Ударенная на всю голову, или Как применить дракона?

      Вот вы спросите, почему, получив по заднице от Торина, я не закатила истерику, не треснулась лбом об пол, не превратилась в виверну и не сожрала обидчика?.. Насчёт последнего отвечу — подавилась бы. Или отравилась. Или и то, и другое сразу.       Несколько лет назад, примерно таким же вопросом задалась моя сотрудница. Галка тогда была очень удивлена тем фактом, что я застукала своего сожителя с соседкой, но не стала устраивать скандал, не выдрала потаскухе патлы, не выцарапала бесстыжие глазюки благоверному… А зачем? Факт измены уже свершился, так чего было нервы портить?.. Выставила урода вместе с выдрой в подъезд в чём мать родила и позвонила мужу той лахудры — зампрокурора области, на редкость склочному и пакостному мужику — да и дело с концом. Я, в принципе, баба незлопамятная. Отомщу — и забуду. И ещё раз отомщу. Как-то так…       Главные ворота в Эребор были высокими. Ну, то есть очень. Где-то с современный небоскрёб. Во всяком случае, метров триста там точно было. Голосить до самой земли показалось мне глупо, поэтому я заткнулась на второй секунде падения. И в который раз пожалела, что из-за нелепой случайности, не смогу уберечь от гибели трёх дорогих мне людей… Да, да, я знаю, что они гномы, просто постоянно оговариваюсь! Привычка — вторая натура.       Я падала и чувствовала воздушные потоки вокруг себя. Нужно было только раскрыть пошире крылья, и ветер подхватил бы, унёс за собой, обещая новые приключения!.. Повинуясь внезапному порыву, я раскинула руки и выровнялась в воздухе. Откуда-то изнутри поднялась волна дикого восторга, бесследно рассеивая страх, заставляя поверить в бесконечный полёт и забыть о самой возможности падения…       …Мгновение — и над гномьим войском с приветственным рёвом пронеслась розовато-серая молодая виверна. Попыталась лихо развернуться в воздухе, но с непривычки не вписалась в поворот и с щенячьим визгом кубарем покатилась по земле. Благо высота была небольшая, так что я не убилась. Даже не сильно ушиблась. Вроде бы.       Наблюдавший за этими кульбитами Даин только головой покачал.       — Вот ведь дурёха! — рыжий гном подъехал на своём боевом хряке к самому носу моей распластавшейся в пыли светлости и постучал по нему кулаком в латной перчатке. — Ты каким местом думала, когда решила тут свои воздушные фортели показать? А если бы насмерть?!       — А это и было насмерть, — двойным голосом прогнусавила моя везучесть, с трудом подтягивая под брюхо передние конечности.       На секунду мне показалось, что в глазах ярко вспыхнули звёзды… Короче с земли перед гномом поднялась человеческая девица. Мелкая, неказистая, с фиолетовыми лохмами на голове, в эльфийской грязной одежде, да ещё и босиком.       — Я с балкона упала, — пошатываясь, сообщила я. — С добрым утром, Даин. Я Алессия. Прошу любить и не жаловаться…       Назад к воротам я ехала на свинье! Даин сначала не поверил, что я оборотень, но потом заметил нездоровое оживление над Главными воротами и решил узнать всё из первых, так сказать, рук. Небольшой проход для дружественных войск мои гномы разобрали ещё вечером. Спрашивается, когда только успели?.. Так что хоть с трудом, бочком и по одному, но войско Железных Холмов начало просачиваться в чертоги Эребора. Меня в эту дыру пропихнули одной из первых. И на моей шее тут же повис до смерти перепугавшийся за меня Бильбо. Остальные, может быть, тоже с удовольствием бы потискали мою многострадальную тушку, но тут появился Гендальф и, ухватив меня за ухо, утащил за собой, строго ворча:       — А вам, юная леди, пора принимать лекарство!..       На лоджии меня уже ждала Тауриэль с «подмигивающей» бутылкой.       — Допивай.       Я бы, может, и повозмущалась, но рядом с Тау стояли Кили и Двалин. А возле дыры в ограждении — Леголас, словно бы невзначай поигрывающий мотком верёвки и кидающий на меня многозначительные взгляды.       — Изверги!.. — пожаловалась я Фатуму.       Фатум на меня благополучно клал с прибором, поэтому пришлось допивать. Самочувствие после этого окончательно выровнялось, и я ощутила прилив сил и бодрости. Мои «доброжелатели» это тоже заметили.       — Вот теперь можешь оборачиваться, — благосклонно кивнул Гендальф. — Отнесёшь меня и принца Леголаса к владыке Трандуилу.       — А он меня не удавит? — с сомнением покосилась я на обвалившиеся перила. — Трандуил. Всё же я ему в прошлую встречу много чего лишнего наговорила…       — Например? — нахмурился маг.       Партизан сделал вид, что ему жутко интересно, что же там творится внизу. Тауриэль покраснела, пискнула что-то насчёт мародёрства и, ухватив Кили за локоть, сбежала в неизвестном направлении. Зато за спиной Гендальфа мгновенно сконденсировалась толпа гномов во главе с Даином, жадно пожирая меня глазами. У рыжего пушистика даже уши под шлемом шевелились.       — Да ничего такого, что бы не было правдой, — промямлила моя светлость. — Ну, может быть, преувеличила чуток…       — Алессия! — нахмурился волшебник. — Что? Ты? Ему? Сказала?       — Что он сивый мерин, пьяница со стажем и у него морда треснет на мне кататься! — выпалила я на едином дыхании, а потом с места в карьер драпанула от разъярённого мага подальше, пока не удавил раньше Трандуила.       К моему вящему неудовольствию, убегая от Гендальфа, я споткнулась о чей-то брошенный на ступенях молот, и остаток лестницы пересчитала черепной коробкой, в конце чуть не раздавив с десяток гномов.       После этого я расслабилась и свернулась калачиком, безропотно выслушивая мнение мага о моей нескромной персоне. Половина слов произносилась на эльфийском. Я даже ушные пластины навострила, когда проскочило уже знакомое «ango». Интересно, что означает это слово? Спросила. Гендальф стушевался, покраснел и сказал, что рано мне ещё знать такие ругательства. Проходивший мимо Торин громко хрюкнул и поспешил затеряться в толпе. Вообще, это был первый раз за утро, когда я его заметила. Он что, избегает меня?..       Короче, лететь всё равно пришлось, как я ни упиралась. Лас уже привычно взгромоздился мне на загривок. Маг попытался сесть на спину. Я захихикала, прогнулась и встопорщила гребень. Гендальф попробовал переместиться поближе к лопаткам. Теперь я замурчала и выгнулась дугой. Маг, ругаясь, сполз мне на круп. Я начала топтаться задними лапами задрав хвост столбом. Наблюдавшие за посадкой гномы сгибались пополам от хохота. В конце концов, Партизану пришлось потесниться, освобождая местечко и для пенсионера.       С воздуха мы эльфов не нашли. Пришлось садиться и топать пешком. Я пыталась найти лагерь остроухих по запаху. Но даже два дня не мытый Леголас пах какими-то травами, так что попытки вынюхать ушастую братию успехом не увенчались. Побродив по перелескам и чуть не огребя люлей от семейства барсуков, которым я нечаянно обрушила нору (маг с эльфом круглыми глазами наблюдали, как здоровый дракон, поджав хвост трусливой дворняжкой, удирает от сердитых полосатых зверьков), я решила упростить задачу.       — Ладно, сейчас они сами нас найдут! — объявила моя светлость, с комфортом располагаясь на небольшой полянке. — Леголас, только я тебя прошу!.. Это всего лишь песня и я никоим образом не желаю оскорбить чьи-либо чувства… В общем, не бей меня потом, ладно?       — Ты что, про карася петь собралась? — усмехнулся Партизан, сползая по шее мне на плечо.       — Хуже, — я прокашлялась, вспоминая слова песенки, которую как-то пели бухие ролевики у меня под окном (в полпервого ночи, хором). — Про эльфов.       — Мне уже не хочется это слышать, — нахмурился ушастый.       — Поверь, ничего пошлого, матерного и, в принципе, нового ты не услышишь, — пообещала я. — Итак: романс Моринготто! «Скажи мне гордый человек, где город Гондолин? Нет, нет, про пытки и побег потом поговорим!.. Иную жизнь оставил я и дал обет идти. Идти в далёкие края (да уж) и спрашивать в пути: а не Гондолин ли это, а не Гондолин ли это, а не Гондолин ли это?.. Нет, не Гондолин…»       Пока я пела, оба моих спутника сидели у меня на хвосте рядочком в позе роденовского Мыслителя и старательно делали вид, что они не со мной. Искомые эльфы нашлись уже после третьего куплета:       — «…А не Гондолин ли это, а не Сильмарилл ли это, а не Лучиэнь ли это?.. Ой! Нет, не Лучиэнь!..»       Как специально подгадав под конец припева, из кустов вылетел здоровенный лось с эльфом на спине и попытался меня забодать. Всадник в свою очередь попробовал нашинковать меня в корейскую морковь. Но я была наготове и с визгом скрылась на вершине заранее присмотренного раскидистого дерева неизвестной мне породы. Пассажиры при этом клещами повисли на хвосте, но падать под ноги разъярённого моим вокалом остроухого драгуна не захотели.       — Cin naneth! Im dag le, saew ango!!! — рявкнул под деревом Трандуил (да, это был он, просто я с перепугу не разглядела) и разразился ещё более экспрессивной тирадой на эльфийском.       — Да что значит это ango?! — я попыталась безуспешно поджать хвост, опасаясь за сохранность родной конечности.       — Ada, хватит! — Лас разжал руки и свалился вниз переспелой грушей. — Она никого не хотела оскорбить!..       Дальше пошли объяснения, обвинения и просто ругань. Неизвестно, чем бы закончилась семейная ссора сына с отцом (надеюсь, не как у Гоголя в «Тарас Бульба»), но тут со мной начали происходить странные вещи. Я почувствовала, как в желудке что-то булькнуло, прокатившись по горлу отрыжкой с привкусом того самого споенного мне Тауриэлью редкого лекарства. В глазах вспыхнули звёзды… и я судорожно вцепилась дрожащими руками в толстую ветку, на которую раньше опирался мой драконий зад. Ветка оказалась прочной, что радовало. Но располагалась метрах в тридцати над землёй. На ветке ниже, как попугай на жердочке с очумевшим видом покачивался Гендальф.       — Мамочка, — всхлипнула я, с ужасом глядя вниз, — снимите меня отсюда!.. Я больше не буду!..       Следующий час для потенциально союзных войск прошёл… нескучно. Нас с Гендальфом снимали с дерева. И если маг, несмотря на преклонный возраст, снялся без проблем, то со мной они возникли за двоих. Под деревом натянули простынку, а руководил «спасательной» операцией сам наследник. Стенограмма получилась примерно такая:       — Алессия, прыгай!       — Ты что, в сосну влупился?! Куда прыгать?! Здесь тридцать метров!       — Алессия, тебя же поймают!.. — с долей усталости в голосе.       — Ты их рожи бесстыжие видел? — выразительный кивок на десяток ушастых волонтёров с простынёй. — Они сейчас тряпку выпустят и скажут, что так и было!.. А меня потом под этим дубом в закрытом гробу похоронят!       — У нас в гробах не хоронят, у нас так закапывают, — с мстительным злорадством, видно уже не надеясь на чудо. — И это ольха.       — Да хоть пальма коксовая!.. Прыгать не буду!       — Может, попробовать сбить её стрелой? — рацпредложение от кого-то из остроухих активистов.       — Эй! Я всё слышу! Только попробуй! У тебя потом эта стрела знаешь, где окажется?.. Вместе с луком и колчаном!       — Алессия! Хватит болтать! Не хочешь прыгать — сама спускайся! — с раздражением и досадой, видно вариант со стрелой пришёлся по вкусу.       — А не Гондолин ли это?.. А не Гондо… Ну что? Сидит? — это к дереву подгрёб Гендальф, довольный как слон и с каким-то бутером в руке.       — Сидит, — с обречённой покорностью.       — А тупой стрелой сбить не пробовали?       — Гендальф, сволочь ты пенсионерская!.. А-а-а-а-а-а-а-а-а!!!       Хлоп.       — Ну вот, — с радостным облегчением, — я же говорил, что тебя поймают, а ты не верила!..       — Ик…       Пред светлы очи Владыки Трандуила я предстала в очень растрёпанном и пришибленном состоянии, выпучив перепуганные глаза, так и не выпустив из рук кусок отодравшейся от ветки коры. Поглазев на меня пару минут, Владыка со вздохом налил в кубок какой-то алой жидкости и сунул мне под нос.       — Пей.       Я сфокусировала на посуде отсутствующий взгляд.       — А?..       Трандуил недовольно хмыкнул, отошёл к резному столику около кровати и поставил на неё нетронутый кубок. Потом наклонился и извлёк из подкроватных недр графинчик с бесцветной жидкостью и рюмку. Плеснул содержимое графина в рюмаху и снова подошёл ко мне.       — На.       Я потянула носом, улавливая знакомый запах… А потом быстро выхватила у царя графинчик и в три глотка высосала оставшиеся грамм двести самогона хорошей очистки. Потом вернула тару офигевшему владельцу, занюхала корой и с облегчением выдохнула:       — Большое человеческое спасибо! Кстати, хорошая нычка…       Не подумайте, что я алкоголичка. Вовсе нет! Просто в такой нервной напряжённой атмосфере лучшем антистрессовым средством является именно водка. Ну, или гномий самогон. Из-за постоянного воздействия адреналина пьянящего эффекта практически не оказывает, а вот расшалившиеся нервы успокаивает по счёту раз!.. Блин, я с этим чокнутым Средиземьем скоро либо сопьюсь, либо убьюсь!..       — Значит, ты дракон-оборотень? — посчитав миссию по выведению меня из шока оконченной, высокомерно вскинул подбородок Трандуил. — Необычно… И что же тебе за интерес к гномам? Надеешься заполучить сокровища Эребора?       При воспоминании о провонявшем Смаугом подземелье меня заметно передёрнуло.       — Нет! Вот это как раз последнее, чего бы я хотела, — выпалила моя бескорыстность.       — Тогда что? — прищурился владыка. — Что тебе от них понадобилось?       Я пожала плечами.       — Да ничего, наверное. Просто идти больше некуда было.       — Леголас просил за тебя… — тоном «ах ты неблагодарная скотина» начал эльф.       — Да не хочу я вас! — громко перебила я повелителя Лихолесья.       За тонкой стеной шатра что-то рухнуло, загремев, как гора кастрюль. У Трандуила глаза на лоб полезли. Вот о чём он, спрашивается, подумал, сивый развратник?!       — В смысле не хочу я жить среди эльфов, — пояснила моя красноречивость.       — Тебе не нравятся эльфы? — вкрадчиво спросил Трандуил, делая шаг в мою сторону и небрежно опуская ладонь на рукоять висящей на поясе под халатом сабли.       — Нравятся, — я сглотнула и попятилась, — но поймите меня правильно… Очень страшно смотреть в глаза молодому привлекательному мужчине и понимать, что лет ему в три раза больше чем всей цивилизации твоего мира…       — Иномирянка, — эльф как-то странно ухмыльнулся, отошёл от меня и, подхватив с тумбочки кубок, задумчиво протянул: — Тогда понятно…       — Слушайте, извините, что я вас тогда обозвала… — когда пауза затянулась, попробовала сгладить неловкость моя светлость.       — Да, да, ты не хотела, — скучающим тоном отозвался владыка. — И на самом деле ты так не думаешь…       — …в присутствии подданных, — закончила я фразу. — Не стоило так ронять ваш авторитет. А вообще я и хотела, и думаю так, как сказала.       — Я гляжу, тебе нравится играть со смертью, дракониха? — зашипел ушастый царь, поворачиваясь ко мне лицом.       — Я виверна, — пискнула моя светлость, наблюдая, как с левой щеки эльфа сползает кожа, обнажая лицевые мышцы, связки и жевательные зубы обеих челюстей. — …У вас камни на обеих шестёрках плюс небольшой кариес на шейке верхней семёрки. К стоматологу давно ходили?..       Рычание протянувшего ко мне ручки Владыки напомнило Торина…       Приёмы, ещё ночью «подвешенные на рефлекс» в процессе драки с гномом, были проведены безупречно… Единственное, что запущенный в полёт Трандуил оказался более аэродинамичным и улетел немного дальше. Попутно снеся собой тумбочку, кушетку, опору шатра и «греющего уши» подчинённого.       