Последняя ласточка

В могиле было пусто. Я приземлилась носом в землю, не успев выставить руки и смягчить падение. Все, что в тот момент я могла подумать, — это то, что мне жутко не хочется обратно в могилу. И вот в нос ударила резкая боль, на мгновение оглушив. Я даже не сразу поднялась, переживая болезненное ощущение по всему телу. — Хи-хи, я ожидал немного другого, — голос сверху был крайне ехиден. — Мисс Вера, вы крайней неуклюжи. Ай-ай, у вас идет кровь, какая потеря… Я вцепилась в ногу Гробовщика, как в спасательный круг. В голову резко пришло осознание, что я как бы в могиле, причем, как бы в своей. И не важно, что она уже не для меня, а, скорее, как факт, осталась. Но на надгробии-то мое имя! Ну уж нет, второй раз я на это добровольно не подпишусь! Я тут же вскочила. Моя голова была на уровне чужих сапог, и все, что мне оставалась, так это попробовать за что-то зацепится, например, за корягу. Но так как в радиусе доступа были чужие ноги, как я уже отметила, я вцепилась именно в них. — Я не знаю, зачем вы это сделали, но лучше помогите мне вылезти! Иначе я… — Иначе что? — Иначе я утяну вас с собой! Наступила тишина, где я, особо не церемонясь, продолжала пытаться подтянутся на руках. Я, честно, пыталась выползти, и мне это почти удалось. Ноги успешно нашли выемку в почве, позволяя ненадолго расслабить руки. Так, теперь полностью опять перенести вес на руки, только перед этим удобнее зацепится за чужие ноги. И, раз-два! Еще чуть-чуть. Странная тень упала прямо на меня, отчего показалось, что пространство резко начало сужаться. Хвост гробовщика был перекинут через плечо, посему не в меру длинные волосы едва касались земли. Оказывается, это он так согнулся пополам, чтобы беззвучно отсмеяться. Я с удивлением отметила дрожащие губы, что то и дело кривились в улыбке. Черт! Почти свалилась! — Дайте мне руку! И…уф, прекратите ржать! Я искренне жалела, что в это время до сих пор выкапывали глубокие ямы для погребения. Здесь у гробовщиков обязательно имелась лестница для того, чтобы вылезти из могилы. Откуда я это знаю? Да в конторе у Гробовщика одна стояла, и уж не сложно сложить два плюс два, чтобы получить пять. На нашем же современном кладбище вряд ли найдешь такие глубокие могилы. — Зачем? — Зачем?! — искренне изумилась я, резко ослабляя хватку и падая обратно. — Поищите что-нибудь в могиле. Отсюда забрали гроб, но лишь только его. Остальное осталось нетронутым. — Откуда вы знаете? — спросила, на мгновение закрывая глаза и чувствуя тот самый запах сладковатой пряной земли. Мой вопрос был проигнорирован, хотя, смотря снизу-вверх на Хозяина конторы, я очень сильно сомневалась, что мой вопрос вообще был услышан. — Я лично вытаскивал пустой гроб и информировал семью герцога о состоянии его дочери. Как бы прискорбно ни звучало, но даже я мог что-то пропустить. Вот, держите, мисс Вера, — к моим ногам шлепнулась коробочка. Вернее, мой смартфон с разбитым экраном, вот только я больше, чем уверена, что эта штука теперь полностью бесполезна. До розеток нужно еще дожить, как и до устройств, заряжающих такие гаджеты. — Но что могу найти я, если до этого в могиле покопались и вы, и мой отец! — отозвалась, привычным движением пытаясь включить свой телефон. Экран загорелся белым, а затем высветил блокировку с зарядом в 15%. Я едва не выронила его, смотря на это чудо, как на пасть голодного льва. Телефон просто не мог так долго хранить заряд, даже учитывая, что его не включали. — О! Вижу вы знакомы с этим аппаратом. Так вот, мисс Вера, если бы не моя внимательность к деталям, я бы ни за что не обратил внимания на него. Мои коллеги помогли поддерживать вашу машину в приемлемом состоянии, — пояснили мне. Гробовщик уселся на корточки и с какой-то загадочной улыбкой, напоминающей лично мне оскал, приподнял рукой челку. Затем, резко спохватившись, взлохматил