Звёздные гости

Огромный исследовательский корабль "Пятый Ковчег" неспешно летел к намеченной точке прыжка. Первый скачок он совершил выйдя из родной Солнечной системы, второй позволил ему в короткое время преодолеть десяток световых лет. До третьей точки входа лететь оставалось ещё пару дней. И именно это время на корабле было самым скучным. На мостике царила тишина, лишь в одном из кресел экипажа томился дежурный, сонно перелистывая электронные страницы присланных периодических журналов; временами он отвлекался и поглядывал на мигающие огоньки пультов управления. До окончания первой вахты оставалось еще четыре месяца, а всего в пути им предстояло быть почти пять лет, большую часть которых экипаж проводил во сне. Из почти двух сотен бодрствовали лишь десятеро, хотя в экстренной ситуации кораблём мог управлять и один человек, но рисковать, сваливая всю работу на электронику, не хотелось, и при деле были все. Пара ученых, следящие за функционированием и сохранностью исследовательской аппаратуры, дежурные врач с медсестрой, координирующие полёт, навигатор с парой пилотов и три техника, отвечающие за работы всех систем. Прозвучал тихий оповещающий сигнал, и дверь отползла в сторону, пропуская навигатора. Дежурный бросил удивлённый взгляд на часы — сменщик заявился почти на полтора часа раньше. — Скучно, — пояснил тот, опускаясь в соседнее кресло и выводя из спящего режима экран напротив. Субординация держалась на уставном уровне первые дни полёта, а затем быстро становилась очень условной. — Да уж! — потянулся в кресле пилот. — Мы еще в зоне действия маяков, а даже с домом нормальной связи не выйдет, только сообщения слать. — Так вот чем ты занимаешься в служебное время! — хохотнул навигатор. — Ой, кто бы говорил, Фил! Хоть бы историю отправлений подчищал, а то Батька проснётся и будет очень удивлён кучей неучтённых адресов. — Удалю, а то он мне плешь проест, — при воспоминании о начальнике экспедиции мужчина скривился. — Вот ведь чертов формалист, женатый на работе! — Жаль, что нам нельзя было взять с собой семьи, мы же не колонисты. — Но ведь их можно выписать, как только обустроимся, — Фил прикусил язык, мысленно костеря себя, что поднял тему брака: пилот был одним из немногих успевших создать семью и перед отлётом только-только успел понянчиться с родившимися близняшками. Утешение было слабым - даже если планета окажется пригодной для жизни, всё равно детям на момент прибытия будет лет пять. — Что нового из Центра? — перевёл тему навигатор. — Переслали новые файлы с данными для лабораторий и обновления для программ, фильмы разные, книги. Кстати, прислали тут одну статью! — оживившийся пилот открыл файл журнала и быстро начал перелистывать страницы, но найти заинтересовавший материал не успел. Все лампочки приборов загорелись красным и тревожно замигали. Надсадно взвыла сирена. — Кто там жаловался на скуку?! — пилот торопливо защёлкнул ремни безопасности. Филу оставалось повторить его действия, попутно нажав кнопку громкой связи. — Аварийная ситуация! Всем по местам! Проверить крепления грузов, отправляю команду всем роботам зафиксироваться! — Что случилось?! — влетел запыхавшийся второй пилот. — Приборы как будто сошли с ума! Переключаю на ручное управление! — громада корабля стала ощутимо подрагивать. — Автопилот вышел из строя! Маршрут сбился! — навигатор быстро старался проложить новый путь. Сильный толчок заставил корабль содрогнуться. — Готовимся к прыжку! — Сейчас?! — в один голос воскликнули пилоты. "Ковчег" был совершенно не готов к подобным манёврам. — Да! Иначе нас просто разнесёт в клочья! Вокруг уже возникли характерные завихрения! — мужчина с силой вдавил аварийную кнопку, готовя к выбросу сигнальный маяк. — Говорит штурман "Пятого Ковчега"! Произошло спонтанное возникновение аномалии, выйти нет возможности! Точка прихода неизвестна! — стоило убрать палец, как открылся шлюз и отсоединился снаряд с передатчиком и копией бортового журнала. Теперь место незапланированного перехода было обозначено. — Откуда в этом секторе вообще взялась эта мерзость… — пилоты вручную отключали большую часть аппаратуры - при переходе она бы перегорела. Зато заработали небольшие защищенные камеры на носу «Ковчега», позволяющие увидеть завихрения аномалии. — Ого! — присвистнул Фил. — Какая длинная дорога! Я не вижу выхода. — Главное, что четкая, — так и не сдавший пост пилот притянул к себе выдвинувшийся штурвал. — Я веду, готовьтесь перехватить управление. Громада корабля мягко скользнула в образовавшуюся воронку, удерживаемая строго по центру. Спустя минут десять управление пришлось принимать второму пилоту. — Бьюсь об заклад, это самый долгий прыжок за всю историю полетов... — пробормотал