"Такие далекие,такие близкие"

Впечатление от рассказа Саймона никак не отобразилось на лице Касуки – ни движения какой-нибудь мышцы, ни поднятия бровей, ни одной эмоции. Даже глаза у брата Шизуо совершенно не моргали – казалось, будто именно они слушают едва понятную ему речь о какой-то проверке и прочих трудностях. Но повесть Касука смог остановить только одним вопросом: – А, собственно, при чем здесь Шизуо? Саймон неохотно умолк, понимая, что сейчас скажет полнейшую глупость: – Он мог помешать мне в проверке. Вот я его и запер здесь, чтобы он ничего мне не сломал и не начинал драки с Изаей. – Нда... так он тебе "ничего не сломал", – указал Касука на результаты "пленения его братца". А результаты довольно стоящие – было беспощадно разгромлено все полки и уничтожено продовольственные запасы. Судя по всему, больше всего пострадали пельмени. Ну, это же был русско-японский ресторан как бы, а там все возможно. – Ну, я же не думал, что до этого дойдет… – пояснял русский. – А надо было думать. Вот что мы сейчас, по-твоему, делаем? – Эээ… ведем разговор? – не понял вопроса Саймон. – Именно, а эти двое мерзнут и дальше, так что живо вытаскивай обоих отсюда! – Касуки добавил непривычные голосу нотки раздражения и направился вперед. – Угу, – смутно проговорил работник "Русских суси" и пошел доставать тех, кто появился не в то время и не в том месте... Похожая сцена велась и возле места недавнего ЧП – отряд расследователей еще так же мирно и тихо спал, и даже теплые лучи солнца не позволяли им разомкнуть свои глаза – за пару дней можно легко соскучиться по высыпаниям, которых так не хватает местной молодежи. Все спали там, где пришлось. Кто-то отдыхал в спальном мешке, кто-то внутри трейлера – скорее всего это была отдельная ветвь, именованная журналистами, а кто-то спал и на деревьях, на грязной траве или же в самодельных домиках из одеял. Были и те, кто спал неподалеку от дороги, дабы услышать шум трассы вместо будильника. Рюо в свою очередь решился на необычный сон – он облокотился на дерево и, мягко говоря, спал на одной ноге. Но все же звук шагов, пусть и тихий, посмел разбудить одного из учеников Райры – в самодельный лагерь заходили Микадо и Анри. Взгляд японца быстро уловил две знакомые фигуры и поэтому, не задумываясь, парень отправился в сторону их "лагеря", что представлял собой заполненный отовсюду палаточный цветной городок. Рюо шел, не торопясь, но, судя по их заспанным физиономиям, они даже не замечали своего одноклассника. А пугать их не хотелось. Поэтому Рюо просто добавил скорости в шагу, дабы обогнать полуночников и выразить им все недовольство: – Ну, что, граждане, алкоголики, бесцветные, названные американской валютой, куда вы пропали? – ехидно и достаточно громко произнес Рюо, когда уже мог разглядеть, помимо закрытой одежды, их тусклые мины. – Да не кричи так, – цыкнул в ухо Микадо. – Это того стоило. – А вот с этого места и поподробнее, – довольно улыбнулся Такигучи, подняв бровь. – Да дай дух перевести, – устало протянула Анри, опираясь на небольшое дерево. – Ладно-ладно, – угрюмо промукал Рюо. – Но почему так долго? – Нас чуть не спалили. Пришлось прятаться, а спрятались мы не в очень удачном месте. Вот и просиживали в кустах пять часов. – А все-таки, что вы узнали? – не унимался одноклассник. – Честно говоря, слишком мало, – вздохнула Анри, потирая очки. – На сожженном месте никаких следов, а доблестная полиция не может предоставить улик, вот и не пускают остальных. – Но мы смогли узнать и другое – что бомбы, которые устанавливались во всех местах, были сделаны не саморучно, – Микадо достал ноутбук и показал примерную модель взрывчатого устройства. – Вышла эта игрушка не так давно, да и делалась она в мирных целях, но весь комплект, который выпускался ограниченной серией, смогли украсть и не оставить никаких следов. – Значит, это не хулиганы, – задумался Рюо, просматривая фотографии. – Скорее всего, преступники хотели замести следы. – Возможно, – продолжил Микадо. – Это самый простой вариант, и на восстановление событий этот