Get out of my life!

Луи просыпается от того, что просто выспался. Он ожидал, что его поднимет боль или еще какая-нибудь гадость. Но всю ночь он спал, как убитый, и обезболивающее зря пролежало на тумбочке. Первое, что увидел Луи, с трудом открыв глаза, был Гарри. Он немного испугался, когда встретился с зелеными глазами напротив, внимательно рассматривающими его. Но как только Стайлс увидел, что Луи проснулся, то мгновенно притворился, что спит, чтобы парень не поймал его за слежкой. Томлинсон немного непонимающе смотрел на кудрявого, пытающегося выглядеть как можно более похожим на спящего. И спустя пару секунд Гарри медленно приоткрыл глаза, словно бы проверяя, уснул ли Луи снова или же продолжает смотреть. Шатену стало смешно от того, что Гарри подглядывает и думает, что это выглядит незаметно. Он улыбается, чувствуя боль в губах из-за затянувшихся ранок, и Стайлс хихикает ему в ответ, даже слегка смущаясь своего прокола. - Доброе утро, - говорит он еще более низким после сна голосом. - Ты спал со мной? Луи удивлен, что вообще может говорить. Его связки все еще барахлят после вчерашней ругани, но, во всяком случае, с голосом все в порядке. - Это моя кровать, чувак, - Гарри улыбается, приподняв брови. - Я думал, ты ляжешь на диване. - Это даже как-то нагло с твоей стороны. Луи улыбается шире и морщится от боли. - У тебя губа лопнула. Старайся ржать поменьше, - озабоченно говорит Стайлс и тянется к лицу, чтобы провести большим пальцем по его нижней губе. Луи видит на нем кровь и сглатывает. - Полагаю, видок у меня что надо. - Тебе лучше не смотреться в зеркало с недельку. Ради твоей же психики. Гарри сдерживает улыбку и от этого у него на щеках образуются ямочки. Когда Томлинсон видит их, он чувствует что-то теплое внутри себя и старается отмахнуться от этого ощущения. - Мне нужно в сортир. - Я помогу! – Гарри подрывается с кровати, но Луи протестует. - Нет, мне уже лучше! Я не инвалид какой-то, чтобы меня таскали под руки. Гарри остается сидеть на кровати, и Луи переворачивается на другой бок, чтобы встать. Он тут же жалеет о том, что отказался от помощи, потому что тело дико ломит от боли. Но шатен не подает виду. Сдерживая болезненные стоны, он привстает на кровати и откидывает одеяло. - Блять, Стайлс! – ругается он, снова укрывая им свою наготу, и с укором смотрит на кудрявого. - Что?- он лишь разводит руками. – Я позаботился о том, чтобы тебе ничего не давило. - Ох, - Луи качает головой, но все-таки убирает одеяло и поднимается на ноги. - Может, еще и отвернуться попросишь? – насмехается Гарри, и шатен показывает ему средний палец. - Заткнись. Слегка прихрамывая, Луи выходит из спальни. Длинный коридор с несколькими дверями заставляет его напрячь мозги, чтобы вспомнить, за какой из них вчера находилась ванная. Бинго! Томлинсон угадывает дверь и отворяет ее. Он идет по направлению к унитазу, но огромное зеркало, висящее на стене, заставляет его остановиться. Шатен медленно подходит к нему и ужасается от увиденного. Все его тело покрыто мелкими синяками, а живот и грудь и вовсе посинели. О лице вообще можно было писать отдельную историю- синие круги под глазами, разбитые брови, губы, нос, покрасневшие ссадины на щеках и лбу. Томлинсон сглотнул. Он даже не сразу заметил Гарри за своей спиной. - Расскажешь мне об этом? Голос кудрявого был не громким, и по интонации было видно, что его это действительно волнует. Вопрос в другом - хочет ли Луи рассказывать? - Врядли, - глаза шатена встретились в зеркале с глазами Стайлса. Гарри облизнул губы и закусил нижнюю. Он хотел сказать что-то еще, но так и не сделал этого. - Я приготовлю завтрак. Он вышел, оставляя Луи наедине с собой.

