Милое совершенство

Милое совершенство Автор: Oshikko Бета: astaris

Видя сверкающие глаза друга, Ричи принял решение. Возможно, в какой-то мере неправильное, но больше ждать он не мог. Слишком поздно понял, что Маркос будет продолжать сбегать и прятаться от него. Хватит. Пора бы мужу увидеть в нем взрослого человека, а не ребенка. Ричи совершенно не ожидал, что отъезд его высочества испортит план по соблазнению собственного мужа. Почти все приготовления были закончены, за исключением одной детали. Но об этом должен был позаботиться Уолтер. Нервно кусая ноготь большого пальца, омега наблюдал, как принц вальяжно ходит по общему залу. Прислуга с ног сбилась, выполняя его мелкие поручения, и эти мельтешения перед глазами вызывали головную боль, которая ухудшала и без того плохое самочувствие Ричи. Отвары трав помогали не так, как в первые дни, и с каждой минутой становилось все хуже. Особенно, когда в пределах досягаемости оказывался игнорирующий его супруг. Первое время приходилось часто переодеваться, но потом Адам заподозрил неладное и помог, советом. Ричи было стыдно за свою глупость, ведь, по сути – очевидная вещь. Ходить от этого стало не очень удобно, зато не приходилось так часто менять одежду. Ричи вздрогнул, когда Ксайр схватил его за локоть и потащил за собой в какой-то угол: он так задумался о своем плачевном состоянии, что практически забыл о наглом принце. Омега даже не знал, что в замке имеются такие ниши. Прислуга тоже, похоже, не знала, потому как угол пропах плесенью и пылью. И, кажется, Ричи вляпался в паутину. Его высочество отпустил его руку и омега поспешил отойти на безопасное расстояние, но только уперся спиной в стену: скользкую, мягкую, противную. Вздрогнул, но отлипать не стал, так как принц стоял настолько близко, что ощущался жар его тела. Ричи невольно принюхался. Принц совсем не пах, разве что мылом для бритья. Только его аура все же угнетала, а еще ярко помнились его двусмысленные намеки и предложения, от которых даже сейчас щеки покрывались легким румянцем. - Дай ему шанс. Маркос хоть и воин, но в плане чувств неотесанный чурбан. - Почему вы мне это говорите, ваше высочество? – Ричи опасливо вздернул подбородок. Ощущать под спиной холодную стену становилось все противней, к тому же, между ягодиц снова потекло, появилась тянущая боль внизу живота. - Потому что ты мне нравишься, потому что он достойный человек. И принц не был бы собой, если б не провернул никакой каверзы. Ричи даже дернуться не успел, как его поцеловали в губы. Легко, невесомо, но, тем не менее, поцеловали. Омега боялся пискнуть лишний раз – не хотел привлекать внимание мужа. И боялся он не за себя, а того, что граф мог сделать с принцем. Король не простит смерть своего сына, а войны молодому омеге хотелось меньше всего. Да и оттирать кровь с плесневелых стен тоже. - Дай ему шанс. Ричи выдохнул, когда принц, огладив его по щеке, покинул угол, и тут же закашлялся, оглядываясь. Если прибраться, поставить пару свечей, скамейку, и набросать подушек, то получится вполне милый уголок для свиданий. В такой не стыдно будет утащить мужа и… Омега тряхнул головой и поспешил покинуть неуютное пока место. На миг ему даже показалось, что паук облегченно выдохнул и помахал ему вслед лапкой. Ричи вздрогнул и стряхнул с волос паутину. Юноша замер, увидев, как принц склонился над графом и что-то шепчет тому на ухо, а затем и вовсе чмокнул его в нос. Ричи сжал кулаки. Его высочество заливисто рассмеялся и ускакал прочь, оставив позади себя облако пыли. Охрана за ним едва поспела. Совсем скоро стало не слышно даже топота копыт, а граф продолжал стоять, глядя вслед. Как будто не хотел, чтобы принц уезжал… Омега уже пожалел, что вышел на улицу. Не нужно было ему соблюдать приличия, уж лучше бы он остался внутри замка, сославшись на плохое самочувствие. Впервые в жизни Ричи испытывал жгучее чувство в груди, впервые в жизни ему захотелось по-настоящему убить. И плевать он хотел на то, что это был сын короля. - Что он вам говорил? – Как бы Ричард ни старался, но сдержать ревности в голосе не смог, и его вопрос прозвучал немного истерично. - Ничего. Скупой ответ мужа разозлил омегу еще больше. От досады, то ли на себя, то ли, на мужа, Ричи тихо рыкнул. Маркос лишь повел плечом и поспешил к тренировочному полю. Отмахнулся, словно от надоедливого насекомого. - Ах