О том, как нужно держать себя в руках.

Я слушал Джонни, пытаясь понять смысл его слов. Сердце сжималось и вот-вот готово было взорваться. — Ты любишь Тэёна? — прошептал я, всматриваясь в лицо парня. Все его слова казались невероятными. Жил ты в семье, кушал еду, приготовленную мамой. Думал всегда о семье, говорил о них с друзьями. Но все рушится, когда они сообщают тебе про твое детство, которое ты провел в детдоме. И сидишь слушаешь, как тебя обманывали и навязали ложные воспоминания. В тот момент, я думал о том, как мир несправедлив и везде люди просто обманывают тебя. — Ты игрался со мной, как последняя…блять, да я даже слово не могу подобрать, — я говорил спокойно, не смотря на то, как все во мне переворачивалось. Джонни, как и я, сидел на земле и перебирал камни, которые до этого спокойно лежали в стороне. — Мне было интересно. Ты так шарахался, — парень усмехнулся, — а когда Тэён купил тебе телефон, у меня снесло крышу. И я решил, что ты достанешься мне и будешь держаться от него подальше. — Что? — переваривая слова, я все больше злился и ярость начала вырываться наружу, — я, блять, ебанный человек. Какого хера ты пользуешься моей жизнью во благо себе? — Но… — Я переживал, что действительно тебе нравлюсь, я, ебанный натурал, переживал, что в меня влюбился парень. Ты не представляешь, что я пережил! Ты просто сранный эгоист. Я поднялся с земли и повернулся к парню спиной, собираясь зайти в дом. — Больше не смей впутывать меня в свое дерьмо. — Дерьмо? Это ты наделал это дерьмо! — услышал я за спиной, — все было нормально до того, как ты появился. Мама, когда я был маленьким, говорила, что я съедаю варенье и затем сильно ругала за это, но на самом деле это был отец. Я говорил ей об этом, плакал, раскидывал вещи, пинал игрушки, доказывая свою невиновность. А потом шел в свою комнату и выл от несправедливости. Кулаки сжались и я быстрым шагом направился к двери, не оборачиваясь. Мне не хотелось лезть с кулаками и что-то вдалбливать в голову Джонни, даже не хотелось пинать все подряд. В голове было пусто и сильно хотелось спать. Я зашел в дом и, обессилев, скатился по стене на пол, закрывая лицо руками. На улице стояла глубокая ночь, родители давно спали. Я сам не понял, как из меня вырвался смех. Я повалился на пол и завелся в диком хохоте. В глазах встали слезы и живот дико сжимался в приступах. Послышались шаги и я увидел перед собой лицо мамы, которая испуганно сжала меня в объятьях. — Тэн-а, что случилось? — шептала она, сильнее прижимая к себе, — почему ты плачешь? Не понимая, о чем говорит мама, я попытался остановить смех и с ужасом понял, что рыдаю в голос. Я заикался, пытаясь хоть как-то ответить и успокоить ее. Я должен был сказать, что все в порядке, что не расстроен и просто устал. Но слова сами вырвались. — Мама, я гей — слезы мешали и я бил себя по лицу, чтобы это прекратилось, — мама, мама. Я повторял и повторял, хватаясь за нее. Сквозь свои всхлипы я услышал, как плачет она. И эмоции нахлынули с новой силой. Мне было стыдно перед ней. Мама, что-то шептала, говорила, но я не слышал. Не хотел слышать, боялся. Как принимать сына, который останется больным навсегда. Это болезнь. То, что ты приобрел и тебе не нравится называется болезнью. Теперь я неизлечимо болен и жить остается с этим всю жизнь. Моя жизнь ничего теперь не стоит. Почувствовав, как мама слегка подталкивает меня, я быстро встал, понимая, что уснул на полу. Она сидела рядом и гладила мою голову. — Вставай, — сказала она, улыбаясь, — Тебе надо поспать. Я смотрел на нее и не мог понять, было ли это сном, или я действительно сказал ей об этом. Но, от стянутого лица из-за слез, я понял, что признался в том, о чем даже боялся подумать. — Я…мама, прости, — сказал я, с надеждой вглядываясь в ее лицо. — Поговорим об этом завтра, хорошо? — мама щелкнул мне по носу и снова подтолкнула, чтобы я встал с пола и отправился спать. Я кивнул. В окно дул прохладный ветерок, но даже в такую спокойную ночь, я не мог заснуть. Словно мой организм перестраивается под сказанные мною слова. Мама, я гей. Я влюблен в него, я хотел его. Так сильно хотел, что только лишь мысль о нем стягивалась тугим узлом ниже живота, заставляя чувствительный орган дернуться от его образа. Тэён. Я должен поговорить с ним. Мое лицо вспыхнуло от того, что мне предстояло сказать ему. И какая будет реакция у него, ведь я уверен, что и он не равнодушен ко мне. Совсем не сомкнув глаз, я встретил рассвет, разглядывая город в окно. Будильник прозвенел, вытягивая меня в реальность. Пора собираться на учебу и сделать одно важное дело. Завтрак был уже готов и мама во всю орудовала на кухне. Сев за стол, я низко склонил голову, боясь посмотреть в ее сторону. Что она думает о своем сыне? — Тэн, — кажется, я даже подпрыгнул, — это возьмешь на обед. Я посмотрел на контейнеры с едой и кивнул, все также сторонясь взгляда матери. — Познакомишь меня с ним? — вдруг задала она вопрос, от которого в животе запорхали