ее, пряча зеленые глаза. Я промолчала, поспешно пряча телефон в карман. Кусочек из моего мира почти до боли обжигал руку, заставляя сжимать бедный смартфон с такой силой, что и так треснутое стекло жалобно затрещало. Наверное, слишком глупо драматизировать, но на душе стало как-то пусто. Будущее огнем жалило через карман, отчего руки так и тянулись набрать знакомый и, пожалуй, единственный сохраненный номер в контактах. Мне до дрожи хотелось пожаловаться и высказаться папе. Однажды я запретила себе думать о прошлом, понимая, что эти мысли разрушают меня. Досчитав до трех, я вновь закрыла свое прошлое под замок, понимая, что секундная слабость опять выбила меня из колеи. Потом подумаю об этом. Все потом. Сейчас, следуя совету Гробовщика, лучше осмотреться. Вот только в яме, как и ожидалось, я ничего нового для себя не нашла. Яма как яма, вполне себе обычная. Вон там червяки, вон там еще какая-то лабуда, странно смахивающая на гниющие листья. Хм, в левом углу земля слегка взрыхленная. Может, если немного копнуть, я что-нибудь найду? Нет? Опять черви! Фу, мерзость. — Зачем вы, мисс Вера, приходили ко мне? Неужели, странная просьба о кремации — всего лишь прикрытие юной…хм, леди? — я обернулась, рассматривая Гробовщика, что улегся на сырую землю, подперев голову рукой. От его вида меня передернуло. Это как увидеть спортсмена в одной майке на морозе. — А вам не холодно? — скептически уточнила, сама ощущая, как сырая земля холодит бедра. Я сидела на коленях, но даже так меня слегка колотило от озноба. Руки, запущенные в почву, уже свело судорогой, отчего пальцы едва ли разгибались. Пришлось подуть на них, согревая дыханием. — Вы не ответвители на вопрос. Что за плебейская привычка задавать на простые вопросы еще несколько своих же? — прозвучало как-то обиженно. Руки совсем продрогли, но сколько бы я ни ковырялась в земле, так ничего и не нашла. — Тут пусто, — развела я руками. Выбившаяся из-под шапки прядь упала на лицо, неприятно щекоча нос. Сначала попыталась сдуть ее, но видя, что это гиблое дело, попыталась убрать тыльной стороной руки. — Может, продолжим поиски в другом месте? — Это где же? — хмыкнул собеседник. С секунду помолчав, он вдруг продолжил, — Нет, туда бы я не совался. Слишком проблемное место, — на спокойном лице появилась неприятная ухмылка. Приложив палец к ней, меня призвали к молчанию. — Так-так-так, кто это у нас здесь? Неужели, господин жнец забыл что-то на кладбище. Как интересно. А я думал, что вся ваша бесполезная шайка просто терпеть не может такие места. — Интересное замечание, мистер Блэксмит, — Гробовщик медленно, как бы нехотя, поднялся. Я притихла, присев так, чтобы меня не было видно. Если бы этот Блэксмит подошел сюда чуть ближе, то он бы заметил подростка, ковыряющегося в земле. Наверняка у него возникли бы вопросы и, если быть уж совсем параноиком, это могло плохо кончиться. Только за осквернение чужой могилы полагался штраф. Но что, если этим дело не закончится? Гробовщик чуть повернул голову в мою сторону, и я заметила, как на его губах расцветает понимающая ухмылка. — И все же, не ожидал вас здесь увидеть. Позвольте поинтересоваться, что вы здесь забыли? — Хи-хи, разве сторожу кладбища не известно, что я мог тут забыть? — я мгновенно представила, как Гробовщик кривит губы все в той же знакомой усмешке. — Я думал, за столько лет сотрудничества у вас не должно возникнуть ко мне вопросов. В конце концов, сторожевой пес должен знать кормящую руку, — в чужом голосе явно прорезались нотки ехидства. — Я служу королеве, а не вам, господин Гробовщик. И моя прямая обязанность поинтересоваться, что вы тут затеяли. Причем у раскопанной могилы вполне себе живой дамы. — О-о, — протянул Хозяин конторы, явно меняя позу. — Всего лишь навещаю свою старую знакомую. — Вы сошли с ума? Или вы так искусно пытаетесь меня