так! – Омега зашипел рассерженным котом, но его уже никто не слышал. Решимость возросла в разы. И этот невинный, казалось бы, поцелуй принца не выходил из юной головы. Ричи сильно не понравилось, что к его графу прикоснулись таким образом. К тому же, альфа! А еще вдруг вспомнились первые слова, насчет втроем... Похоже, его высочеству действительно нравился граф в том самом плане. Ричи снова зарычал и поспешил в свои покои. Появилось желание оседлать резвого коня и догнать принца. Только вот омега не знал, что будет делать потом, воин-то он совсем неопытный. Поднимаясь по лестнице, Ричи заметил Уолтера. - Ты все нашел? Получилось почему-то зло. Раздражение росло с каждой секундой – на самого себя, и на трусливого Маркоса в особенности. - Д-да, - друг опасливо оглянулся по сторонам. - Принеси ко мне. Возможно, будь Ричи менее злым, то заметил бы и Адама. Но он не заметил, и не успел войти в свои покои, как друг набросился на него с расспросами: - Что ты удумал? Ричард усмехнулся. Он не хотел тревожить беременного друга и не посвятил его в свои планы. Подойдя к окну, он лениво отозвался: - Ничего особенного. На тренировочной площадке никого, кроме графа, не было, да и тот стоял, почесывая макушку. Омеге хотелось бы знать, о чем задумался муж. Но, увы, это невозможно. К несчастью, в этот момент, вошел Уолтер с подносом. Адам глубоко вдохнул. Он не разбирался в травах, но эти вызывали у него подозрение. - Надеюсь, это не навредит никому. - Совершенно, не волнуйся. – Ричи не хотел поворачиваться, но рассудив, что выражение его лица будет плохо видно на фоне оконного проема, все же обернулся. Ему совсем не понравился вид встревоженного Адама. - Может, тебе успокаивающего отвара приготовить? - Нет, он мне не нужен, а вот ты… Ты вы порядке? - В полном. Все будет хорошо. Ричи хотелось в это верить. Кое-как выпроводив друзей из покоев, омега еще раз осмотрелся. Казалось, что все идеально, но его не покидало смутное беспокойство. Подвинув стол ближе к кровати, Ричи тяжело опустился на стул. Мебели поизящней в замке не нашлось, пришлось соглашаться на то, что было. Омеге показалось, что стол стоит слишком далеко от кровати, а ведь если все удастся, то тащить графа будет сложно. Переставить тяжелый стол одному оказалось более утомительным занятием, чем думалось. Но не напрягать же мужа, не хватало еще, чтобы его план сорвался! Тяжело выдохнув, омега выбрал несколько травинок с принесенного Уолтером подноса и поджег их, а затем принял расслабляющую ванну. Нервы немного успокоились, но поцелуй принца, подаренный графу, из головы уходить не собирался. А вот собственный позабылся сразу. Вытираясь мягкой простыней, Ричи поглядывал на чашки. Время ужина должно было давно пройти, а вот чай… Если он не поторопится, то может опоздать. Он едва ли не кубарем скатился вниз, но успел вовремя. Граф как раз собирался уходить из замка. Скорее всего, он чувствовал изменившийся омежий запах, а нужды притворяться перед принцем уже не было. Да и воины знали, кому принадлежит Ричи – не посмеют покуситься на честь младшего супруга. - Я… Вам не сложно будет составить мне компанию за чаем? Я проспал ужин… - Да. С удовольствием. Ричи едва не скрипнул зубами, видя по кислой мине мужа, с каким именно «удовольствием». Но заставил себя улыбнуться. Войдя в покои, граф замер у порога. Омега выглянул из-за широкого плеча, понимая, что возможно немного перестарался. Повсюду горели свечи, создавая какой-то особый уют и настроение. Маленькие огоньки отражались в двух чашках. И постель не заправлена. Он ведь говорил, что проспал? - Вы… - Я надеялся, что вы согласитесь, - Ричи пожал плечами и протолкнул мужа внутрь. Даже он сам ощущал свой собственный запах, что уж говорить про альфу? Чтобы не спугнуть мужа, он не стал закрывать дверь. И теперь граф с надеждой поглядывал на темный проем. Мысленно усмехаясь, Ричи уселся за стол. Обида на мужа еще не прошла, уж слишком задело, что от его вопроса так просто отмахнулись. Маркос тяжело опустился на соседний стул, ухватился за чашку двумя руками и залпом выпил чай. Омега дураком не был и тут же подлил ему еще одну порцию. Плавно поднявшись со стула, Ричи скользнул за спиной мужа, намеренно касаясь его ладонью. Поднос с вкусностями он предупредительно оставил подальше от стола, на ящике для одежды. - Булочку? - Э, спасибо. Было