Пропасть под нами не пропасть

Лейтон замедлил шаг, когда, подходя к своей комнате, он обнаружил стоящих напротив нее однокурсников. Вилли Кравитц и Нилан Стормак стояли у противоположной стены совсем рядом друг к другу и о чем-то тихо переговаривалась, в упор смотря на дверь той комнаты, где жил Лейтон. Кроссвэлл бы подумал, что парни просто пересеклись в коридоре и решили поговорить, если бы они сами не развеяли его сомнения и, увидев его, уставились на него в упор, явно поджидая. Лейтон сдвинул брови и, взяв двумя руками ремень своей сумки, подошел к ним, тоже кинув взгляд на свою дверь. - Вы чего здесь стоите? - спросил он, глядя на Стормака, который продолжал смотреть на дверь. - Мы думали, что ты у себя... - Вилли кивнул на дверь и чуть приподнял брови, поправив пятерней свои волосы. - Ни Кроссвэлл, ни Стаффорд, у него сейчас факультатив... значит, Абель? - Нилан посмотрел на Вилли, не удосуживаясь ничего объяснять Лейтону, а Кравитц пожал плечами, прислонившись спиной к стене. - Значит, он. - О чем вы? - Лейтон тряхнул волосами и быстро взглянул на дверь, за которой послышался какой-то глухой звук. Блондин сделал шлаг назад от неожиданности, когда звук повторился громче и где-то совсем рядом, у самой двери. Он подошел к Вилли и встал рядом, непонятливо косясь на дверь. - Об этом, - со смешком выдал староста, выгнув бровь. - Что там происходит? - тихо выдал Лейтон, медленно сделав шаги к своей двери. - Мы откуда знаем? Мы тоже услышали шум, причем нормальный такой шум, думали, в комнате драка даже... - пояснил Нилан, взглянув на Лейтона, который обернулся, серьезно на него посмотрев. - И ничего не сделали? Кравитц, ты как бы староста, - напомнил ему Лейтон, а Вилли театрально зевнул, продолжая пялиться на дверь поверх головы Лейтона. - Да мне плевать. - Мы зайти пытались, - перебил Вилли Нилан, - стучали, но никто не открыл. Прислушались, вроде все нормально, драки нет. Значит, просто кто-то бушует. - И вы думали, это я? - Лейтон издал смешок, посмотрев по очереди то на Кравитца, то на Стормака, и улыбка его спала, когда он увидел на них серьезное выражение лица и многозначительные кивки. - Да почему? - Ну... говорю же, я Стаффорда видел, у него факультатив. А что, еще варианты есть? Абель, что ли? Брось, он же спокоен как мамонт всегда, чего ему-то «перестановки» в комнате устраивать, - проговорил Нилан, поежившись, когда услышал очередной грохот у двери. Лейтон сначала ступил было назад, но замер, насторожившись и серьезно посмотрев на свою дверь. Он слышал, как внутри что-то происходило, но он даже предположить не мог, что именно. Можно было предположить, что в комнате находится посторонний человек, который что-то ищет. Только вот, как кто-то мог забраться на третий этаж, было непонятно. Двери эта троица всегда запирала, когда последний из комнаты выходил. Значит, там был Абель. Значит, что-то случилось. - Кажется... затих, - проговорил Нилан, шмыгнув носом. Лейтон сделал последние шаги к двери и положил руку на ее ручку, сжав. - Осторожно, как бы тебе ничего не прилетело, - Нилан усмехнулся и тут же растянул губы в улыбке, посмотрев на оглянувшегося Лейтона. Лейтон закатил глаза и медленно открыл дверь, сначала заглянув в нее, но потом поспешно войдя внутрь, быстро закрыв ее за собой. Он даже не знал, удивился или нет тому, что сейчас видел. Комната была просто в разносе. Тотальном разносе. Хотя нет, Лейтону сначала все показалось таким ужасным, на деле все было намного скромнее. Просто сама комната выглядела немного иначе, в ней был полный беспорядок. Лейтон сдвинул брови и напряг глаза, которые разбегались при виде всего того, что было на полу. Здесь лежали и учебники с тетрадками, беспорядочно разбросанные и открывшиеся, и ручки с карандашами, и все принадлежности вообще, которые все ежедневно носили на уроки. Кубки, которые стояли на полке у Абеля, теперь валялись по всей комнате, и похоже, что их кидали прямо с той высоты, где они стояли, потому что некоторые были поломанные и треснувшие. Лейтон подумал, что это они создавали такой грохот. Стулья были повалены на пол, одежда лежала везде, беспорядочно разбросанная и не оставляющая нигде свободного места. Лейтон пробежался по ней глазами, поняв, что его одежды там нет, и, быстро посмотрев на шкаф, понял, что открыт только шкаф Абеля, стоявший у его кровати. Окно было открыто, и ветер, проносившийся по полу, раскрывал тетради и теребил их листы, отчего в комнате слышался какой-то шорох вперемешку с всхлипами и громким дыханием. Лейтон медленно поднял глаза на Абеля, который сидел