Сага об Эм, или постпубертатный анаморфоз

Трое утомленных до крайности путников сели на опушке густого хвойного леса. День был теплым, ясным, хотя солнце порой уходило за ползущие по небу кучевые облака. - Пить хочу, - вяло пожаловалась Цири и прислонилась к Кагыру, который машинально ее обнял и уткнулся в пепельные волосы. - Постарайся об этом не думать. Мы обязательно найдем позже воду. Все трое находились в удрученном состоянии. Если бы не болезненное желание вернуться домой, их затянувшееся путешествие могло бы стать даже интересным. Один только Кагыр испытывал противоречивые чувства относительно возвращения: он очень хотел, чтобы Цири принадлежала ему одному как можно дольше. - Отдай мне свой меч, - попросила Цири у спутницы после долгого молчания. - Ни за что. Эм лежала рядом, на боку, уставившись в несуществующую точку. Если бы не движение пересохших губ, можно было бы вполне поверить, что она умерла. - Я безоружна. И это ужасно. А от тебя все равно никакого толка в этом плане. - Знаешь, что, - Эми посмотрела на девушку холодным пронзительным взглядом, - если возникнет нужда, от меня будет толк. Заберешь мой меч, когда я не смогу больше встать. - Долго ждать не придется, - произнес Кагыр с искренним сочувствием. - Мы можем оставить тебя в безопасном месте и потом вернуться. - Ты и сама знаешь, что это маловероятно. Эми вернулась глазами к своей несуществующей точке. Когда эти двое стали ей так дороги, близки? - Скажите мне, что вы всегда будете вместе, - попросила она еле слышно. Цири медленно выдохнула и напряглась от ожидания, но Кагыр вместо ответа обнял ее еще крепче. - А я придумала, что буду делать, когда выручу друга. Я отправлюсь с ним дальше, если он согласится, решу свои проблемы, научусь его мудрости. Побуду с ним. Я так по нему скучаю... А потом спокойно вернусь к тому, кто... - А он тебя ждет? - Возможно. - Если ждет, то почему надо заставлять его ждать еще больше? - Потому что очень хочу, чтобы все получилось. - Если ты важна для него, то он поймет, ведь так? - Цири посмотрела на Кагыра в поисках поддержки, и тот утвердительно кивнул. - Всему есть предел. - А если ты не выручишь своего друга? - осторожно поинтересовался Кагыр. - Я либо его выручу, либо умру пытаясь. Но не брошу. - Не понимаю, - Цири слегка помотала головой. - Ей-богу, не пойму. Хочешь быть с одним, но умрешь ради другого? - М-гм. Память постоянно играла с Эми злую шутку. События стирались понемногу, оставляя лишь общие впечатления и произносимые слова. Она уже не знала, какой именно Йорвет, и уж тем более не помнила Фэада. Именно поэтому основная ее надежда возлагалась на реакцию при встрече, шансы на которую постоянно уменьшались. Раны, полученные в эльфийском городе, воспалились, кожа под креплением на голени начала изъязвляться, а про спину и голову вообще уже не хотелось вспоминать. Но самым для нее ужасным были пустота и беспомощность. Возможно, болевые ощущения усугубили мрачное состояние ума, но мысли ее были исключительно негативными. - А как вы думаете, - попыталась Эм отвлечься, - как это - путешествовать во времени дома? То есть можно переместиться и встретить саму себя? Цири, ты не помнишь, чтобы в детстве тебя навещала взрослая ты? - Нет. - А жаль. Вот так прыгнуть и с собой пообщаться... Узнать, о чем жалеешь, чего хочешь... - Нужно уметь самостоятельно разбираться, чего хочешь, - Кагыр нехотя посмотрел на положение солнца. - Надо идти дальше. - Давайте еще посидим, - предложила Цири, уткнувшись носом в его шею. От ее теплого дыхания нильфгаардца накрыло знакомой волной возбуждения. Эм заставила себя сесть. Нужно как-то собраться, преодолеть саму