Рычание переросло в рёв разъярённого дракона, недвусмысленно дав понять, что стоять на месте мне всё же не стоит. Поэтому я поставила рекорд по лёгкой атлетике, пробежав стометровку до ближайших кущарей в кратчайшие сроки и нырнув туда с разбегу вперёд головой. Блин!.. А повелитель Лихолесья действительно страшен в гневе!.. И дело тут совсем не в ожоге четвёртой степени с некрозом кожного покрова и соединительных тканей на пол-лица.       Петляя загнанным зайцем, я неслась через перелески, отлично понимая, что промедление смерти подобно. Погони я не слышала, но обманываться на этот счёт не стоило — копчик (он же интуиция) упорно твердил: наддай!..       Пробегая очередной лесок, я единым прыжком перемахнула небольшую полянку и рванула дальше. А спустя пару секунд сзади послышался треск и ругань. Это меня притормозило. Отлично понимая, что любопытство убило кошку, я прокралась обратно.       Полянка, которую я перепрыгнула, не иначе как на драконьих инстинктах, оказалась медвежьей ямой. Старой, уже заросшей поверху дёрном… Но насквозь прогнившие жерди веса взрослого эльфа не выдержали. И теперь Трандуил сидел на заднице между остатков заточенных когда-то кольев и грязно ругался. Почему-то на орочьем.       — О! А я знаю это выражение! — обрадовалась моя светлость, заглядывая в яму. — Меня так Саурон обозвал, когда я ему в глаз плюнула!..       В яме резко заткнулись.       — И о чём ты говорила с Сауроном? — настороженно донеслось снизу.       — У Гендальфа спроси, — фыркнула я, — он при этом присутствовал.       Пару минут было тихо. Потом Трандуил приказным тоном сообщил:       — Я ногу подвернул. Вытащи меня отсюда.       — А волшебное слово? — опешила я от такой наглости.       — НЕМЕДЛЕННО!!!       От этого вопля я испуганно шарахнулась, в глазах вспыхнуло… и вот я снова милая симпатичная виверночка. Блин! Да что ж за нахрен-то такой, а?! Наверняка спонтанное превращение — это ещё один побочный эффект Тауриэлькиного «телебенчика»!..       Решив, что один эльф мне особо не навредит, осторожно опустила в яму пятую конечность.       — Эй, цепляйся… Аоуы!!!       Я выдернула хвост, заорав от резкой боли. На кончике бедной махалки болтался ушастый изверг и с мстительной ухмылкой проворачивал загнанный между чешуй тонкий стилет. Я уже собиралась плюнуть в урода огненным сгустком, но вовремя сообразила, что подобное самоуправство грозит нехилым политическим скандалом. Да и Лас за жаркое из «папятины» по голове не погладит. Поэтому, сцепив зубы, отодрала от себя ругающегося и плюющегося (тоже мне, королевское воспитание) остроухого вредителя и засунула его обратно в яму. После чего с причитаниями занялась раненым хвостиком. Провозилась, наверное, полчаса. Странно, но за это время на меня никто не напал в попытке отбить пленённого Владыку. Может, заморочки психованного правителя так достали народ, что они решили по-тихому избавиться от него моими трудами?..       — Слышь, Трандуил, — позвала я, не рискуя, впрочем, особенно соваться в ловушку, — а чего это тебя никто не спасает?       — А я нуждаюсь в этом? — ехидно ответил его величество.       Я задумалась. А действительно, что я могу ему сделать? Убить? Ну нафиг! Покалечить? Тоже не вариант. О! Идея!       — Слушай, вашество, давай мириться, а? — я заглянула в яму, умильно щуря глазки, прядая ушными пластинами и просительно прижимая гребень.       Мне в глаз метко полетел камень. Мудак.       — Не хочу, — Трандуил вальяжно развалился в переплетенье корней, словно в гамаке, покачивая в руке окровавленный стилет.       — Тварь, — буркнула я шёпотом. — Но у тебя, наверное, нога болит, — из последних сил продолжила увещевать живодёра. — Ты ж сильно, наверное, подвернул?..       — Ничего страшного, — невозмутимо ответил ушастый папаша, — я потерплю.       — Да чего тебе надо-то?! — жалобно возопила моя светлость. — Покататься? Хорошо, я тебя на загривке до Эребора прокачу с ветерком. К Торину на переговоры. Только без седла.       — Не хочу, — тем же вальяжно-насмешливым тоном отозвался эльф.       — Сожру, — без всякой надежды, скорее из упрямства пригрозила я.       — Попытайся, — равнодушно согласился ушастый.       — Так, ну ты сам напросился!.. — решив, что всё от себя зависящее я уже сделала, удобно улеглась на краю ямы и заголосила: — «А Элберет Гилтониэль! Селиврен пенна мириэль!..»       Ну, бухие ролевики довольно часто зависали по ночам под моими окнами. Там просто детская площадка была… Так что таких вот песенок я знала много. Не все, конечно, наизусть, но в процессе и додумать можно. Или вставить демократичное «ля-ля». Трандуил, как и все эльфы, обладал чутким музыкальным слухом, а я пела исключительно для собственного удовольствия и как Фатум на душу положит. Ноты? Не, не слышала.       Сломался его величество минут через сорок.       — «…На меня надвигается из кустов Маэглин (о, Господи)! Ну и пусть надвигается — я сбегу в Гондоли-и-ин!.. Он повёл войско орочье по дремучим лесам… Виноваты не очень мы — заблудился-то сам…»       — Ну всё, хватит уже! — заорали из ямы. — Откуда ты столько этой дряни знаешь?!       — А-а-а, тебе скажи!.. — хихикнула моя светлость. — На меня надвигается из кустов Сильмарилл!..       — Нет!!! — в голосе Трандуила зазвучала паника. — Замолчи! Я согласен на переговоры с Дубощитом!.. Да хоть с самим Сауроном! Только, не пой больше этот бред!       — Вот сразу бы так, — удовлетворённо проворчала моя светлость, наклоняясь над ловушкой. — Пыряться больше не будешь?       — Не буду, — устало вздохнул Трандуил, отряхивая грязь со своего одеяния.       — Ну и ладушки, — я наклонила голову, позволяя эльфу залезть себе на загривок, — а то я ведь ещё про Эарендила знаю…       — Не надо! — эльф с размаху вогнал кинжал в дерево напротив меня. — Видишь? Больше оружия при мне нет! Умоляю, не пой больше!       — Замётано, — хмыкнула я. — Возвращаться в лагерь будем или сразу в Эребор?       — В лагерь.       — Пешком, по воздуху?       Трандуил ненадолго задумался.       — По воздуху.       — Тогда крепче держись за рога и ногами за шею обними… — проинструктировала я, карабкаясь на раскидистую ёлку. — Коленями в щёки не упирайся. Во-первых, мне неприятно, а во-вторых, там шипы острые — штаны порвёшь и коленки поколешь… Так, стартуем по счёту три. Раз, два, три!       Нет, надо всё-таки учиться взлетать с ровного места. А то пассажиры нервничают, когда стартую с трамплина… Трандуил сидел на загривке молча, сжимая горло ногами так, словно хотел меня придушить. Ну, может быть и хотел.       Через двадцать минут полёта под нами и до самого горизонта потянулся густой лес.       — Эм… Трандуил? — почуяв неладное, позвала я. — А мы, случайно мимо не проскочили?       — Что? — словно очнулся эльфийский владыка. — Да, это уже Лихолесье! Зачем ты сюда полетела?       — А ты почему сразу меня в нужную сторону не направил? — удивилась я.       — Что?! — судя по голосу, эльф удивился ещё больше меня. — Я должен был управлять полётом?       — Ну да, — я, наконец, поняла свою досадную ошибку. — Я же совершенно не ориентируюсь на местности. Поэтому Леголас со мной и летает — без пилота я заблужусь.       — И как тобой управлять? — в голосе его величества проскользнула заинтересованность.       — Вправо-влево, быстро-медленно — как с лошадью, — пояснила я, — вверх — тянуть за рога на себя, вниз — от себя и вперёд немного наклониться. Ничего сложного…       И эта падла в короне, этот Сусанин недобитый устроил мне манёвры!!! Так что снявшееся в марш эльфийское войско мы догнали только к полудню. Зато Сивый Мерин уже почти на меня не сердился — настолько ему понравилось летать!..       Только чует моя пятая конечность, что из-за этого у меня ещё возникнут серьёзные проблемы…