Все дороги ведут обратно

Оперативный штаб 13, месторасположение засекречено, 11 июля 2000 года Он пробыл в больнице только неделю, несмотря на яростные протесты врачей, которые не хотели отпускать пациента недолечившимся. Пообещав Фьюри не принимать участия ни в каких миссиях, требующих активных физических действий, Колсон всё же вернулся в штаб, скрывая перебинтованную грудь под свободными рубашками. С тех пор, как поисково-спасательная группа русского подразделения «ЩИТа» нашла их в лесу, из исследовательского центра не было никаких известий о Сэте. Единственное, что Колсон знал наверняка – парнишка под постоянным наблюдением, он жив и здоров, насколько это понятие уместно в его состоянии. В остальном всё шло своим чередом. За время его отсутствия Грей успешно выполнил несколько заданий, изучению отчётов о которых и посвятил Фил свои первые часы по прибытии в штаб. Найден очередной объект ноль-восемь-четыре, теперь уже классифицированный и занесённый в каталог. У девушки из отдалённого сельского поселения где-то в Украине обнаружились странные способности. «Гидра» всё разрастается, пуская свои корни даже в военных кругах и высших эшелонах власти. Отложив отчёты, Фил облокотился на стол и потёр ладонями лицо. Не мешало бы побриться… Посмотрел на часы – почти одиннадцать вечера. Обычно в это время в штабе делается особенно тихо. Агенты расползаются по своим комнатам, занимаются какими-то личными делами, собираются в тренировочном зале для занятий или дружеской болтовни. В общем, каждый решал для себя сам, как провести свободное время. Фил редко принимал участие в общих посиделках, руководящая должность создавала небольшой, но ощутимый порог. Кабинет и решение мелких текущих проблем – вот он, уютный вечерний «футляр» агента Колсона. Но сегодня не было настроения даже для этого. Поднявшись из-за стола, Фил убрал документы в ящик с автоматическим замком и направился к двери. Лёгкий стук заставил его остановиться. - Можно? Фил улыбнулся, попятился назад и осторожно присел на краешек стола, ожидая, когда Шейла войдёт в кабинет и закроет за собой дверь. Она всегда так делала, когда хотела поговорить. Просто закрывала дверь, отгораживая их от внешнего мира. - Я думал, ты уже ушла. - Ждала возвращения начальства. – Она тоже улыбнулась. – Как ты? Фил приподнял полы рубашки, демонстрируя подруге тугие бинты. - Как видишь… Временно нетрудоспособен. Кажется, так это называется. - Ну ничего, мы здесь за тобой присмотрим. Фил ещё раз улыбнулся, потом его лицо приобрело серьёзное выражение. Шейла пришла не затем, чтобы интересоваться состоянием его здоровья. Об этом она была осведомлена лучше него самого, стараниями директора Фьюри и её собственными. А значит, разговор предполагался о другом. И Колсон догадывался, о чём именно. - Ты уже принял решение? Он покачал головой. - Нет. - Мелинда волнуется. - Я догадываюсь. Я был с ней достаточно груб… там. - Между вами что-то произошло? – осторожно спросила Шейла. Встретив вопросительный взгляд друга, она добавила: - Мелинда сама не своя с тех пор, как вернулась с того задания. - Она говорила с тобой об этом? - Нет. Я просто вижу, с ней что-то происходит. Фил кивнул. У него практически не было тайн от Шейлы. Она была в курсе его личной жизни, знала о связях, время от времени возникающих между ним и агентессами других филиалов, когда им приходилось сотрудничать на протяжении нескольких миссий подряд. Он называл это взаимным снятием напряжения. А с Мэй всё было иначе. Он не хотел говорить о своих непростых и волнующе-странных отношениях с этой девушкой ни с кем, даже с лучшей подругой. Словно это было слишком личным. - Я… - Он задумался на мгновение, подбирая слова. – Я не помню. - В смысле? - Какое-то время я был в отключке. А потом, когда Мэй разбудила меня, она уже вела себя… не так. Шейла внимательно смотрела на него, и Фил развёл руками. - Возможно, я что-то сказал. Или сделал… - А ты мог? Фил не стал вдаваться в подробности и рассказывать, что происходило в тот момент в его голове, он ответил просто: - Да. Шейла нахмурилась, перебирая ремешок зажатой в руках сумки. - Я не знаю, Фил, что тебе посоветовать. - Я не просил совета. Разберусь. Пристальный взгляд, и Шейла кивнула. - Не затягивай с решением, - попросила она. – Через пару дней ребята вернутся, и… - Я же сказал, что разберусь. Фил поднялся, давая понять, что разговор окончен. - Поздно, иди домой. - Да. – Шейла обернулась уже в дверях. – Подумай. Возможно, вам обоим станет легче, если Мелинда уйдёт. *** Оперативный