Я дождусь

POV, Гарольд Поттер-Блэк Обычный рабочий день закончился для меня сюрпризом. Меня вызвали прямо с совещания (и хорошо, что вызвали, иначе я бы проклял Министра и его Первого Заместителя за трёхчасовую занудную лекцию о политическом механизме Министерства Магии) в больницу Святого Мунго. Меня обычно не вызывают на опознания, а моего заместителя Дина Томаса, но именно сегодня он со своей группой отправился на трёхнедельные учения в военно-магический лагерь, оставив все дела на меня и своего заместителя. Переместившись в холл больницы (мне как постоянному пациенту Св. Мунго дали разрешение на свободную аппарацию внутрь больницы и включили в систему защиты) я как всегда прошёл под восторженно-влюблёнными взглядами медиведьм, целителей и пациентов (как же они меня бесят) по коридору на встречу дежурной группе. Глава отряда Быстрого Реагирования аврор Симус Томас-Финиганн (мой бывший однокурсник) встретил меня приветливой чуть проказливой улыбкой. — Командир, — шутливо поклонился он. Этот полувампир всегда импонировал мне. — Привет, Симус! — поприветствовал его я, подходя ближе, и пожал ему руку. — Что произошло? И почему меня в срочном порядке сорвали с совещания? — А то ты не рад, — ухмыльнувшись, произнёс он. — Случилось кое-что интересное, и думаю, ты сам захочешь на него взглянуть. — Него? — поднял бровь я, зная, как этот жест действует на подчинённых. Финиганн лишь усмехнулся и покачал головой. Совсем меня не боится. Наверное, теряю форму. — Да, Его, — кивнул он, — Нам полчаса назад поступил вызов из Хогсмида, и там мы нашли бессознательного мужчину. Я бы не стал тебя срывать с совещания, если бы не то, что он, кажется, прибыл из другого времени. — Вот как… — задумчиво протянул я. А вот это уже интересно. Путешественников ещё у нас не было. — Ты же знаешь, — понизил голос аврор, — что я чувствую такие вещи. И ещё он мне кого-то напоминает, всё не могу вспомнить кого. — Ясно. Спасибо за информацию, Сим, — улыбнулся я однокурснику. — Держи меня в курсе дела. — Нет проблем, кэп, — отсалютовал он и ушёл. Покачав головой, я осторожно открыл дверь палаты и вошёл внутрь. На узкой кровати лежал бледный до синевы мужчина лет двадцати-двадцати трёх. Его глаза были чуть прикрыты длинными пушистыми ресницами, отчего я не смог различить их цвет. Хотя это мне показалось очень важным. С чего бы это? Симус был прав, лицо этого молодого человека было действительно знакомым. Он мне кого-то напоминает. Но вот кого? Чёрные ресницы дрогнули и на меня посмотрели две бездны антрацитовых глаз, которые я встречал только у одного человека. Неужели, он?.. Нет, не может быть. Такие глаза я видел только у покойного мастера зелий Северуса Тобиаса Снейпа. Но зельевар мёртв уже как семь лет. У Снейпа глаза всегда были холодны как лёд, в них никогда не было видно эмоций в отличие от этого молодого мужчины. В его глазах было видно страх и … восхищение? Странно. Я подошёл ближе к кровати, создал мягкий стул и сел на него, рассматривая мужчину. В глаза сразу бросилась чрезмерная бледность кожи, явно вызванная большой потерей крови, и какой-то болезнью. Длинные ресницы отбрасывали тень на крупные круги под глазами, делая лицо более болезненным. Худые ключицы выглядывали сквозь полосатую больничную пижаму, длинные пальцы нервно теребили одеяло, которое прикрывало худое бледное тело. Моргнув пару-раз, я откашлялся. — Добрый вечер! — произнёс я, следя за реакцией мага, тот странно вздрогнул, чёрные зрачки расширились, а взгляд из восхищенного превратился в настороженный. — Меня зовут Гарольд Поттер-Блэк — я Глава Английского отделения Аврората. Я здесь, чтобы задать Вам несколько вопросов. Услышав мою фамилию, он сначала округлил глаза, а потом с такой ненавистью посмотрел на меня, что впору было удавиться. И именно этот взгляд сделал его еще больше похожим на мастера зелий. И, наверное, именно это заставило меня сказать это вслух. — Знаете, — тихо начал я, мой голос немного охрип от воспоминаний, вдруг нахлынувших на меня. Много лет я старался не вспоминать о нём. Не помнить его бледного лица, бархатного голоса, длинных тонких пальцев… Я старался забыть его, но видно не получилось, — Вы мне напоминаете одного человека, правда, его сейчас нет в живых, — я на секунду запнулся, отгоняя видение об окровавленном зельеваре подальше. Еле как, подавив эмоции, я продолжил: — Он очень похож на Вас. У Вас такие же глаза — антрацитового цвета, очень редкий цвет. Передаётся по наследству всего в двух родах. Принц, — он дёрнулся, будто я его ударил, когда я произнёс фамилию моего бывшего профессора, — и Певерелл. Но так как последний род ушёл в тень (вернее никого из этого рода не осталось в живых, кроме меня), то я могу предположить, что вы Принц. Как