Все дороги ведут обратно

Оперативный штаб 13, месторасположение засекречено, 2 июля 2000 года Когда Колсон вошёл в лабораторию, Сэта уже поместили в специальное устройство, напоминающее барокамеру, которое было разработано совсем недавно и перенаправляло выход любой неестественной энергии из тела человека в собственный автономный аккумулятор. Таким «блокировщиком» снабжали далеко не все оперативные штабы. - Ну, как у нас дела? – спросил Фил. Шейла перестала колдовать над приборной панелью устройства и развела руками. - Показания зашкаливают. - Показания чего? - Электромагнитное излучение. Он мог бы вырубить приборы в радиусе сотни километров… - Замечательно, - вздохнул Фил. – И мы не знаем, что привело к активации этого состояния, да? Шейла покачала головой. В лаборатории было удивительно тихо. Томас и Мэй стояли поодаль, а Максвел занял место у приборной панели. Молчание действовало угнетающе. Одно дело, когда в изоляторе находится совершенно посторонний человек, и совсем другое, когда это молодой парнишка, с которым они прожили бок о бок несколько лет. - Ладно, ребята, - начал Колсон, попытавшись придать своему голосу бодрящие интонации, - план действия таков… Сэта нужно доставить в один из наших центров с мощнейшим оборудованием, который находится в России. Путь неблизкий, потребуется дозаправка самолёта в Чехии. Пока меня не будет, за главного, как обычно, Грей. - Ты полетишь один? – нахмурилась Шейла. - Это рискованно. - Состав сопровождающей группы должен быть минимален, - напомнил Фил. – Таким образом, в случае непредвиденных обстоятельств потери будут незначительны. - С каких пор командир команды – незначительная потеря? - пробурчала Мэй, глядя в пол. Фил не успел ничего ответить, его наручные часы призывно запищали. Хаб. - Грей, просмотри сообщение из штаба. Иен, проверь ещё раз бортовые системы нашей Ласточки. Вылет через полчаса. Всё. - Сэр! – Мэй шагнула ему навстречу. – Позвольте мне сопровождать вас. - Нет. - Я немного знаю русский. Это может пригодиться, если… - Я сказал нет. - Но… - Агент Мэй. Фил повысил голос в разговоре с ней едва ли не впервые, и девушка посмотрела на него с вызовом. В глубине души она понимала, что Колсон не согласится, но попытаться всё равно стоило. - Найдите Томаса и узнайте, не нужна ли ему помощь, - добавил Фил, перейдя на официальный тон. – Это приказ. Поединок их взглядов длился не более пяти секунд, но накалившуюся в комнате атмосферу почувствовала даже Шейла. Когда Мэй, наконец, вышла, а Фил шумно выдохнул, разглядывая сквозь толстое стекло «блокировщика» ничего не выражающее лицо Сэта, она осторожно спросила: - Ты уверен, что поступаешь правильно? - Пожалуйста, хоть ты не начинай, - поморщился Фил. - Если Мелинда может помочь, почему бы не дать ей такого шанса? - О состоянии Сэта нам неизвестно абсолютно ничего. И мы не знаем, к каким последствиям оно может привести. Посмотри на индикатор заряда – одно деление до максимальной отметки. - И ты думаешь… - Я не намерен рисковать ещё одной жизнью. Шейла с минуту пристально смотрела на шефа. На друга. Она не могла не заметить, что за последнее время он изменился. Изменилось его отношение к команде. Если раньше он жил и руководил по принципу «такая у нас работа», то сейчас стал гораздо осторожнее и внимательнее. Даже добрее. Он чаще улыбался, чаще шутил, в том числе и с Мэй. Особенно с Мэй. - Я могу поехать с тобой, - предложила Шейла. - Ну, если по каким-то причинам ты не хочешь, чтобы тебя сопровождала Мелинда. - Что значит «по каким-то причинам»? – Фил поднял на неё взгляд. – Я что, словом или делом когда-либо выражал особое расположение к ней? - Ты