Человек без имени

«Queen of Light took her bow, And then she turned to go, The Prince of Peace embraced the gloom, And walked the night alone. Oh, dance in the dark of night, Sing to the morning light. The dark Lord rides in force tonight, And time will tell us all.» Led Zeppelin, «The Battle of Evermore» («Королева Света поклонилась и попрощалась, Принц Покоя окунулся во тьму и ушел в ночь в одиночестве. Ох, танцуй, танцуй в темноте, пой утренней заре. Темный Лорд мчится сквозь ночь, время покажет, что нас ждет…»)

      Мэл не знал, что думать, когда Ривер зашла в столовую, взявшись за руки с тем пассажиром. Ну, это не совсем правда. Сначала в его голове вспыхнула бессвязная ярость от идеи, что этот «Доктор» не заинтересовался Инарой, так как предпочитал молоденьких, но затем его мозг включился и заработал. Даже если намерения того человека были грязными, Ривер была более чем в состоянии размазать его по ближайшей стене. И не то чтобы он был братом Ривер. Или отцом. Ну, вообще кем-нибудь, не считая капитана. Но она была частью команды, беспокоиться за них было его работой…       А затем Доктор отпустил руку Ривер и взъерошил ей волосы, и то мгновение беспокойства прошло. Новый пассажир широко всем улыбнулся.        — Привет!       Ривер села рядом с Мэлом и сердито на него посмотрела. Это было неловко, беспокоиться о девочке, которая улавливает все мысли из твоей черепной коробки… Мэл не собирался извиняться и просто приподнял брови.        — Нашла себе хорошего друга, мелкая?       Ривер закатила глаза.        — Потерянным щенкам нужно держаться вместе.        — Эм, ясно, — вздохнул Мэл. Он терпеть не мог, когда она разговаривала с ним мутно и непонятно. Он всегда впадал в ступор и знал, что если потребовать уточнений, то ее ответы станут еще мутнее. — Ну… не такого хорошего?        — Он слишком стар для меня, — на полном серьезе ответила она. — Правда, очень старый.       Ладно, можно выдохнуть с облегчением. Но он тоже почувствовал себя старым, так как он был примерно одного возраста с Доктором. Хотя он все еще помнил, как в почтенном возрасте семнадцати лет ему все тридцатилетние казались дряхлыми стариками.       На другом конце стола Кейли суетилась вокруг Доктора. Она соскочила с колен Саймона, подбежала к нему и предложила чай. Он весь засиял при слове «чай» и сел рядом с Джейном, который бросил ему взгляд, полный презрения. Джейн не был одним из тех, кто думает головой, а не кулаками. Он только недавно смирился с Саймоном. Мэл задумался, нужно ли уже делать ставки, как скоро наемник начнет терроризировать нового Доктора.       Кейли же трещала без остановки, и Мэл начал опасаться, что у ее собеседника скоро отвалятся уши.        —… уж разволновалась, когда ты не вылез из своей каюты. Думала, а вдруг ты заболел, иногда людей выворачивает наизнанку, когда они покидают атмосферу после долгого времени на земле. Но Саймон, — она нахмурилась своему любовнику, — сказал, что с тобой все в порядке, и тебя нужно оставить в покое.        — Ох, все нормально, — ответил Доктор, принимая из рук Кейли кружку с чаем. — Я в порядке, правда. Просто немного устал, вот и все, и я не хотел путаться у людей под ногами, — он приподнял бровь Мэлу.       Он попробовал чай и его лицо застыло. С трудом проглотил.        — Вкусный чай, — сказал он неубедительно.       Кейли просияла и вернулась на колени Саймону. Юный доктор, чье лицо потемнело, когда Кейли начала суетиться вокруг гостя, стал выглядеть немного счастливее. Ривер, рядом с Мэлом, буркнула себе под нос что-то далеко не похвальное в адрес брата. Мэл спрятал улыбку за кружкой своего чая.       Джейн нахмурился Доктору.        — А ты Доктор чего ваще? — он повернулся Мэлу. — И нафига нам еще один? Саймон так плох, что нам нужен еще один мажор в костюме?       