Вас зовут? Из какого вы времени? — я также как Симус почувствовал, что молодой человек не из нашего времени. У путешественников всегда остаётся отпечаток их времени, откуда они прибыли и их легко можно отличить от других магов. Этот маг явно прибыл из прошлого. Не слишком далекого, примерно 15-20 лет он преодолел, чтобы появиться здесь. Маховиков с такими мощными параметрами не существует, самое большое расстояние, которое можно преодолеть это 5 лет, такой маховик хранится в Отделе Тайн, на третьем этаже в Отделе Опасных Артефактов. Возможно, этот молодой человек использовал какое-то древнее заклинание или ритуал. Больше ничего в голову не приходит. — Я не понимаю, о чём вы? — он растерянно посмотрел на меня, ожидая ответа. Он что не знает, как попал сюда? — В каком смысле, из какого я времени? — Хм… Вы не знаете? — он недоумённо покачал головой. Возможно, он и правда не знает, как попал сюда. Я видел, что он не лгал. — Дело в том, что вы не из нашего времени. Возможно, из прошлого или даже будущего, — начал объяснять я. — Ваша аура и магия не привязаны к этому времени, значит — вы путешественник. Вы использовали Хроноворот или какой-нибудь ритуал? У Вас есть цель, с которой Вы прибыли в 2005 год? Мужчина ошарашено уставился на меня, открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. Потом он более-менее пришёл в себя, и заикаясь произнёс: — К-какой? — его голос походил на карканье вороны. Антрацитовые глаза смотрели на меня в немом изумлении, выискивая подвох или ожидая, что я скажу, что это всё шутка. Но я разбил его надежды. — Сегодня 25 декабря 2005 года. Рождество. С Рождеством, Вас мистер… — я не знал, как его зовут. Он замолчал, а потом посмотрел на меня пустым взглядом, от которого у меня внутри всё перевернулось. — Северус Снейп, — глухо представился он. Не может быть! Он Северус Снейп?! Конечно, он похож, но… Невероятно! Мерлин… Я уже и не надеялся когда-нибудь увидеть его. Пусть и более молодую копию, но… Дыхание спёрло, а воспоминания нахлынули вновь. Когда я понял, что влюбился во мрачного, саркастичного, нелюдимого мастера зелий? Наверное, на курсе шестом, а может даже и пятом. Да, точно пятом. Я стал наблюдать за ним, как раз после истории с Омутом Памяти, и чем больше наблюдал за ним, тем больше влюблялся. А Северус ненавидел. Мерлин! — как он ненавидел меня, что мне иногда хотелось удавиться или пойти и сброситься с Астрономической Башни. Я ночами грезил о нём, а днём старался не краснеть от слишком откровенно-эротических снов с его участием, что снились мне каждую ночь. А потом была война и Северус погиб. И часть меня погибла вместе с ним. Тогда я вступил в Наследие и обрёл отца, который мне помог справиться с его потерей. Я так и не смог полюбить кого-нибудь. Даже другие мужчины и женщины, демоны, эльфы и вейлы — не привлекали меня в качестве партнёров. Хоть я и лишился девственности, но из чистого любопытства (я был в доминирующей позиции), да и когда стало совсем невмоготу. Потом была учёба. Сначала у отца в Инферно, потом в Академии Магических Рас (которая находится на преткновении миров). В ней обучаются демоны, достигшие первого совершеннолетия — 100 лет, а также другие расы, такие как: вампиры, эльфы (в основном дроу, но иногда можно встретить светлого эльфа, лесного и даже воздушного), вейлы (тёмные и демонические, светлые там учиться боятся), наги, нэко, кицунэ, сирены, истинные оборотни (а не то, что эти шавки из стаи Сивого. Истинные — настоящие оборотни, которые могут превращаться по собственному желанию, в независимости от фазы луны), сильфы (духи воздуха), саламандры (духи огня), гарпии, горгоны, орки, тролли, гоблины и гномы. Все они учатся вместе, постигая науки и получая мастерства по способностям и дарам. Именно в Академии, в которой я проучился без малого 80 лет — я получил свои мастерства. После Академии и церемонии принятия титула Наследника, я вернулся в Верхний Мир (на Землю), немного попутешествовал с год и вернулся в Англию. Вернувшись, я принял наследство и Титулы, став лордом Поттер-Блэк и герцогом Певерелл (но об этом никто не знает, кроме гоблинов, которые как, оказалось, являются моими вассалами, как и все магические народы, живущие на Земле), я поступил в Академию Авроров и отучился там один год. После окончания Академии, которую я закончил просто блестяще к изумлению, инструкторов и ректора (Главы Академии), они списали мои достижения на последствия войны. Я пошёл работать аврором в Отряд Быстрого Реагирования, который создали после войны для поимки особо опасных Пожирателей Смерти, которые остались на свободе. Через год я уже возглавил его. На моём счету было больше шестидесяти пойманных мною Пожирателей, да и как маг я был силен, так что на одном из заседаний