Сага об Эм, или постпубертатный анаморфоз

Остановились мы на том, что Эм вернулась домой, все вспомнила и под гнетом грозного Геральта начала худо-бедно питаться. Эм, как ей и положено, страдала вовсю и упрямилась, но бегать больше не планировала, надеялась как-нибудь между делом вскоре окочуриться. Странная деваха, в общем. Потом они встретились с Ламбертом и Эскелем, туда же приехал и Ги, вроде как все захотели бросить ведьмачье ремесло, Эскель - овец завести, любить их (платонически) и пасти, Ламберт сказал, что он придурок, и Эскель решил ему своих овец не доверять, а Ги решил вывести каких-нибудь диковинных зверей с копытами, жабрами и ушами слона - ими грести удобно. Что делала Эм? Страдаааала :) Геральт был рядом и стоически присматривал, чтобы она не убила себя, подавившись куском хлеба. Когда Эскель узнал, что Геральт везет Эм к Йеннифэр, он, конечно, охренел, однако Геральт из-за этой реакции (неожиданно) план не поменял. Ехали они, ехали, народу помогали, а тут вечером они мимо крытой телеги проехали. Эм развернулась, пристала в мужикам, которые телегой управляли, в итоге их убила. Геральт был недоволен, конечно. Открыла телегу - а там молодая и очень красивая эльфийка. Вот так вот) У меня с августа 2016 болтается отрывок с ней, пожалуй, вставлю здесь, чтобы было нагляднее, если не хочешь, перемотай пониже на продолжение) ОТРЫВОК. В лесу Геральт, Эм и эльфийка собираются есть и спать. Девушки молча наблюдали за тем, как Геральт наклоняется к кучке веток, выжигает искру, дует на слабый огонек. Его движения были ловкими и уверенными; пламя оставляло желтоватые всполохи на сосредоточенном лице, покрытом следами прошлых боев. Привлекательность ведьмака была неоспоримой и сквозила во всем: в умелости, в силе и мужественности, которые можно было практически осязать. Рядом с ним возникало убеждение, что ничего плохого теперь случиться не может, потому что он со всем справится, убережет, а владение своим телом и мастерская работа руками - будь то хоть разжигание костра или освежевание кролика - само по себе сбивало с толку. Даже эльфийка, не имеющая дурных мыслей, невольно поерзала. - Тебе повезло, - тихо призналась эльфийка после долгого молчания. - Еще как, - отозвалась Эм замогильным голосом, совершенно не настроенная на разговор. - Я тонко чувствую связи. Никогда не сталкивалась с чем-то подобным. Хотела бы я, чтобы меня так любили... - Не знаю, что ты несешь, и знать не хочу, - пробурчала Эм, косясь на широкую спину Геральта. Он сидел поодаль, сооружал вертел и вполне мог услышать несуразицу, если бы захотел. Она оторвала взгляд от коряги, на которую любовалась с тех пор, как села на плащ, осмотрела красивое лицо соседки и ухмыльнулась: - Ты смазливая, тебя еще много раз будут любить. Хочешь ты этого или нет, - добавила она, подразумевая плохое. - Здесь все так работает: нет никаких правил, кроме одного: побеждает тот, кто сильнее. - Ты так говоришь, потому что расстроена. Ты на самом деле так не думаешь. - О, ну, раз ты так считаешь, то конечно. - Ты не можешь отрицать доброту и взаимовыручку, стремление к лучшему... - Ты что, тупая? - грубо перебила Эм. - Ты доброту нашла в обозе, обмазанном дерьмом, из которого я тебя вытащила накануне? Я вскрыла животы тем ублюдкам, которые собирались тебя... Любить. Кто их всех нас совершил или намеревался совершить добро? Или, может, самая добрая из нас - ты, которая создала эту ситуацию? - Я не хотела всего этого... - прошептала эльфийка сквозь слезы. - Не создавала... - Создавала, - добила ее Эм. - Какого черта ты не сидишь в своем дорогом платье в тепле и комфорте, болтая о своем величии с другими остроухими? Хочешь сказать, тебя выкрали из Долины, когда ты вышла на улицу поссать? - Эм, - одернул ведьмак, глядя на нее из-за плеча. - Эта дуреха сидит здесь и несет чушь про доброту и прочее, еще ничему не наученная! Я знаю, чем все это закончится. Миром правит сила, эльфийка. Все, что интересует нас - это достичь удовольствий и избавиться от неудовольствий, как у самых примитивных существ. Научись вскрывать животы другим и проживешь дольше. - Я не буду ничего вскрывать, - прошептала эльфийка онемевшими губами и