных глаз, я сжался в маленький комок. Заметив мое волнение, он усмехнулся и сказал: — Ты, наверное, мечтаешь быть таким же? Чтобы нравиться девчонкам? Да? Я прав? — Д-да, — сказал я и кисло улыбнулся. Фууу… Так вот в чем дело… А, я уж надумал себе всякого. — Если хочешь, можешь бегать вместе со мной на перерыве, — сказал он, — для начала сойдет, а позже перейдешь к более сложным упражнениям. Что думаешь? — Хорошая идея, — слукавил я. Бегать с ним? По-моему, это ужасная идея! Каждый день видеть его полуголым в раздевалке. Выдержу ли я? Я здесь, во время занятий наедине с ним, чувствую себя невероятно взволнованным, только от той мысли, что он смотрит на меня. — Ну-ка, — он поднялся, — подойди. Что это он еще задумал? Пересилив свое волнение, я поднялся и подошел к нему на ватных ногах. Разница в нашем росте оставляла сантиметров десять, и, естественно, я был ниже. Марк какое-то время рассматривал меня, прям как накануне в раздевалке, а после положил свои ладони мне на плечи и быстро проскользил ими вдоль моих рук. Я с трудом сдерживал дрожь, охватившую всё тело. Его прикосновения просто выбили меня из колеи, также как в тот момент, когда он коснулся моих волос. — Слабые руки, — сделал заключение Марк. — На них тоже нужна нагрузка. А теперь повернись. Я нервно сглотнул. Он быстро провел рукой по моей спине сверху вниз, закончив в районе копчика. Черт, как же это приятно. Я буквально таял под его прикосновениями. — Позвоночник в порядке, это уже плюс, — отметил он. — Ну-ка, развернись обратно. Я послушно повернулся, будто кукла, с которой он игрался. Он смотрел мне прямо в глаза, прищурившись, словно что-то задумал. А потом вдруг схватил край моей футболки и задрал ее, внимательно разглядывая мое тело. Что, черт возьми, он творит? Я с испугом посмотрел на него. Я же буквально был перед ним обнажённый! И мы наедине в его комнате! — Неплохо, — заявил Марк, будто ничего особенного не происходило, — я думал все куда хуже. Он протянул руку, чтобы коснуться меня, но я резко вырвался и отпрянул. Это произошло машинально: я понимал, что, если он прикоснется к моей груди, я этого не выдержу. Быстро поправив футболку, я направился к столу и стал собирать свои вещи, беспорядочно закидывая их в рюкзак. Меня трясло, а внизу уже щекотало нарастающее возбуждение, и я понимал, что всё, что я могу сделать, чтобы не стало ещё хуже — это как можно скорее уйти. — Извини, — сказал вдруг Марк, — наверное, это было чересчур. Я ведь тебя совсем не знаю. Ты не любишь, когда тебя кто-то касается? — Вроде того, — промямлил я, застегивая рюкзак. Я нервно сглотнул и сжал зубы: на самом деле коснись он моей груди — у меня бы точно встал. — Ладно… — Марк же, будто ничего не произошло, снова упал на диван, а после спросил: — Так ты завтра придешь на стадион? — Приду, — тихо ответил я. — Хорошо, — он одобрительно улыбнулся. *** — Ты опоздал, — сказал Марк, когда я вошел в раздевалку. Он уже переоделся для бега и собирался выходить на стадион. На нём были шорты и обтягивающая сильное тело спортивная футболка. — Я уж подумал ты не придешь, — хмыкнул он, — переодевайся скорее и догоняй меня, хорошо? — Хорошо, — сказал я. После десятого круга я выдохся. Когда Марк нагнал меня, то остановился рядом и спросил: — И это все? Давай еще парочку. Он начал бежать на месте, ожидая моего ответа. — Не… не могу, — задыхаясь ответил я, склонившись вперед. Лёгкие буквально горели, тело вспотело, а голова кружилась от усталости. — Эх, ты… — хмыкнул он и побежал дальше, а после крикнул, — иди в душ, я ещё побегаю. Разочарованный от своей никчёмности, я вернулся в корпус и принял душ. Когда закончил, закрепив полотенце