себя. И продолжать идти. Тут она обратила внимание, что опушка покрыта яркими пятнами цветов, привлекающих насекомых. Она сходу насчитала трех красивых бабочек, а ведь уже и не помнила об их существовании. Где-то издалека доносилось пение птиц, ветер шелестел листвой. Это ведь и есть жизнь. Здесь, сейчас, не вчера, не завтра, не через час. И она... Откровенно ужасна. Эм задышала чаще, глядя на девочку, стоящую возле ствола дерева, у кромки хвойного леса. Ее белое лицо, перекошенное от страха, черные глаза, открытый рот вырывали из общей картины происходящего вокруг, вгоняли в дрожь. Эм поднялась на онемевшие ноги и вытащила меч из-за спины. - В чем дело? - нахмурилась Цири. - Ждите здесь, - угрюмо отозвалась Эм, даже не обернувшись. Лес оказался плотным, влажным и как будто мертвым. Эми прошла вперед в поисках девочки, отвлекая саму себя от страха и боли. Почему она обязана проверить эту ситуацию, она не знала и даже не утруждала себя рассуждениями. Просто должна и все. Как, собственно, и всегда. Почти сразу перед ней показался большой деревянный дом, по всем признакам заброшенный. Эм встала у покосившихся ворот, определяя, нужно ли заходить внутрь, или нет. - Здесь есть колодец, - послышался голос Кагыра за спиной. - И наверняка кровать, - Цири подошла к Эм, протянула руку. - Можешь мне хотя бы одолжить свой меч ненадолго? - Мне здесь не нравится, - пробубнила Эм, отрывая от себя своего лучшего друга и вручая его девушке. - Тебе нигде и никогда не нравится, - отмахнулась Цири, покрутила рукоятью и направилась в дом. Эм поспешила за ней. - Здесь, похоже, призраки. Я видела девочку с белым ужасным лицом. - На днях ты видела какую-то бабку, а до нее - своего эльфа, - Цири зашла на кухню, не теряя бдительности, и прошла в соседнее помещение. - Я бы тоже видела, наверное, если бы все время стучалась головой. Хороший меч. - Мне очень не по себе, - не сдавалась Эми, ковыляя за девушкой. - Давайте уйдем отсюда? - Я не чувствую и не вижу никакой угрозы! - голос Цири звучал со второго этажа. Эм остановилась у лестницы и выругалась: наверх она сможет подняться в лучшем случае к ночи. - Я тоже, - сообщил Кагыр, заходя с ведром воды. Он заглянул в шкафы, нашел старые фарфоровые чашки и дунул в них, поднимая облако пыли. - Все чисто! Хотя заброшенные дома немного угнетают, конечно, - Цири съехала вниз по перилам и, приняв у Кагыра чашку, с жадностью выпила. - Давайте здесь поспим пару часов и двинемся дальше? - Да, - согласился Кагыр. - Нет! - испугалась Эми. - Я все проверила, - терпеливо объяснила Цири. - Ты сдаешь... Медальон, смотри, спокоен. Это твои мысли тебя мучают, а не дом. Пойдем, - она взяла девушку за плечи, отвела на топчан, помогла ей лечь. - Вот. Просто поспи сейчас, хорошо? И мы отправимся дальше. Нужно, чтобы ты могла идти. - Я могу идти! Цири, мне страшно, - Эм взяла ее за руку. - Да ты ледяная, - пепельноволосая девушка отыскала старый плед, стряхнула его, накрыла компаньонку и улыбнулась. - Мы будем за стенкой, обещаю. Полчаса, не больше. Кагыр повернулся к Цири, когда та подошла, и она удрученно покачала головой. - Ничего. Все наладится, - он обнял ее, приподнял ее голову за подбородок, заглядывая в зеленые глаза, и добавил тихо: - Я бы хотел, чтобы мы были всегда вместе. - Я бы тоже, - прошептала Цири и ответила на его нежный поцелуй, развязывая тесемки на его рубашке. Эм лежала на топчане, обессиленная и грустная. Она с омерзительной ясностью осознавала, что ей осталось недолго, и не существовало слов, способных описать, насколько ей было жаль. Жаль, что ее толком и не было. Жаль было друзей, всех, кто страдал и не мог изменить свою жизнь к