опустила голову. Белокурые локоны сползли с плеч на лицо, скрыли его, оставляя красивый профиль. Она мучилась виной и воспоминанием о своих тюремщиках, которые были убиты. Эм внимательно посмотрела на собеседницу - на прямой нос, уголок чувственных губ, переливающуюся россыпь волос. Ее голос звучал, как музыка, глаза были темно-синими, как предгрозовое море, а запах - свежим и манящим. Такая красота не могла не быть проклятьем. - Будешь, - заключила Эми мрачно. На этот раз она и сама была недовольна предчувствием. Декоративных птиц нужно держать в клетках, правильно ухаживать за ними и следить, чтобы они не потерялись - погибнут. Именно поэтому девушка, помолчав добавила: - Завтра повезем тебя в твою Dol Blathanna. - Мне туда нельзя, - встрепенулась эльфийка. - Это невозможно. - Это еще почему? - Ее выгнали, - вмешался Геральт, поворачивая тушку на вертеле. - Скажи мне, дочь Эллейн Рисад аеп Шеалле, что ты сделала? Что заставило Aen Seidhe отказаться от Аen saevherne? Ведунья? Эльфы выгнали ведунью? И неужели же эта смазливая беспомощная девчонка - ведунья? Эм повернулась к эльфийке корпусом, всем видом показывая, что требует немедленного объяснения. - Я... - эльфийка сжала изящные пальцы и выдохнула: - Я покусилась на королеву. Эм ждала продолжения. Его не последовало. - В смысле ты пыталась убить свою королеву? Это невозможно. - Нет... То есть да... То есть я не хотела!.. Я хотела помочь... Они бы его убили, и мне пришлось придумывать на ходу... То есть он ее спас, и его не тронули, простили, пока он опять не ушел... КОНЕЦ ОТРЫВКА. В общем, оказалось, что эта эльфийка влюблена в... Йорвета! И спасла ему жизнь) Эм от такого поворота сильно расстроилась. В итоге Геральт отправит эльфийку именно к нему и там начнется другая история :) Приехали, значит, Геральт и Эм на такой красивый зеленый холмик, а на нем бац - и вырос большой красивый дом. И встречает их хозяин дома - красивый такой статный волосатый мужик. Эм смотрит на него, а у него лицо такое как будто знакомое, но вроде и нет. В принципе, ей было не особо это важно, она же скоро Йеннифэр увидела, которая их встретила холодно-приветливо на пороге дома и сказала, что они как два придурковатых лысых брата-близнеца. Еще ужаснее было, когда Йеннифэр потащила Эм на второй этаж, где Эм помыли, высушили, надели на нее красивое вечернее платье. Стоит такая Эм перед зеркалом в вечернем наряде, кости торчат, щеки впали, а на голове лысина сверкает... Йеннифэр пожалела ее, начала колдовать, но это не сработало, Эм ведь поглощает магию. Поэтому они взялись за руки, Эм повторила заклинание, которое ей продиктовала Йеннифэр, и вот уже к ужину она спускается с белыми волосами чуть ниже плеч! Вот это да! Геральт, конечно, воспрянул, приятно, когда у твоей бабы голова не похожа не медный таз :) Сели, значит, вчетвером за стол, еще этот статный мужик с гривой на голове. Геральт учуял, что в еду Эм добавили что-то, но решил довериться Йеннифэр. Не зря: Эм начала уплетать все подряд. А вот говорили они всякие разные вещи. Мужик этот оказался возлюбленным Йеннифэр, он ее подкалывал и даже усмирял, от чего Геральт постоянно кашлял, давился едой, а еще косился на противоположную стену, на которой висел целый музей необычного холодного оружия. Йеннифэр была довольна и спокойна. Над Геральтом мужик тоже странно шутил, например, спросил, как бы он отнесся к тому, что его внук (Геральта) женится на его дочери (Геральта)? Потом как-то все зашло на тему Цири, как какой-то эльф там все вот-вот порешает, ну и, понятно было, помрет. Тут Эм психанула, начала кричать и трястись, что она за Саэроса всем хребты переломает и вообще, а Йеннифэр, мол, что, лучше пусть Цири погибнет? А Геральт такой мясо на кусочки режет на фигурной тарелке. Тут уже встал статный мужик, голос у него стал совсем внушительный, и начал обвинять Эм в том, что она погубит все живое навсегда, свой дом, и страшный она, в общем, человек, и надо ее прямо сейчас убить. Тут уже сама Йеннифэр шокировалась. А Эм вдруг вспомнила, что слышала она уже от этого мужика про дом, и что мужик-то этот - тот самый лысенький кривоножка, у которого были живые растения и одинаковые люди, и