процесс слишком длительный. Значит, в районе... новые преступники. От последних слов Анри и Рюо вздрогнули. Но слово решил взять и Рюо. – Микадо.. – Что? – Помнишь, в последнее время, не так давно, когда-то в чате говорили о чем-то подобном? – Не припомню, – задумался лидер Долларов. – Тяжело сидеть во всех локациях. – Кажется, я поняла, о чем ты, Рюо, – неожиданно вспомнила Анри. – Что именно? – В чате, дня два назад, примерно, кто-то поговаривал, что сюда приедут Якудза, – подтвердила девушка. – Что там, кажется, один из кланов потерял свою базу, поэтому они переместились сюда. Но я думала, что это только слухи. – Якудза? А ведь все может быть, – сказал голубоглазый японец. – Но почему именно в Икебукуро? Стоп, кто-нибудь из вас помнит, кто вам это сказал? – Уже не вспомню, – протянул Рюо. – Помню, что это писал человек с оранжевой иконкой, кажется, девушка. С двумя косичками или хвостиками. Неожиданно воцарилась тишина. – Вы знаете, кто об этом в курсе? – нарушил непродолжительную паузу Рюо. – Он, видать, снова за свое… – мрачно кивнула Анри. – Но не факт, что это точно он, – возразил Микадо. – Многие ведь могли выбрать эту аватарку. Я же не делал программы, чтобы их выделять всех. – Опять множество вопросов, – вздохнул Рюо, повалившись на мягкую траву. – Надеюсь, что и другие смогут узнать что-нибудь новенькое. – Нам и этого хватает, – грустно улыбнулась Анри. – А пока можно и отдохнуть, – затянул Микадо и с великим удовольствием упал рядом. На солнце трава была больше теплых и ярких оттенков, чем в бездонной темноте... Шизуо не хотел просыпаться. Спалось так хорошо, что он уже бы и не вспомнил, когда в последний раз он наслаждался сном. Но дело было даже не во сне, а в том, что он встретился с человеком, понимающим его, пусть он ни разу не видел ее лицо. С ней было как-то спокойнее, словно он оторвался на миг от Икебукуро, и существует только эта комната и больше никаких раздражающих факторов. Но проснуться приходилось, потому что врожденный инстинкт уж очень подсказывал сделать это – его тащили. А затащить могут куда угодно – на личном опыте проверено. Поэтому без особых запарок он лениво открывал глаза. Все казалось таким расплывчатым и светлым, что парень автоматически пытался нащупать очки в кармане, но ему это явно не удалось. Вместо этого силуэты приобретали прежний вид, хоть дрожь после пребывания в той камере до сих пор оставалась... Но где же то тепло? Он ощущал, что тащили его одного. – Ма… – хотел, было, произнести парень, как подумал, что лучше промолчать. Ведь мало ли, кто тебя там сзади тащит. Хотя можно было развернуть ногу на 180 градусов и треснуть по самому чувствительному... – Как ты себя чувствуешь, брат? – безэмоционально произнес Касука, разворачивая бывшего бармена лицом к себе. Голос был слишком узнаваемый для блондина, да и расплывчатые очертания начали приобретать черты знакомого лица. – Я… кх, – в горле слишком першило. Похоже, посиделки в камере далы свои плоды. – Слава Богу, я волновался, – слегка улыбнулся Касука. – Ну, что же – главное, что ты не попал в сильные неприятности. – Это еще как сказать, – сдавленно произнес Шизуо, сверля русского стрелами ненависти. Даже вечно улыбающегося Саймона слегка передернуло, когда о нем вспомнили. – Все равно хорошо, что все не так кошмарно, – сказал Касука, как бы смягчая "кару божью" на русского. – Впрочем, это не важно, – Шизуо все-таки решил встать с холодного пола. – А где… – но здесь самый сильный в Икебукуро запнулся, не договаривая предложение. – Ты о новенькой? – нарушил диалог Саймон. – Она сюда не так давно приезжать. – Да, о ней, – сказал блондин. – Да здесь еще … спит, – он пытался вспомнить хоть какие-нибудь японские слова, ведь обычно с Саймоном нечасто разговаривали, а ясное выкладывание мыслей на неродном языке было для него сущей проблемой, поэтому последнюю фразу сказал на русском. – Ты мне всякую чепуху не молоти, – разозлился Шизуо. – Нормально говори. – Только вытащить из камеры, – развел руками работник. – В соседней комнате греть... одеялом. – Братик? – подняв бровь, спросил Касука, но интонация скорее стала похожей на заинтересованность личной жизнью живущего с ним родственника. – Мне кажется, или ты все-таки нашел кого-то близкого по духу? – Д..