на бедрах, вышел в раздевалку и потянулся к своим вещам. В этот же момент вошел Марк, и я смущенно отвел взгляд. Его тёмные волосы были влажные после бега, он убрал падающую на глаза чёлку назад, открыв лоб и его глаза показались мне ещё красивее. — Как себя чувствуешь? — спросил он, глядя на меня. Его грудь ещё часто поднималась. — Все в порядке. — Хорошо, — сказал он, и, достав полотенце из шкафчика, решительно пошел в душевую. Когда Марк вернулся, я уже застегивал пуговицы на рубашке. На нём же не было ничего кроме полотенца, а его тело, как и по нашей первой встрече, было покрыто каплями воды. Это выглядело чертовски соблазнительно. Меня охватил озноб. Смогу ли я спокойно смотреть на эту картину каждый день? Это буквально сводило меня с ума. Я крепко сжал зубы. — Я забыл вчера дать номер своего телефона, — сказал вдруг Марк, — запишешь? На всякий случай, вдруг не сможешь прийти на занятия или еще чего. — Хорошо, — сунув руку в карман, я достал свой мобильный. — Давай, лучше я сам, — он подошел ко мне и ловко выхватил телефон. Когда его пальцы коснулись моих, по моему телу пробежал электрический разряд. Я неловко зажмурился. — Так, — говорил он, нажимая быстро на дисплей, не обращая внимания на мою реакцию, — а теперь наберем. Ну, все, теперь и у меня есть твой номер. Марк вернул мой мобильный и у меня снова перехватило дыхание: у меня есть его номер! Хотя почему я так радуюсь, ведь он мой репетитор и в этом нет ничего особенного. Но, казалось, что я стал обладателем чего-то действительно ценного. — Верхнюю пуговицу забыл застегнуть, — сказал вдруг Марк. Я принялся застегивать пуговицу, а он в это время, стоя спиной ко мне быстро скинул полотенце, надел белье и джинсы. Черт, какой же он… прекрасный… не знаю, подходит ли это слово, но… я не в силах был оторвать от него взгляда. Бёдра и его ягодицы просто идеальны! Так и хочется к ним прикоснуться. — Эй, — вдруг сказал он, — ты опять смотришь на меня. Черт! — Прости, — я тут же отвел взгляд и принялся быстро собирать свои вещи. — Хм… ты странный, — усмехнулся Марк. Что он имеет в виду? Я выгляжу как-то странно? Или сильно нагло его разглядываю? Но тут бы любой засмотрелся. Особенно, если такой как он будет натягивать при тебе трусы. Зазвонил его телефон, и он тут же взял трубку. — Алло! Да, Лен. Да-да… конечно… я скоро буду, — он закончил разговор, а после, обратившись ко мне, сказал, — моя девушка. Его девушка? Ну, конечно, у такого красавчика, как он, непременно есть девушка. Наверняка, такая же идеальная, как он сам. — Понятно, — сдавленно ответил я, — ну, я пойду. До завтра. — Пока! — он улыбнулся мне и поднял руку в знак прощания. *** Две недели пролетели незаметно. Марк терпеливо занимался со мной математикой, и каждый день, кроме воскресенья, мы бегали с ним на стадионе. Я продолжал тайком пялиться на него в раздевалке, но он, кажется, перестал обращать на это внимание, только иногда в такие моменты дарил мне загадочную ухмылку. А во время занятий, он еще несколько раз потрепал меня по голове и невольно касался моих рук, помогая решать уравнения. Но, несмотря на то, что я для него был всего лишь студентом, которому он помогал с занятиями, мой мир совершенно перевернулся. Сначала мне было страшно, я чувствовал сильную неловкость рядом с ним, волновался, что он сможет заметить мои чувства и возненавидит меня за них. Но потом я расслабился и перестал бояться. Кажется, я понял, что он относится ко мне как к студенту, который просто хочет сдать экзамен по математике, и решил, что он видит во мне лишь неуверенного мальчишку, который мечтает стать таким же как он, умным и красивым. Я стал более спокойно