сложно расспрашивать о делах, планах на день, когда каждая клеточка тела остро ощущала сильного альфу. Да не лишь бы кого, а его собственного. Нервно вгрызаясь в булочку, Ричи ожидал эффекта от чая, и он не заставил себя долго ждать – граф стал чаще моргать. Омега довольно усмехнулся, доедая последнюю крошку, хотя сейчас твердую пищу есть нужно было меньше всего. - Что-то мне не очень хорошо. - Вы устали. К тому же принц отнимал много сил. Давайте помогу? Ричи вовремя подставил плечо. Если бы он этого не сделал, то граф при падении ударился бы головой, а так ему всего лишь пришлось скорректировать траекторию в сторону своей постели. Они тяжело рухнули и Маркос слегка придавил ему бок. Выбраться из-под бессознательного тела оказалось сложнее, чем передвинуть стол. А вот раздеть… Уже снимая рубаху, омега начал сомневаться. Да и злость потихоньку начала проходить при виде напряженного лица мужа, который будто бы пытался проснуться, но у него не получалось, и Ричи стало совестно. Но одежду с него он все же снял. Да. Это была маленькая победа. Разгладив складку на лбу и слегка проведя пальцами по бровям, омега добился того что граф сдался и расслабился. С лица ушло напряжение, тело как будто обмякло и стало чуть легче. Ричи устало пристроился с краю кровати, продолжая поглаживать Маркоса по колючим щекам, по гладким губам. На сильной шее билась жилка, и удержаться не было никаких сил – Ричи поцеловал ее. Сначала боязливо, судорожно, а затем смелее, ласковее. Тело в шрамах хотелось облизать с ног до головы, и слышать при этом стоны удовольствия, а не легкое сонное сопение. Тряхнув головой, омега поднялся. Тот самый чай он сегодня не пил и желание снедало его. Живот скрутило тугим спазмом и юноша почти упал на колени. Если бы взгляд не зацепился за темный проем, то он бы и вовсе позабыл про открытую дверь. Ричи кое-как дополз до нее и захлопнул. Звук получился слишком громким и он забеспокоился, что граф может проснуться. Но ему повезло. Тяжело прислонившись к стене, омега поднялся на ноги. На губах все еще ощущался слегка солоноватый привкус ореха, и мозги от этого соображать отказывались совершенно. Он так этого хотел, что, казалось, сейчас умрет от переизбытка эмоций. Граф лежал, раскинувшись на кровати, занимая ее большую половину. Грудь тяжело вздымалась, дыхание начало сбиваться, словно он вот-вот проснется. Ричи запаниковал и поспешил к ложу. Он так торопился, что запутался в немеющих от боли ногах и упал прямо на чуть влажную грудь мужа, уткнувшись носом в ямку на ключице. Оба судорожно вздохнули, только, в отличие от него, граф задышал легче, спокойнее. Сглотнув набежавшую слюну, Ричи слегка приподнялся на локтях и опять залюбовался спящим супругом. Ну разве можно на него долго злиться? Тихо застонав, юноша сполз с горячего тела и пошарил рукой под кроватью. С каким-то сожалением обмотал сильные запястья тканью, а затем привязал руки лентами от недоуздка к кровати – побоялся, что обычную веревку муж быстро порвет. Стало безумно стыдно, и хотелось было уже бросить все и забыть, как новая волна боли окатила все тело. Им когда-то говорили, что нужно делать, если будет так больно, а супруга не окажется рядом. Нельзя было вообще допускать подобного состояния, иначе может случиться непоправимое… Но вот граф надежно привязан, практически обездвижен, и Ричи безумно стыдно. Что если Маркос очнется и взглянет на него своими темными глазами? Юноша вздрогнул и поспешил найти еще одну ленту, на этот раз, чтобы завязать и без того закрытые глаза мужа, а еще попутно затушил несколько свечей. Не учел незадачливый соблазнитель одного – желания графа. Вялый член никак не вписывался в тщательно продуманный план, и Ричи ничего не оставалось, как с ненавистью к самому себе достать со дна ящика подарок Адама и воспользоваться им по назначению. Злые слезы выступили на глаза, когда юноша стащил с себя мокрые штаны и присел на корточки. От злости на самого себя омега слишком резко ввел в анус искусственный заменитель и тут же заскулил от боли и жалости к самому себе. Даже обильно выделяющаяся смазка не помогла. Судорожно скуля, юноша припал лбом к горячему боку мужа, ощущая как сильно колотится сердце. Ему казалось, что оно сейчас пробьет грудную клетку, упадет на пол и разобьется вдребезги. В точности, как его надежды. Совсем не о таком он