на своей кровати, согнувшись и уткнув лицо в свои руки, локтями уперевшись в колени. Сумка Кроссвэлла упала тут же у двери, дополняя этот беспорядок, а сам он сделал медленные шаги вперед, стараясь не наступать на учебники, а особенно на вещи, которые Кай разбросал в порыве гнева, ярости или просто подавленности, непонятно чего именно. Но почему-то Лейтон не был удивлен, просто ошарашен тем, что это действительно случилось. Он в мыслях у себя предполагал, что простой подавленностью и депрессией, что он увидел в понедельник утром, нельзя было так просто отделаться. Такие спокойные и холодные люди, как Абель, имеют огромный эмоциональный мир внутри, и, если в него вторгнуться, потревожив это спокойствие и умиротворенность, все это выйдет наружу, и это невозможно будет контролировать. Лейтон думал, как минимум, увидеть истерику. И он как всегда был прав со своими странными правильными мыслями в отношении других людей. Кай был в настоящей истерике, а Лейтон с досадой наблюдал за ним, медленно подходя к нему, попутно думая, что он НИЧЕГО не может сделать, и лишний раз проклиная себя за то, что вообще зашел. Он не знал, что делать с людьми, которые бьются в истерике, которым надо бы что-то сказать или как-то поддержать. Лейтон не умел поддерживать. Точнее умел, но тех людей, кто был готов к горькой правде и умным советам, которые были готовы успокоиться и послушать его. Он был уверен, что смог бы справиться с истерикой Паркер. А Абелю явно было не до этого. Лейтон встал перед Абелем, который громко и задыхаясь рыдал, пытаясь руками как-то заглушить эти звуки. Он знал, что в комнату зашел Лейтон, он видел его, но прекратить рыдать он не смог. Сегодня нервы сдали окончательно, и контролировать всю эту агрессию и внутреннюю опустошенность он не мог. - Это хорошо, что ты решил выместить злость на всех этих вещах, - тихо сказал Лейтон, оглядев комнату. Абель опустил голову ниже, шумно вздохнув. - Что? - на выдохе произнес он гнусаво, продолжая ловить слезы руками. - Ну, ты хотя бы не кинешься вымещать ее на мне. Или на ком-нибудь, кто первым попадется под руку, - Лейтон растянул губы в улыбке и чуть нагнул голову, пытаясь заглянуть в лицо Каю, которое тот спрятал в руках, да еще и прикрылся длинной челкой. Кроссвэлл нетерпеливо вздохнул и снова оглядел комнату, пытаясь оценить масштаб ущерба, ведь по-любому с уборкой придется помогать. - Моя жизнь - такое дерьмо, Лейтон, - тихо и дрожащим от нехватки воздуха голосом проговорил Абель. Лейтон качнул головой. - Ну... многим сейчас не везет, - Абель издал ироничный смешок и столько сильнее зарыдал, Лейтон не понял почему. Он снова взглянул на его содрогающиеся плечи и, протянув руку, дотронулся до одного плеча пальцами совсем аккуратно, будто боялся обжечься или еще что. - У тебя есть сейчас хоть малейшие представления о том, что ты будешь делать? - напрямую спросил Лейтон, осмелев и положив уже руку полностью на его плечо. - А что я должен делать по-твоему? - Ну, судя по разбросанным вещам, я сначала решил, что ты собрался уезжать, - пожав плечами, ответил новенький, не отрывая глаз от волос Абеля. Кай вдруг замер и поднял свою голову, открыв лицо и посмотрев на Лейтона красными опухшими глазами, в которых стояли слезы. На щеках виднелись большие дорожки от слез, а приоткрытые губы чуть дрожали, отчего Лейтон не смог оторвать от них взгляд. - Ты тоже думаешь, что так будет лучше? - совсем шепотом спросил Абель, шумно вдохнув воздух в легкие. Почувствовав легкую, но теплую руку Лейтона у себя на плече, Каю просто захотелось сорваться полностью. Хотелось кинуться на него и рассказать ему все то, что накопилось за эти годы, все то, что он именно сейчас чувствует. Это только кажется, что это всего лишь секс. Это не было сексом, это было изнасилованием, унижением, подавлением, Абелю умереть хотелось, когда он выходил из комнаты и когда все на него пялились, как на предмет насмешек. Он бы все отдал, лишь бы вернуть то время и никуда не идти, и просто остаться в комнате, и забить на Фостейна с его тупыми, сумасшедшими, идиотскими идеями. Ведь есть в психологии терапия людьми и объятьями. Кай бы хотел пройти такую терапию при условии, что людей будет выбирать он. И он бы выбрал новенького, как ни странно, именно его, с красивыми странными глазами и шикарными волосами, со слабой полуулыбкой и правильными фразами. Слишком прямого и не боящегося обидеть, но с очень теплыми руками. Хотелось рассказать все это Лейтону. Просто взять эту его руку, что лежала у него на плече, кинуться на него, сжать так сильно, как