воспринимать его случайные прикосновения, без страха отвечал на все его вопросы и замечания. Мы даже иногда шутили и смеялись. Я осознал, как ценны эти минуты, проведенные рядом с ним. Я просто наслаждался этим временем и был счастлив стать просто другом для него. И я чувствовал, что даже этого мне вполне достаточно. Но однажды, все вдруг изменилось. Это был вторник. Мы сидели в раздевалке после бега. Я застегивал пуговицы на рубашке и вновь украдкой смотрел на то, как переодевается Марк. — Ты думаешь, я не замечаю? — неожиданно спросил он, застегивая молнию на джинсах. О чем он? Мое сердце забилось быстрее. — Что? — я поднял на него взгляд и ощутил как потеют мои ладони. — Как ты каждый раз смотришь украдкой на меня своими синими глазами, — он снова ухмылялся. Я с трудом сглотнул. Он вновь поднял этот вопрос. Но… почему? — Я… это… — мямлил я. По спине пробежал неприятный озноб. Что же ему на это ответить? — Ты гей? — вдруг прямо спросил он. Его лицо не выражало никаких эмоций. — Что? — меня охватила самая настоящая паника. Я с трудом мог дышать. Мое сердце было готово выпрыгнуть из груди. Хотелось исчезнуть. Теперь всё между нами будет разрушено! Всё кончено! — Просто… твой взгляд… — продолжил говорить он, — такой, словно ты влюблен в меня. Не переживай, я никому не скажу. Так это правда? — его тон голоса сменился на более ласковый и осторожный. — Я… — я весь сжался, сдвинув колени и обняв себя руками, а после отвернулся, так ничего и не ответив ему. Черт, как же мне было стыдно. Мои щеки пылали огнем. Я не могу ему признаться! В следующий миг я услышал, как он подошел ко мне и сел рядом. Лавочка тихонько скрипнула и я услышал его дыхание. — Дим, слушай, — сказал он, — если это так, я не буду тебя осуждать и, клянусь, никому не скажу. Я не мог произнести и слова. Меня охватило оцепенение. Что будет дальше? Что если я скажу ему, что это так? Он перестанет заниматься со мной математикой? Больше не захочет бегать со мной? — Эй, — Марк положил руку на мое плечо, — так значит я прав, — он не спрашивал, а говорил будто подтверждал факт. Я продолжал молчать, поддаваясь паническому состоянию и уже начал чувствовать как в груди накапливалась дрожь страха, постепенно захватывая все мое тело. Марк, судя по звукам, поднялся на ноги и подошел ко мне с другой стороны. Я почувствовал, как его пальцы скользнули ко мне под подбородок. Он поднял мою опущенную голову и наши глаза встретились, но моё зрение тут же затуманилось и я зажмурил глаза. — Не бойся так меня, — сказал он, — эй, приди в себя уже. Я ведь сказал, что не скажу никому, — настойчиво произнёс он. Он поднялся, крепко взял меня за запястье и с силой потянул, подняв меня на ноги. А потом вдруг обнял меня, крепко прижав к себе: — Успокойся. Не бойся меня. Я прижимался к его груди и с трудом осознавал, что происходило со мной. Страх вдруг ушёл и сменился на другие ощущения. Тело теперь горело от переполняющего меня желания. Не в силах сдерживать себя, меня всего вдруг затрясло, и из глаз потекли слезы. — Ты весь дрожишь, — сказал он, — это из-за меня? Ты что, плачешь? Он вновь схватил меня за подбородок и посмотрел прямо в глаза. Сквозь слезы я видел его теплый нежный взгляд. Он провел большим пальцем по моим дрожащим губам. — Даже так… — сказал Марк, — так сильно влюблен в меня? И я вдруг почувствовал, как его губы коснулись моих. На несколько секунд он замер, а после страстно поцеловал меня. По всему телу пробежала волна возбуждения. Это было так, словно внутри случился взрыв! Эмоции, чувства, ощущения, его тепло, близость, прикосновения! Как же я желал этого всё это время! Его губы терзали мои, а язык проник внутрь