д-да ничего такого, – повернув спиной к брату, судорожно произнес Шизуо. – Просто она… Она дала мне возможность кое-что переосмыслить в этой жизни, посмотреть на мир иначе, а не так, как я видел его обычно. Ведь что я обычно вижу? Серое стадо придурков, которым плевать на мнения остальных, которые погрузли только в свои проблемы и не ищут помощи, их так и хочется поцеловать железобетоном. А она как будто выделялась среди них всех. Возможно, это прозвучит абсурдно, но эта девушка дала мне понять, что все не так ужасно, что есть люди, делающие добро не от принципов своей корысти, а только для добра, просто так. – Что-то поперло моего брата на философские речи… – тихо офигевал братец Шизуо, мимолетом посмотрев на Саймона. – Признайся: что за траву ты ему дал? Он не может так просто говорить о таких вещах в длинной обузданной форме. Саймон, я тоже так хочу! – А это и не я, – отходил от мимолетного шока и русский. – Нет, ну, я мог, конечно, его сильнее ударить, но чтобы так… – Впрочем неважно, – понял ясный намек парень, которого и слушать не хотели, и ради привлечения внимания он просто поднял книжный шкаф. – Попаду в яблочко, если сейчас не пустишь меня к ней. – Я.. я и не врач, – спокойно сказал Саймон. – Вон, соседняя комната – там и она. – Вот и славно, – состроил невинную, достаточно редкую для Хейваджим физиономию и отправился в комнату. – Касука, мне это снится? – задал идиотский вопрос Саймон, на что Касука повернулся и с легкой улыбкой ведущего сказал: –Тебе все равно никто не поверит… Шизуо вошел в не слишком просторную комнату. Она чем-то напоминала небольшой офис, подобный которому был и у его начальника, но здесь больше гармонизировались светлые теплые пастельные тона. Если ориентироваться с деловой точки зрения, то такая комната принадлежит администраторам по решению бытовых проблем или ответов на достающие вопросы. Особо яркой деталью отличался большой обогреватель, стоящий на хрупкой ножке, от которого веяло теплом, поэтому в комнате было достаточно жарко. А на некомфортном кресле примостилась фигура, накрытая тонкими одеялами. Она представляла собой человека с выглядывающей макушкой темно-русых волос, немного сопящего в дремоте. Почему-то сразу расхотелось ее будить – остались же у парня хоть какие-то моральные принципы. Исключением таких пробуждений могли стать только должники. Легкий поворот головы в другую сторону открыл лицо девушки, несвойственное японцам – славянского типа, тонкие темно-русые брови, такие же мягкие черты, недлинный нос и прикрывающая лоб челка. Это лицо он видел не так часто, но он узнавал его среди сотни – да, это была она. Мария. Резко заколотилось сердце. Зрачки расширились, на душе стало снова как-то тепло. Это расслабляло тело. Он не знал, что с ним происходит, но хотел, чтобы это не прекращалось. Чтобы не прекращался этот ускоренный пульс, чтобы время остановилось хоть на секунду, задержало бы это чувство. Даже на сердце стало как-то легче, добрее. Давно он такого не чувствовал… Через силу Шизуо подошел к спящей девушке и дотронулся ее лба – он просто горел. Было ясно – Мария заболела. Но ведь дело было не только в температуре. Она еле дышала и успевала покашливать – пусть и немного, но и это было проблемой. Один из сильнейших в Икебукуро тихо вышел из комнаты. "Ей нужен отдых ", – подумал про себя блондин... В то же время тихая утренняя дорога начинала свою жизнь. Количество машин росло вдвое каждые десять минут. Еще было утро, но уже позднее, когда все жители идут своей дорогой: у одних начинаются занятия, у вторых начинается работа, а третьи только проснулись неподалеку от недавнего места взрыва – так же быстро распространялись и новости, озвученные лицемерными журналистами или же просто услышанные из слов других людей. Один из руководителей отряда расследователей, созданного официально, совершенно не мог