который все и всех уничтожил в ее видении, когда она плыла над безжизненной землей, то есть это он на самом деле страшный человек! Неплохо он так осексапилился за короткий срок. Дальше, пока Эм и мужик сверлили друг друга взглядом, время замедлилось и пространство в столовой так сильно поменялось, что все потемнело, стекла кругом разлетелись, а Геральт и Йеннифэр так сильно придавило, что они сползли и не могли дышать и двигаться. У Эм почернели глаза, а казалось бы, силу-то у нее забрали... Она первая остановилась и бросилась к лестнице за мечом, мужик - к стене, сорвал длинную острую штуку, напоминающую меч, развернулся и вспомнил, что он не один. Он посмотрел на Геральта, понимая, что тот будет путаться под ногами и мешать убить девчонку, но тот спокойно на мужика посмотрел и тоже пошел наверх. Тут Йеннифэр набросилась на мужика, мол, "ты сбрендил что ли совсем?", а мужик ее очень умело и нежно успокаивал, объясняя, что лучше сейчас, чем позже, потому что потом тощая девка силу наберет и все уничтожит (искренне говорил), и его с Эм противостояние закончится всемирным п****цом, а для него Йеннифэр важнее всего, он же из-за нее пришел, обожает и все такое, и ее, и ее мир в обиду не даст. В это время Эм забежала в комнату, как-то сорвала платье, переоделась, на ходу меч из ножен вынула, схватилась за ручку двери и остановилась. До нее дошло, что мужика будет защищать Йеннифэр, она его безумно любит, это очевидно, а Геральт будет защищать Йеннифэр, то есть по сути у Эм одна против троих и у нее нет шансов. Более того, что бы Эм ни делала, она все равно вся принадлежит ведьмаку и скорее себя двадцать раз убьет, чем причинит ему вред, а если она Йеннифэр как-то повредит, то ведьмак страдать будет. Пришлось опять прыгать из окна и бежать к конюшне. У дома Эм вдруг замерла: она уставилась в стену, на другой стороне которой как раз стоял мужик. Тот тоже ее почувствовал, и они оба увидели, что если они сегодня вступят в бой, то их любимые люди обязательно встрянут и погибнут, даже если Йеннифэр телепортировать к чертям, а Геральта запереть. В общем, Эм прибежала в конюшню, седло набросила на свою Крышу и собиралась быстро свалить, а Геральт уже за ее спиной стоял. Тут Эм наконец и поняла, что не только унижающая жалость им двигала, что она ему все-таки нравится чем-то, и так ее эта мысль припечатала, что бросилась она Геральту на грудь и разрыдалась, а он ее жарко целовал и обнимал, к груди своей широкой прижимал, хоть и хотел ей по-прежнему шею свернуть, настолько она его достала. На этой чудесной ноте они свалили как можно дальше от этого места. Также они посетили почти всех своих друзей-приятелей, много шутили и пили, а Лютику помогли открыть театр, который ему был не нужен) Вот еще отрывок двухгодичной давности: ОТРЫВОК - Актерское мастерство - сущий пустяк. - Девушка, вы так говорите лишь по незнанию. Единицы могут продемонстировать истинное искусство перевопрощения, передать оттенки настроения, создать правильное впечатление у зрителя. - Это все слова. Любой дурак может создать правильное впечатление, было бы желание. - Быть может, и любая дура? - улыбнулся Лютик. - Прошу прощения, но труды непонятых гениев столько раз были извращены и неоценены, что я начинаю терять веру в здравомыслие людей. Покажи нам, как создать впечатление. - Что, прямо сейчас, здесь? - удивилась Эми. - Почему бы и нет. Или мы недостойная публика? Эм посмотрела на Геральта. Ведьмак, пожав плечами, скрестил руки на груди и прислонился к стене. - Ладно, будь по твоему, - девушка поднялась, расправила плечи. - Что там у тебя? - она вырвала из рук барда листок. - Ага. "Вы думаете, я боюсь? На всей земле не сыщется более благородного и бесстрашного мужчины и более талантливого художника, нежели я, не раз спасавшего жизнь ведьмаку". - Эми прыснула. - Давай лучше так, - она сделала несколько шагов, подбирая слова, развернулась и посмотрела на Лютика высокомерным колючим взглядом. - Ты думаешь, я боюсь боли? - голос ее зазвенел, словно сталь. - Меня пытали, жгли, резали. На мне ставили опыты. На моих глазах убивали друзей и близких, и я, окропленная их кровью, беспомощно смотрела на их последний