ему было больно внутри, и сидеть так, пока не полегчает. - Нет, лично я думаю, что так будет хуже некуда, - сказал Лейтон, и правда задумавшись над этим. Это будет ужасно. Ведь если Абель уедет, Фостейн будет страдать в одиночку, и ему некуда будет сливать все то, что у него будет копиться в душе. Ведь он всегда срывался на Абеле, он был такой разрядкой для него, а если разрядки нет, то и излишний ток некуда будет девать. И станет совсем скучно, он станет молчаливым, замкнутым и безэмоциональным, как Стаффорд. Они нужны друг другу хотя бы потому, что без них Раундвью не Раундвью. - Ты не должен уезжать только потому, что он пытается сделать все для этого, с какой стати тебе уезжать? Ты здесь всегда учился, он здесь ничем не заправляет. Или ты боишься того, что будет, если ты останешься? Кай постоянно всхлипывал и смахивал слезы с щек, чуть опустив глаза, не желая смотреть Лейтону в глаза. Он чувствовал, как у него начинают дрожать губы оттого, что хотелось заорать, просто заорать от этого всего, потому что от таких разговоров становилось только хуже. Лейтон внимательно смотрел на него, сжав и чуть погладив его плечо, не отпуская его. Совсем недавно на психологии Флаймер рассказывал, что, пытаясь взбодрить человека или поговорить на какую-то важную тему, лучше до этого человека дотронуться. Неважно, до руки, плеча или еще чего-то, просто тогда между вами будет определенная связь, и говорить будет легче. «Главное - касаться тела», - как он говорил. Лейтон пытался это проверить. - Мне ты можешь сказать, - качнув головой, сказал новенький, а Кай задумался на секунду. Из-за всей этой истерики он совсем забыл про то, по чьей-то вине об ЭТОМ знали теперь все. Только вот по чьей вине? Фостейн, конечно, это был Фостейн, это он сказал, кто же еще? Тогда почему Паркер перешагнула через столько личных принципов, чтобы в глаза сказать Каю о том, что это сделал вовсе не Грант? И почему Грант отрицал это, разве не этого он добивался? Абель снова поднял глаза на Лейтона и замер, смотря ему в глаза. «Мне ты можешь сказать». - Это ведь Фостейн рассказал всем, да? - тихо проговорил он, подавившись воздухом и поджав губы. Лейтон приподнял брови, затем чуть сузив глаза и сжав челюсть. - А у тебя есть сомнения? Или подозрения на кого-то еще? - холодно спросил Лейтон, почему-то подумав, что Абель стал подозревать его, как и Паркер. Но Кай вдруг быстро мотнул пару раз головой, и плотно сжатые губы снова задрожали. Он поднес руку к лицу и стер с щеки дорожку слез. - Нет, я просто... - он не договорил, а рука, которой он стирал с щеки слезы, поднялась быстро выше и закрыла глаза. - Кай, перестань, я не представляю, что с тобой делать... - признался Лейтон, качнув головой. Он ненавидел такие истерики, потому что не знал, как их останавливать. За некоторыми людьми в истерике было наблюдать очень забавно, но это точно не относилось к Абелю, потому что от его истерики становилось даже страшно. Лейтону казалось, что это будет забавнее и интереснее, но сейчас он был уверен, что больше такого в жизни видеть не хочет. - Я не представляю, что от него ожидать, понимаешь? Я не думал, что он способен сделать со мной… ТАКОЕ. А сейчас я не думал, что он способен рассказать об этому... кому-то. За что, черт возьми, меня можно так ненавидеть? Я понимаю, что у нас вражда, но я не думал, что такая, - Абель говорил с запинками, быстро, всхлипывая и почти не слышно из-за того, что прижимал руки к лицу, спрятав его в них. - Он всегда говорил, что я никто, и он сделал меня никем. Как, черт возьми, у него может это получаться? - Да что ты говоришь, Абель? У тебя совсем крышу сорвало от этого всего, да? Кто, как не ты, доказывал своим существованием совершенно обратное? - Лейтон всплеснул руками и повысил тон, привлекая к себе внимание Кая, который замер, переставая содрогаться всем телом. - Я ненавижу, когда люди меняются. Я знал, что ты поменяешься, но думал, что немного в другую сторону. Я думал, что если Фостейн так ненавидел тебя за весь этот холод и равнодушие, то ты дашь ему то, что он хочет. Ты станешь эмоциональным, станешь показывать чувства, но сам ты не поменяешься, и он поймет, что НИЧЕГО не добился, ведь ты все тот же. А что происходит сейчас? Ты доказываешь себе, что ты никто, с чего такие выводы? Ты же жив и здоров, он не покалечил тебя, не отрезал тебе руки, тебя не парализовало, - голос Лейтона сорвался, и он замолчал, прикрыв глаза и переводя дыхание. Кай поднял на него глаза, внимательно и пристально на Лейтона посмотрев. Почему-то Кроссвэлл говорил это так отчаянно, будто