вспомнить прошлую ночь. А в то же время он стоял на дежурстве, пытаясь не допустить активных граждан к месту происшествия. Как бы это было ни странно, но мужчина с короткой темной стрижкой и типичными для японцев карими глазами, всячески скрывал свое расследование. А сейчас он слышал из телевизора, как открываются эти несоответствующие тайны преступления. Довольно молчаливый начальник переспрашивал у отряда, как такое произошло, но те ничего не помнили так же, как и он. Допив остатки кофе, полицейский смотрел новости дальше: – Как нынче говорилось, результаты преступления набирают обороты, – восклицала улыбчивая блондинка с вьющимися волосами, судя по всему, крашенными. – Расследование продолжается со стороны местных жителей и многие уже возможно знают преступников. – Не так давно на одном сайте распустилась новость о возможном влечении здесь якудзы, – рассказывал парень с чуть лохматой прической, что заставило руководителя прослушать эту весточку повнимательнее. – К какому семейному клану он принадлежат, мы пока не знаем, но поиски ведутся. Руководитель серьезно задумался, не слушая дальнейшие комментарии перспективной журналистки. Эту новость он слышал впервые, но понял ее значение довольно быстро. Это могла быть, конечно, очередная сплетня, но начальник догадывался, о каком сайте шла речь. Достав телефон, он зашел на сайт "Долларов". Он бы ни за что не согласился вступить туда, если бы не просьба его друга. Вступившие в организацию в комментариях задавали вопросы, на которые пытался ответить лидер "Долларов". Полицейский посмел и сам спросить. Открыв сенсорную клавиатуру, в окошке комментария он быстрым темпом набрал интересующий себя вопрос: "Какая вероятность того, что организаторами проишествия выступает японская мафия?" Несколько секунд на ответ не отвечали. Все ожидали ответа. И ответ пришел, но не от лидера. Некто с ником "Канара" решил ответить сам. Или сама? Пол не получалось определить: "Вероятность составляет порядком 90% ". "Откуда такая уверенность?", – написал новый текст начальник. "Ну, вначале потому, что, как сказали, взрывчатка не самодельная, а таинственно украденная. Такие вещи может проделывать только профессиональная преступная организация, разве нет? А еще я видела ранним утром группку людей, которые очень уж любят меняться чемоданами. А там может быть что угодно". "Ого! Я тоже таких видела", – вступила в разговор еще одна жительница. "И я. Они ходят обычно возле центра, наверное, чтобы не привлекать к себе внимание!" "Я тоже видел таких. Они, случайно, не одевались по-деловому и не носили очки?" "Да, носили. У них еще волосы ежиком подстрижены". "Может, они встречаются у определенного места?" "Как по мне", – вернулся к теме Накара. «Одним из таких мест могли стать бывшие склады, и они решили просто замести свои следы. По-моему, это очевидно". "Но зачем, если они стараются не привлекать к себе внимание?", – снова спросил начальник. "Значит, они решили принять себя за преступную организацию, дабы на мафию не обратили внимание. Хоть место и заброшенное, и вряд ли кто-то это заметил, но их могли выкрыть и поэтому он и подорвали все". "Возьму на заметку. Спасибо за информацию", – написал начальник и вышел из сайта. Действительно, улики были достаточно дельные, чтобы не поверить в это, но другая часть говорила, что это полная чепуха. Пока пришлось долгое время обдумывать все прояснившее, в дверцы каюты вошел один из докладывающих – парень со светлыми волосами и ярким взглядом: – Командир! Там, походу, люди собираются в одном месте! Не хотите ли взглянуть? – С чего это они? – удивленно покосился на парня начальник. – Может, узнали что-то... – Ладно, пойдем, посмотрим. Нам сейчас любая информация пригодится, – сказал руководитель и вышел из каюты. Он понимал, что в этом деле понадобится включить все средства. И, по возможности, средством может оказаться любой человек, живущий в Икебукуро... Небольшой темно-зеленый фургон сначала совершенно никого не интересовал .Он не ехал на сверхскорости, не устраивал аварий на своем пути, а подъехал к месту расследователей, состоящих в "Долларах".