вздох. Я убивала так часто и так много, что потеряла счет. Я была на грани безумия, я путешествовала сквозь время и пространство. Я - первая и последняя ведьмачка на земле, которой не страшна ни магия, ни яды. Мой путь еще не начался, а обо мне уже слагают легенды и баллады. Я - древнее смертельно опасное существо, - прогремела Эм, расставив руки, - которому нет имени, чьи возможности недоступны пониманию ума. Я - причина гибели цивилизации! Я - ваша гибель, - добавила она выразительно, сверкая ужасающими глазами, - склонитесь же перед истинной королевой! Лютик очнулся, закрыл рот и энергично захлопал. - Браво! - воскликнул он ликуя. - Великолепно! Эми вынула меч из-за спины, пугая барда тяжелым хищным взглядом, сделала пару великолепных по исполнению пируэтов, повернулась к мужчинам спиной, разбежалась, несколько раз сделала сальто назад, молниеносно ударила невидимого противника в прыжке и, перекувырнувшись, приземлилась на одно колено. Завершая небольшое представление, за которым едва можно было уследить, она при приземлении стукнула мечом по дощатому полу и выбросила вперед другую руку. - Я, кажется, испачкал панталоны, - промямлил Лютик, отодвигаясь от рукояти кинжала, торчащей из стены возле его уха, и тут же ободрился. - Должен признать, я впечатлен! Думаю, мы прекрасно сработаемся! - Эм еще играет на лютне, поет и сочиняет баллады, - предупредил Геральт. - Тут точно не выжить. - И в цирке сгодится, - дополнил Золтан с неприязнью. - Братья говорят, девка хороша в кузнечном деле, отличилась. Вот пусть пользу приносит, нежели сиськами трясти на потеху хмельным голодранцам. КОНЕЦ ОТРЫВКА. ЭПИЛОГ. Эм бежит по лесу, рядом с ней - Геральт. Догоняют они неведомую страшную хрень. Хрень пускает смертельно опасный поток магии, Эм прыгает вперед Геральта, закрывает его собой, сбивает его с ног из-за мощности магии и они вылетают далеко назад. Собственно, этот поток ведьмака бы убил, а Эм его вобрала в себя и выпустила обратно, создав такую широкую и глубокую борозду, что сама удивилась. В итоге ведьмаки ловят противного чернокнижника, который обещает им напоследок страшную расправу. Геральт передает Эм зачарованный камень, та впитывает магию, создает портал. Они выходят рядом с аккуратным двухэтажным домом у подножья горы, которая, в свою очередь, находится на острове. Природа здесь потрясающая: трава мягкая, как ковер, насыщенно-зеленая, много цветов, деревьев, разных растений, насекомых, птиц. Ведьмаки заходят домой, в чистую уютную кухню, понимают, что они одни, Геральт сажает Эм на стол, раздевает. Эм говорит, что он эгоист, если только она может рожать от ведьмаков, то негоже ему в одно рыло-то такое счастье иметь. Геральт отвечает, что только он может доставить женщинам неземное удовольствие, так что сама она эгоистка и по ее вине столько неудовлетворенных женщин рыдают по ночам в подушку. Эм опять начинает свою песню про третьего ребенка, Геральт категорически против: первый дался очень тяжело, после родов второй она чуть не умерла, разошлись кости таза, полгода заново училась ходить. Эм вспоминает, что припасла красивое нижнее белье по такому редкому случаю - они одни - и собиралась за ним, но оно не понадобилось, прекрасно и виртуозно справились и так :) К слову, Эм выглядит хорошо, у нее каштановые кудрявые волосы, вес в порядке, уродств не наблюдается, а Геральт моложав, красив и задорен. Появляется портал, из него выходит Вилена с двумя детьми, оба с ярко-рыжими волосами, светло-голубыми пронзительными глазами с вертикальными зрачками. Мальчик постарше с угрюмым лицом молча проходит мимо родителей в дом, девочка, совсем мелкая, сразу бросается Геральту на шею. Эм, испачканная в муке, как всегда не при делах) Заходят в дом, Эм возвращается к пирожкам, Вилена жалуется на ее сына, что он не разговаривает совсем и вечно недоволен, а дочь одновременно везде, не затыкается и слишком упрямая. Появляется сын, требует, чтобы Геральт, как и обещал, его потренировал. Эм хотела приобщить дочь к готовке, но та первая убежала тренироваться. Как-то так. Была еще сцена с Цири и ее семейным счастьем, у них все хорошо) Дальше такая сцена: возле дома Эм появляется Йеннифэр. Тихо