бабочки. Конечно, тут же в голове всплыл светловолосый образ. Я широко улыбнулся маме. Полностью собравшись идти в университет, я позвонил другу, чтобы тот выходил из дома. — Этот Джехен такой странный, — сообщил мне друг. Я задумался, о ком шла речь, а когда вспомнил, кивнул, ведь рыжик ждал от меня хоть какой-то реакции на его слова. Всю дорогу я слушал, как он общался с новым знакомым. Я не вникал в суть, но Доён был так воодушевлен, что его возбуждение перешло и ко мне. Отчего-то стало так спокойно и хорошо, что я готов был прыгать. Словно я освободился от чего-то тяжелого и теперь мог с легкостью летать. — Странно, что Джонни не ждет тебя у входа, — слова Доёна напомнили о чувстве предательства. Мне плевать на него и на его проблему. Я быстро сменил тему, узнавая о докладе по истории. И рыжий быстро начал причитать, как долго не мог найти тему и как пытался заставить себя сесть за писанину. Лекция, как всегда, была скучнее некуда. Я пытался вслушаться в слова преподавателя, но меня постоянно отвлекал Доён, который, то и дело, через каждые пять секунд доставал свой телефон и быстро что-то печатал. Он делал вид, что это его раздражает, но вчитываясь в текст, высвечивающийся на экране, его улыбка быстро приобретала широкие масштабы. Я не сдержался и выхватил телефон из его рук. Он опешил и треснул мне по лбу. В небольшой перепалке я успел увидеть адресата. Им оказался Джехен. И чего это Доён списывается с тем странным парнем? — Читтапон! — я закатил глаза и встал с места, — я устал Вам повторять, что выход в той стороне. Я незаметно пнул друга по ноге и направился к выходу, оставляя рыжего корчиться под партой от боли. Усевшись на подоконник, я достал телефон. Скачал пару игр и старался разобраться с ними до того, как прозвенит звонок. Вдруг я вспомнил, как ко мне каждый раз подходил Джонни. Все это было игрой, а я всего лишь пешкой в ней, которую переставляют так, как будет угодно. До сих пор я не мог поверить в слова президента и все казалось каким-то сном, и вот сейчас выйдет он из-за угла, и снова начнет запугивать дежурством, если я не соглашусь сходить куда-нибудь с ним. Я злился, отказывался, а все это лишь заводило его. С силой пальцы водили по экрану и меня совсем перестала интересовать игра. — Да ебать, — вновь проиграв, я выключил телефон и бросил его в рюкзак. Передумав, я снова достал его и включил. Пальцы сами начали печатать сообщение, в котором я сообщил о том, где буду ждать в течении получаса. Отправив сообщение Тэёну, мое лицо обрело красный цвет и ладони вспотели от волнения. И, как обычно, мне захотелось в туалет. Кишки не выдерживают такого напряжения. Тишина в коридорах мне нравилась. Ни одной живой души и мне так и хотелось свистеть и прыгать, но я прошелся, показывая фак стенам. Я был так возбужден, что даже сальто готов был сделать. Я вошел в туалет и наткнулся на высокого парня. Он стоял у раковины и мыл руки. — Даже не поздороваешься? — спросил он, поворачиваясь ко мне. — Привет, — сухо ответил я, открывая кабинку туалета. — Да, привет, — сказал он и я услышал, как входная дверь захлопнулась. Ненависть к этому парню просто зашкаливала. Мне хотелось начистить ему морду и просто забыть о его существовании. Быстро сделав свои дела, я вышел в назначенное место. Тэён уже был там. Он сидел ко мне спиной. Вокруг шумели деревья и парень не заметил моего присутствия. Я наблюдал за ним пару минут, представляя, как в скором времени смогу обнимать его со спины, носом прижимаясь к его шее. Буду чувствовать запах его тела и он будет всегда со мной. Я просто помешался на этом парне. — Давно ждешь? — решился спросить я. Тэён повернулся ко мне, и мои конечности онемели. Он так красив. Его глаза такие большие, а уголки губ слегка приподняты. Я снова вспомнил его улыбку. — Нет, — коротко ответил он. Я сел рядом на скамью и посмотрел на пустующую детскую площадку. — Я хочу быть с тобой, — я сам не верил в то, что смог сказать это. Было чувство, что я наблюдаю со стороны. Словно душа оторвалась от тела и теперь смотрит на такого вдруг смелого меня. Тэён молчал и вдруг мне стало страшно. Я посмотрел на него и мой взгляд поймали его темные глаза. Он смотрел пристально и я не мог прочитать его эмоций. Паника полностью охватило мое тело и я не мог сдвинуться с места. Я поторопился? — Это невозможно, — вдруг сказал он и я начал чувствовать слабость вместе с головокружением. — Возможно, — едва двигая губами, прошептал я в надежде на то, что он откажется от своих слов и просто обнимет. — У меня девушка и мне с ней хорошо. Тэн, я не гей, — он встал и снова посмотрел мне в глаза, пытаясь донести смысл сказанных слов. — Но я же…мы, — я как рыба открывал и закрывал рот и схватил светловолосого за рубашку, чуть притягивая к себе. Я встал и наши лица находились в миллиметре друг от друга. — Я был пьян, — он прикрыл глаза, чуть касаясь моих губ, — просто забудь, что было, как это делаю я. Он ушел, оставляя меня в парке с орущей от ветра листвой.