Молодой альфа

В голове мальчишки творилось что-то невероятное. Когда он полностью погрузился в сон, ему представлялись разные картины. Первым он увидел двух мужчин, осуждающих его. Затем был отец. Он был в столь ужасном состоянии, в каком Стайлз его ещё не видел. Шериф сидел за своим столом, рядом стояла бутылка уже допитого виски. Джон склонил голову к бумагам и пытался в чём-то разобраться. На некоторых листах были прикреплены фотографии леса, тела женщины. Стайлз будто находился там вместе с отцом. Он подошел к нему и положил ладонь на его плечо. Шериф обернулся не сразу, а когда сделал это, произнес: "Ты во всём виноват". Мальчишка отпрянул от отца и картинка тут же поменялась. Теперь перед ним стояла мать, одетая в полностью белую одежду. Вокруг ничего не было, поэтому Стайлз не понимал, где он находится. Глаза матери были такие же добрые, как и всегда. Мальчишка стоял напротив и смотрел прямо на неё. Он протянул вперёд ладонь и попытался дотронуться до неё. Она слегка улыбнулась и замотала головой, медленно произнеся: "Ты не можешь". Стайлз опустил свою голову вниз и посмотрел на свои руки. Ярко-алая кровь стекала и капала на его штаны, оставляя пятно на них. Он с испугом посмотрел на мать, которая подошла почти впритык к нему и сказала: "Не стань таким, как они". Стилински начал было спрашивать как кто, но всё вмиг исчезло. Стайлз открыл глаза. По-прежнему та же комната, только уже осветлённая лучами солнца, которые пробивались сквозь шторы. Парень посмотрел на свои ладони, которые ничем не отличались от предыдущих дней. Он слегка зазевался и принялся одеваться. В комнату вдруг зашла Кали, девушка, которая живет с дядей. - Как ты, парень? - произнесла она, присаживаясь на край кровати. - Хорошо, немного мучают кошмары. - Да, Девкалион рассказывал, что ты просыпался ночью, - она положила свою руку ему на плечо и посмотрела в глаза. Стайлз уставился на неё так же, как она осматривала его. Её глаза были тёмные, Стилински не нравились они, это пугало. Кали сидела спокойно до тех пор, пока не почувствовала какую-то жгучую энергию, исходящую от мальчишки. Она быстро убрала свою руку и, ничего не сказав, вышла из комнаты. Стайлз обреченно выдохнул и принялся одеваться. Футболка его была красного цвета, штаны слегка отдавали синеватым оттенком, но больше было похоже на черный. Он медленно спустился на первый этаж, где за столом его уже ждал дядя. - Здравствуй, Стайлз. Присаживайся, - Девкалион указал рукой на стул и принялся за еду. - Мне снилась мама. Я знаю, что это невозможно, но я вижу её. - Это нормально. Она помогает тебе даже сейчас, - подбадривал его оборотень. - Сегодня полнолуние, так ведь? - Да. Определённо полнолуние. Тебе нужно будет подготовиться. Не думаю, что тебе понадобятся цепи. Я смогу тебя сдержать и научить контролировать себя. Постепенно ты научишься это делать сам, как все мы учились, - произнёс альфа. - Я буду убивать? Когда вырасту, - от такого вопроса Девкалион положил свои приборы на стол и достал платок из своего кармана, слегка покашляв. - Если ты этого захочешь, Стайлз. Мы не будем тебя принуждать к этому, но и осуждать так же не будем, если ты сделаешь это. - Я хочу быть хорошим волком. Таким как ты. - Я не всегда был хорошим волком. И вряд ли сейчас таковым являюсь. А теперь прошу меня извинить, нужно поговорить с Кали о сегодняшнем вечере и ночи, - он улыбнулся и вышел из-за стола, направился в соседнюю комнату. Девкалион почуял присутствие девушки в комнате и присел на своё любимое кресло, сжав в руке палку, которая помогала ему передвигаться. Он навалился всем телом на спинку кресла и направил свой