и я почувствовал его немного сладковатый вкус. Сильные руки сжимали мои плечи, и в ушах отдавался сильный звук моего сердца. Мой мир снова перевернулся. Я с трудом верил в происходящее. Почему он это сделал? Почему поцеловал меня? И когда я буквально утонул в этих ощущениях, Марк вдруг разжал свои объятия и вернулся к своим вещам, продолжая одеваться. Вел себя так, будто ничего не произошло. Широко распахнув глаза, я в шоке смотрел на него. Слезы больше не бежали по моим щекам, но мое лицо по-прежнему горело огнем стыда и желания. Когда меня переполняли самые разные чувства, почему он был так спокоен? — Почему?.. Почему ты это сделал? — тихо спросил я. — Ты же натурал… — Я натурал, — сухо сказал он, бросив на меня немного холодный взгляд. Меня от этого будто в сторону отбросило. — Но ты поце… л… меня, — неуверенно пробормотал я. — Почему? — Просто так, — сказал он, убирая свои вещи в сумку, — не хотел, чтобы ты плакал из-за меня. Я ничего не ответил, лишь виновато опустил взгляд. Ничего не понимаю. Он поцеловал меня, чтобы я не плакал? — Дима, — сказал Марк, заканчивая собираться, — не думай ничего такого, ладно? Если хочешь, можем вообще забыть о том, что тут произошло. Просто приходи сегодня ко мне заниматься, хорошо? Я не знал, что сказать. Забыть? Делать вид, что все в порядке? Снова притворяться друзьями? Но как? Как мне игнорировать то, что он сделал? Этот поцелуй… … я точно забыть не смогу. Марк подошел ко мне. Я всё ещё не смел поднять на него взгляд. — Я не гей, — сказал он, нежно проведя ладонью по моей голове, — я не могу дать тебе того, что ты хочешь, но мы можем дружить. Это все, что я могу тебе предложить. — Я понял, — тихо ответил я. — Придешь сегодня ко мне? — Да, — я еле заметно кивнул. — Приду. *** Когда я пришел, Марк встретил меня улыбкой. Он действительно делал вид, будто ничего не произошло. — Проходи! Я молча вошел, разулся и сразу прошел в его комнату. Он проследовал за мной. — Расслабься, — сказал он, потрепав меня по голове, — все нормально, просто давай займемся математикой. — Хорошо, — сказал я, пятясь от него к столу. Он снова трогает мои волосы. Зачем? Особенно мне это казалось странным после того, что произошло сегодня утром. Теперь ведь он прекрасно знал о том, что я чувствую к нему. Всё это было так странно. Я достал учебник, тетрадь и ручку. Марк тут же принялся втолковывать мне следующую тему. Я старался не думать о нем, не смотреть на него, а только лишь вникать в то, что он говорил мне. Спустя час мы услышали дверной звонок. — Наверное это мама пришла, — сказал Марк, оглянувшись за спину, — я скоро вернусь. Марк вышел за дверь. Его не было около десяти минут. Когда он вошел, он принес с собой пару кружек чая и коробку с шоколадными пирожными. — Давай сделаем перерыв, — сказал он, — угощайся. Марк поставил передо мной чай и пирожные. Сам он встал рядом, опираясь спиной о подоконник и мы принялись полдничать. Все было в целом как обычно, только вот нихрена подобного не было! И зачем я только пришел?! Я не могу не думать о нашем поцелуе. Я лишь думаю о том, что желаю, чтобы он снова поцеловал меня! — Слушай, а где ты работаешь? Ты как-то говорил мне о подработке, — поинтересовался вдруг Марк. — Я работаю в кофейне. — Что за кофейня? — Здесь недалеко, рядом с банком, — пояснил я, облизывая пальцы от шоколадной глазури. — А, понял, был там пару раз, — он как-то странно посмотрел на меня, — так, значит, ты умеешь готовить вкусный кофе со всеми этими рисунками? — Нет, — я покачал головой, — я только официант. — Ну, в любом случае, ты молодец, что не сидишь на шее у своих родителей, — сказал Марк. — Наверное… — я пожал плечами. Почему