его самого задевала вся эта ситуация, будто она его самого волновала. Но Абель не мог понять, его она и правда волновала, или Лейтону снова нечем заняться. - Я считаю, что человек не может сделать другого человека «никем». Фактически. Чтобы сделать кого-то «никем», нужно что-то определенно отнять. Фостейн тебе ничего не давал, следственно, ему нечего у тебя отнимать. Девственность? Пф, это такая вещь, которая пропадает сама и по-любому, ты же ее и не удерживал. Кто сказал Фостейну, что ты так расстроен из-за этого всего? Ты сам это продолжаешь говорить, хотя можешь поступать совершенно по-другому. Относись к этому легко. Тебя трахнули, ты сделал вид, что тебе ничуть это не помешало дальше жить. Зачем усложнять? Он никогда не сделает тебя «никем», потому что для этого ему сначала придется стать «кем-то» в твоих глазах, понимаешь? Лейтон многозначительно посмотрел Абелю в глаза, увидев, что тот задумался и, по крайней мере, прекратил истерить. Нет, слезы, по-прежнему лились, но заходиться рыданиями он перестал, лишь иногда всхлипывая. Так вот, как с ним надо было. Громко, резко, чтобы через все эмоции информация пробилась в его мозг. Лейтон собирался сказать ему еще кое-что, но его прервала открывавшаяся в комнату дверь. Кроссвэлл увидел какие-то испуганные и большие глаза Абеля, в которых стояли слезы, и которые были направлены на выход из комнаты, и Лейтон просто сам понял, что в комнату зашел Сэм. Было тихо, а Лейтон буквально слышал, как у Кая бьется сердце, и он медленно повернул голову, встречаясь взглядом с Стаффордом, который хранил молчание. Тишина длилась минуты две точно, и за это время Сэм только подошел всего на пару шагов и остановился, как вкопанный, смотря прямо в глаза Каю. Наконец он нарушил эту тишину. - Это правда? - он спросил только это. «Это правда?», - похоже, именно это его волновало, похоже, Абель боялся отвечать. Лейтона это боязнь удивляла и даже очень раздражала, только раздражала не сама боязнь Абеля сказать об этом Сэму, а то, почему он боялся сказать. Он боялся, что Сэм его кинет, узнав об этом? Что отречется от их дружбы из-за этого? Забудет его, униженного и оскорбленного, недостойного общаться с ним? Лейтон бы никогда не отрекся от своего друга, окажись он в такой ситуации. Но у Лейтона не было друзей. И именно поэтому эта ситуация его раздражала. - Да, это правда, понятно? Нет, это не слухи и не тупая шутка, Фостейн сделал это, на самом деле сделал, и да, я говорю правду, - быстро и нервно ответил Лейтон, сузив глаза и посмотрев на Стаффорда. Кай прикрыл глаза, стараясь удерживать в себе слезы, как можно дольше, а Сэма это взяло просто на неимоверную злость. Он буквально чувствовал, как по венам растекается ненависть и гнев, он чувствовал, как это обжигало и как хотелось закричать оттого, что к НЕМУ посмели прикоснуться ТАК. И кто? Мерзавец ФОСТЕЙН. Да не было бы так обидно, будь это не он, серьезно. Сейчас Сэму казалось, что он готов был его голыми руками убить, и все равно, что будет потом. Сэм мотнул головой, посмотрев на Абеля такими глазами, что тот сразу понял, его бросать не собираются. Слишком много боли и негодования было в них. Стаффорд только сжал губы и в два счета развернулся, буквально вылетел за дверь, громко хлопнув ею напоследок, отчего Лейтон быстро моргнул, поежившись. - Нет, Сэм, не надо! - крикнул Кай, жмурясь и ложась грудью на свои худые колени. Лейтон увидел, что истерика снова начинается, понял, что именно собрался сделать Стаффорд, и до него просто дошло, что этому просто не бывать. Нельзя было. Не так, Сэм не знал, что делал, он только мешал. - Я остановлю его, - кинул Лейтон, тоже подбежав к двери и выбегая за нее, плотно закрыв и чуть не налетев на стоявших у двери зевак. Вообще он подумал, что Абель устроил неплохое шоу, он, как минимум, привлек внимание своего курса и даже восьмикурсников. Точнее, их с Лейтоном и Сэмом комната, возле которой и столпились несколько учеников. - Подожди, Стаффорд, - Лейтон нагнал восьмикурсника только ближе к лестнице. Точнее нагнать его вообще было очень сложно, Сэм гнал, как бешеный, не желая ни слушать Лейтона, ни оборачиваться, ни замедлить шаг. Кроссвэлл сравнялся с ним, пытаясь одернуть его за плечо и хоть как-то остановить. - Да подожди ты. Куда собрался вообще? - Я собрался набить Фостейну его гнусную рожу, куда я еще могу собраться, черт возьми, - Сэм двинул раздраженно плечом, и Лейтон впервые увидел на его лице такую раздражительность и нервозность. Хотя нет, не в первые. Сэм был таким же, когда ссорился с Паркер несколько недель