дежурный, вытирая пот и пытаясь отдышаться. Напряжение было нешуточным даже для человека с его опытом. — Путь истончается! Быстро ищите выходы! — испуганный возглас только принявшего управление мужчины прозвучал громом средь ясного неба. И действительно, более-менее четкая светлая сфера, цель пути, стала расплываться, а чернота космоса в ней проглядывать и не думала. Что будет, если они не успеют покинуть аномалию, было неизвестно: специально оставляемые дистанционно управляемые зонды просто исчезали. А по бокам, как назло, не проглядывало ни одного темного пятна. Замигали аварийные лампочки, показывая, что нагрузка на корпус приближается к максимальной. — Ребята, сворачиваем, — Фил сам не узнал свой голос. — Иначе нас просто раздавит. — А так — размажет. Хотя деваться нам некуда. Выводи щиты на максимум, будем выдвигать штурвалы. — Дай хоть остальных предупредить, — штурман вновь включил громкую связь. — Готовим аварийный выход! Минутная готовность! Таймер четко отсчитал долгие шестьдесят секунд, во время которых была слабая надежда, что появится выход из аномалии или сам путь стабилизируется. — По моей команде мягко сворачиваем вправо и прямо, — управления принял наименее уставший Фил. — И не при каких обстоятельствах не позволяйте «Ковчегу» отклониться! Готовы? Начали! Огромную тушу корабля сотряс удар… — …евога! Тревога! Экстренный вывод из анабиоза! Тревога! — первое, что услышал Аран, когда сознание начало к нему возвращаться. Некоторое время мужчина отрешенно смотрел на мелькающие перед глазами графики и колонки с данными, потом до него дошло, что это показатели его физического состояния. Ускоренно разбуженный мозг не хотел воспринимать происходящее вокруг, тело слушалось с трудом, однако вбитую до уровня рефлексов последовательность действий выполняло, да и впрыснутые препараты начали работать. Из капсулы мужчина чуть не вывалился, но, покачиваясь, удержался на ногах. Рядом копошилось ещё несколько смутно знакомых людей. На автопилоте Аран отправил в рот стимуляторы и потянулся к выдвинувшемуся из стены легкому скафандру. В процессе одевания удалось всё-таки проснуться окончательно, узнать в смутно знакомых личностях собственный отряд и вспомнить, что в соседнем отсеке должна приходить в себя такая же группа спасателей и что нужно спешить - аварийная побудка не сулила ничего хорошего. *** — Разгерметизации отсеков не произошло, — Аран на ходу глянул показания приборов, заканчивая зачехляться в легкий скафандр, — но это может произойти в любой момент! Соблюдаем осторожность! — и мужчина первый покинул отсек. Шаги раздавались эхом по коридорам. Буквально в паре метрах от выхода первым свидетельством аварийной ситуации был разбитый робот и оставленная им вмятина во внутренней перегородке. Похоже, не выдержали магнитные крепления. — Первая спасательная группа вызывает дежурных! Приём! — Говорит медотсек! У нас заклинило дверь, но пострадавших нет, — спасатель узнал голос давней подруги, Иры. Значит, первая вахта ещё не была закончена. — Мы сможем выбраться самостоятельно. Мостик не отвечает! — Говорит вторая спасательная группа, — вклинился в общий канал хриплый голос, — мы помогаем техникам устранить сбои в работе реакторов и систем жизнеобеспечения. Анабиозные камеры не пострадали. В лабораториях все целы, сейчас присоединятся к нам. — Принято! — Аран отключил связь. — Саманта и Феликс со мной на мостик, остальным проверить обшивку, работу программ и роботов! Дальше по обстоятельствам! Группа слышала весь разговор, и пояснения никому не требовались. Путь до мостика прошел в молчании и показался необычайно долгим. Наконец, не выдержав, женщина нарушила молчание: —Видимых повреждений никаких, странно. — Странно, но это лучше, чем когда половина корабля в хлам разнесена! — фразы, которыми перебросились подчинённые, полностью отражали мысли самого Арана. Что могло произойти? Для обычной аварии слишком малы повреждения, но ведь те, что есть, не сами, же собой случились. Дверь поддалась не сразу. Сбившаяся программа перезагрузилась и признала правомочным доступ, когда спасательная группа уже собиралась резать проход. Пилоты и навигатор сидели на своих местах, обвиснув на ремнях безопасности. — Что случилось?! — спасатели на ходу распаковывали диагностические приборы и наборы первой помощи, на ответ особой надежды не было, но всё же, вопрос вырвался сам собой. — Аномалия случилась, — прохрипел Фил, стараясь сесть нормально. — Что с ребятами? — ремни безопасности отстегнулись, и Аран едва успел его поддержать. Пилотов уже извлекли из кресел и старательно приводили в чувства. — Живы, — сразу же отозвался Феликс, — а пока помолчи! — Фил, а когда ты успел сменить имидж? — спустя несколько минут