лучшему. Жаль ей было и своих упущенных возможностей. Если бы все можно было начать заново... Она открыла глаза, побледнела и перестала дышать от неподдельного, всепоглощающего ужаса. Сердце, в последний раз вяло стукнувшее в груди, замерло. Прямо над ней, с потолка, свисала безобразная туша с шестью руками - крючьями. Иссиня-белое лицо не имело ни рта, ни носа, а черные глаза без белков, круглые, как пуговицы, окруженные трещинами, блестели и не отрываясь смотрели на Эм. Девушка чуть приоткрыла рот, но не смогла ни закричать, ни вздохнуть. Все, что она могла - это смотреть на черные пуговицы, которые поплыли, смешались. И стало совсем темно. Эм наконец смогла сделать вдох. Боль ушла, но зато появилась неестественная слабость. - Цири? - позвала она в темноте. - Ты здесь? Мысль о том, что это лицо рядом, на потолке или в углу, придало ей сил. Эм стянула с себя одеяло и, свалившись с кровати, огляделась в поисках выхода. Дверь, которую она высматривала, открылась сама, и на пороге, со свечой в руке, появился тот, кого девушка ожидала увидеть меньше всего. - Боже, - Йорвет отставил свечу и упал перед ней на колени, прижавшись лбом к ее лбу. - Не верится... Наконец-то... - Йорвет? - Эм потрогала его лицо, плечи. Самый настоящий, самый родной, он действительно был здесь. - Я ничего не понимаю... - Это я, - заверил он девушку, лаская ее теплым взглядом, и перенес обратно на кровать. Должно быть, это сон. Эм плохо помнила себя до инцидента с Фэадом, а после ей снились только кошмары. Может, ее воспаленный ум наконец сжалился над ней? Понимая, что сон скоро кончится вместе с возможностью находиться рядом с разноцветными глазами, она прижалась к их владельцу с отчаянием и тоской. - Милый, мне так больно, я больше не могу, правда... - горячо шептала Эми, обливаясь слезами. - Я вовсе не сильная, мне так нужна твоя защита и поддержка... Все зря, все не так... Я запуталась... Я скучаю по тебе, по твоим глазам и такой редкой улыбке... Я часто вспоминаю тебя, твое тепло и мудрость, жалею, что уехала, но снова бы так сделала... Почему все так?.. Мне кажется, я скоро умру, и мне страшно... И я жалею... Жалею... - прошла минута, прежде чем Эм смогла заговорить. - Жалею, что... Ты и я... Мне бы так хотелось... - Я так тебя ждал, - Йорвет отстранился и поцеловал ее в губы. - Тебя так долго не было. Что последнее ты помнишь? - Цири, я, Кагыр... Страшное лицо... Эм поняла, похолодела и отсела от Йорвета. Это монстр в ее голове издевается над ней. Но в этот раз все было по-другому. По-настоящему. Она чувствовала, видела, слышала как обычно. Это сбивало с толку, путало. Как вообще такое возможно? - В чем дело? - тихо спросил Йорвет, боясь сделать лишнее движение. - Это все неправда. И даже не сон. Это монстр, - Эм осмотрела потолок, углы, снова посмотрела на Йорвета. Вот сейчас его черты изменятся, и все обернется кошмаром. - Я понимаю твое замешательство. Я все объясню, когда ты немного придешь в себя. Иди ко мне, прошу, давай полежим вместе, - он привлек ее к себе, уложил на свою грудь и принялся гладить ее волосы. - Все хорошо. Я рядом. Я никогда тебя не оставлю. Эти слова отозвались в Эм новой волной душевной боли, и слезы снова полились из глаз. Как бы она хотела, чтобы это было правдой. Йорвет притянул ее к себе, прижался щекой к ее лицу и спел ей тихую, глубокую, умиротворяющую песню на Старшей речи. Его голос, дыхание, тепло, приятный и сложный мотив успокаивали, утешали. Йорвет... Совсем как настоящий... Так близко... "Пусть это не заканчивается", - стучало у нее в голове. Мысли спутались, слабость и усталость навалились на нее с новой силой, и девушка крепко уснула.