назад. Вот за этим было довольно интересно наблюдать, учитывая, как сам Стаффорд ненавидел раздражаться, потому что сразу все это замечали. - А вот это будет ошибкой, - быстро сказал Лейтон, ускоряя шаг и даже опережая взбесившегося восьмикурсника, - не надо этого делать. Не надо вообще ничего делать. - Что? Ты спятил? И оставить все, как есть? - Стаффорд смахнул с себя руку Лейтона и отбился от него, поморщившись. - Да, именно, оставить все, как есть, потому что ты точно вмешиваться не должен, только хуже сделаешь, - прикрикнул Лейтон, устав гнаться за соседом по комнате. Стаффорд передернулся и резко остановился, всплеснув руками. Лейтон тоже остановился и перевел дыхание, смотря ему в спину. - В смысле «я сделаю только хуже»? Я его придушить хочу за то, что он сделал, почему нет? Он заслужил, или ты так не думаешь? Ты вообще какую роль здесь занимаешь, Лейтон, я все не понимаю? Ты, наверное, единственный, кого я реально не могу понять. И слов твоих. И действий. Ты то общаешься с Абелем, то мило переговариваешься с Паркер, а теперь отговариваешь меня от того, чтобы я прибил Гранта за дело. Что, как тебя расценивать вообще? Как понять, можно тебе доверять или нет? - обернувшись, выпалил Сэм, но достаточно спокойно, ни одна мышца на его лице не дрогнула. Лейтон снова узнал своего соседа по комнате. - А я и не прошу мне доверять. Это уже от людей зависит, хотят мне они доверять или же нет. И я никакую роль здесь, как ты выразился, не занимаю. Я наблюдаю со стороны, мне так удобней. И я вижу, что ты совершаешь ошибку, решив разобраться с ним так. Фостейн не тот, кто испугается драк, он не тот, кого остановят побои, даже самые сильные, - переведя дыхание окончательно, сказал Лейтон, запустив руку в волосы и расчесав их нервно, пятерней. Стаффорд перемнулся на месте и, подняв глаза на Лейтона, качнул головой, усмехнувшись. Лейтон не выдержал и сам подошел к нему, потому что между ними было слишком большое расстояние. - Он только засмеется тебе в лицо, пока ты его бить будешь. Потому что ты явное подтверждение того, как хреново Абелю. Он и ждет тебя, понимаешь? Ты только хуже самому Каю делаешь, только подумай. С Грантом не так нужно. - А как с ним нужно, Лейтон, как? Я не хочу оставлять это так, он посмел тронуть его, а я ему... я его... мы друзья, понятно? Я не могу просто быть в стороне! - Да, я понимаю, просто говорю, что драки и ненавистных речей здесь не нужно. А если так хочется его прижать за то, что он сделал, то мысли тонко, - Лейтон пальцами в воздухе изобразил тонкую линию и чуть ухмыльнулся, что Стаффорда очень заинтересовало. Он недоверчиво, но с интересом посмотрел на новенького и, сложив руки на груди, сделал шаг ближе к нему. - Ты про месть когда-нибудь слышал? «Это блюдо, которое подают холодным». Эмоции тут неуместны. - И как тогда? Что мне делать? - спросил Сэм, действительно интересуясь этим у Кроссвэлла, у того, от которого он таких речей вообще не ожидал услышать. Лейтон улыбнулся как-то странно и, засунув руку в карманы, сказал: - Гранта, может, невозможно унизить, но нам и не нужно его унижать, это слишком... - СЛИШКОМ? - Дослушай, - Лейтон выставил руку вперед, - это слишком, да. Но Гранта можно подавить, и этого будет достаточно. А если мы хотим его подавить, то давай действовать слажено. - Ты на свою помощь намекаешь, что ли? - Сэм усмехнулся, приподняв брови. - Нет, я тебе ее прямым текстом предлагаю, - дерзко ответил Лейтон, согнув одну ногу в колене и посмотрев Стаффорду в глаза, - и говорю тебе, что нужно оставить все, как есть. Пока что. Я назначил ему в пятницу дуэль, я знаю, что он не умеет проигрывать. - Ненавидит просто. - Ну, вот и отлично, это его подавит хуже некуда. Уж я-то знаю, каково это, а он такой, что не забудет это так скоро. - Ты не боишься набить себе его во враги? С чего такие жертвы? - Сэм усмехнулся и с недоверием снова на новенького покосился. - А с чего бы я стал его врагом? Я с ним отношения с помощью дуэли выясняю. Все честно и по правилам. Только трус и обиженный судьбой неудачник припишет меня к себе во враги, обозлившись. А я не думаю, что Грант такой. Он не станет тратить на меня время, - пожав плечами, ответил Лейтон. Стаффорд подумал, что тот все четко и до мелочей продумал, чем снова его удивил. - И ты думаешь, что победишь его? - А вот это вообще не проблема. Считай, победа у меня в кармане, - фыркнул Лейтон, закатив глаза. Сэм почувствовал, как запахло самоуверенностью, и покачал головой, ничего ему не ответив. - Но ты понял, о чем я, да? зачем крайние меры, если есть и такие пути? - Ммм, и