заходит внутрь, рассматривает предметы, кресло у камина, кривое и страшное, которое сделал Геральт, красивый цветастый плед, вышитый Эм, ее картины с необычным завораживающим сюжетом. Она проходит дальше, видит напряженную Эм в скромном домашнем платье с мечом в руке и мукой на курносом веснушчатом носу. Пахло очень вкусно. Они молчат. Йеннифэр отмечает, что у нее уютно и готовить она, похоже, умеет. И красивая. Эм молчит, ожидая чего угодно. Йеннифэр красноречиво смотрит на меч. Эм глухо сообщает, что Геральта сейчас нет, а сама понять не может, как та их нашла, ведь это невозможно, остров зачарован. Оказывается, Йеннифэр об этом знает, что мужа дома нет. Она требует идти за ней, потому что Йеннифэр убьют, нет ни минуты, и только Эм может помочь. На улице Йеннифэр говорит все делать, как она скажет, и такое яростное отчаяние в ней, что Эм соглашается. После манипуляций Эм понимает, что она приобрела вид мужчины, высокого причем. Йеннифэр быстро приказывает молчать и они телепортируются в большую каменную залу с толстыми длинными колоннами. Проходят по длинному коридору, заходят в помещение с очень высоким потолком и длинным столом, за которым сидят двенадцать персон. Один из них, очкастый и надменного вида, хвалит Йеннифэр за мудрость и предлагает начать. Каждый из сидящих высказывается, говорит, что нахождение какого-то мужика здесь опасно, противоестественно, его опыты и исследования тем более, и учитывая, что он зашел слишком далеко, его надобно казнить. Эм сидит, молчит, но находит всех 12 противными. Потом Йеннифэр изящно их оскорбляет, делает акцент на том, что они ничего понимают, договорить ей не дают: на нее резко нападают. Эм прикрывает ее собой, корчится от ужасной боли и терпит, потому что убивать она никого не собирается. Магия пропадает, все видят, что это Эм, начинается разброд, Йеннифэр говорит, что теперь найдут и на Эм управу, и Геральта и с детьми перебьют, поэтому Эм медленно моргает и делает то, что от нее чародейка и хотела. Только позже до Эм дойдет, что казнить хотели хахаля Йеннифэр, который по ее видениям уничтожит мир, и вообще-то надо было его казнить, а эти 12 магов были чем-то вроде главного подпольного правительства, и теперь наступила некая анархия, что мужику и Йеннифэр на руку. Эм появляется возле дома, уже стемнело, но домой пойти не может, так и стоит в отупении. Так ее Геральт и находит, в домашнем платье, несчастную и в крови. Он детей уложил, а сам чуть с ума не сошел, потеряв любимую жену. Он бросился к ней, проверил, не она ли ранена, и понес в дом. Только он знал, что надо сделать и что сказать, чтобы Эм стало лучше. *** Эм стоит на деревянных лесах в красивой белоснежной высокой круглой беседке, рисует на стене картины, в которых участвовали герои рассказа. Там изображены все, каждый в своем образе, в том числе Йорвет со своей эльфийкой, который Эм никогда не забудет, Гелвин, Вилена и Ги, Саэрос, Керр и Анареис и т.д. и т.п. Ее отвлекает голос Геральта снизу: Эм обещала пойти с ними на пикник и они устали ждать. Эм опять говорит, что вот-вот, Геральт пинает леса, Эм падает ему в руки, испачканная краской, злится, но тут же отходит, зацелованная. Геральт сажает шумную егозу-дочь на плечи, сын несет корзину. Они приходят на большую офигенную поляну с разноцветными пятнами цветов, бабочками. Дочь убегает к низкому деревцу, хочет сорвать яблоко, но не выходит, сын помогает ей и она утыкается ему макушкой в грудь в благодарность. У брата с сестрой очень тесная глубокая связь на всю жизнь, которая не раз спасет им жизнь в их тяжелых и сложных боях, ведьмачьих испытаниях. Геральт и Эм опять подтрунивают друг над другом, Эм начинает звонко смеяться и убегает, Геральт ее настигает, роняет на траву, любуется ее лицом, испачканным краской, глазами, волосами, в которых играет яркое теплое солнце, и не верит своему счастью. Он так сильно ее любит, что невозможно описать. Они - единое целое, продолжение друг друга, и это так естественно, гармонично, как будто так и было суждено с самого начала.

Вот такой вот хэппи энд, мой дорогой друг) Море зефирок тебе и море благодарностей! Очень надеюсь, что ты не разочарован. До встречи :)