мою кандидатуру выбрали на пост Главы отряда. После этого моя карьера стремительно летела вверх, и через три года я стал самым молодым Главой Аврората в истории Министерства Магии. Но это всё не радовало меня. Я бежал от самого себя, загружаясь работой по самую макушку лишь бы не думать. Как у всех демонов, у меня должен быть Партнёр. Но я его не чувствовал. Я не знал, жив ли он или мёртв, родился или ещё не родился. Его просто не было. А проведя ритуал, понял, что мой Истинный умер. Умер, как раз перед тем, как я вступил в Наследие. И от этого хотелось выть. Я не смог уберечь своего Партнёра. Да я даже не знал о нём! Спасибо, хоть меня Люц просветил насчёт него, но я не уберёг его. Я не смогу быть счастливым ни с кем, кроме Истинного Партнёра. Такова воля Смерти. Все её Дети, должны быть счастливыми, только со своими Истинными, и только от них иметь детей. Но я нашёл один древний тёмный ритуал в библиотеке Певереллов, с помощью которого можно провести ритуал Зачатия с не Истинным, а с другим магом или ведьмой. Но как же хочется иметь Истинного! Мне уже надоело завидовать друзьям, их счастью с Партнёрами, и страдать от одиночества. Может Судьба сжалиться надо мной? И вот она услышала мой призыв. Бледнолицый мужчина, лежащий на больничной койке — мой Истинный Партнёр. Вся моя сущность тянется к нему, требует схватить и скрыть от всего мира. Требует холить и лелеять, окружить заботой и теплом. Подарить любовь и защитить. Сделать его счастливым. Я с трудом взял себя в руки и закончил разговор с Северусом. А потом забрал его в Блэк-хаус. Вообще-то я живу в Певерелл-гарде, а Блэк-хаус как бы моя официальная резиденция, о которой знает вся страна, да и после тяжелых рейдов, где не справляется даже хваленая демоническая регенерация, я останавливаюсь в особняке и отдыхаю там. Обняв Северуса одной рукой, я вдохнул его запах невинности и полыни. Мерлин! — как великолепно он пахнет. Так и хочется попробовать его на вкус. Дома проведя диагностику состояния здоровья Северуса — я пришёл в ужас. И готов был идти убивать. Множественные переломы костей, вывихи, разрывы сухожилий, внутренних и внешних тканей и много чего ещё. Это не говоря уже как о магическом, так и физическом истощении и скованном ядре. Я сразу узнал магическую подпись Дамблдора, и чуть было не зарычал. Не стоит пугать Северуса. Как этот старый ублюдок посмел тронуть моего Северуса? Как он посмел заблокировать его магию? Если бы я мог, то я бы поднял Дамблдора из мёртвых и ещё раз убил, только медленно и со вкусом, чтобы он почувствовал как жизнь капля за каплей уходит из него. Но, к сожалению, даже мне это не под силу. Нет, я конечно могу поднять его, но только в виде зомби или умертвия, но полностью вернуть к жизни даже Повелителю Смерти не под силу. Целую неделю до ритуала, который я запланировал на Полнолуние, я поил Северуса специальными зельями, которые варил по ночам, пока он спал. Демоны могут спать всего по три-четыре часа и быть бодрыми, так что часть ночи, я часто проводил в лаборатории, варя зелья. Днем же я старался как можно больше времени проводить с Северусом. Мы потихоньку, узнавали друг друга, так я узнал, что он любит чёрный горький шоколад и свежесваренный крепкий кофе без сахара. И ненавидит лимонные дольки. У него очень скверный характер, замкнутый с кучей комплексов, и ещё он очень стеснительный. Стоит мне сказать ему комплимент или улыбнуться, как он тут же смущается, краснеет и отводит взгляд. Какой он милый, когда смущается. Так и хочется его вновь поддразнить, чтобы очаровательный румянец, вновь появился на его бледных щеках. Когда я впервые увидел его улыбку, так вообще застыл, забыв как дышать. Чуть кривоватая, но искренняя улыбка появилась на его тонких, но чувственных губах после моего рассказа об обучении в Академии Авроров. Было видно, что Северус не привык улыбаться, но я был счастлив. Он и сам был удивлён, когда понял, что улыбнулся мне, что мне сразу же захотелось стереть улыбку поцелуем, но это бы напугало моего нежного Партнёра. Северус очень ранимый, он болезненно воспринимает всё, что связанно с ним или Лили и Мародёрами, с его внешностью, а также тем, кто дорог его сердцу. Мерлин! Как бы я хотел дать ему лучшую жизнь. Окружить заботой и теплом, подарить любовь, доказать, что он нужен мне. Северус жутко недоверчивый, как дикий зверёныш, и мне с трудом удалось приручить его к себе, научить доверять и просто быть собой. Он до сих пор, иногда смотрит на меня настороженно, словно я могу сделать ему больно (но я никогда не причиню ему боль, лучше убить себя, чем причинить вред своему Истинному), но загнанное выражение лица и пустота в глазах исчезали, стоило мне улыбнуться ему, и я верил, что могу вернуть ему радость к жизни.