оскорбить? Девушка жива и здравствует. Вам некого здесь навещать. Прошу, покиньте это место, если ваши дела никак не связаны с вашей основной работой. — С каких пор вы выгоняете меня с места моей работы, мистер Блэксмит? — в голосе явно послышалась угроза. Видимо, собеседник тоже уловил ее, а потому почему-то решил дать заднюю. — Поймите, я просто не хочу проблем, — прозвучал поспешный ответ. Кто-то явно занервничал. — У вас их не будет, господин Блэксмит, если вы сейчас же оставите меня одного. — Я…я не могу! Мне остро представилось, как чужие губы саркастично выгибаются. Я вновь растерла руки и осторожно на них подула. В могиле холодно и сыро, а еще руки у меня дрожат не только от того, что я замерзла. Но лучше об этом не думать. — Поймите же! Вам лучше отсюда уйти! Меня уже затаскали ваши люди. Они как рой! Ни с того ни с сего, бац, и проверка! Обещали пригнать сюда на днях отдел ученых. Я не знаю, когда они притащат этих крыс в белых халатах, но прошу вас, вы же знаете, что за сокрытие беглецов положен штраф. Мне не нужны сверхурочные. — Вот как, — голос был явно задумчив. Я пожелала Гробовщику искренне и быстрее разобраться с проблемой, иначе я здесь поседею. Ну и заработаю в придачу какую-нибудь болячку. — Что же, как только я закончу свои дела, немедленно покину это место. — Я рад, что мы друг друга поняли. Обещаю передать письмо, как только департамент закончит свои дела. В конце концов, вас может кто-нибудь узнать. Чужие шаги начали отдаляться, и я рискнула высунуть свой любопытный нос. Для этого мне пришлось подпрыгнуть, так как рост не позволял что-либо разглядеть из такой ямы. Да и к тому же, пока я сидела, у меня возникла парочка вопросов к Гробовщику. Он сказал, что он работал с телом жертвы, но он не уточнил, с каким именно. Я еще раз прокрутила чужую фразу в голове, понимая, что там был какой-то подтекст. Но какой? Он эксгумировал труп, хорошо, это понятно. Логично предположить, что занимался он именно моей эксгумацией, раз нашел телефон. К тому же, это объясняет, что он делал на кладбище в тот день, когда в гробу появилась я. Поэтому рискну предположить, что работал он именно со мной. Шикарные выводы, Ватсон. — Я могу уже отсюда вылезти? — уточнила, растирая озябшие руки. Еще раз немного подула на посиневшие пальцы, рассматривая, как те скрючились от влаги и холода. Все же, на дворе было не лето, а потому было бы неплохо согреться в теплом помещении за кружечкой ароматного чая. — Попробуйте, — согласился со мной Гробовщик и чуть отошел в сторону, как бы показывая, что мешать мне в этом деле он не намерен. Впрочем, как и помогать, видимо. Я вновь растерла руки, прекрасно осознавая, что не смогу даже за что-то зацепиться. — Мне нужна ваша помощь, — усердствовала я, вытягивая свои конечности в чужом направлении. Мужчина чуть развернулся в мою сторону, задумчиво приложив палец к подбородку. Словно взвешивал все «за» и «против». — Из-за холода я совершенно не могу двигать руками. Просто подтяните меня, а дальше я уж как-нибудь… Меня ловко схватили чуть выше локтя и одной рукой потянули на себя. Не знаю, сколько нужно иметь силы, но из могилы меня вытащили почти целиком. В процессе поднятия моего тела на одной руке меня немного перекрутило, но в последний момент я смогла уцепиться пятками за край земли. Один решающий толчок — и я села прямо у ног Гробовщика, облегченно переводя дух. — Знаете, мисс Вера, мне теперь стало действительно интересно, — чужой голос звучал угрожающе заинтересованно. Я напряглась, ожидая чего угодно. — Что же вас сподвигло обратиться именно ко мне? — пепельные пряди скользнули вниз, задевая кончик носа и чуть щекоча щеку. Откровенно говоря, я сейчас побаивалась поднимать взгляд вверх, потому что знала, на что способны его глаза. Мне по горло хватило той демонстрации их влияния, а потому, собравшись