что делать мне? В дуэли он меня выиграет, мы уже бились, он сильней, - легко пожав плечами, сказал Сэм, задумавшись. - О Боже, я до сих пор не верю, что ты не догадался до этого, - вздохнув, сказал Лейтон, - да сделай с ним то же самое, что он сделал с Абелем, этого будет более чем... - Ты рехнулся?! - Сэм отпрянул назад, расширив глаза, и перебил Лейтона. Кроссвэлл терпимо вздохнул и прикрыл глаза, облизнув губы. - Я не стану трахать Фостейна, о чем ты вообще? Это у тебя такие «тонкие меры»? Ты спятил. - Да я разве сказал так? Зачем обязательно совершать это действие до конца, когда можно просто припугнуть? - приподняв бровь, сказал новенький. - Просто пристать к нему, зажать, все дела. Пусть подумает, что ты реально собрался это сделать, пусть почувствует, что боится этого. Ну, я, конечно, не знаю, все по-разному реагируют. Если обрадуется, то просто уйдешь, сказав, что пошутил, чего уж там. Но я думаю, он почувствует это на своей шкуре, и до него дойдет, каково это. - Если до него дойдет, что я не собираюсь этого делать, он не подаст виду, что что-то не так, о чем ты, - фыркнул Стаффорд, складывая руки на груди и посмотрев в окно, за которым уже опускались сумерки. - А тебе так важна реакция? Или результат? Важна только первичная реакция, понимаешь? Он почувствует, что ты к нему лезешь, что ты собрался это делать, и внутри все перевернется, пусть и на мгновение или на пять минут. А ты вообще такой, что от тебя не знаешь, что ожидать. Ты ж молчишь постоянно, непонятный, странный, тебя почти никто не знает так хорошо, как Абель. Откуда Фостейну знать, что ты хочешь сделать и будешь ли? - легко произнес Лейтон, чуть улыбнувшись. Стаффорд даже задумался, слегла качнув головой. Спустя мгновение он громко усмехнулся и растянул губы в ухмылке, взглянув на Лейтона оживленными глазами. - Ты, черт возьми, спятил, но прав. Чертовски прав, пусть почувствует это на своей коже. А если его до этого опустишь ты по фехтованию, то вообще класс будет, я знаю, как он бесится с такого. - Ну вот, - пожав плечами, сказал Лейтон, успокоившись. Главное, что он остановил Сэма. И неважно уже какими способами. Пусть эти способы и были какими-то... странными и отчаянными. - Договорились, значит? - Слушай, Кроссвэлл, а ты точно из всех школ по своему желанию уходил? Что-то мне подсказывает, что тебя выпирали из каждой второй, - хмыкнув сказал Сэм, но спустя минуту лицо его озарила улыбка. Лейтон пожал плечами, закатив глаза и загадочно улыбнувшись, ничего ему на это не ответив. - В столовую идешь? - Нет, не хочется. Я, пожалуй, вернусь, а то там... - он чуть поморщился, разворачиваясь. - Справишься? - Думаю, да. - Думаешь? - О боже, он всего лишь человек, ничего не случится, - хмыкнул Лейтон, махнув напоследок рукой Стаффорду. В конце концов, сейчас Лейтон подумал, что эта идея, пришедшая в голову спонтанно и лишь бы остановить Сэма была в принципе неплохой. Стаффорд бы не сделал никогда ничего такого с Фостейном, а легкий шок даже Гранту не повредит. И его реакция была интересна Лейтону. Он, значит, без проблем к Абелю полез, не думая о последствиях, а как же отреагирует он сам? Хотя все могло пойти не так, как предполагал Лейтон, но неважно. Разбираться нужно по ходу дела. Под пристальными взглядами однокурсников Лейтон зашел обратно в комнату и медленно закрыл дверь, рефлекторно вздохнув. Кай все еще сидел на своей кровати, лежа грудью на собственных коленях и закрыв голову руками. Лейтон видел, как он еле заметно медленно покачивался вперед-назад, иногда громко вздыхая и дрожа плечами. Кроссвэллу ничего не оставалось сделать, как снова пройти через весь этот бардак к его кровати, медленно опуститься на колени перед ним и взять руками его ноги в районе икр, чуть сжав их. - Я все уладил, Сэм успокоился, - тихо оповестили Абеля, и он медленно поднял голову, посмотрев красными заплаканными глазами в глаза Лейтону. Кроссвэлл понял, что тот тоже успокаивается. - Спасибо. Лейтон пожал плечами, опустив взгляд. Он мысленно поблагодарил всех тех, кого обычно благодарят в таких случаях, что истерика у Абеля прекратилась. Лейтону было спокойнее, когда он вот так тихо плакал себе в руки, чем когда рыдал навзрыд, сорванным голосом проклиная вес на свете. Аж мурашки по телу бегали. - А вдруг я и правда гей? - странным голосом выдал Абель, а Лейтон быстро поднял на него взгляд, выгнув выразительно свою рассеченную бровь. Кай не мог на нее не посмотреть. - Очень странный вопрос, знаешь, - Лейтон нервно улыбнулся и расслабил руки, просто держа их на его икрах, - и у меня к