Физика и как с ней бороться

Шел мокрый снег, а я шел в наушниках и капюшоне, не замечая никого на своем пути. Больше ни разу не приду к нему на урок. Он меня задрал, мразь. Ебаный придурок. Лучше у меня будет тройка по физике в аттестате, чем я приду к нему. Домой я вернулся почти вовремя. Его урок был последний, поэтому от мамы не последовало вопросов. Но вот про синяки она снова решила поинтересоваться: - Паш, ну что это такое? Тебя избили, что ли? - нет, мам, упал. А ОНА КАК ДУМАЕТ?! - Нормально все. Это первый и последний раз. Я просто сам нарвался. - Точно?! - Да. Она снова посмотрела на меня этим ее маминым взглядом, когда она знает, что ты ей что-то не договариваешь, но не спрашивает. После того как кончился шестой урок, я получил сообщение от Ксюши. Она спрашивала обо всем кроме своего брата. Такое чувство, будто ничего не было. Будто ничего, что она вот так поступила со мной, собственно бросив в беде. Но Ксюша ничего не спрашивала об этом. Может я уже в больнице? Ей все равно? Я написал ей, что сильно устал и что пошел спать, а сам снова погрузился в мир музыки и в конце концов тоже уснул. Вечером принялся делать уроки, чтобы снова хоть как-то отвлечься. В голове роились мысли, которые я хотел, но не мог остановить. О нашем поцелуе с Ксюшей я думал больше всего, потому что на ее месте был он. Совсем скоро опять соберёмся у меня на даче, пока еще не очень холодно, и я надеюсь, что хоть там я смогу забыться. Утром безумно не хотелось вставать, поэтому я просто решил, что прогуляю сегодняшний день, да и на самом деле, как оказалось, у меня поднялась температура. Мама укутывала меня, стараясь поставить на ноги в самый короткий срок. Давала таблетки, и, когда она принесла третью, я уже даже не спрашивал от чего и для чего она. Я просто ее выпил. Написала Настя: - Привет, Паш, ты где сегодня пропадаешь? - Я заболел. - А не физик ли тебя до болезни довел? Ой, прям ха-ха как смешно. - Нет, я простыл. Еще вчера не очень хорошо себя чувствовал, ну, я же тебе говорил. - Ну, да, говорил. Когда в школу-то? А то и Лизы нет, мне скучно. - Завтра, может, уже приду. - Обещаешь? - Обещаю. И я снова уснул. *** Конечно, эти два дня, которые я сидел дома, выдались не очень продуктивными. Но настала пятница, и я был обязан пойти в школу, потому что и так уже много пропустил. Ну, это мне мама так говорила. На самом деле, действительно, чего дома-то сидеть. Я уже хотел на стены лезть от того, что делать нечего. В школе может хоть как-то освежусь. Хотя зря, наверное, я не подождал еще хотя бы денек. Угадайте какой был первый урок? Конечно же, физика. И кто самый-самый неудачник? Конечно же я! Я пришел в школу где-то за десять минут до звонка. Многие уже пришли, и пришел сам физик и поздоровался с нами. Его лицо такое красивое, я не мог оторвать от него глаз. Одежда как всегда идеально сидела на нем, он легким движение руки открыл дверь, с пренебрежением посмотрел на меня и зашел в класс. Сказав, чтобы мы заходили, он куда-то ушел. Но, как только мы вошли, прозвенел звонок, и в класс зашла Виктория Владимировна, которая была явно зла и физик за ней: - Сазанов, выйди со мной, пожалуйста, - она посмотрела на меня, махнула рукой и толкнула дверь. Как всегда. Прошло два дня, а он не успокоился. Он сам виноват, что я накричал на него. Она сейчас точно заставит извиняться перед ним. Я не хочу и не буду, буду стоять до последнего. - Объясни мне, что произошло? Сергей Алексеевич говорит, что он больше не хочет допускать тебя до уроков. - Да, Виктория Владимировна, он сам меня спровоцировал! - Ты чего кричишь? Я просто хочу узнать с твоей стороны. Из класса вышел физик и встал, сложив руки на груди, около меня. И, конечно, же передним не хотелось рассказывать в красках классной руководительнице о том, как он меня достал. Было действительно много всего, чего не нужно знать ей, например, про Сашу. Ведь, если у них и была какая-то интрижка, от которой, кстати, последнее время ничего не осталось, то она будет рада