***

Весь день парни валялись на диване с бутылками пива и сигаретами в зубах. Они смотрели телек, болтали о всякой фигне, смеялись над ерундой, и Луи был готов поспорить, что уже очень давно не чувствовал себя таким живым. Но шатен не мог избавиться от навязчивой привычки поглядывать на экран мобильного. Он все ждал, что увидит там пропущенный звонок или хотя бы сообщение от Барта, как это обычно было. После пьяных потасовок он всегда звонил, чтобы поговорить и если нужно извиниться. Но в этот раз все было по-другому. Барт наговорил Луи слишком много громких слов и перегнул палку, избив его до полусмерти. И, кажется, Томлинсон не собирался прощать его и возвращаться домой. Только вот его никто так и не позвал обратно. Временами, когда Гарри уходил куда-то, оставляя шатена одного, он задумывался над тем, где теперь будет жить и работать, но ничего не лезло в голову. Парень решил еще пару деньков перекантоваться у Гарри, если тот не против, пока не подыщет подходящие варианты. - Ладно, я смотаюсь в супермаркет через дорогу. Тебе что-нибудь купить? Гарри зашел в гостиную, на ходу надевая пиджак и останавливаясь возле дивана, на котором сидит Луи. - Еще пива. Возьми у меня деньги в кармане спортивной куртки. - Ну, во-первых, твоя куртка сейчас в стиралке отмывается от крови вместе с остальной одеждой, а во-вторых, у меня достаточно денег на лишнюю бутылку пива, расслабься. Гарри подмигивает и быстро пробегает глазами по телу Луи, прежде чем уйти. Заметив его взгляд, шатен опускает глаза и смотрит вниз на одежду Гарри, надетую на него. Серая толстовка, рукава которой подвернуты из-за того, что она слишком велика Томлинсону, и спортивные шорты для бокса, непонятно откуда взявшиеся у Стайлса. «Надо будет спросить, зачем они ему»- мелькает в голове Луи мысль, которая испаряется, когда тот слышит стук дверью. Гарри ушел. Во время его отсутствия Луи чувствует себя более расслабленно. Он потягивается на диване, слегка морщась от боли в мышцах. Закусив губу, парень поднимает край толстовки, осматривая свой живот и бока, слегка пожелтевшие со вчерашнего вечера. Но кое-где еще оставались красно-синие пятна, там, где кровь собралась в бОльших количествах. Глубоко вздохнув, Луи опускает толстовку и берет в руки телефон, снова убеждаясь, что отчим не звонил ему. Это бесит парня, и он, откинув мобильник на диван, поднимается на ноги, прохаживаясь по просторной гостиной. Луи никогда еще не был в других комнатах, кроме ванной и спальни, поэтому он идет в кухню с любопытством. Она такая же просторная, как и все комнаты, а еще светлая из-за выхода на балкон. Мебель выглядит дорогой и ухоженной. Луи чувствует, как урчит его желудок от пребывания в этой комнате, и он открывает холодильник в надежде найти легкий перекус. Но на полках оказывается пусто, кроме лимона и какого-то острого кетчупа. Так вот почему Гарри ушел в магазин! Есть совсем было нечего. На секунду Луи почувствовал себя обузой, но успокоил себя тем, что съедет, как только найдет какой-нибудь дешевый вариант жилья, хотя бы комнатушку. Кстати, о комнатах. Луи видел еще одну дверь, и его распирало от любопытства узнать, что же там находится. Внутри оказалось темно, и поэтому Луи нащупал выключатель и зажег свет. Шторы были закрыты, и поэтому солнечный свет не проникал внутрь. Видимо, он и не нужен был здесь, потому что внутри комнаты был полнейший беспорядок. Все заставлено какими-то не распакованными сумками и предметами, которые, видимо, посчитали недостойными находиться в других комнатах: дряхлый торшер, старенький комод, стоптанный диван и два шкафа с многочисленными запыленными книгами. Из всего здесь находившегося