взгляд прямо на Кали. - Мне кажется, он опасен, Девкалион! От него исходит невероятная сила, мы не сможем её удержать, - начала она. - Ты с ним слишком мягок. Ты же знаешь, что мы делаем с теми, кто вступает в нашу стаю. - В мою стаю, Кали, в мою, - уточнил мужчина, поглаживая подлокотник кресла. - Я помню, что мы делаем, не учи меня, девочка. - Я согласилась быть с тобой, не потому что я оставалась одна и могла погибнуть, а из-за силы, которую ты даешь обычным людишкам. Этот мальчишка погубит тебя и твою стаю, если ты не воспитаешь в нём настоящего зверя, - Кали возмущенно расхаживала по комнате, изредка выглядывая из-за угла, чтобы посмотреть на Стайлза, доедавшего свой завтрак. - Я же забочусь о тебе, - она подошла к мужчине впритык и села перед ним на колени, положив свою руку на его ладонь. - Девкалион - альфа альф. Мальчика нужно научить убивать. - Хватит, Кали, - издав громкий рык, Девкалион отмахнулся от неё, - я сам решу, что мне делать. Это ещё ребёнок, - как бы защищая, говорил Девкалион, чувствуя, как напрягается всё его тело. - Я сделаю из него монстра, каким он не хочет быть. Он будет настоящей машиной-убийцей. Нужно время, ты же сама должна это понимать. Кали поднялась на ноги и сделала шаг назад. Она покосилась одним глазом на мальчишку, который копался на кухне и что-то тщательно рассматривал. Взгляд Кали говорил сам за себя. Девушка была недовольна тем, что альфа долго возится с мальчишкой вместо того, чтобы учить его настоящим приемам. Она посмотрела на Девкалиона и тихо произнесла: - Время так время. Я умею ждать. - Я ценю это, Кали, - мужчина слегка улыбнулся и продолжил. - Сегодня будет трудная ночь и должно будет произойти то, что раз и навсегда его поменяет. Девкалион поднес руку к очкам и снял их, положив на колено. Для него всё было совершено по-другому. Вещи казались более размытыми, и всё было будто в красных оттенках, как у волка или собаки. Глаза были затуманены. Когда-то и он мог видеть так же, как все. Мир казался более приятным тогда, когда все было в привычных для него оттенках, когда глаза были красивого сине-голубого цвета. Тогда и сам Девкалион был другим. Талия хорошо влияла на характер молодого юноши. Они были практически одного возраста, но Девкалион явно уступал в своих способностях такой умной и смелой девушке. Они не просто сотрудничали или вели дела со стаями, они дружили. Талия хотела, чтобы не было разногласий между охотниками и оборотнями, и Девкалион поддерживал её, хоть и не особо доверял им. Из-за этого обоим пришлось пожертвовать самым родным, что у них было. Талии - жизнью, Девкалиону - душой. Не было больше того человека и оборотня, что был тогда. Истерзанная душа Девкалиона больше не была милосердной. Его руки по локоть в крови тех, кто отнял у него самое главное в его жизни. Первое время в смерти Талии он винил себя, так как доверился охотникам, а не собственному чутью. Затем он научился биться со всеми, кто потерял контроль, без жалости, не давая второго шанса на исправления. Его целью было создать самую мощную стаю для того, чтобы люди научили ценить оборотней и бояться их. Он видел в Стайлзе того, кто сможет показать все, на что способен альфа, потерявший мать, будучи ещё ребёнком, и потерявший себя. Мальчишка не чувствовал никаких изменений до наступления темноты. Луна светила так ярко, что ему действительно хотелось завыть на неё. Девкалион был рядом всё это время и ему не нужны были цепи или какие-то подручные средства, чтобы научить контролю юного волка. Стайлзу становилось страшно, и страх заполнял всю комнату. Он слегка скулил, закрывая глаза, но чёткий голос старшего