послушать такие истории. - Что ты молчишь? Я тебя слушаю! - сказала Виктория Владимировна, когда я отвернулся к окну. Не только ты меня слушаешь, ага. - Ну, я не доволен тем, что Сергей Алексеевич каждый урок спрашивает только меня. Он даже не открывает журнал, чтобы сверить оценки. И я бы еще не так расстроился, - ага, расстроился, да я, блять, был зол настолько, что хотелось поставить еще один синяк на его прекрасном личике, - если бы он спрашивал после меня еще и других, но этим счастливчиком всегда остаюсь я. Почему так? Мне неприятно, что ко мне какое-то иное отношение, нежели к другим. Они стояли, уже оба сложив руки на груди, и переглядывались. - Ну, мне хочется, чтобы ты знал мой предмет, полугодие ты начал не очень хорошо. Там двойки у тебя. Поэтому ты должен исправлять их! Ты лучше расскажи, почему ты ругался у меня на уроке. Классная заинтересованно подняла брови, без слов сказав: "Да уж, потрудись объяснить!". - Я просто был на нервах, там день не задался, - я развел руками и пытался как можно обаятельнее улыбнуться. Потому что ничего другого я не мог ответить на это. Нет, а что? Сказать, что я ревновал или что его любимый мне надавал в нос? Хотя там я сам виноват. - Так, Павел, знаешь, что, - снова заговорил физик, - я тебя предупредил насчет того, чтобы ты больше ко мне на уроки не заявлялся. Сейчас, кстати, именно поэтому мы тратим драгоценное время. Ты хочешь оставаться хорошистом? Я жду твоих извинений. Сука. Когда он уже соскребет свой нос?! Когда-нибудь, я опущу его голову и прижму к полу, чтобы не высовывался! - Я понял вас, можно я только вещи из кабинета заберу?! Классная задержала меня рукой. А физик безразлично пожал плечами и зашел в класс. - Ты что говоришь-то такое?! Ты совсем?! Последний год учишься! Я понимаю, что у вас отношения не заладились, но ты его потом даже не увидишь, разве заниженное чувство собственного достоинства на несколько месяцев дороже аттестата без троек?! Сазанов! Чтобы подошел и извинился, - я пытался возразить, но... - Я СКАЗАЛА, СЕЙЧАС ЖЕ! - Ну можно после урока, я не хочу позориться перед всем классом. - Обязательно! Чтобы завтра ты уже был у него на уроке и как миленький отвечал на все, что он спросит! О, эти стереотипы об уважении... Я видел его член рядом с лицом гопника. КАК Я МОГУ ЕГО УВАЖАТЬ?! Ну, конечно, может быть из-за того, что он мой учитель, но... НЕТ. ХЕР ЕМУ. Но мне действительно нужна была это чертова четверка в аттестате, поэтому я должен пойти к нему и извиниться. Благо, я выиграл время, попросив извиниться после урока. Я мог спокойно пойти и побить стены, чтобы выбить всю злость. Что я и сделал. В капюшоне, как какой-то аутсайдер, ходил по коридорам и ударял стены. А что, если он поведет себя как баба и скажет, что ему не понравились мои извинения, я ведь не собирался распинаться перед ним, бросаться на пол с мольбами о прощении. Не для него моя роза цвела. Я прошагал все коридоры в школе, чтобы у меня и силы на злость не было, потому что, зная мой характер, я действительно непредсказуем, могу и в рожу дать ему. Когда прозвенел звонок я пошел к нему в кабинет. Я дождался, когда весь класс выйдет. Настя, проходя мимо меня, пожелала мне удачи. Именно она мне сейчас не помешает. Когда в кабинет опустел, я глубоко вздохнул, постучал и заглянул в дверь: - Можно? - я старался быть очень и очень нейтральным. - Да, я тебя слушаю, - бесит меня. - Сергей Алексеевич, я хотел извиниться за свое поведение, - я потер кулаки, которые немного ныли от того, что я прошелся ими по всем стенкам, а где-то даже проступало немного крови. Кажется, я переусердствовал, подавляя свой гнев, - я был не прав и признаю свою ошибку. Хотя, если бы у меня не ныли кулаки, такую фразу я бы вряд ли смог из себя выдавить. - Паш, я понимаю, что это для тебя унижение, - но ты этого хочешь, я знаю, - и я совершенно не хотел с тобой ругаться, но ты сам себя так повел. Если бы я не заставил тебя извиниться, то ты бы покатился в пропасть, - в которой ваш любимый