новыми выглядели только спортивные сумки, видимо принадлежавшими Гарри. Луи осторожно прошел через весь хлам к окну и распахнул шторы. Пыль взметнулась в воздухе, и шатен ненароком чихнул раза четыре подряд. Из этого окна открывался довольно неплохой вид на городской сад. Даже только из-за одного вида можно было не делать эту комнату неким подобием дачного чердака в новой квартире. Шатен выключил свет, убедившись, что в комнате достаточно светло. Он медленно прошелся по ней, рассматривая старые вещи, и, засмотревшись на какую-то причудливую картину на стене, споткнулся обо что-то и едва не свалился. - Блять! – выругался парень, смотря себе под ноги и замечая расстегнутую спортивную сумку. Она перевернулась, и из нее выпало несколько вещей, видимо, хозяином которых был Гарри. Луи не хотелось, чтоб о его похождениях узнал кудрявый, поэтому быстро присел на корточки и стал засовывать вещи обратно в сумку. Но так они не помещались, и поэтому, ворча себе под нос, шатен принялся аккуратно складывать их ровной стопочкой. На его глаза попадались различные майки, брюки, пару раз он видел трусы Гарри, и именно после этого воображение начало играть с Луи злую шутку. Он стал уделять вещам кудрявого чуть больше времени, вертя их в руках. Очередные черные боксеры Topman стали причиной, по которой в голове шатена начали возникать образы. Перед его глазами стояла задница кудрявого, обтянутая облегающей черной тканью трусов и аппетитно подчеркивающая каждую половинку. Перебирая пальцами эти злосчастные боксеры, Луи представлял себе, как они подчеркивают соблазнительную выпуклость Гарри спереди, как зеленоглазый запускает свою огромную руку под резинку и двигает ей там, издавай сладкие стоны. Шатен чувствовал, как набухает внизу, но вместо того, чтобы остановиться, он поднял с пола футболку кудрявого и поднес ее к носу. О, Боги, она пахла совершенно великолепно! Неизвестно, как давно Гарри не носил ее, но она все еще пахла им так, словно бы он носил ее этим утром. Этот запах напомнил Луи о том разе в этой самой квартире, и о том, в клубе. Напомнил все в мельчайших подробностях, начиная со сладкого минета и заканчивая бешеными движениями двух потных тел. Шатен сам не заметил, как просунул руку в свои шорты и обхватил ею член. Он дрочил себе, вдыхая возбуждающий запах Гарри, и прогоняя прочь мысли, которые вопили в его голове о том, что это признак гейства. Он стонал в мягкую ткань, когда представлял рот кудрявого вместо своей руки. - Черт! Луи кончает в руку, а когда осознает произошедшее, заталкивает остальные вещи кое-как и бежит в ванную, смывая с рук весь свой позор. - Я притащил пиццу!- кричит вернувшийся Гарри из прихожей, и Луи благодарит богов за то, что Стайлс не застукал его и пришел чуть позже. - А я отлил! – я притворной улыбкой говорит Луи, выбегая в коридор. Гарри удивленно вскидывает брови. - А такое чувство, что дрочил. У тебя возбужденный вид и щеки красные, как после жесткого траха. - Заткнись нахер. Луи закатывает глаза и идет на кухню, стараясь избежать изучающего взгляда зеленых глаз. Они садятся есть за один стол, уплетая за обе щеки пиццу и запивая ее пивом. Не переставая подкалывать друг друга и ржать над фигней, они доедают всю пиццу в один присест и выкидывают коробку, радуясь, что не придется мыть посуду. - Я заходил в аптеку по пути. Купил какую-то хрень вроде мази от ушибов. Синяки рассасываются мгновенно. Гарри порылся в пакете и достал коробочку, протягивая ее Луи. - Ты похож на мать Терезу, - усмехнулся шатен, и вытащил тюбик.