он расспрашивает меня об этом? И как ему удается быть таким равнодушным и спокойным? — А я работаю у нас в университете, — сказал он, — помогаю в библиотеке. И еще бывает на кафедре дают поручения… например, проверить работы первокурсников, — он загадочно ухмыльнулся. — Ты очень талантливый, — отметил я, чувствуя, что снова краснею перед ним. — Я знаю, — ответил он будто между прочим. — Ты доел? — Да, — я протянул ему пустую чашку. — Ладно, давай дальше заниматься, — сказал Марк, — хотя подожди, — он широко улыбнулся, глядя на меня, — ты испачкался. — Где? — я был озадачен. — Сейчас, — он наклонился ко мне и потер большим пальцем у меня над губой. Я сидел, не смея пошевелиться. Его прикосновения снова делали меня беззащитным. — Черт, не получается. Сейчас, — он засунул палец себе в рот, смочив его в слюне, а после снова прикоснулся ко мне. — Вот и все. Закончив, он нежно провел большим пальцем по моей нижней губе. Я чувствовал, как меня снова окутывала дрожь. Он снова это делает? Зачем? Почему он так поступает, если я ему безразличен? Я стыдливо отвел взгляд в то же время понимая, что он заметил, как сильно я взволнован. Ему доставляет удовольствие так мучить меня? — Я отнесу посуду, а ты пока реши три уравнения, — как ни в чем не бывало, Марк склонился над моей тетрадью и принялся быстро писать. После он забрал чашки и остатки пирожных и вышел из комнаты. Когда он вернулся, я еще сидел над третьим примером, который мне никак не удавалось решить. — Ты решил? — спросил Марк. — Нет еще, — напряжённо ответил я. — Ладно, — он взял какую-то книгу с полки и сел на диван, — я пока почитаю, у меня завтра тест. Как решишь, позови — я проверю. Но прошло еще минут десять, а я все никак не мог справиться. — Может я все-таки помогу? — спросил Марк, убирая книгу в сторону. — Я сам, — буркнул я. — Но я ведь твой репетитор, — сказал он, поднимаясь с дивана, — и должен тебе помогать. Давай посмотрю. Может ты где-то в расчёте ошибся. Он подошел к столу и, вглядываясь в мое решение, наклонился надо мной сзади. Сначала я лишь ощущал его дыхание, а после почувствовал, как его грудь прижимается к моей спине, а его черные волосы щекочут мое лицо. — Дурачок, — прошептал он мне на ухо. От его голоса и прикосновений передо мной все поплыло. Что же он делает со мной? В паху тут же защекотало. — Смотри, — неожиданно громко сказал Марк и ткнул пальцем в пример, — вот тут ты потерял две цифры! Решение было верным, но ты просто был невнимательным! С первыми двумя заданиями ты справился превосходно! — он отпрянул от меня и снова встал у окна. С его лица не сходила загадочная ухмылка. Почему он так смотрит? — Я все понял, — сказал я, вглядываясь в пример. Неужели он решил, что, если он будет так тискать меня, я буду лучше заниматься? Мурашки до сих пор бегают по всему телу от его шёпота. — Это хорошо, — его взгляд вдруг стал холодным. — На сегодня хватит. Собирайся домой. Я поднял на него взгляд, и мы несколько секунд не отрываясь смотрели друг на друга. В его взгляде читалась некая растерянность. О чем он думает? — Не понимаю, зачем ты решил поступить именно на этот факультет, — вдруг сказал он. — Что ты хочешь этим сказать? — спросил я, складывая вещи в рюкзак. — Не знаю, просто думаю, что это совершенно не твое. Сейчас ты еще пока на первом курсе, у тебя есть шанс бросить эту учебу и на следующий год заняться тем, к чему у тебя действительно лежит душа. — Но тогда я потеряю целый год… — тихо ответил я, поднимаясь со стула. — Год, говоришь… А ты не думал о том, что закончив обучение, ты пойдешь работать и окончательно убедишься, что выбрал не тот путь… в этом случае ты потеряешь пять