ведёшь себя с ней иначе. - Как? - Фил… - Шейла лишь покачала головой. Он ничего не ответил, снова посмотрел на Сэта. Чёрт, он же совсем ещё ребёнок, у него вся жизнь впереди. Должна была быть впереди, а теперь остались одни многоточия и знаки вопроса. - Я полечу один, - спустя какое-то время произнёс Колсон. – Самолёт будет под постоянным спутниковым наблюдением. Если что-то случится, «ЩИТ», надеюсь, сможет вовремя забрать Сэта и доставить его в пункт назначения. – Он невесело усмехнулся. – Присматривай тут за всеми, ребята молодые, горячие. - Не веди себя так, будто прощаешься. - Я не прощаюсь. Фил направился к выходу из лаборатории, обернулся в дверях. - Да, подготовь шприц с транквилизатором. Самое сильное, что у нас имеется. На всякий случай. Он покинул помещение, зашёл к себе, чтобы переодеться. Колсон не хотел признаваться самому себе в том, что Шейла была права. За Мелинду он беспокоился больше, чем за остальных членов команды. Когда-то, ещё будучи оперативником, он работал под руководством Амелии Кларк, которая славилась своим жёстким нравом. Именно она однажды назвала его стремление защищать всех и вся «рыцарским синдромом». Наверное, по прошествии энного количества лет этот синдром не только сохранился, но и усугубился под давлением новых должностных обязательств, а по отношению к Мэй и вовсе зашкаливал. Красивая, хрупкая и нежная на первый взгляд, внутри она была сильной, решительной и импульсивной. Это сочетание несочетаемого притягивало Фила, он хотел быть рядом. Чтобы поддержать. Чтобы защитить, если понадобится. Или просто наблюдать, как стремительно эта девушка набирает очки и становится первоклассным агентом. Он восхищался её упорством в работе и, наверное, немного гордился. Будь у Колсона чуть больше уверенности в положительном исходе нынешней миссии, он бы взял Мэй с собой в Россию. Но по мере приближения часа вылета ему становилось всё неспокойнее, какое-то шестое чувство нашёптывало одну и ту же фразу: «Билет в один конец». *** Воздушное пространство России, 3 июля 2000 года Небольшой транспортник, любовно прозванный Ласточкой, в течение вот уже нескольких часов летел над территорией Сибири. Ещё раз проверив показания приборов, Колсон снял громоздкие наушники, перевёл самолёт в режим автопилота и откинулся на спинку кресла. Потянулся, разминая затекшие от долгого сидения мышцы. До пункта назначения оставалось три часа лёта, большую часть пути они уже преодолели, и постепенно тревожные мысли стали утихать, уступая место надежде на благополучное завершение сего предприятия. Характерный писк, раздавшийся в глубине грузового отсека, заставил Фила нахмуриться. «Блокировщик»… Мужчина отстегнул ремень безопасности и подошёл к подающему сигналы устройству. Горящий красным индикатор возвестил о том, что батарея полностью заряжена, и Фил понятия не имел, сколько ещё «блокировщик» сможет удерживать Сэта в стабильном состоянии. Одно он знал наверняка: три часа – слишком большой срок… По данным Максвелом инструкциям Колсон проделал несколько несложных операций над приборной панелью, призванных рассеять часть накопленной энергии. «Блокировщик» издал странный булькающий звук, но одно деление на индикаторе послушно сбросил. - Держись, парень. – Лицо Сэта за стеклом по-прежнему ничего не выражало. – Только держись. Оглядевшись по сторонам в поисках своей сумки, Фил вспомнил, что закинул её в багажный отсек. Пройдя чуть дальше, в самый хвост самолёта, он открыл небольшой люк в полу, присел, чтобы дотянуться до сумки, и замер… Она свернулась калачиком на брезентовом мешке, сжимая в ладони шприц с транквилизатором, и слегка посапывала во сне. Мэй.