Тропа оборотня.

***

Улицы Фитерфилда непривычно пустовали, сияя режущей глаз белизной. Снегопад все не прекращался, крупные хлопья падали с темного звездного неба, покрывая грязь города и скрывая ее от ясного лика бледной луны. Не было слышно ни привычных слуху городского жителя криков пьяных мужиков в кабаках, ни лая собак, ни воя котов, дерущихся за территорию. Зловещая ночь. Мэнси с ногами забралась на подоконник и раскрыла ставни. Те глухо заскрипели в ночной тиши. Тут же на девочку налетел легкий порыв холодного ветра. Мэнси спрыгнула на пол, натянула теплый халат и залезла обратно. На окне она могла поместиться в полный рост. Мэнси глубоко вдохнула полной грудью приятный морозный воздух. Изо рта девочки вырывались облачка пара, растворяясь в морозном воздухе. Несколько шальных снежинок впорхнули в комнату, осели на ковре и растаяли, оставив после себя маленькие холодные капельки. Мэнси улыбнулась, сверкнув в темноте белыми молочными зубками. Крепко схватившись маленькой ручкой за ставню, девочка смотрела вдаль, где величественно возвышались грозные заснеженные вершины Драконьих Гор. А с неба на нее смотрела полная луна. Только она одна знала, о чем думает эта маленькая девочка в такой поздний час. А мыслями Мэнси была далеко-далеко отсюда. На склонах Драконьих Гор. С тех пор как пропал ее отец, девочка не теряла надежды, что когда-нибудь найдет его. Обязательно найдет. А еще Мэнси очень хотелось посмотреть на драконов. Хотя бы одним глазком. Этих волшебных существ не видели уже около тысячи с лишним лет, они уже почти превратились в легенду, сказку. Но Мэнси знала, что драконы очень осторожные существа. Так говорил ее отец, а он знал все на свете. Мэнси уселась на подоконник и свесила ноги на улицу. Легкий холодок мурашками пробежался по коже. Снежинки, словно красуясь перед девочкой, выписывали диковинный танец. Мэнси обняла себя руками, чтобы не было так холодно, оглядывая часть мира вокруг. В поле ее зрения была лишь узкая улица, на которую она смотрела с высоты второго этажа, высокая городская башня с часами да горы вдали. Мэнси знала, что она не должна ночью открывать окно. Это строго запрещалось ее мачехой. Но ночь была так красива, что девочка не могла устоять. Ночь по ее мнению, была куда таинственнее и загадочнее, чем день. В ночи пряталось много тайн и странных или даже опасных существ. Летом девочка тайком убегала из дома по ночам. Мэнси не понимала до конца всех опасностей таких ночных гулянок, но каждый раз ей везло, и никаких из ряда вон выходящих событий не происходило. Внезапно гнетущую тишину прорезал дикий крик, который больше был похож на вой раненого существа. От испуга Мэнси чуть не вывалилась из окна. Вцепившись побелевшими пальцами в раму окна, девочка вгляделась в ту сторону, откуда послышался этот жуткий звук. Примерно с минуту ничего не было слышно, а затем в тусклом свете фонаря промелькнула чья-то тень. Раздался звук царапанья когтей по дереву. Мэнси, застыв от страха, наблюдала, как странная тень перевалилась через забор и упала на снег под ее окном. Тем временем на улице раздалось фырканье лошадей. Тень внизу скорчилась и подняла на девочку желтые глаза, полные ужаса. В них застыла молчаливая просьба о помощи. Мэнси колебалась несколько мгновений. Детское сердечко наполнилось состраданием к бедному существу, что бы оно ни сделало. Перегнувшись через подоконник, она изо всех сил потянулась вниз, протягивая маленькие замерзшие руки к непонятной твари. Та из последних сил рванулась вверх, девочка схватила существо за мохнатые лапы, ощутив что-то липкое и горячее. Но думать было некогда. Кое-как она втянула существо на подоконник. Оно с гортанным хрипом свалилось на пол и осталось лежать, не шевелясь. Мэнси закрыла окно и вовремя. На улице, взрывая ногами снег, появились пятеро черных как смоль лошадей. На их спинах сидели высокие фигуры в длинных фиолетовых плащах и сверкающих доспехах. На лице у каждого воина светилась красным странная руна в виде полумесяца и пятиконечной звезды. Всадники внимательно оглядывались по сторонам, не понимая, куда могла деться добыча. На снегу не было никаких следов. Ни от лап, ни следов крови. Издав яростный ледянящий душу вопль, всадники умчались по узкой улице в темноту.