- У меня вроде была такая дома. - Твой отчим избил тебя? Вопрос Гарри, оказался ведром холодной воды на голову Луи. Он поднял на него стеклянные глаза. - Что? - Ты не возвращаешься домой, потому что он избил тебя? - Что за бред! Луи наигранно закатил глаза и поспешно соскочил со стула, направляясь в ванную и крича на ходу: - Пойду, намажу синяки. Захлопнув дверь и остановившись перед зеркалом, Луи посмотрел на свое отражение. Казаться жалким сосунком, которого избил и унизил его папаша, было итак противно для шатена. Но когда таковым ты выглядишь еще и в глазах парня, для которого хочется казаться крутым и непробиваемым, это двойной удар по самолюбию. Луи закрывает глаза и переводит дыхание. Успокоив закипающие нервы, он стягивает с себя толстовку и откручивает крышку тюбика. Нанеся на пальцы немного прозрачного геля, он принимается втирать их в синие пятна на животе, боках и руках. И когда Гарри входит в комнату, ему хочется натянуть толстовку обратно, чтобы не выглядеть настолько жалко и низко. От сожалеющего взгляда Стайлса изрядно тошнит, и Луи начинает беситься. - Хватит жалеть меня!- выплевывает он, повернувшись к кудрявому всем телом. Гарри ничего не отвечает. Он словно не слышит Луи и продолжает смотреть на него такими глазами. Шатена это раздражает. – Ты слышишь меня? Это просто синяки, Стайлс! И какая к черту разница, кто мне их наставил?! Но кудрявый не обращает внимания на его речи. Он лишь медленно приближается к нему все с тем же лицом. Оказавшись совсем близко, он берет тюбик из рук Луи, пока тот непонимающе наблюдает за ним. Гарри выдавливает мазь себе на пальцы и только тогда поднимает глаза на парня. Их взгляды встречаются, и Стайлс протягивает указательный и средний палец к его лицу, чтобы смазать раны. Но Луи резко дергается, отодвигая голову назад, и рука Гарри замирает в воздухе. Еще пару секунд они смотрят друг другу в глаза. Не понятно, каким образом, но этот взгляд зеленых глаз гипнотизирует Томлинсона, и он больше не сопротивляется, когда рука Гарри ложиться на заднюю часть его шеи, не позволяя больше отодвинуться ни на сантиметр. Тогда длинные пальцы кудрявого прикасаются к его щеке. В этот момент Луи не может отвести взгляд от Гарри, и тогда ему удается рассмотреть в его глазах не только сожаление, но еще и заботу, трепет, нежность. Этот несвойственный мужчине, смотрящего на другого мужчину взгляд заставляет внутри Луи перевернуться что-то, освещает внутри него темные уголки, о существовании которых шатен даже и не подозревал. Его глаза непроизвольно скользят с изумрудных глаз на розовые губы, и шатен по инерции облизывает свои. Взгляд Гарри следит за этим жестом, и его пальцы мгновенно замирают на коже Луи. В комнате повисает тишина, и воздух до предела пропитывается сексуальным напряжением между этими двумя. Гарри медленно тянется к лицу Луи, и когда между их губами остается ничтожно маленькое расстояние, Луи шепчет: - Нет. - Почему? – шепчет Гарри в ответ, не отодвигаясь, оставляя на губах парня свое дыхание.- Почему мне нельзя поцеловать тебя? - Потому что я не хочу. Но Гарри не сдается. - Почему? - Потому что ты парень. - Хорошо, - шепчет Гарри и, наконец, отодвигается. Их взгляды снова сталкиваются. - Хорошо, - вторит Луи, как завороженный. Кудрявый медлит, но все же протягивает руку, чтобы продолжить обрабатывать ссадины на лице Луи. Но шатен мягко перехватывает его руку. Движения Луи неторопливы, и он выглядит слегка сосредоточенно, когда стягивает с Гарри футболку. Когда она падает на пол, Стайлс, словно позабыв обо всем на свете, берет лицо Луи в свои огромные руки. И еще ни разу в жизни мужественный и брутальный шатен не чувствовал себя таким слабым и хрупким в чьих-то сильных руках. Наверное, именно это чувство и заставило его глаза за пару секунд наполниться слезами. - Это сделал отчим, - неожиданно заговорил Луи дрожащим голосом, - он напился и избил меня за то, что я не отдавал ему вырученные из автомастерской деньги. Пока Гарри держал его лицо в своих руках, Луи внимательно рассматривал двух птиц на ключицах парня, лишь бы не смотреть ему в глаза. - Он сказал, что я всегда был обузой, и что моя мать умерла из-за меня. Потому что, я довел ее своими проблемами в школе и часто попадал в перепалки. Он открыл мне глаза на то, какое я ничтожество. - Эй, Луи, прекрати!