Квартет из Эрики, Уолкера, Тогусы и Кадоты, не торопясь, выходил из машины и пытался найти лидера районной банды. Поскольку людей было слишком много, это не удавалось. Практически все ничем не отличались. Да, разные цвета волос и разнообразие одежды слишком путали картину, и квартет разделился на два дуэта – Эрику и Уолкера, а так же Тогусу и Кадоту. Каждый из них пытался найти среди этой толпы Микадо. Но, похоже, парень сам нашел дуэт отаку: – И вы здесь? – удивился парень. – А как же ваша работа? – Не время для нее, ты нам как раз и нужен, – пояснил Уолкер, хватая парня за рукав и отлучая в более укромное место. – Вы узнали что-то? – не отставал в вопросах парень. – Да, но точно не уверенны в этом, – Эрика достала последнюю записку своего босса и приставила к ее лицу. – Мы нашли его мертвым в своем кабинете. Как ты думаешь, кого он подразумевал, как "они"? – Якудза, – твердо сказал Микадо. – Откуда такая уверенность? – Несерьезная банда таким бы не занималась, согласитесь. Значит, он узнал что-то большее и… – ..поплатился за это, – опустил голову Уолкер. – Но это слишком маленькая улика для нас. – Может ли быть, что жертв больше? – спросила Эрика. – Возможно, – вздохнул Микадо. – Давно у нас такого не было… – А того, кто первый за мафию болтнул, нашли? – спросил Уолкер. – Я не уверен в этом точно, но такой подразумевается. – Так кто же? – Попробуете сами догадаться? – Изая? – удивилась девушка. – Он уж может, – отвел взгляд Уолкер. – Но зачем? Для чего? – Не очень я уж уверен, что он так просто нам ответит, – опустил голову Микадо. – Да и прямых улик на него нету. Чаты ведь обычно не сохраняются. – Тогда давай у остальных узнаем, – пришла мысль в голову Эрики. – О чем ты? – Отряды из "Долларов" обычно раздельные и несобранные, но у них может найтись что-нибудь веское. – И как ты это представляешь? Будем ходить и спрашивать у каждого? – посмотрел Уолкер на Эрику, словно на чокнутую. – Можно сделать проще, – улыбнулась Эрика и вышла обратно к своему фургону. Сейчас это могло бы быть позорно, глупо с ее стороны, но что поделать! Девушка набрала в легкие воздуха и закричала: – СОГРАЖДАНЕ! МЫ, ИМЕНЕМ ШОКОЛАДНЫХ РОГАЛИКОВ И ПАНЦУ, ВНЕГЛАСНО ОБЬЯВЛЯЕМ, ЧТО ВЫ УПОРОЛИСЬ! "Эээ, чего?", – не понял тонкого юмора Уолкер. "Что за…", – начал было задумываться Микадо, как заметил то, чего уж точно ожидал. Люди повернулись к источнику звука, и небольшая доля жителей соизволила подойти к психопатке. Либо, чтобы заснять смешное вирусное видео, либо она все-таки смогла привлечь их внимание "другими словами". "Как?", – у Кадоты задергался глаз, когда он шел к психопатке-яойщице, дабы понять суть вещей. В Эрики же вырисовалась довольная ухмылочка. Понятие "отаку" нынче популярно в Икебукуро и мысль о том, что в районе Токио не бывает так много анимешников, была ой как ошибочной. Анимешниками был каждый четвертый среди жителей. Оказывается, логика у девушки была действительно гениальна – поскольку большинство расследователей –подростки, а многих отаку узнавали налицо, то высказать фирменную анимешную фразочку труда не составляло. А анимешник видит другого анимешника на любом расстоянии. Этим субкультура очень пригодилась. И люди с легким смешком подходили к зеленному фургону все ближе и ближе. Отаку оказалось гораздо больше, чем ожидалось... – Впрочем, дело не в этом, – проворковала Эрика. – Давайте просто объединим свои силы, а? У нас будет гораздо легче идти работа, чем когда все разделены. – Мысль хорошая… – Звучит заманчиво, только... – Хорошая идея, только как это обустроить? Слово взял Уолкер: – Главы отдельных отрядов предоставляют нам всю информацию, которую они нынче узнали, а мы предоставляем свою. Так дело пойдет? Кто за? Поднимите руки! Из толпы прорезалась больше, чем половина рук. Для Микадо это оказалось слишком быстро. Собрать их всех, предупредить, а его долгую и нудную цепочку подорвала всего парочка отаку. Люди собирались у зеленного фургона столь же быстро, как пчелы летели на запах… Уже