лет, — он нахмурился. — Так захотели мои родители, — оправдывался я. — В любом случае подумай об этом. Сегодня ты сказал мне, что я талантливый, но я талантливый лишь потому, что я нахожусь на своем месте. Я уверен, что и у тебя есть таланты, с которыми, ты сможешь намного лучше проявить себя. Менеджмент — это совершенно не твое. — Спасибо за совет. Я подумаю, — я взял свой рюкзак и направился к выходу. Пока я шел домой, я думал о том, что сегодня произошло. Тот поцелуй в раздевалке, а после эти странные его проявления симпатии ко мне во время наших занятий. Еще утром он сказал, что может предложить мне лишь дружбу, но к чему были все эти его прикосновения и жесты? Если бы он не знал о моих чувствах, я решил бы, что он делает это машинально, не нарочно, но ведь он знал! Эта такая игра? Ему нравится доводить меня до беспомощного состояния? Я вспомнил его ухмылку и эти взгляды, которые он бросает на меня. Я словно игрушка в его руках. Совершенно беспомощная кукла, с которой он развлекается. Смогу ли я дальше выдержать подобное? *** На следующий день, когда я шел по коридору главного корпуса, меня кто-то окликнул. Когда я обернулся, я увидел Марка в компании с какой-то девушкой. Он смотрел на меня и махал рукой, подзывая к себе. Я не хотел, но все же подошел к ним. Было жутко неловко. — Привет, — тихо сказал я, подойдя к ним ближе. — Привет, — Марк широко улыбнулся, буквально поедая меня взглядом. Почему он так смотрит на меня? Всё это как-то странно. После того, что произошло накануне в раздевалке, я совершенно перестал его понимать. Неужели мои догадки — правда? И ему просто в удовольствие поиграть со мной после того, как он узнал о моих чувствах? — Познакомься, это Елена, моя девушка. Елена, а это Дима, я помогаю ему с математикой, — сказал Марк, кидая взгляд то в мою сторону, то в сторону своей подруги. — Очень приятно, — я нервно сглотнул. — Взаимно, — ответила Елена. Девушка была на голову ниже Марка, стройное тело, длинные пепельные волосы, чистое светлое лицо без грамма косметики. Она действительно была ему под стать: видно, что от природы наделена естественной красотой. Вот, значит, какие девушки ему нравятся. — Побегаем сегодня? — спросил меня Марк, сгребая в охапку, так как обычно это делают лучшие друзья в мужской компании. У меня же от этого жеста дыхание перехватило. Я ощутил запах его тела, смешанный с парфюмом и от, нарастающего чувства сильного желания, крепко стиснул зубы. Он снова делает со мной, что ему вздумается! — О, вы бегаете вместе? — спросила Елена, мило улыбаясь. — Да, — ответил Марк, продолжая прижимать меня к себе, — пытаюсь сделать из этого сопляка мужчину. — Давно вы знакомы? — Елена обратилась ко мне. — Около трех недель, — сдавленно ответил я, пытаясь вырваться из крепких объятий Марка. — А мы с ним уже три года вместе, — улыбаясь, сказала девушка. — Учимся на одном потоке. Марк на менеджменте, а я на экономическом факультете. — Здорово, — я, упираясь руками в тело Марка. Но он такой сильный, что все мои попытки были бесполезны. Черт, он отпустит меня или нет? — Я смотрю вы уже хорошо подружились, — заметила Елена и снова улыбнулась. Она создавала впечатление очень хорошего и доброго человека. — Да, — Марк ухмыльнулся, глядя на меня, — с ним приятно заниматься. Вдруг я почувствовал, как его рука скользнула по моей спине и остановилась на пояснице. Он аккуратно задрал мою рубашку и запустил свои пальцы под пояс моих брюк. Пальцы коснулись ягодицы через ткань трусов. У меня перехватило дыхание. Совсем обнаглел? — Мне пора, — кое-как выдавил я и, наконец, вырвавшись из объятий Марка, тут же рванул на занятия. — Пока! — услышал я