поинтересовалась Саманта, когда закончила со своим пациентом. — Точно, — хлопнул себя по лбу Аран, только осознав, что в облике навигатора показалось странным, — ты, что мелирование сделал? — Вы о чём?! — возмутился тот, попытался подняться на локтях, но покачнулся. — Какое мелирование?! — Фил, — тихо произнёс более-менее пришедший в себя дежурный, — у тебя на висках седина. *** — Ну, и как это называется?! А как же эти колонии нанороботов, вживленные в наши тела? — начальник экспедиции воззрился на докладчика как на сумасшедшего. Они сидели в одной из медицинских лабораторий «Пятого Ковчега». Прошло уже три года с того момента, как огромный корабль, летящий по заданному маршруту, попал в странную аномалию. — Вынужденный вампиризм, — пожал плечами старший из медиков. — Иначе нам просто не выжить. Все местные жители вырабатывают в своих организмах нечто…м…черт... Мы в мире магии, а пытаемся анализировать её с сугубо научной позиции! Короче, — мужчина махнул рукой и решил использовать привычные термины, — все живые существа вырабатывают гормоны, позволяющие им существовать в этом мире и делать то, что иначе как «магия» не назовёшь. А наши организмы такие гормоны, понятное дело, не могут производить. «Научить» свои тела вырабатывать нужные гормоны не получится, и нанороботы не помогут, они лишь усилили наши физические показатели, остаётся только получать извне недостающие элементы, а больше всего этих гормонов в свежей крови. Конечно, придется преобразовывать нашу пищеварительную систему, да и организмы в целом, но иного выхода нет. — Что мы делаем с собой, Каспар? — командир «Ковчега» потёр лицо руками. — Ведь после этого мы никогда не сможем вернуться домой. — Ты всё ещё думаешь, что это возможно? Знаешь, я разговаривал с психологами, и они признались, что никто из экипажа уже в это не верит. Штурманами до сих пор не найдено ни одного знакомого ориентира, корабль повреждён и не может работать в полную силу. А лететь обычным ходом… Знаешь, это даже не смешно. Нам надо принимать радикальные меры, иначе не за горами первый случай суицида! — Что?! — пальцы сжали подлокотники с такой силой, что крышки, закрывающие встроенные панели управления, помялись. — И мне не сказали?! — Люди оказались неизвестно где, с весьма призрачными шансами на возвращение, рядом прекрасная обитаемая планета, но они уже третий год вынуждены сидеть в «Ковчеге» почти безвылазно, потому как без защиты погибнут там за считанные часы. Это большой стресс, — перечислял Каспар как само собой разумеющееся. Слушая его, командир мрачнел все больше. С момента переноса на него навалилось столько всего, что времени обращать внимание на не требующие немедленного вмешательства проблемы просто не осталось.— Добавь сюда отсутствие конкретной цели, набивший оскомину рацион, мелькание одних и тех же лиц, и картина получится совсем безрадостной. После серии операций мы сможем ходить по планете без скафандров, общаться с аборигенами, есть местную пищу без боязни отравиться. — Побочные действия есть? — подозрительно прищурился собеседник. — Конечно. Какое-то время мы не сможем переносить свет местной звезды, и останутся аллергии на некоторые вполне безопасные для местных вещества. Зато мы станем гораздо сильнее физически и сможем перенять часть способностей доноров. — Замечательно. Это ведь не все плохие новости на сегодня? — Мы все бесплодны, — начальник экспедиции смог только беззвучно открыть и закрыть рот. Медик вздохнул. — Это не сразу стало ясно. У нас за это время сложилось несколько пар, и вот они захотели обзавестись детьми. Конечно, при условии, что мы решимся на колонизацию планеты. Я их обследовал но... — Каспар развел руками. — Они оказались стерильны, хотя в начале экспедиции были полностью здоровы. Забеспокоившись, я провел внеплановый медосмотр остального экипажа, - помнишь, ты еще ругался на Севу, что я слишком часто требую сдавать анализы? – так вот, вынужден огорчить, исключений нет. Мы все бесплодны. Виктор! Виктор! — Каспар схватил замершего мужчину за плечи и встряхнул. — Зачем тогда всё? — прошептал он. — Местная цивилизация не сможет воспринять и малую часть наших знаний и технологий, передавать их будет некому. — Не всё так плохо! После всех манипуляций продолжительность наших жизней увеличится многократно, фактически мы будем бессмертны! К тому же, мы можем брать на воспитание маленьких детей, мало ли здесь сирот! — Значит, проекту «Дракула», или как вы его там назвали, быть, — очень спокойно ответил Виктор. — Всё хорошо. Я уже успокоился, не смотри так. Просто был шокирован. — Протяни руку, — медик достал подготовленный шприц. — Это успокоительное. Давай-давай, тебе это необходимо, даже если ты сам считаешь иначе.