Уголек пепла или Руины мира.

Глава 25. Регулус осмотрелся вокруг, его притащили, а по-другому и не назовешь, в какое-то странное темное помещение. Странно, но его не пытали, не причинили вреда, и от него явно ничего не хотели, это было необычно, потому как обычно в таких случаях от похищенного всегда что-то хотят, иначе для чего его похищать. Он задумался, что ж, значит, у них должен быть главный, тот, кому от него что-то нужно, а раз его здесь нет, то и бандиты не знают чего требовать, просто выполнили приказ. В целом, защита хорошая, но пробить ее не составит труда, конечно придется повозиться, вспомнить былое, но убежать можно, эх, как хорошо, что он не взял с собой Гарри. А еще Регулусу было обидно, его как какого-то маггла обвели вокруг пальца, сейчас пожалуй, он бы мог сбежать, но не хотел. Ему было до жути любопытно, кто же его похитил, а главное для чего? Этот вопрос все больше мучал, или если сказать точнее, издевался над сознанием и разумом Регулуса Блека. Но ответ, увы не находился, поэтому-то он и решил остаться, а может просто чувствовал, что так будет лучше. Скорее всего, он чувствовал, что надо остаться, но логическое объяснение данному феномену не находил. Еще было одно важное упущение, он шел на встречу с адвокатом, чтобы договориться, и вытащить из Азкабана Сириуса, а теперь придется искать нового, так как мистер Бандаль, говорил, что уйдет в отпуск, в Турцию кажется, на месяц. Терять же время напрасно, Регулус не хотел, он и так считал, что бесконечно виноват, перед старшим братом, а тут такое. А еще он вспомнил Лили. Не зная сам, почему, он вдруг подумал, что стоит ее найти, просто так, узнать, что она счастлива и увидеть ее улыбку. Пускай не с ним, но главное счастлива. Глупость какая, но очень хочется посмотреть в ее глаза, хоть разок, да, конечно, у Гарри ее глаза, но все же, не те, что у нее. Он понимал, что возможно, но может быть она еще его любит, глупое предположение, но надежда еще угасающим огоньком теплилась в его душе, да уголек тот был на самом дне, но он был. Он помнил, как она задорно смеялась, и как изменилась потом, он помнил ее свадьбу, и ее белое пышное платье, и он помнил те белые розы, тогда в ее глазах, что-то промелькнуло, но он думал, что ему показалось, теперь же, он с удивлением понимал, что ему не показалось, что так оно и было. Он даже забыл, что находится в каком-то непонятном месте, и что его похитили. Он забыл обо всем. Ее образ вдруг восстал у него перед глазами, словно она — живая, стоит перед ним. В своем белом платье, с распущенными волосами, и с тем букетом цветов. Вдруг образ ее меркнет, превращаясь в черно-белый и только зеленые глаза загораются зеленым огнем, и он слышит, как она шепчет, мертво-бледными губами, словно заклятие, слова растянуты, похожи на молитву в церкви: “Белая вуаль стелится дорогой смерти, Небеса черной краской покрашены, Вы Свету больше не верьте, Они темнее, чем кажутся. Факелы ярко вспыхнут в ночи, Заметает белым снегом всех, Ты будешь кричать: “Помоги!”, Но сверху раздается смех. Оберегайся Черной Вдовы, Она опасней многих, И не пей предложенной воды, От нее ты протянешь ноги. Белая вуаль стелится дорогой смерти, Но, увы, та дорога не твоя, Вы больше Свету не верьте, Ведь Свет прародитель Зла!” Образ Лили исчезает, растворяясь во тьме помещения, а Регулус сидит, и смотрит, словно может видеть сквозь стены, он только что видел видение, он слыхал о подобном ранее. Все дело в том, что иногда, сама Магия посылает подобные видения, что в последние триста лет, не происходило, и что очень значимо, она предупреждает об опасности, но не всех подряд, а только тех кто достоин подобных вещей. Стук в дверь оторвал его от размышлений. Та распахнулась, Регулус тут же встал, свет хлынул в глаза, и он не сразу понял, кто стоит перед ним. Когда глаза привыкли к свету, он обомлел, перед ним, во весь свой рост, стоял никто иной, как Сириус Блек, собственной персоной. — Регулус, — Сириус запнулся, взмахнул рукой, и по стенам тотчас зажглись факелы, он не мог ничего сказать, он не знал, что делать, и уж тем более что сказать, как объяснить, да и вообще. Он был безумно рад видеть перед собой брата, брата, которого он считал погибшим. — Сириус? — Рег тоже не верил своим глазам, как тут оказался Сириус? Почему он спокойно стоит? И еще много других вопросов, на которые у младшего Блека не было ответов, совсем не было. — Я, — Сириус запнулся, но Регулус не выдержал, первый сделал пару шагов, и подскочив брату, порывисто его обнял, черт, как же он скучал. Тот же, не ожидал ничего подобного, но тоже крепко обнял в ответ, прошептав лишь одно слово: “Живой!” *** Между тем в Хогвартсе происходили очень странные вещи. Например, в кабинете Альбуса Дамблдора было очень и очень тихо, ну конечно, пока не пришел хозяин кабинета, очень злой хозяин. Он вошел, и портреты бывших директоров сразу замолкли, так как по лицу вошедшего прочитали, что не в лучшем расположении духа, тот, ой, как в не лучшем, и злить его опасно, прежде всего для себя, потому-то они замолчали, чай не