***

Из темноты на девочку загнанно смотрели два желтых глаза с вертикальными узкими зрачками. В воздухе повисло напряжение, загадочное существо слегка скалило короткие острые клыки, шерсть на его затылке поднялась дыбом. Каждую секунду оно было готово броситься защищать свою жизнь до последнего вздоха. Мэнси боялась, но совсем немного. Отец учил ее, что любое существо можно покорить лаской. Ну или почти любое. Девочка ощущала на своем лице горячее дыхание странной ночной твари. Подогнув под себя коленки, она разглядывала существо, которое спасла. Оно было похоже на собаку. Девочка часто видела собак и даже играла с ними во время прогулок, но эта собака была не такая, как те, что с азартным лаем гонялись за палочками. Ее шерсть была более густой и полностью черной, морда крупнее, а нос чуть вытянутее. Тело было худое, даже тощее, но жилистое и мускулистое. Острые когти оставляли следы на деревянном полу. -Кто ты? — спросила Мэнси, глядя на странную собаку. Животное глухо заворчало, не сводя с девочки пристального взгляда. Мэнси, так и не дождавшись ответа, протянула руку, чтобы погладить странного пса. Волк (а это был именно волк) вновь оскалил клыки и припал к земле, переводя взгляд с девочки на ее руку, которая нависла над его головой. Волчонок знал, что человеческие руки несут боль и страдания, но маленькое человеческое существо не внушало опасений. Поэтому он не решался ее укусить, а лишь прижимался к полу. -Ну, ну, не ворчи. Я ничего плохого тебе не сделаю, — Мэнси ласково улыбалась и говорила тихим спокойным голосом, продолжая опускать руку. Ее умиротворяющий голос без каких-либо ноток враждебности усыпил бдительность волчонка, и тот окончательно убедился в неопасности маленького человеческого детеныша. Когда рука Мэнси коснулась его головы, волчонок перестал рычать, шерсть его опустилась, а сам он устало вытянулся на полу. Ему было больно. Кровь из раны на задней лапе уже перестала течь, но сама лапа все еще сильно болела. Мэнси поднялась с пола и зажгла свечу. В тусклом свете она смогла получше разглядеть волка. Заметив на его лапе запекшуюся кровь, девочка поморщилась. -Бедняжка. Сейчас, посиди тут тихо. Мэнси открыла дверь, прислушалась — тишина. Пошарив под ковриком, она нащупала ключ и закрыла дверь с внешней стороны. Волчонок заволновался и тихо заскулил. -Эй, — сиплым шепотом произнесла девочка, прижавшись к замочной скважине. С другой стороны двери послышалось сопение. — Молчи. Я за лекарством для твоей лапы. Тс-с, тихо. Волчонок затих. Мэнси осторожно шагала босыми ногами по полу. Благо, что во всем доме было много ковров, которые заглушали звуки шагов. Мэнси спустилась по лестнице, завернула в коридор и оказалась перед небольшой дверью. К счастью, домохозяйка забыла ее закрыть, поэтому девочка без труда проникла внутрь. И тут она поняла, что забыла свечу. Топнув от досады ногой, она яростно заморгала, привыкая к темноте. Вскоре ее глаза различили полки со всякими баночками. Мэнси задрала голову. Нужная баночка стояла наверху, ее содержимое светилось бледно-сиреневым. Девочка вздохнула, ухватилась за верхнюю полку, подтянулась, оперлась ногами о нижнюю. Шаг за шагом, затая дыхание, она поднималась вверх. Наконец-то заветная баночка оказалась в руке. Пошатнувшись, Мэнси тихо вскрикнула и ухватилась изо всех сил за край полки. Стеллаж пошатнулся, но устоял. Быстро спустившись, Мэнси встала ногами на пол, приоткрыла дверь и выглянула наружу. Было по-прежнему тихо. Весь дом спал, ничего не подозревая. Мэнси выскользнула и быстро пошла в сторону комнаты. На полпути Мэнси остановилась, развернулась и бегом отправилась на кухню. Дверь как ни странно была открыта. Девочка бегом достигла противоположной стены, открыла люк в полу и спустилась вниз. В погребе хранились многие продукты, в том числе и мясо. Схватив ближайший кусок, Мэнси выбралась наверх, закрыла крышку погреба и пулей вылетела из кухни. Поднявшись по лестнице, она направилась к своей комнате. Внезапно в конце коридора послышалась возня, звук открываемой двери. Сердце в груди Мэнси забилось с бешеной скоростью, девочку бросило в жар. В панике оглянувшись, девочка мгновенно приняла решение и юркнула в небольшое углубление в стене за статуей горгульи (странное