тебе даже три встречных. С чего такой странный вопрос? Почему «вдруг»? И почему такое отчаяние в голосе? Абель посмотрел на него с некой иронией в глазах. На самом, деле он слабо улыбнулся, просто Лейтон не заметил. - Мне сегодня какие-то малолетки об этом сказали, - тихо хмыкнув, ответил Абель. Лейтон вскинул брови, мотнув головой. Он удивился тому, как быстро все поверили этому слуху без особых доказательств. И как быстро забыли того, кого боялись и уважали. Лейтон ненавидел всю эту систему. А Абель завел эту тему только потому, что вспомнил то, что было вчера вечером. Он вспомнил, как лежал с Сэмом на своей кровати и как друг детства страстно целовал его в губы и расцеловывал всю шею и плечи, медленно дотрагиваясь до живота, боков, бедер. Он вспомнил, как отвечал на это все, он вспомнил, как переводил дыхание между поцелуями, но вспомнил, как думал совсем не о том, и он понял, что ему понравилось. Но как это может понравиться нормальному парню? Правильно, никак. Значит, он гей. Значит, все еще хуже. - И я подумал, вдруг это правда? Что тогда? - А что тогда? Я в первый раз слышу, чтобы у человека, говорящего о собственной ориентации, был такой голос, - Лейтон улыбнулся шире и как-то снисходительней. – Ну, допустим, ты гей, и что? - Это же... позор, - тихо выдал Абель, шмыгнув носом и посмотрев куда-то в сторону. - Позор? О, да какое влияние ориентация оказывает на репутацию? Ведь главное, как ты это преподносишь. Вон, на Кравитца посмотри. Гей и полностью этим наслаждается. Его попробуй оскорби, не за что же. - Кравитц всегда был геем, насколько я помню. Ему вообще с этим было отлично, у него в семье все долбанутые и творческие, и этого следовало ожидать. Я не из той семьи, где это могут принять, понимаешь? Тем более что я думал, что я... натурал, не знаю. О, черт, Фостейн, это все он, - застонал Абель, закатив глаза и уткнувшись носом в свои колени. - Подожди, так ты не уверен еще? Сомневаешься насчет ориентации? Ой, да ладно тебе, с кем не бывает? Многие сейчас испытывают с этим... ну... трудности, подумаешь. И насчет Фостейна. Кай, в таких случаях, как с тобой, обычно не жертву насилия считают человеком нетрадиционной ориентации, а того человека, кто это насилие совершал. Это ориентация Фостейна пошатнулась, но никак не твоя, так что с чего ты это взял, я даже не знаю, - Лейтон легко пожал плечами и погладил руками его ноги, пытаясь взбодрить, - у тебя просто реально сдвиг пошел. Но ничего, это нормально, это просто истерика. - Какой ты ориентации, Лейтон? - казалось, Кай его даже не слушал. Лейтон, не закончив свою речь, просто замер с открытым ртом, набрав в легкие воздуха. - Я? Ну, я... - блондин качнул головой, и пара длинных прядей упала ему на лицо, которое стало каким-то растерянным и чуть ироничным, он будто издевался, специально оттягивая, а Кай терпеливо ждал, смотря ему в лицо и еле дыша. Лицо Лейтона находилось слишком рядом, и их дыхания сталкивались. Каждый из них выдыхал как можно тише. - Я мало об этом задумываюсь, знаешь. Мне кажется, что я мог бы быть с любым человеком, если бы он мне нравился. Девушка, парень - для меня нет разницы, если человек потрясающий и такой, какой мне нужен, я считаю, что здесь больше не ориентация, а предпочтения даже на первый план выходят,- пожав плечами, сказал Лейтон, посмотрев в ноги Абелю на его дорогие высокие ботинки. Он давно не говорил об ориентации, он давно о ней вообще не думал, и говорить об этом Абелю было, как минимум, странно. Прошло секунд пять или даже меньше, прежде чем Лейтон почувствовал, как холодные, чуть дрожащие руки Абеля коснулись его щек, беря его лицо будто в чашу, и чуть приподняли его, заставляя снова поднять глаза на недавно истерящего блондина. Но он так и не успел посмотреть ему в глаза, потому что губы, которые Лейтон почувствовал у себя на губах, заставили его закрыть глаза и задержать дыхание. Абель поудобнее и увереннее взял его лицо в свои руки и, трепетно закрыв глаза, сжал губы Лейтона, приподнимаясь корпусом тела со своих колен, потянув за собой и новенького. Лейтону тоже пришлось встать с собственных пяток и опереться уже о свои колени, положив руки поверх коленей Абеля, которые тот свел вместе и которые замерли так же, как и они сами. Кай выпрямился и стал прихватывать губы Лейтона легко, ненавязчиво и еле ощутимо. Как ни странно, Лейтон ему ответил, Абель и сам удивился, и сам не понял, что это - приятное удивление или он испугался еще больше от его «разрешения»? Это был самый невинный, легкий и нежный поцелуй за все поцелуи Лейтона. А с поцелуями