прошло раннее утро, и день постепенно наполнился привычными красками. То же яркое и светлое небо после дождя, та же яркая зеленная трава, те же фонари еще не зажигались уверенными вспышками, а пока что служили уличным декором. Но именно в такое уже позднее время Мария смогла проснуться. Сонные пробужденные глаза пытались рассмотреть хотя бы одну знакомую деталь – но она впервые видело это место. Здесь было тепло, комфортно, но вот дыхание сводилось к прерывистому кашлю. Девушка молчала в пустоту – говорить и не хотелось. Было уж слишком хреново. Она больше задумалась о вчерашнем – о том, что, пусть и в необычной обстановке, она познакомилась с этим человеком, о котором интуиция твердила, что он не такой, как о нем говорят все остальные. Было просто хорошо, что он был рядом, согревал ее своим теплом. Все дальнейшие мысли уже ушли на задний план – больше ни о чем не хотелось думать. Мари попыталась встать, и чуть не столкнулась затылком с углом столика. Этот шум завлек людей из соседней комнаты – послышались шаги, и Мария буквально остолбенела – а, может, ее в плен захватили, и она сделала тотальную ошибку? Девушка, несмотря на головную боль, встала и пыталась что-нибудь нащупать в качестве оружия – под руку не попадалось особо тяжелых или опасных предметов, а шаги слышались все громче и громче. Сердце запрыгало от страха, и украинка переместилась к другой части комнаты. Дверь уже отрывалась, и девушка схватила первое, что попалось, – этим предметом стала компьютерная клавиатура. Когда дверь распахнулась, Мари зажмурила глаза и завопила: – НЕ ПОДХОДИТЕ КО МНЕ, Я БУДУ ЗАЩИЩАТЬСЯ! И… И… Но в ответ девушка ничего не услышала. Это стало даже как-то подозрительно. Может, моментом воспользоваться? Казалось, хрупкая фигурка девушки выскочила с места и уже замахнулась на возможного противника, но остановилась буквально за пару сантиметров, когда она соизволила себе открыть глаза. Перед ней стоял уж больно знакомый человек. В костюме бармена и лохматой светлой головой. С расширенными от афига яркими карими глазами и удивленным лицом. Если бы Мария не остановилась, то все равно Шизуо бы не пострадал от старой запыленной клавиатурой – разве что аллергией. Но даже в этом случае, сильнейший в Икебукуро был очень живучим. На протяжении полминуты представители двух национальностей смотрели в упор друг на друга и понятия не имели, что делать дальше. Но Шизуо долго не удержал игры в гляделки – комнату взорвала волна хохота. – Ааааа... эээээ… – покраснела девушка до стадии красного рака. – Блин… ну, отожгла, – продолжал смеяться блондин, пока глаза чуть прослезились. – А..а..а мы, собственно, где? – тормознула девушка, оглядывая комнату уже более детальнее. – Да в ресторане том же, – слегка успокоился парень, не сдерживая простой улыбки… Да-да, простой – он умел такую на лице вырисовывать, представляете? Для вас это культурный шок? А девушка как раз такую и видела, но легкий румянец продолжал палить ее щеки. Блондин подошел поближе и дотронулся до ее лба: – Как себя чувствуешь? – Сравнительно хорошо, только заболела… немного. – Не болит ничего? – Свалилась с кресла, а так все отлично… а… а… АПЧХУЙ! Дальше снова покатилась волна смеха,а Мария снова покраснела. – Л-ладно, проехали с этим. А какой сегодня день недели? – Понедельник вроде, – через смех сказал Шизуо, но затем смех моментально превратился в ступор. Понедельник. День работы. Выходных нет. Типичный школьный день. Они пропустили рабочий день. Их запирали невесть где. Много важного материала пропустили, пока спали. Как мило. – Значит, можно учитывать, что я пропустила один день, – вздохнула Мари, доставая телефон. – Надо бы сказать, что приболела. – А босс… а что мне босс? А мне босс ничего не сделает! Подумаешь, денек пропустил, – досадно фыркнул Шизуо. – Можно подумать, что прям конец света. – И правда, – улыбнулась девушка. Во всем нужно искать хорошее, пока не включишь телефон. На экране мобильного высвечивалось порядком около двадцати пропущенных звонков и двенадцать сообщений подобного плана В основном