мечтал, и не таким должен был быть его первый раз. Зло посмотрев в безмятежное лицо графа, Ричи несильно ударил его ладошкой по животу, каждой клеточкой тела ощущая, как по бедрам обильно течет. Надо было бы сделать хоть что-то с игрушкой в анусе, но он не мог – стыд и горечь не позволяли. В мыслях все выглядело простым и легким: опоить, связать, воспользоваться, а тут… Как же он мог так просчитаться? Почему так получилось? Омега сам не заметил, как начал поглаживать тонкую курчавую дорожку у пупка. Мышцы под его ладонью вздрогнули, что привело юношу в некоторое замешательство. Он не понял, понравилось это сонному графу или же нет. Тогда чтобы прояснить ситуацию, Ричи погладил себя кончиками пальцев в этом же месте. Ощущения были приятными. Забравшись коленями на кровать, омега стал пристально разглядывать мужа. Он не знал, когда еще ему выпадет шанс так близко его рассмотреть, и теперь жалел, что погасил большую часть свечей. Легкие прикосновения к сильному горячему телу приводили его в восторг, и на мгновение омега ощутил себя голодающим, которого пустили на свадебный пир – он не знал, за что хвататься, где лучше погладить и поцеловать. Находящееся под ним тело хотелось, буквально, съесть. Усилившийся альфий запах кружил голову до черных точек перед глазами. Ричи даже умудрился огладить подмышки с курчавыми волосами. Игрушка в попе уже не мешала, он просто забыл о ней, а когда прикоснулся губами к вялой плоти, то подумал, что не мешало бы обтереть мужа влажной тканью. Но подняться и оторваться от желанного тела было выше его сил. Запаха, вкуса альфы было настолько много, что Ричи казалось - еще чуть-чуть, и он потеряет сознание. Заглатывая пока бесполезный член графа, омега умудрялся оглаживать его тело. Доселе вялая плоть вдруг начала увеличиваться прямо у него во рту, и это вызвало такую бурю эмоций, что если бы не хриплый голос графа, то юноша бы позорно спустил прямо на ноги альфы. - Все же у вас… - Она самая. Ричи со стоном боли вытащил из себя подарочек Адама. Он даже не думал о том, что игрушка может прилипнуть. - Что вы дел… Омега сильно покраснел и порадовался, что у графа завязаны глаза, и он не видит его красного лица, шеи и даже плеч. Юношу как будто кипятком облили. На шее Маркоса вздулись вены, но попытки порвать путы оказались безуспешными. Поняв это, граф обхватил ленты недоуздка пальцами и вцепился за них как за последнюю соломинку. Ричи видел, что тот что-то говорит, видел, как шевелятся желанные губы, но ничего не слышал, лишь ощущал, как твердая, невероятно горячая плоть касается его ягодиц. В ушах стучала собственная кровь, сердце от собственного безрассудства колотилось, как после длительного бега. Ему не было так страшно даже в тот день, когда за ним гнались с топором. Тогда решался лишь вопрос его жизни, а теперь… Теперь на кону было куда больше, чем простая жизнь, и душу терять Ричард не желал. - Простите, простите. Не могу больше терпеть, - омега даже не замечал, что рыдает в голос. Соленые капли падали на его колени, на торс графа, а он все просил прощения, сбиваясь на «ты» - неслыханная дерзость с его стороны, конечно, помимо заключения и принуждения. Ричи глубоко вдохнул и резко опустился на все еще твердую плоть. Он так боялся, что граф обхватит его ногами и сбросит с кровати, или еще хуже – у него перестанет стоять, что снова позабыл об элементарной вещи. Игрушка ни коим образом не растянула его, ведь сам омега не приложил к этому никакого усилия. Из золотистых глаз посыпался соленый град, из горла вырвалось судорожное рыдание. - Милый мой, хороший, развяжи. Прошу. Я не причиню тебе вреда. Даже повязку снимать не стану, только развяжи. Ну же, давай. Смелей. Я не обижу. Обещаю. Ты ведь уже знаешь, как я держу свое слово. Ласковый мой, развяжи... И несчастный омега подчинился. Он уже не знал, отчего рыдает, то ли от облегчения, что сполз с напряженной плоти, то ли от разочарования, что план не удался, то ли от страха, что его сейчас накажут. Больнее всего было сердцу. Ричард ожидал злых слов или, может быть, даже удара, но его супруг не спешил действовать. Омега с ужасом наблюдал, как тот медленно избавляется от ткани, как растирает запястья и совершенно не торопится снимать повязку с глаз. Ричи судорожно вздохнул, когда его поймали за ногу. Но отбиваться не посмел – он заслужил любое наказание.