украшение для дома). Зажав рот рукой, чтобы не выдать себя шумным дыханием, девочка вжалась в стену, мечтая слиться с ней в одно целое. Мимо прошла мачеха со свечой в руке, спустилась по лестнице и скрылась за дверями кухни. Мэнси хмыкнула. -Так вот куда еда пропадает, - подумала девочка. Выбравшись из-за статуи, бегом отправилась в свою комнату. Закрыв со своей стороны на ключ, она подбежала к лежащему перед почти погасшим камином волчонку. В комнате становилось прохладно. Накрыв волчонка одеялом, Мэнси подбросила в камин пару поленьев и принялась дуть на угольки. Вскоре у нее от напряжения уже начали болеть щеки, но зато на поленьях появился небольшой язычок пламени, который жадно разрастался, поглощая деревяшки. Волчонок приоткрыл глаза и придвинулся ближе к огню, который излучал тепло и свет. Мэнси откинула одеяло, поставила баночку на пол и открыла крышку. Волчонок потянул носом и чихнул. -Знаю, знаю. Она не очень вкусно пахнет, правда? Мне тоже не нравится. Но это очень хорошая мазь, - объяснила девочка и шепотом добавила. - Она волшебная. А тебе я поесть принесла. Волчонок недоверчиво фыркнул, но послушно вытянул лапу, обнюхал угощение, и за минуту мясо исчезло в его пасти. Девочка толстым слоем нанесла мазь, стараясь слишком не давить, чтобы зверю не было больно. Подбежав к шкафу, она вынула белую простыню и с усилием оторвала от нее приличный кусок. -Можно я завяжу тебе лапу? Сможешь снять потом сам? Волчонок заворчал, и Мэнси решила, что это значит "да". Осторожно замотав лапу, она завязала не слишком тугой узел и спрятала баночку под кровать. Огонь весело потрескивал в камине, от него по воздуху располазось тепло, окутывая девочку. Мэнси накрыла плечи одеялом и прижалась к мягкому волчьему боку. Волчонок снова заворчал, но на этот раз в ворчании слышались нежные нотки. -Тебе нужно уходить, - сказала Мэнси, поглаживая волчонка по шее. Широко зевнув, Мэнси поплотнее закуталась в одеяло и решила, что пожалуй странный зверь может еще немного посидеть с ней и погреться у огня. Ведь на улице так холодно, и ночь к тому же. Не выгонять же его туда. -Кто же за тобой гнался? Что ты натворил? Волчонок вздохнул, положив голову на лапы. В его желтых глазах отражался огонь. -Ты наверно из леса Раннрот. Я слышала, там обитает много странных существ: эльфы, феи, лесные духи. Я никогда там не была. Но очень хотела бы. Может мы погуляем там как-нибудь? Волчонок поднял свою голову и недоверчиво, как показалось Мэнси, прищурился. -Я не испугаюсь, - честно заявила девочка. Волк фыркнул и снова уставился на огонь. Впервые за столько дней бесконечной борьбы и преследований он ощутил себя в безопасности и теперь хотел продлить это чувство как можно дольше. Он знал, что скоро снова отправится в холодную зимнюю ночь, утопая по брюхо в снегу, изнывая от боли, усталости и голода, но сейчас он был в тепле и спокойствии. Волк прикрыл глаза, проваливаясь в блаженную полудрёму. Однако уши по привычке стояли торчком, готовясь различить малейший признак опасности. Мэнси и сама начала понемногу клевать носом, склоняясь все ниже к шее волка. Яркий огонь бросал на их силуэты красные отблески, а на полу вытянулись две угольно-черные тени. Прошло около двух часов, прежде чем волк очнулся из сладкого забытья. Тряхнув головой, он осторожно поднялся, Мэнси сползла на пол и открыла заспанные глаза. Камин снова потух. Волк поднялся, потянулся, разминая мышцы и направился к окну. Мэнси вскочила на ноги, теряя остатки сна. -Ты уже уходишь? - огорченно спросила она. Волк ткнул носом окно. Мэнси с сожалением в глазах распахнула ставни. Ночь, казалось, стала еще темнее. Небо затянуло оранжево-фиолетовыми облаками. Волчонок запрыгнул на подоконник. Зверь повернул голову к девочке, у которой в глазах стояли слезы. Мэнси порывисто обняла врлчонка за шею, зарывшись носом в черную шерсть. Волчонок чуть повел плечом, Мэнси вздохнула. -Надеюсь, мы увидимся еще раз, - произнесла девочка, глядя в желтые глаза. - Будь осторожен, и не попадайся больше. Волчонок слегка наклонил голову, затем присел и , оттолкнувшись, приземлился ровно в снег под окном. Оставляя глубокие следы, он пробрался к забору, молча взобрался на него, спрыгнул с другой стороны и также бесшумно растворился в ночи.