- негромко сказал Гарри и слегка встряхнул лицо Луи руками, желая согнать с него тень отчаяния. – Ты не виноват в смерти матери. Никто не виноват. Каждый уходит тогда, когда ему предопределено. Посмотри на меня. Луи нерешительно поднимает глаза, сталкиваясь с понимающими зелеными напротив. - Ты не ничтожество. Тебе просто повезло в жизни меньше, чем другим, - на некоторое время в комнате повисает тишина, но Гарри снова нарушает ее, слегка усмехнувшись, - Разве был бы ты ничтожеством, если б не заставлял меня кончать без рук и ярче, чем с кем либо. Луи тихо смеется вместе с Гарри, опустив голову и шмыгая носом. - А теперь, займись со мной сексом прямо в этой комнате, пока я так сильно хочу тебя. Эти слова заставляют шатена поднять глаза и убедиться в правдивости слов кудрявого. Он больше не видит в его взгляде жалости, потому что теперь Гарри смотрит на него как на парня, который идеально трахается. И Луи нравится это больше. То, как Гарри смотрит на него, заставляет его снова чувствовать себя крутым, а не той размазней, что пускала здесь сопли минутой ранее. И он с улыбкой стягивает с себя шорты, пока Гарри делает то же самое со своими джинсами. Луи чувствует легкий шок, когда его не грубо пригвождают спиной к стене, а потом начинают целовать его. Буквально, все его израненное лицо. Лоб, щеки, нос, скулы, подбородок, нарочно избегая губ. А потом приятные теплые и мягкие губы Гарри спускаются по его шее, целуют его грудь, подтянутый живот и, прежде чем поглотить член Луи в глубину горячего рта, они целуют сначала его бедра, а потом и головку. Луи хочется минета, и побыстрее, но он готов ждать, потому что он солжет, если скажет, что ему не нравится такая прелюдия. В этих нежных поцелуях есть что-то такое, что-то совершенно новое, и это что-то вызывало в Луи приятные теплые ощущения в грудной клетке. И дикое сексуальное возбуждение утраивало удовольствие, находясь в сочетание с этим ощущением. Минет тоже оказывается более приятным, когда руки кудрявого оглаживают живот и грудь Луи, и когда сам шатен накрывает его руки своими. - Черт…- стонет Луи от удовольствия, и Гарри переплетает их пальцы, двигая головой еще быстрее. И когда умопомрачительный минет подходит к концу, Томлинсон поднимает Стайлса на ноги и поворачивает к себе спиной. Гарри упирается руками в холодную поверхность и только потом осознает, что это зеркало. Он поднимает голову и встречается в зеркале с глазами Луи. По его лицу было видно, что он явно не собирался смотреть на Гарри во время секса, но сильное возбуждение дало о себе знать и, наплевав на зеркало, Луи вошел в кудрявого. Пока он медленно двигался в нем, разрабатывая проход, его взгляд скользил по спине парня, усыпанной родинками, напоминающими созвездия в небе. Признаться честно, Луи смотрел куда угодно, лишь бы не в отражение в зеркале. Наверное, парень просто боялся той интимности, которая произошла бы между ними, если б он смотрел в глаза парню, которого трахает. У мужчин есть закон: если ты планируешь трахать девчонку не больше одного раза, то не смотри ей в глаза во время секса, чтобы не вызвать у нее доверия, привязанности