вслед. Меня же переполняли эмоции! Да что он позволяет себе?! А если кто-то увидит?! Что, черт возьми, на него нашло? Сделал это буквально на глазах у своей девушки! Невероятно! Ну, все, с меня хватит! Я не пошел на тренировку и сбросил два его звонка. Я не готов терпеть подобное поведение по отношению к себе. Он действительно мне нравился, но быть частью его игр я не планировал! Но, когда я шел на работу из университета, Марк вдруг появился передо мной и перекрыл дорогу. Я в замешательстве замер. — В чем дело? — нахмурившись, спросил он, складывая руки в карманы тонкой синей куртки. — Поджидаешь меня? — резко ответил я. В этот раз я не мямлил, теперь я по-настоящему разозлился. — Ты не пришел на тренировку и не отвечал на мои звонки, — сердито сказал Марк, — я волновался. — С чего это вдруг? — рявкнул я. — Да что на тебя нашло? — он выглядел растерянным. И его можно понять, я впервые разговаривал с ним в таком тоне. — Твое поведение, вот в чем дело! Ты знаешь о том, что я чувствую к тебе, потом говоришь, что мы можем быть лишь друзьями, а сам пристаешь ко мне! Трогаешь меня, шепчешь мне на ухо, а сегодня… при своей девушке облапал меня всего! Я там чуть со стыда не сгорел! Зачем ты вообще меня с ней познакомил? Хотел увидеть мою реакцию? Что ты вообще хочешь от меня? — кричал я. — Эй, тише, — он сделал жест руками, показывая открытые ладони, а после я увидел его виноватый взгляд, — я не знал, что это… что ты так это воспримешь. — А как, по-твоему, я должен был это воспринять? — я крепко сжал кулаки. — Я думал, что тебе будет приятно, — тихо сказал он. Приятно?! Да он бредит! — После того, как я вчера заплакал, и ты поцеловал меня, я словно стал для тебя вроде игрушки. Да? Но пусть я парень и мои чувства тебе кажутся ненастоящими, какими-то неправильными, но таким поведением ты лишь смущаешь меня и делаешь эту ситуацию еще более запутанной. То, что я чувствую к тебе — это настоящее… Я не виноват, что я… такой. Я не могу заниматься математикой, когда ты облизываешь свои пальцы, именно из-за этого я вчера не смог сосредоточится на последнем примере, — резко высказался я. — Вот, значит, как… — Марк вздохнул и отвёл взгляд. — Я думал, что хоть какое-то мое внимание к тебе сделает наши отношения не такими напряженными, но похоже я ошибся. Что ж… я… — Я думаю, нам стоит остановиться на этом, — я не дал ему закончить фразу, — прекратим занятия, и я больше не буду приходить на тренировки. Некоторое время он растерянно смотрел на меня, но так и не произнес ни слова. — Удачи, — сказал я ему и быстро зашагал вперед. Главное — не оборачиваться. Марк ничего мне не ответил. И он не последовал за мной. Глупо было от него этого ожидать, но на самом деле, я очень этого желал. Хотел, чтобы схватил меня, обнял и сказал, что любит. Но он этого не сделал. Он не сделал совершенно ничего. В таком случае… … прощай, Марк. *** Спустя неделю я получил результаты по математике за тест. Высший балл. Сергей Петрович снова подозвал меня к себе: — Дмитрий, я поздравляю Вас! Прекрасный результат! — Спасибо, — смутился я, — это все благодаря Вашему совету. Марк очень помог мне. — Ты с ним еще занимаешься? — Нет, — коротко ответил я и нервно сглотнул. Надеюсь, он не поинтересуется причиной. — До экзамена остался месяц, и я не спорю, результат твоего теста поражает, но впереди еще три сложные темы, и я думаю, тебе стоит еще позаниматься с Марком. Он прекрасный студент, у него дар преподавания, и, если ты еще посетишь несколько его занятий, я убежден, и на экзамене у тебя будет хорошая оценка. — Спасибо Вам, я подумаю над этим, — ответил я. Что же мне делать? Стоит ли мне снова обратиться за помощью к