у него был довольно большой опыт, потому что, кажется, не было поцелуя, который он еще не распробовал и не попробовал. Но он ошибался, потому что его еще никто не целовал так легко, непринужденно, будто побаиваясь реакции, но все равно продолжая это делать. Лейтон бы, может, и улыбнулся, но мешали губы Абеля, которые тот почти не отрывал от него. Лейтон почти не шевелил губами, только изредка приоткрывал их, чтобы Каю было удобнее их сжимать, переходя от верхней губы к нижней, не торопясь, медленно, плавно. Кроссвэлл был уверен, со стороны это смотрелось просто потрясающе, мило и красиво. Как-то по-детски, но красиво. - Зачем это?.. - спросил Лейтон, когда Абель медленно оторвался от его губ и опустил руки, положив их ему на плечи. Кай открыл глаза, облизнув свои губы, и посмотрел в глаза Лейтону, которые были слишком близко. Лейтон был серьезен, так что сразу стало не по себе. - Я просто хотел проверить... - Гей ты или нет? - усмехнувшись, сказал Лейтон, приподняв бровь. Похоже, Кай смутился. - Наверное. - И как ты пытался это определить? - Ну... хотел понять, понравится мне или нет, - чуть пожав плечами, сказал он, закусив губу и посмотрев на Лейтона как-то странно, хитро, но в то же время холодно, как бывало обычно. И Лейтон почувствовал бы, что его взгляд такой же, как и прежде, если бы глаза не были такими красными и до сих пор чуть блестящими от слез. - И как? Понравилось? - шепнул Лейтон, чуть улыбнувшись какой-то своеобразной наивности. - Не успел почувствовать, - признался Абель, качнув головой. Лейтон снисходительно закатил глаза и, поддавшись вперед, оперся руками о колени Абеля, прихватив его губы своими. Вообще, похоже, что Абель сам пытался его поцеловать, потому что губами они действительно встретились. Второй поцелуй уже не был таким невинным, как первый, но он по-прежнему был легким и нежным. Просто чуть настойчивым, уверенным, с чмокающими звуками и негромкими выдохами. Ресницы у Абеля задрожали, а руки с плеч Лейтона он так и не убрал, только чуть сжав их и царапнув его пиджак ногтями. Лейтон снова замер, чуть склонив голову набок, чтобы было удобнее, и утыкаясь носом в щеку Кая, которая была влажная от недавних слез. Вообще, чувства Абеля сейчас трудно было описать. Вчера он мечтал, чтобы на месте целующего его Стаффорда оказался новенький, который дико притягивал его к себе. А сегодня они уже целуются, да и во второй раз. И Кай действительно пытался понять: его просто так тянуло к Лейтону или он просто гей, и он ему нравился? Сердце у него билось чуть чаще обычного, но даже больше от смущения и тупого страха, который не обошел его стороной. Но факт оставался фактом: ему понравилось. Это нравилось делать это с Лейтоном, ему доставлял тот факт, что он так быстро добился своего и что на первый поцелуй ему ответили. Что касается самого Лейтона, то он вообще не предполагал, что когда-нибудь будет так «общаться» с Абелем, и, увидев этого самого Абеля, он был буквально уверен в том, что он будет относиться к нему так же, как Фостейн. И тоже без причины, потому что Лейтон не понимал Фостейна в этом плане. То ли он ревновал к нему Паркер, то ли он просто не любил его из-за общения с Абелем. Вот так он думал и про Абеля. Он не думал, что с ним буду общаться, ведь они даже чуть не поссорились при первом их разговоре. Он и не думал, что КАЙ будет когда-нибудь относиться к нему ТАК. С симпатией, с желанием поцеловать. Лейтон почему-то был уверен, что Абель просто запутался из-за этой истории с изнасилованием и своей ориентацией, и что Лейтон совсем не нравится ему так, как он думает. Но целоваться ним было приятно, это факт. - Вы прошли тест на определение вашей ориентации. Вы гей, Кай, - Лейтон улыбнулся, произнеся это сарказмом, не желая раньше времени задевать его словами об ориентации. Хотелось просто пошутить и разрядить обстановку. Кай улыбнулся и тоже открыл глаза. - Ну или вы просто очень уверенно целуетесь. - Прости, если что-то не так. - Если бы что-то было не так, я бы сказал, - пожав плечами, сказал новенький, - но мне интересно, зачем до того, как меня поцеловать, ты спросил о моей ориентации? - Чтобы... тебе не было неприятно? - с иронией сказал Кай, хмыкнув. - Я бы не поцеловал, будь ты натуралом. Я думаю, это было бы неприятно. - Мне нравится эта черта в тебе, - невзначай сказал Лейтон, пожав плечами. - Фостейну бы такая черта не помешала, - фыркнул Абель, закатив глаза. Лейтон положил руку ему на плечо, сжав его. - Ты это переживешь, - заверил он Абеля, подмигнув. А Каю просто хотелось верить, что это было правдой.