сейчас, - это педагогика, - он развел руками, сидя в самой расслабленной позе, как всегда на своем троне. Судя по всему, синяки уменьшались, а вот его самоуверенность и самолюбие увеличивались. - Я вас понял. Я стоял на месте и ждал, когда он спросит про дополнительные уроки или что-то еще скажет просто про уроки, но вместо этого он лишь, смотря мне в глаза, бросил: - Всего доброго, Павел, - и я вышел из класса. Кажется, не зря я немного убил свои кулаки, иначе сейчас бы я их размял на нем. Прозвенел звонок, так как перемена была не очень большой, и я потащил свой зад в класс русского. Нам дико повезло, и учительницу где-то носило почти целый урок. В итоге, мы успели обсудить всю эту ситуацию: - А что у вас с физиком-то происходит? - спросил Марк, который сидел позади меня. - Да он кажется совсем тронутый, когда он так среагировал на слово гомофоб, я это понял, - я немного улыбнулся. - Да мне кажется он гей просто, вот так и бесится, напридумывал себе что-то там у себя голове и пытается за правду выдать, - Марк и, сидящая около меня Настя, тоже улыбались. - А что насчет твоего дня рождения? У меня на даче или мы негромкие будем и дома можно будет? - Мы? Негромкие? Это ты сейчас так пошутить решил? - Марк посмеялся, пытаясь пошутить. Смешно, смешно. - Ну, я подумал, может, у тебя небольшая компания будет. Ты давай сейчас решай, потому что заранее надо. Считай неделя осталась всего. - Ну, да. Я думаю, лучше у тебя на даче. Там и места больше, и мы тебе поможем убраться. - Неужели! Я дождался, когда вы будете мне помогать убирать после себя хлам? - я не пытался его задеть, просто была попытка пошутить. - Да-да, не бойся, в этот раз поможем. - Ну тогда забились. Через неделю. В следующую субботу у меня на даче. Кого звать-то будешь? - Думаю, из наших только. Да и у меня кроме вас никого нет больше. Своих, если хочешь, конечно же тоже зови, я не против, твоя дача, так что, - Марк улыбнулся и в этот момент зашла в класс учительница, и мы все повернулись к ней. От урока на самом деле оставалось не так много. Минут 15, но она все равно немного с нас спросила. По русскому всегда была пятерка, поэтому, о боже, я вас умоляю, я был бог в этом предмете. Да и учительница меня любила. На самом деле, меня любили многие учителя, я бы сказал относились ко мне, оценивая мое обаяние и очень редкий юмор. Все привыкли к моим выходкам. Вот только физик не поддавался моему обаянию. Дальше была алгебра и, конечно же, она спросила, подошел ли я к физику и где я был два дня. Интересно, почему она не начала вообще с этого сегодня с утра? - Паш, ну ты же знаешь, что тебе эта четверка нужна. У тебя вроде всегда 4 была, что с тобой сейчас-то? - Я не знаю. Как-то с той учительницей было проще. И да, я все понимаю. - Постарайся с ним больше не ссориться, хорошо? - Да, хорошо. Я старался забыть о нем, думая о предстоящей (давайте будем откровенными) пьянке. Потому что я наконец смогу отвлечься действительно хорошенько. И я даже думал позвать туда Ксюшу. Может, она проявит свою инициативу снова? Тогда я уже не смогу ей противостоять. В какой-то степени можно даже сказать, что я даже немного мечтал о ней. Ну, мне 17, хотелось чего-то нового... Ага. Я ПРОСТО ХОТЕЛ ХОРОШЕГО СЕКСА. И, если честно, надеялся, что хоть это заставит меня не думать о нем. Урок алгебры прошел очень быстро, да как и все уроки. Я после болезни хотел очень спать, хотя спал эти двое суток. Да, именно об этом мечтает каждый одиннадцатиклассник. Поверьте мне на слово. И когда уроки кончились, я понял, что сегодня мне нужно топать к нему. *** После уроков я спустился к его кабинету, а он уже закрывал его, будто хотел показательно закрыть дверь перед моим носом и уйти. - Сергей Алексеевич! А как же консультации? - Я думаю, ты и так самый умный и в них не нуждаешься. Тебе это не нужно, мне тоже. Как он, когда смотрел на меня с таким серьезным лицом, говорил такие вещи? Вообще, как можно быть таким серьезным?! Я бы давно рассмеялся. О, боже. Отвратительный человек.