Марку? Вспоминая наш последний разговор, я был уверен, что нам лучше с ним не видеться, но… как же я скучал по нему… Любовь, действительно, делает из людей дураков. Пойти? Но что, если он отвергнет меня? Что если скажет, чтобы я катился ко всем чертям? Как же сложно решить… Плевать! Пойду! В конце концов, я хочу лишь попросить его помощи по математике. Надеюсь, он не откажет мне. Позанимаюсь с ним еще немного, а потом… все. Забуду его. Навсегда. Лишь бы еще увидеть цвет его янтарных глаз. Услышать его бархатный голос… Боже, какой я безнадёжный придурок! Я направился прямиком на стадион. Возможно, сил и уверенности мне придали хорошие результаты за тест, а может я просто искал причину, чтобы снова увидеть его. Сейчас как раз большой перерыв и Марк должен быть там. Придя на место, я убедился, что был прав — Марк бежал по кругу. Еще издалека он заметил меня, и я увидел удивление на его лице. Когда он поравнялся со мной, то остановился и растерянно спросил: — Что ты тут делаешь? — его грудь поднималась от частого дыхания. — Я хочу попросить тебя позаниматься со мной математикой… еще… у нас экзамен через месяц… но если ты откажешь мне, я пойму, — мой голос дрожал. Я с жадностью смотрел в его лицо и сердце в моей груди отбивало бешеный ритм. — В прошлый раз ты ушел, так и не дав мне все объяснить… — сказал Марк. — Что? — как завороженный я продолжал смотреть в его глаза. Он же взаимно пожирал меня своим взглядом. — Мне никогда не нравились парни, — неуверенно произнес он, — поэтому ты… с тобой… я вел себя так глупо. Я просто еще сам не понимаю своих чувств… того, что чувствую к тебе… Чувств? Чувствует ко мне? О чем это он? — … я поцеловал тебя, потому что сам этого хотел… Что? Что он такое говорит? — … все что я делал, обнимал тебя и так далее, я сам этого хотел… — продолжал говорить он, — я никогда не думал, что кто-то может так действовать на меня… я с трудом сдерживал себя, пока ты был рядом. Это было настоящей пыткой. Но когда я понял, что я нравлюсь тебе, меня занесло. Я не играл с тобой, даже и не думал об этом. — Это… типа… — бормотал я, — я… типа нравлюсь тебе? — Да, — твёрдо ответил он. — Нравишься. Я замер. Кажется, даже сердце на миг остановилось. — Это правда? — я чувствовал, как мои глаза наполняются влагой. — Пойдем, — он схватил меня за руку и потащил за собой в корпус. Когда мы вошли в раздевалку, и он тут же прижал меня к стене, и я почувствовал знакомый вкус его губ. После он уткнулся носом в мое плечо и прошептал: — Я так скучал… Дима… Он снова поцеловал меня. А после, любуясь моим лицом, нежно провел пальцами по моей щеке. — Такая нежная кожа… Он страстно целовал меня в шею. Я снова чувствовал себя беспомощным, от окутывающего меня удовольствия, я прикрыл глаза. Мои губы разомкнулись, и я застонал. Марк снова поцеловал меня в губы, а после вдруг отпрянул. — Извини, — он тяжело дышал. — За что? — выдавил я из себя. — Я снова сорвался, — он отпустил глаза, — не стоит нам заниматься здесь чем-либо подобным, хоть и во время перерыва сюда почти никто не заходит, но… Я стоял все еще прижавшись к стене и глотал ртом воздух. От возбуждения у меня кружилась голова и я с трудом разбирал, о чем говорил мне Марк. Думал ли я, что все обернется именно так, когда шел сегодня к нему? Теперь я понимал все его взгляды и ухмылки, и эти, якобы случайные прикосновения. — Придешь сегодня ко мне? — спросил он. — Сегодня среда, я работаю. — Во сколько закончишь? — Моя смена до девяти. — Тогда увидимся завтра, ладно? — Хорошо, — я кивнул. — Придешь на стадион? — Да. Приду. — Хорошо, — он улыбнулся мне. — Я буду ждать. — Я буду здесь, обещаю, — сказал я и вышел из комнаты.