и чувства влюбленности. Ну и чтоб у тебя ничего подобного тоже ненароком не возникло. И Луи придерживался этого правила со многими одноразовыми девчонками, придерживался его и с Гарри, когда трахал его раньше. Но в этот раз что-то пошло не так. То ли Гарри слишком громко застонал, то ли Луи стало так хорошо, что он забыл обо всем на свете, то ли на Солнце произошел выброс мантии, но Луи нарушил свое правило. Он посмотрел в зеркало. Туда, где на него смотрела пара зеленых глаз, полуприкрытых от удовольствия. Смотрела так, что заставила Луи на пару секунд остановиться. Он слегка ошеломленно пялился в глаза Гарри, пока тот старался постановить дыхание и не отводить взгляда. Шатен медленно подался вперед всем телом, прижимаясь грудью с влажной спине кудрявого. Его подбородок лег на плечо парня, и он плавно двинул бедрами. Глаза Гарри прикрылись от удовольствия, и он приоткрыл рот в тихом стоне. Луи снова сделал толчок, а потом еще, и еще, наблюдая за тем, как Стайлс кусает губы и сводит на переносице брови. Шатен не мог оторвать глаз от зрелища, которое наблюдал в зеркале. Тело Гарри было действительно красивым со своей молочной кожей, родинками и подтянутыми мышцами. Луи убрал свои руки с бедер кудрявого и обвил ими его торс, впиваясь пальцами в его твердую вспотевшую грудь. Гарри продолжал упираться одной рукой в зеркало, а другую он оторвал, чтобы накрыть ею руку Луи. И этот контакт был настолько близким, настолько приятным и чувственным, что Луи потерял голову. Он вышел из Гарри и, схватив его за руку, потянул за собой. Захлопнув крышку унитаза, он снова сел на нее, как тогда, в клубе. Стайлс сразу же понял его намек. Он развернулся спиной к шатену, но тот остановил его и потянул на себя, заставляя сесть к себе лицом. Гарри слегка недоверчиво обнял Луи за шею, следя за его реакцией, но шатен был занят своим членом, который он направлял в задницу Гарри. И как только Стайлс начал опускаться на него, глаза Томлинсона мгновенно вернулись к его лицу. Он заворожено наблюдал, как кудрявый запрокидывает голову и стонет. Он придерживал парня за бока, пока тот ерзал на нем своей задницей. В какой-то момент Гарри опустил голову и их лбы соприкоснулись. Голубые глаза продолжали смотреть в зеленые, даже когда они были так близко. Их учащенное дыхание смешалось, когда губы держали дистанцию между друг другом. Кудрявый согнул руки в локтях, когда запустил пальцы в волосы Луи и от этого его запястья и предплечья держали лицо Луи, прижимаясь к его щекам и не позволяя отвернуться. Да Луи и не собирался отворачиваться. Ему нравился этот контакт. Слишком нравился. Даже как-то непозволительно сильно. Его руки скользили по спине Гарри, прощупывая лопатки, когда движения стали резче и глубже. Стайлс почти кричал, и его голос заглушал стоны Луи. Они кончили почти одновременно- шатен в Гарри, а кудрявый на живот Томлинсона. Они восстанавливали дыхание, не отрываясь друг от друга. И Луи все еще не мог понять, как сильно он вляпался. Даже когда они с Гарри по очереди приняли душ, когда оделись, когда поужинали полусырой яичницей и когда смотрели телевизор. Он все еще находился в эйфории, в каком-то послевкусии от случившегося. И только когда они легли спать в одну постель, отвернувшись друг от друга, Луи вдруг почувствовал странное ощущение своей спиной- близость Гарри. В какой-то момент она вдруг стала ощутимее и не давала покоя. Луи долго не мог уснуть, но все-таки заставил себя спать. И это был первый признак той задницы, в которую так незаметно превратилась его жизнь в тот вечер. А может еще и раньше - в тот день, когда он нагрянул в эту самую квартиру и дверь ему открыл кудрявый парень.