дураки, своя шкура, пусть и в таком обличии ценнее. А Альбус очень зол, очень. Во-первых сбежала Лили Поттер! Как такое могло произойти, он не знал, ведь все было предусмотрено, все было обговорено, и самое главное все было под контролем, но видимо, ключевое в этой фразе слово было, иначе не скажешь. Джеймс все делал по инструкции, да поругался, но Лили всегда отличалась вспыльчивостью, и зелье он подливал исправно, и ничего не предвещало беды, ну ни-че-го! Последнее слово, сам того не замечая, он произнес вслух и по слогам. Да, конечно, но теперь все планы Минерве под хвост, планы, выстраиваемые десятилетиями! Надо выпить, такая банальная, но единственная здравая мысль пришла ему в голову. Он достал из стола бутылку початого коньяка, между прочем пятилетней выдержки и сделал глоток прямо из горла, чего уж тут, не до церемоний. Потом закусил лимонной долькой и снова стал анализировать ситуацию, которая ему не давала покоя, да и раздражала порядком, потому как выхода он из нее не видел. А когда он не видел выхода и не контролировал ситуацию, он переставал контролировать себя, что очень плохо сказывалась на настроении подчиненных, и у тех тоже портилось настроение, а те уже портили его ученикам, не все конечно, но некоторые не выдерживали или не сдерживались, это как посмотреть. *** Рабастан Лестрейндж очень удивился, когда увидел, что брат с его женой куда-то исчезли, и до сих пор не появлялись, но он думал сейчас о более важных вещах, нет, конечно, он волновался о брате, и Беллс, но прекрасно знал, а точнее чувствовал, что с ними всё хорошо, а раз хорошо, так чего волноваться? Как ни странно, но Рабастан думал о Томе Риддле, именно так, и никаких Темных Лордов. Он долго и тщательно анализировал ситуацию, и пришел к такому выводу: Темный Лорд и Том Риддл совершенно разные люди. Нет, тело одно, но Темный Лорд марионетка, и скорее всего марионетка Альбуса. И тогда всё встает на свои места и проясняется. И поведение, и действие, и все остальное. А еще Рабастан думал о ювелирной работе артефактора, и очень скучал по ней. Он всегда мечтал им стать, но не сложилось, а если быть точнее, то случилось война, и теперь, в свете открывшихся теорий стало неясно, кто с кем воевал, а главное для чего? В чем была суть войны? Нет, сначала конечно, вроде все понятно, но если чуть копнуть, то этого смысла, по крайне мере для них, его просто нет. Какая нелепая мысль, вот и сходишь с ума потихоньку, но ведь сходят с ума только те, у кого он есть, не так ли? Эта мысль обнадежила его, и он откинулся на солому, что была заменой кровати в данном месте. А еще его беспокоила мысль об упадке Магии в их мире. Традиции все больше забывались, и волшебники использовали магию, как инструмент, для облегчения жизни, и все. Безусловно, Магия должна помогать, но видеть в ней главное предназначение в этом, очень глупо. Они перестали ее уважать, за что в скором времени и поплатятся, но ее надо спасать. С такими мыслями, Рабастан погрузился в сон. *** — Куда это вы собрались? — Лорд Азкабан появился неожиданно, но вовремя. — А разве вы не исчезли? — Белла удивленно уставилась на призрака. — Эх, не удалось, вечно эта Вечная Леди, — он вздохнул. — Вечная Леди? — Рудольфус задумчиво потер подбородок, что-то знакомое, но вспомнить не удавалось. — Ах, как впрочем она и говорила, вы даже не знаете кто она такая, — Лорд Азкабан снова вздохнул. — Да, увы, я не знаю, — Беллатрикс виновато опустила голову, все-таки было стыдно, потому как она поняла, что Вечная Леди очень и очень важная персона, раз смогла отправить призрака назад, да еще раздавать ему указанья. — Пройдем в гостиную, я просвещу, — он махнул рукой. — Да, конечно, но нам надо наверх, иначе нас хватятся, — произнес Руди с сожалением в голосе. — Только на завтрак? — уточнил Лорд, подозрительно смотря на четы Азкабан. — Только на завтрак, — успокоила его мадам Лестрейндж. — Что ж, жду, — и он скрылся в библиотеке. Белла вздохнула и взяв за руку Рудольфуса вышла в коридор. Вспыхнули факелы, но теперь он не казался таким жутким и темным, а еще Руди чувствовал замок Азкабан. И он понял, что теперь он полноценный его хозяин. Рад вас приветствовать лорд. — Кто это? — прошептал Рудольфус. Я — Азкабан, но меня слышать можете только вы, и иногда хозяйка.* — Снова раздалось в голове мужчины. Ну, здравствуй, Азкабан. ** *** Вечная Леди смотрела на мир, и улыбалась, все же хорошо, что она отправила Лорда с небес на землю, в прямом смысле этих слов. А весь план чуть не провалился из-за Небесной Канцелярии, видите ли у них график, план, да плевать она хотела на такой план, подумаешь, план. Но после ее взгляда, в котором плясало Адское пламя, про план тут же все благополучно забыли и даже сказали, что очень рады ее видеть, и что пускай она еще заходит, они будут рады ее присутствию, и прочая лесть, так что у нее чуть приступ ярости не случился, от такой благожелательности. Она терпеть не может лесть. — Миледи, — рядом появился Волк. — Уже иду, — девушка помнила, что обещала тому партию в карты, полезная вещь, между прочим.