и заставив свои слова звучать уверенно, монотонно ответила: — Я уже говорила вам. — Исчерпывающий ответ. Однако вы точно знали, где искать ответы, — Гробовщик внезапно выпрямился, и ощущение некоего давления ослабло. Я украдкой выдохнула, радуясь, что мне удалось сохранить свои тайны. В конце концов, ни к чему ему знать, что я умудрилась установить соответствие между ним и тайным обществом Авроры. Полузаконное оживление людей уже тянет, как минимум, на криминал. — И все же, я показал вам слишком много, — задумчиво изрекли где-то вдалеке. Гробовщик медленно двинулся к выходу. Ну, а я? А я просто побежала следом, не имея ни малейшего понятия, куда мы теперь направляемся. Осмотр кладбища не дал никаких результатов, а потому я даже предположить не могла, где же дальше стоит искать зацепки. Возможно, логичнее вернуться в имение Уилтшир, тем более что время моего отсутствия катастрофически поджимает. И нянечка вряд ли умолчит о моем внезапном побеге, если она уже не понеслась на поклон к герцогу. Из этого выходит, что вскоре английское общество хватится меня искать. А оно мне надо? Отнюдь. Однако с моей стороны будет неразумно лишаться защиты Гробовщика, тем более, когда по улицам бродит этот маньяк. Уверена, что поместье отлично защищено, но малочисленный эскорт со шпагами против дробовика? Я прикусила губу. Очевидно, что спокойно разузнать, куда дели тело Вирджинии, у меня не получится. Нужно что-то делать. — Господин Гробовщик, что, если я скажу, что мне нужно возвращаться в поместье? — обозначенный остановился прямо в воротах кладбища, чуть склонив голову на бок. Я помедлила, не совсем понимая, как корректно озвучить свою фразу. В голове крутилось множество вариантов, а потому я выбрала самый безобидный. — Не могли бы вы отправиться со мной? — И в качестве кого же? — спустя несколько минут молчания, прозвучало заинтересованное. Я растерла лицо, прекрасно осознавая, к чему был задан этот вопрос. Согласиться с утверждением, что общество Гробовщика для юной незамужней девушки — это как-то даже слишком для меня. Вернее, даже не для меня, а для репутации семьи и самой Вирджинии. И я прекрасно понимаю, что герцог меня сошлет чуть ли не на нары за мое непристойное поведение. Наверняка, после новости о побеге он уже готовит для меня место в местном монастыре. Тогда я точно рискую остаток жизни провести в этом средневековье. — Как думаете, любовь — достаточное оправдание для леди? — задумчиво изрекла, обходя мужчину по большой дуге и смотря ровно на то место, где у собеседника должны были быть глаза. — То есть, вы, все-таки, сбежали из поместья? — хохотнул мужчина. Отвечать на его вопрос попросту не имело смысла. Думаю, он и так это давно понял. Но в следующую секунду его лицо утратило любой отголосок веселья, и он скучающим тоном уточнил. — Видимо, вы недостаточно представляете себе реалии светского общества. Ваши любовные привязанности ничего не стоят. — Даже если я скажу, что безумно влюбилась в вас? Не хотите прямо сейчас обручиться в местной церкви? — поспешно выдохнула, вцепившись грязными руками в чужую ладонь. Как никогда, я остро ощутила нездоровый прилив страха перед родственниками, которые вполне могли впасть в крайность и действительно сослать в монастырь. Либо запереть в поместье и приставить тщательный надзор, что тоже чревато. Утешает, что до местных газет не скоро дойдет информация о побеге дочери герцога, то есть меня, а потому пока что можно избежать неприятной ситуации с всенародным порицанием. А до этого непременно дойдет. Думается, в таком случае, монастырем дело не закончиться. И выход из этой скандальной истории я видела только один. Правда, он был не менее болезненный, но уж лучше так, чем в обществе заклеймят проституткой и блудницей. — Хотите использовать меня в качестве прикрытия? — уголки чужих губ вновь поползли вверх.