они касались того, что большинство ей знакомых людей не придут в школу: – Надо же. Да этот взрыв всех на уши поставил. – Неясное это дельце. – В смысле? – Сколько здесь живу, а подобных случаев бывает очень-очень мало. Может, блоха опять замутил что-то грязное, но обычно его поступки делаются тайно и, мягко скажем, со спины. – Значит, это не он? – Трудно сказать. Он любит помучить людишек, мог устроить что-то такое, но это не в его стиле. Ему легче дожидаться нужного момента, а не делать открытые заявления. – А... ты слышал о возможной мафии? – Впервые, – оторвавшись от телефона украинки, произнес Шизуо. – Они долго здесь не продерживаются. Да и все равно это слишком запутанно. – Возможно, что такие появились, впрочем, это не важно, – девушка устало упала на Шизуо. – Я жрать хочу. – Пф… а разве девушкам несвойственно говорить более этично? – поднял бровь Шизуо. – Нифигашеньки, – улыбнулась Мари и буквально повисла на плечах одной из легенд Икебукуро. – Этот Саймон… месяц обещал бесплатно кормить после своей выходки, так что имеем полное право. – Тогда неси меня на кухню! – устало и сонно пробормотала девушка, что аж желудок в знак доказательства решил запеть прелюдию голода. – Несу-несу, – забросив Марию за плечи, сказал Шизуо. С каждым разом они все больше и больше узнавали друг о друге. На мгновение Шизуо снова почувствовал это тепло. Такое нежное, и такое захватывающее. Не хотелось отпускать эту девушку.. .просто не хотелось.. А вот у кого ситуация была не из лучших, так это в учителей большей части школ. Привычный переполненный класс теперь вмещал только восемь человек из старших классов. Дети из меньших классов продолжали заниматься, не интересуясь новостями. В открытое окно заходил слабый ветерок, и так же выглядывала из-за окон напряженная жара. Конечно, не очень приятно, когда школу пропускает такое количество учеников – все жаловались на болезни. В Японии такое отсутствие людей можно было считать эпидемией, но вместо этого, как поговаривал один из преподавателей, "они прохлаждаются без дела возле места взрыва". – Нет, ну это уже невыносимо, – хлопнула по столу учительница физики. – Пропускать ТАКОЙ важный материал средь бела дня. – Ну, что поделать – это уже их проблемы, – произнес более спокойно один из оставшихся в кабинете учеников. – Все вы нуждаетесь в знаниях, а не пропусках. Если они о себе такого высокого мнения... – То… что? – сглатывая, спросила Хариме Мика. Ее пугало выражение лица преподавателя. – То я просто поставлю им внеклассный зачет, – не по-доброму усмехнулась нестарая женщина, строго поправляя очки, от которых отблескивал свет. – И не дай Бог вы хоть кому-то про это скажите... будете ожидать оочень плохой оценки. Пускай докажут мне, как они знают материал, если смеют пропускать мои уроки. Ученики послушно кивнули, побаиваясь последствий. Если же другие учителя относились к данному моменту весьма нейтрально, то физичка была тем исчадием Ада, которую боялся выгнать даже директор. И сколько бы угроз не записывалось на диктофон, ей всегда приходилось находить причину неправдоподобности улик. Поэтому остальным ничего не оставалось, как учить тонну материала и молится за спасение из этой ситуации остальным... Где было не так жарко, как в других местах, так это у информатора. Совершенно закрытое помещение отвечало всем современным требованиям – кондиционером в том числе. Но особо волновало даже не это, а скорее то, что собиралось назревать в этом таинственном районе. А пока Изая пил утренний кофе и прослеживал ситуацию на сайте "Долларов" – уже были какие-то результаты. Но их было слишком мало даже для брюнета. Его удивляли поступки людей, но в своей работе он ценил и информацию. Устало облокотившись о кресло, Изая посмотрел на окно – яркий, раскрашенный теплыми красками город уже жил активной жизнью. Он слишком засиделся здесь, ему тоже надоело смотреть на это со стороны: – Пора бы и мне войти в эту игру, – усмехнулся информатор, надел свою меховую куртку и быстро вышел из офиса. – Она стает все интересней и интересней…