Физика и как с ней бороться

Вернувшись домой после школы, я снова вспомнил его. Как он приближался ко мне, сокращая расстояние между нашими лицами. Если он догадывается о моих чувствах к нему, то это очень и очень плохо. Хотя, о чем я вообще? Какие чувства? Я сам-то еще в них не разобрался и, надеюсь, разберусь не в его пользу. Но я думал о его руках, о том, как они поправляют его идеально уложенные волосы. Я вспоминал, как он отшучивался по поводу своего синяка и разбитого носа. Мои губы сами по себе расползались в улыбке, он был таким милым, когда спал у меня. Хотелось вернуть этот день и не будить его еще пару часов, чтобы вдоволь налюбоваться. Какой же он красивый... Паша, ТВОЮ МАТЬ, О ЧЕМ ТЫ ДУМАЕШЬ?! Но как бы я не пытался себя прервать, мне хотелось утопать в этом чувстве, улыбаться, смеяться над его неловкостью тогда, когда я его спас, вспоминая, как он думал, что я хочу его закадрить. Когда он называл мое имя, я каждый раз хотел слышать это снова и снова, чтобы он постоянно это делал, а еще чтобы его рука была на моем плече, а я, как маленькая девочка, просто растворялся в его объятиях, насколько же он приятный, мягкий, его аромат... - Кажется, Паша влюбился, - произнес я, смотря в потолок. И что теперь делать? Собираться в кучки с фанатками этого нахального красавца и рисовать плакаты в его честь? Нет, надо было действовать более разумно. Но как действовать "разумно", если разум просто был помешан, взбудоражен, раздавлен даже? Что я должен сделать? Перебарывать в себе это чувство только потому, что это не принято обществом? Но мне же не с обществом этим встречаться. А что если он на самом деле против этого? Что если Саша пытался его "переучить", а он был очень против этого? Что если он именно из-за этого бегал от него? Но Сергей Алексеевич не похож на гомофоба. Только его костюмы чего стоят. Господи, я просто его ученик, который лет на семь его младше, я точно не в его вкусе. Отказываться от этого чувства, которое наполняло меня, мне совершенно не хотелось, в душе все цвело. Постоянно преследовало ощущение, будто каждый раз, когда мы смотрим друг на друга, внутри меня распускались красивые белые пионы, которые наполняли меня, делали живым. Ведь раньше я не мог просто так после всего отвратительного, что происходило со мной, лежать на кровати и улыбаться во все тридцать два. Я очень сожалел, что завтра и в понедельник его урока нет. Я уже считал дни до вторника, когда я снова с ним увижусь. Я помешался, я просто помешался на нем... Через неделю я не смогу, я просто не смогу отвлечься даже целой бутылкой водки от него, теперь я знаю в каком районе он живет, поэтому я нажрусь и буду ходить по этому двору и звать его. Я уверен в этом. *** Конечно, эта неделя текла очень медленно, на его уроках я любовался им. Интересно, а мои зрачки размером с Юпитер сильно меня выдавали? Думаю, очень, но до меня никому не было дела на уроках, поэтому я мог спокойно хоть лежать на парте и ждать, когда меня заметит именно Он. Он разрешил снова оставаться после уроков с ним, чтобы он помогал мне, не знаю, что на него нашло. Я как послушный мальчик отвечал на его вопросы. Но чувствовал себя какой-то девочкой-подростком, у которой шалили гормоны. Я то ненавидел его тихо, то восхищался им. Шла суббота, самый нелюбимый день недели. Мало того, что я не могу попялиться на него, так еще и химия с обществознанием были, самые скучные уроки. Если не жалко, то сложитесь мне на мыло и веревку, пожалуйста. Проходя его кабинет, я невольно, нет, я специально заглянул туда, а он в это время посмотрел на дверь. Упс... - Сазанов! - увидел меня он, конечно же. - Здравствуйте, Сергей Алексеевич. - Да, здравствуй, сегодня не останешься со мной после уроков, а то тогда пропустили? Блять. Мне после шестого урока надо было лететь пулей на дачу, чтобы там убраться, да и Марк попросил помочь с подготовкой. - Я бы с радостью. Просто сегодня у друга день рождения. А как-то в другой день вы не можете? - Пьянствовать вместо получения знаний, не одобряю, Сазанов, не одобряю, - он прищурился и приблизился ко мне, улыбаясь. - Я не... - Иди уже куда шел, - и сам учесал в кабинет обратно. Ну и ладно. Надеюсь, он не обиделся снова на меня. Все только наладилось, я больше встрясок не потерплю. *** Шестой урок тянулся дольше всех. Особенно его последние 10 минут. И как только прозвенел звонок, я уже выходил из класса и кричал Марку: - В два тридцать около моего дома, едем на такси. А сам понесся домой. Вечер обещал быть незабываемым. Мы приехали в дом в тихой местности, где был слышен только стук поезда и отдаленный свист машин. Когда я был маленький, мы с бабушкой проводили тут все три месяца лета. Быстро