штаб 13, месторасположение засекречено, 21 июля 2000 года Разговор состоялся вечером. Колсон дал агентам отдохнуть после выполненного задания, потом провёл мини-совещание, после которого попросил Мэй задержаться. Она выглядела серьёзной и сосредоточенной, в ответ на просьбу лишь коротко кивнула, не сказав ни слова, и вернулась на своё место за общим столом. Выдавали её переживания только тёмные круги под глазами. Фил устроился напротив, какое-то время просто смотрел на Мелинду, пытаясь поймать её взгляд, но она упорно избегала его. Ладно. Если правила таковы… - Наш разговор может закончиться прямо сейчас. – Он откинулся на спинку кресла. Мэй подняла, наконец, на него глаза. - Спасибо, - произнёс он. - Мне самой писать заявление о переводе? – спросила девушка, вздёрнув подбородок. – Или ты лично со всем разберёшься? Уверена, директор Фьюри не откажет тебе и отправит нерадивого агента куда подальше. – Она усмехнулась. – Скажешь, не оправдала ожиданий… - Тон смени, - резко сказал Фил. Мэй продолжала с вызовом смотреть на шефа. Было непросто вывести Колсона из себя, но она старалась. Ей хотелось скорейшего разрешения ситуации, которая не выходила у неё из головы на протяжении последних дней. Надоело ждать и надоело бояться. Выгонит так выгонит, переживёт. Пусть только сделает это быстро, без долгих поучительных разговоров и нагнетания атмосферы. «Быстро» казалось синонимом «не больно», и она в открытую его провоцировала. - Я объяснила тебе, почему ослушалась приказа. Мне снова повторить? Я боялась. А если тебе так сложно это понять… Или принять… Что ж, гони. - Я сказал, успокойся. Фил немного подался вперёд, положив локти на край стола, а Мелинда смотрела в его глаза и чувствовала, как ком подкатывает к горлу. Господи, как же не хочется уходить! Из команды, из «ЩИТа». От него. В глазах защипало, и Мэй тряхнула головой. - Сейчас послушай меня, - произнёс Фил уже спокойно. – Во-первых. Все заметили, что после России тебя что-то тревожит. Не хочешь говорить об этом – не надо. Просто… оставь это там. Забудь. У Фила было стойкое ощущение, что он просит сейчас забыть что-то, что так или иначе связано лично с ним. И от этого становилось не по себе. Конечно, с тем же успехом можно было предположить, что девушка волнуется за Сэта. Или переживает за собственную участь в Тринадцатом отделе. Но интуиция подсказывала иное. Что-то настолько личное, что Фил просто гнал от себя эти мысли, не желая к ним прислушиваться. - Во-вторых. Ответь мне на один вопрос. Ты хочешь уйти? - А разве у меня есть выбор? – Мэй и сама не заметила, как шмыгнула носом, прогоняя слёзы. – Получится отличное показательное разбирательство – что ждёт агента, не подчинившегося приказу. Пример для остальных. - Ты не ответила. - Нет, - тихо сказала Мелинда, – не хочу. Прежде чем задать следующий вопрос, Колсон помедлил. Если она согласится… - Я могу устроить твой перевод в штаб Уотерсона, - произнёс он. – Как, интересует? От былой растерянности не осталось и следа. Мэй решительно ответила: - Я сделала свой выбор шесть лет назад. - За эти годы многое могло измениться. На его скулах заиграли желваки. Какого чёрта он делает? Чего добивается? Чтобы Мэй приняла решение за него – остаться или уйти? - Если хочешь от меня избавиться, есть смысл сказать об этом прямо, – пробурчала девушка, и Фил вдруг ясно почувствовал, что лёд тронулся. Что-то такое было её словах… В том, как она их произнесла. Не ершилась, не оборонялась. И, быть может вопреки здравому смыслу, он внезапно определился со своим вердиктом. Скорее на уровне интуиции. - Я дам тебе шанс. Единственный. Ещё одна такая выходка – и наш разговор будет очень коротким. Фил поднялся из-за стола, Мэй непроизвольно вскочила следом. Было видно, что она старается сохранить серьёзное выражение лица, в то время как губы подрагивали от желания улыбнуться. - И ещё одно. – Колсон остановился практически у порога и бросил на Мэй многозначительный взгляд. – Я разрешаю тебе называть меня «Фил». Он вышел прежде, чем девушка, наконец, улыбнулась. *** В это же самое время на другом конце континента в тёмной комнате с низкими потолками зазвонил мобильный телефон. - Я вас слушаю, - ответил заспанный мужской голос. - Активация протокола 888. – Звучащая из динамика речь не выражала абсолютно ничего, словно говорил и не человек вовсе, а компьютер. – С этого момента и до последующих указаний вы должны докладывать обо всех операциях, проходящих в подразделении. Способ связи стандартный. - Понял. Короткие гудки в ответ.