альфы в его ушах звенел так громко, что глаза машинально открывались, услышав хоть слово от дяди. - Не закрывай глаза, Стайлз. Слышишь меня? - мальчишка быстро кивает. - Не закрывай глаза, - четко проговаривает волк. Парень старается открыть глаза, но получается это с трудом. Будто что-то тянет веки вниз. Он зажмуривается и воет от боли, проходящей сквозь все тело. - Дыши, Стайлз. И смотри на меня. Слушай мой голос. Мальчишка опускает свой взгляд на руки, которые удерживает Девкалион. Он замечает, как удлиняются его ногти; чувствует, как появляются клыки, хоть и не большие, но весьма острые. Он понимает, что трансформация накатывает, полностью окуная его с головой в сущность волка. Стилински чувствует прилив сил, которые позволяют ему вырваться из крепкой хватки альфы. Он вскакивает с кровати и ломится в закрытую дверь, не пытаясь её выбить. Девкалион скалится, но не мешает юному волку дать волю своему внутреннему я. Стайлз разворачивается лицом к дяде и смотрит в его глаза. Парень начинает тяжело дышать, шипит. Несдержанные рыки раздаются в комнате, и альфа этому не мешает. Его радужка заливается красным цветом, Девкалион издает негромкий рык, от которого мальчишка прижимается спиной к двери и сползает по ней на пол. Альфа смотрит на него, любуется видом. Мальчишка смотрит на свои когти, думая о том, что это может причинить боль ему, что он может сделать это. Но не хочет, потому что жажда жизни затмевает всё. Девкалион встает с кровати и подходит к мальчику. Он снова издает приглушенный рык, от которого Стайлз поднимается и смотрит послушно на него. Альфа садится на корточки и берёт мальчишку за руку. - Ты должен найти то, что будет сдерживать тебя, Стайлз. Старайся. Ищи это в себе. Думай, и у тебя всё получится, - мужчина чувствует, как руки дрожат, но продолжает сжимать запястье парня. - Как? - рычит мальчик, пытаясь понять то, что говорит альфа. - Думай о том, кто запомнился тебе больше всего в жизни. Должен быть тот, кто значит для тебя всё, - Девкалиону говорить проще об этом, ведь у него есть "свой якорь", есть "свой человек". Стайлзу не о ком думать, кроме как об отце или о матери, но первым делом он вспоминает шерифа. Не получается до конца сосредоточиться на своих мыслях, но он пытается, старается изо всех сил. Мысли заполняют его голову. Он мотает ею из стороны в сторону, что-то скуля и смотря на альфу, который не выглядит обеспокоенным. - Думай о матери. Думай о том, как она спасла тебя. Стайлз слушается и кивает головой. Он вспоминает ангельски-прекрасные глаза мамы, которые всегда смотрели с чувством гордости за своего сына. Он помнит её руки, её нежные ладони, которые касались его гладкой кожи, которые проходились по заостренным скулам. Дыхание потихоньку ослабевает, прекращаются тяжелые вздохи. Девкалион так же с гордостью смотрит на парня, гладя по голове. Нашептывая: "Продолжай думать". И Стайлз покорно выполняет все его указания. Находит успокоение и человечность в мыслях и воспоминаниях о матери. Такой родной и такой близкий человек. Клыки постепенно уменьшаются, переставая делать больно так же как и когти, медленно уменьшающиеся. Мальчишка искренне улыбается, смотря на альфу, который хлопает его по плечу. Альфа понимает, что якорь, который выбрал мальчишка, будет небольшой помехой в достижении тех целей, которые он преследует. Но с другой стороны это будет отличным мотивом, который вознесёт его на вершину своих способностей. Девкалион видит себя в этом маленьком и беззащитном парне, который потерял дорогого человека. Он видит всю его ярость, весь гнев, который отравляет его душу, но точно знает, кем он вырастет.