забежав в дом, я включил печку, чтобы немного согреть помещение, в котором никто не жил уже полгода. - Я украшаю! - схватилась за шарики Настя, которая вызвалась добровольцем в организации уюта. Я ей улыбнулся. Мы включили подвижную музыку, потому что до прихода гостей оставалось всего лишь сорок минут. Подключили все необходимую технику, соединили два стола - с кухни и из столовой, чтобы все съедобное там разложить. Хотя, из съедобного у нас было очень мало. Я услышал стук бутылок, о, кажется это идет Антон. - Привеет, - с распростертыми объятиями встретил я его, - а мы вас уже заждались, - я кивнул на пакеты, и Антон начал расставлять все на столе. - А я все! Ну как? - смотрела на свою работу Настя, - круто же получилось. - Да, симпатично, ты как всегда на высоте, - я чмокнул ее в щеку и приобнял за талию. - Тогда я танцевать. - Кто успел стащить бутылку со стола уже?! - возмущенно прокричал Марк, а Настя в ритме вальса упорхала в комнату, пряча ту самую бутылку за спиной, но не учла того, что она шла к нам именно спиной. Нда, ну и чудачка. Начали подходить гости, громкость музыки увеличивалась, а я уже успел перехватить пару глотков. - Пашаа! - прокричала Ксюша за моей спиной. - О, привет, - я прижал ее к себе, нахально полапал за задницу, пока целую, а потом с трудом оторвался от ее губ, - все для вас, - я указал на стол, а сам пошел подальше от нее. Нахера я ее позвал только? - Я кстати Сашу тоже пригласила, - ЧЕГО?! - Зачем? - А он спросил куда я, вот я ему и сказала, а он сказал, что придет с другом. - Если что, то свободных комнат с кроватью нет. Она засмеялась и уточнила: - Ну я же говорю с другом. - Ну, я о том же. Ее улыбка медленно сползла с лица. Лол, наивная, до сих пор думает, что ее брат натурал. Ага. Натуральнее его только я. Я в конце концов смылся подальше от нее. Марк принимал поздравления, все выпивали, танцевали. Все кружилось в голове или в настоящем мире. Я уже чувствовал, что пьянел только от одного запаха и решил выйти на улицу подышать. Шел снег, было свежо, а я стоял в одном свитере и пялился в небо. Какое же оно черное. Снежинки медленно спускались мне на лицо, а я стоял и смотрел вверх. Минут через десять, я почувствовал, что замерзаю и снова зашел в дом. Решил, что на сегодня с меня хватит и сел на диван. Слушал музыку, смотрел на всех тех, кто уже был совсем в стельку, и смеялся. Посмотрел на вход, в дом заходили физик с Сашей. ФИЗИК С САШЕЙ? КАКОГО ХЕРА?! Саша пошел, судя по всему, искать Ксюшу, а я поднялся на ноги и направился к Сергею Алексеевичу. - А ты что тут делаешь? Тебя не приглашали. - Меня Саша позвал, сказал, что ему надо найти его сестру, мы сейчас уедем, не волнуйся. - А я рад, что ты пришел, оставайся тут, посидим, поговорим. - А я смотрю ты уже с другими "наговорился". Вы тут давно, что ли? - Часа два, - он, подняв брови от неожиданности, посмотрел на меня, но я продолжил, - ты знаешь, я рад, но, если бы ты пришел без своего парня, я был бы больше рад. Вот. - Какого нахер парня? Ты что несешь? Он оттолкал меня в сторону. - А что ты меня толкаешь? Я тебе жизнь спас и достоин только твоих толканий?! Да как ты вообще смеешь?! Его взгляд упал на дверь, и он открыл ее: - Со мной пройдемте, пожалуйста, - он схватил меня за руку и закрыл дверь. Тут было намного тише и свежее, мы как будто вышли на улицу. - Ну и какого нахер парня? Что ты несешь? – он поправил свою челку и развел руками. - А Саша твой, еще скажи, что он не твой парень. Я видел, как он тебе делал минет! - ЧТО?! - его глаза округлились, а рот открылся. - Да, а что не так? Я все видел, что вы там вытворяли, а ты говорил, что ты гомофоб. Ты такой смешной. - Он ничего такого не делал! Тебе показалось! - Показалось, как твой член был у его лица? - я рассмеялся ему в это самое лицо, - ну ты даешь, физичек. - Паша, это уже мое дело, тебе вообще не стоит в него лезть. - А я думал, когда ты мне на ушко шепотом так говорил, то ты мне как бы намекал, а на самом деле я всего лишь твоя игрушка, да? - Паша, ты пьян, сегодняшний разговор стоит перенести на завтра, если не на послезавтра. - А что это на завтра-то? Я в тебя влюбился как десятилетняя девчонка, а ты это понял и решил поиграться. - Паш! Ты сейчас нахер огребешь! Я тебе по лицу дам, лучше помолчи. - А я не буду молчать. Я буду делать, что хочу! - О, господи! - Кстати делать то, что я хочу, я тут давно хотел... Я подошел к нему ближе, схватил его лицо и поцеловал его. О, какими нежными были его губы, которые... а где они?! Я открыл глаза, а около меня уже никого не было, только открытая дверь. Мои губы были влажными то ли от того, что я их облизнул, то ли от того, что он мне ответил на поцелуй. Какой же я дурак.