Джейн, специалист по связям с общественностью, кисло подумал Мэл. Его самого вряд ли можно назвать вежливым, но Джейн повысил планку концепта «не лезу за словом в карман» на совершенно новый уровень.        — Он заплатил за проезд, Джейн. Для меня этого достаточно.        — А откуда мы знаем, что он не федерал? — потребовал наемник. — Или охотник за головами?       До него, видимо, еще не дошло, что если Доктор и был кем-то подобным, Джейн сразу бы встретился с дулом пистолета, если бы ситуация обернулась насилием. Или, если до него и дошло, он был настолько Джейном, что ему было плевать.        — Какие-то проблемы? — невинно спросил Доктор. — Я обычно не говорю, что являюсь федералом, и могу честно сказать, что никогда не занимался охотой за головами, хотя в моей жизни парочка охотилась за моей. И ты вправду спросил, какой я доктор? Это личное, тебе не кажется?       Лицо Джейна озадаченно скривилось.        — С какой стати это личное?       Глаза Доктора расширились. Мэл схватился за переносицу. Он узнал выражение лица Доктора — это был счастливый огонек в глазах кота, в ловушку которому попалась уж очень глупая мышь. Хорошо, что Джейн был настолько тупым, что даже не заметит, когда Доктор начнет скручивать его в словесные узлы. А если и заметит, ну… Доктору нужно научиться хотя бы иногда не провоцировать груды мышц. И Саймон был под рукой, в случае если придется лечить сломанные носы. Или челюсти.       Дорога к Трем Холмам будет мучительно долгой.

___

      Три Холма были окраинной луной сомнительной репутации. Но несмотря на это, Мэлу никогда не нравилось это место. Слишком жарко, слишком пыльно, и слишком много народу хотело обдурить его. К счастью, он не собирался вести дела с такими личностями в этот раз. Вместо этого он собирался вести дела с Зиком Харкнессом*.       Зик Харкнесс был неофициальным правителем Трех Холмов, в основном за счет того, что он владел заправочной станцией и поэтому контролировал большую часть транспортного потока колонии. Зик был сумасшедшим, плохим и опасным, но, несмотря на все это, Мэлу он нравился. Может он и был хитрым хорьком, но он никогда не стрелял Мэлу в спину, буквально и фигурально. Ну, пока не стрелял, но этого было достаточно для Мэла, чтобы относиться к Зику более-менее доброжелательно.       Ривер посадила Серенити словно перышко в паре миль от станции, несмотря на стоящего над душой брюзжащего Мэла. (Мэлу нравился Зик, он не доверял ему.) Как только сложный процесс посадки завершился, Мэл покинул мостик для раздачи приказов команде, но это дело всегда слишком затягивалось, потому что если это не была чрезвычайная ситуация, народ обязательно начинал спорить. Кейли хотела идти на станцию, Саймон хотел идти с Кейли, Ривер просто хотела побродить вокруг… по крайней мере Зои наконец-то смирилась, что какое-то время она не сможет прикрывать спину Мэла. Мэл потратил кучу времени, перекрикивая возражения команды и вдалбливая им в головы, что он был гребаным капитаном в (наверно) миллионный раз. Спорила в основном Кейли, она просто хотела покопаться в металлоломе Зика, а Мэл был не в настроении потом больше часа искать ее в этой горе мусора. В конце концов, он категорически приказал ей оставаться на борту, она надулась и скрылась в машинном отделении, за ней по пятам поплелся Саймон с щенячьими взглядом. Ривер послушалась приказа, не моргнув глазом, и сама ушла куда-то вглубь корабля. Скорее всего, подумал Мэл, она пошла дразнить Саймона и Кейли, и потом, когда он вернется, они завалят его жалобами (в основном Кейли). Он все чаще чувствовал себя отцом группы непослушных подростков, а не капитаном команды из вроде бы взрослых людей…       Зои встретила его взгляд легкой улыбкой.        — Я позабочусь, чтобы они не поубивали друг друга, сэр.        — Буду благодарен. Во время войны так же было? Что-то не припоминаю столько возражений.       Она пожала плечами.        — Поменьше. Но мне кажется, с этим были как-то связаны свистящие пули над головами.        — Хм. Интересно, если подвешу ружья в грузовом, чтобы они стреляли каждый раз, когда кто-нибудь кроме меня начнет орать… поможет ли?        — Не думаю, — но она улыбнулась его задумке.       Они оба прекрасно знали, что Мэл разрешал спорить только потому, что это его успокаивало. Когда команда беспрекословно слушалась его приказов, это обычно означало, что они попали в очень плохую ситуацию. В остальное время это ощущалось семейными перебранками, и Мэл тихо признавал сам себе, что ему это нравилось (все-таки он был единственным ребенком и сиротой).        — Присмотри за моим кораблем, — сказал он Зои.        — Да, сэр, — ответила она, затем повернулась и осторожно пошла вверх по рампе. Она еще не достигла той стадии, где ее походка напоминала ковыляюще-утиную, но уже была чертовски близка к этому. Мэл пытался сильно не думать об этом, так как он неизбежно возвращался бы к мысли, что они, черт возьми, будут делать, когда ребенок родится.       Он повернулся сказать Джейну, что пора выдвигаться, и чуть не упал на Инару. На ее лице было написано, что ему лучше бы согласиться на то, что она хочет, сейчас же, иначе она превратит его жизнь в ад тысячью тихих и незаметных способов, которые никогда не подрывали его авторитет, но заставляли его глаз дергаться.        — Что бы то ни было, 'Нара, мой ответ — нет.       Она приподняла бровь.        — Какая жалость, Мэл. Потому что я иду с вами.        — Что? Нет, ты не пой… — он замолчал и вздохнул. — Если я скажу тебе, что будет опасно, это поможет? — спросил он, уже потеряв всю надежду.        — Едва ли.        — Так и думал. Не то чтобы я ожидаю каких-либо проблем от Зика. Но мы идем пешком. Незачем тратить топливо мула, тут всего-то миля с хвостиком. Ты готова к прогулке в… — Он только что заметил, во что она была одета. Не в шелковое платье и сандалии, а в добротные треккинговые ботинки и плотные (хорошо скроенные и, конечно же, дорогие) штаны. Блуза была обычной, но Инара накинула сверху кожаную куртку.        — Гхм. Где ты взяла подходящие ботинки?        — Они мои, — спокойно ответила Инара. — Компаньонки не всегда работают в спальне. У меня было много клиентов, которые любили походы.       Мэл удержался и никак не прокомментировал. Она только-только начала с ним разговаривать после той ссоры, и он начал осознавать, что он предпочитал, когда Инара не бесилась из-за него.        — Я просто надеялся, что могу рассчитывать на тебя, чтобы детишки друг друга не поубивали…        — Зои сказала мне, что может потренироваться. И дала мне список вещей, которые, по ее словам, она тебе не доверяет, не думает, что ты с ними справишься.       Мэл возмущенно встрепенулся.        — Не доверяет? Я прикрывал этой женщине спину почти десятилетие, и она не доверяет… — он замялся. — А что там в списке?       Инара криво ему улыбнулась, и Мэл понял, что проиграл спор.        — Ты уверен, что хочешь знать?        — Эм… нет. — Это был заговор, он знал это. Женщины его корабля сговорились против него и находили это очень забавным. — Ладно. Просто… не отставай. — В качестве последнего слова это было довольно жалким. — Джейн, пошли. Солнце не вечно будет в небе. — Он в последний раз проверил пистолет, схватил плащ с ящиков и натянул на себя.       Минут через десять после выхода он заметил, что за ними увязался четвертый попутчик. Он обернулся сказать что-то Инаре (что-то на отвлеченную тему) и сразу же забыл, что именно, так как увидел долговязую фигуру в длинном коричневом плаще, шагающую вслед за ними. Доктор помахал ему, шевельнув пальцами.        — Привет!        — Какого черта ты делаешь? — потребовал Мэл.       Доктор оглянулся, его лицо озадаченно скривилось.        — Иду, разве это не очевидно? Мне стало скучновато в каюте, и я услышал, что на станции есть маленький магазин… — Его лоб обеспокоенно сморщился. — Ничего страшного, же? Ну, на корабле мне все равно делать нечего…       Мэл стиснул зубы. Судя по удивленным лицам Инары и Джейна, они его тоже не заметили.        — Нет, все нормально. Только постарайся не отстать и потеряться.       Доктор широко улыбнулся. Снова. Мэлу стало интересно, лицо этого человека когда-нибудь вообще устает?        — Ох, такого не случится, — весело сказал он. — Я никогда не теряюсь. Это другие, не я.       Станция Зика была ржавой развалюхой из погнутых металлических листов и корабельных запчастей. В любое время вокруг валялось около дюжины наземных или низко-летающих транспортных средств разной степени запущенности и разобранности, рядом обычно были механики станции, которые работали (или притворялись, что работали) над ними.       Зик вышел из своего кабинета, он был почти таким же высоким и стройным как Доктор и одет в то, что сам Зик считал писком моды. У Мэла были свои соображения на этот счет, так как наряд состоял из плюшевого пальто и кружевных оборок, но он держал язык за зубами. Человек может одеваться во все что угодно, лишь бы делал свою работу. Мэл поднял руку в приветствии и внезапно замер. На лице Зика играла широкая улыбка.       Зик никогда не улыбался.        — Малкольм, старина, — воскликнул Зик, приблизившись к маленькой группе с Серенити. — Как жизнь?       Мэл обвел взглядом двор, с запозданием заметив все, что было не так. Не было привычного смеха и дуракаваляния. Вместо этого все механики словно застыли, сбившись в группы по двое-трое, они украдкой бросали на новоприбывших настороженные взгляды.        — Они боятся, — едва слышно сказала Инара. — Что-то ужасно их напугало.        — Мне это не нравится, Мэл, — пробормотал Джейн.        — Тихо, — прошипел он. Краем глаза он заметил, как Доктор осматривал все вокруг. Он привычно держал руки в карманах, его поза была расслабленной и беззаботной, но Мэл ощущал еле различимое напряжение в каждой линии его тела, словно у настороженной гончей.        — Зик, — холодно сказал Мэл. Он встретился взглядом с Джейном. Огромный наемник переступил с ноги на ногу и покрепче сжал приклад ружья. Инара тоже сдвинулась. Мэл вспомнил, что она прошла довольно приличное обучение боевым искусствам в Академии. Черт, она даже набросилась на Оперативника на Синоне. Не сказать, что особо помогло, но это позволило Мэлу собраться с силами. Мэл накрыл рукой пистолет, даже не пытаясь скрыть этот жест от Зика. — Что происходит?       Улыбка пижона дрогнула.        — В смысле? Да ничего не происходит, все нормально. Просто здороваюсь, по-дружески.        — Ты никогда в своей жизни не был дружелюбным, — сказал Мэл. — За исключением, когда ты от кого-то хочешь чего-то, но чуешь, что этот кто-то совсем не желает этого делать. Так что я спрошу еще раз: что происходит?        — Ты меня обижаешь, Малкольм, — запротестовал Зик.        — Не люблю повторяться, — ответил Мэл, в его голосе появились враждебные ноты. Он вытащил пистолет из кобуры, но осмотрительно держал его дулом вниз.       Не привело ни к чему хорошему. Толпа вокруг ощетинилась оружием. Мэл пнул Джейна по ноге, чтобы идиот рефлексивно кого-нибудь не застрелил, и проигнорировал его сердитый взгляд. Инара прошептала: «Чудесно», а Доктор оскорбленно уставился на дуло пистолета, нацеленное ему прямо под нос. Однако, он вытащил руки из карманов и развел их в стороны. Мэл с облегчением тихо выдохнул. Этот чудак не наделал глупостей. Пока.       Мэл посмотрел Зику в глаза и приподнял брови.        — Я правда не рассчитывал на ссору, Зик. Думал, что мы друзья.        — Я тоже не хочу ссориться, Малкольм, — серьезно ответил Зик. — Но тебе не понравится, что я сейчас скажу, и я не могу дать тебе улететь, не услышав это. Убери оружие, не хотелось бы брать твою хорошенькую подругу в заложники, — он кивнул на Инару. Мэл бросил взгляд на ее лицо, и ему внезапно стало жалко любого sah gwa, который попытается взять ее в заложники. Да и сейчас ей не нужно беспокоиться о жалобах на нее в Гильдию за нанесение тяжких телесных повреждений…       Мэл гневно посмотрел на Зика, но тот не отвел взгляд. Стояла напряженная тишина.        — Джейн, — в конце концов сказал он, пряча пистолет в кобуру. Джейн очень грубо ругнулся по-китайски, но опустил ружье. Мэл скрестил руки на груди, все еще злобно смотря на Зика. — Хорошо. Слушаю.       Зик устало провел по лицу, и Мэл только сейчас заметил, как изможденно выглядел обычно свеженький и с иголочки одетый хозяин станции. Темные круги под запавшими глазами и щетина, словно он довольно давно не брился.        — Я не могу тебя заправить, Малкольм. — Он уловил выражение лица Мэла и добавил: — По крайней мере, пока ты кое-что для меня не сделаешь. Я бы не просил, или... если бы это не было очень важно. Думай об этом как о работе. Я даже заправлю тебя бесплатно и накину деньжат сверху, если ты это сделаешь.        — Не думаю, что оружие в лицо и угрозы могут завоевать мою симпатию, — прорычал Мэл.       Зик взглянул на своих людей.        — Прости, — сказал он и кивнул. Оружие было опущено, но не убрано. Он посмотрел Мэлу в глаза, его лицо исказилось. — Просто у нас появилась большая проблема, Малкольм. И с такой проблемой мы не сможем справиться. Люди стали пропадать, уже несколько недель как. Исчезают недалеко от городов. Сначала мы думали, что это пираты, или кто-то другой хочет выкупа… но потом мы нашли некоторых пропавших.       У Мэла внутри все застыло.        — Это были не пираты, — продолжил Зик охрипшим от ужаса голосом. — Тела были… это выглядело работой Пожирателей, Малкольм.       По спине Мэла побежал холодок, и он больше почувствовал, а не услышал, восклицание Джейна, и так же ощутил тихий резкий вдох Инары. Он покачал головой.        — Это не могут быть Пожиратели. Пожиратели бы не схватили лишь нескольких, они бы уничтожили весь город. Или всю чертову луну.       Глаза Зика тревожно потемнели.        — Я знаю, но мы думаем, что там всего один или два, спрятались в лесах между Гуанси и Хеллтауном. Здесь был еще был третий город, но полгода назад туда заявилась небольшая банда Пожирателей. Мы разбомбили город с воздуха, но возможно, что парочке удалось сбежать.        — Нет, — нахмурился Мэл. — Пожиратели так себя не ведут, даже если там один или двое. Они не станут прятаться в лесах и забирать людей понемногу, когда оголодают, они нападают на все, что можно, пока кто-нибудь их не остановит. — Он вспомнил леденящие кровь слова Ривер и тихо добавил: — Они никогда не сдаются.        — А ты довольно много об этом знаешь, не так ли, Малкольм? — спросил Зик.        — К чему это сейчас было? — в ярости потребовал Мэл.        — Именно поэтому мы хотим тебя и твою команду.        — Зачем? Зик, если ты мне сейчас же не ответишь, я сломаю тебе нос.       Зик вздохнул и нервно затеребил лентой на шее.        — Мы хотим, чтобы ты и кто-нибудь из твоей команды отправился туда и нашел тех cheong bao ho tze монстров, что творят это все… и мы хотим, чтобы ты с ними разделался. Пожиратели это или нет, вы с ними покончите.        — Какого хера? — взревел Джейн. — Ни за что, мать твою! Идти на Пожирателей — это самоубийство!        — Ты хочешь, чтобы пошли мы. Почему? Потому что мы пушечное мясо? Потому что у меня есть корабль, который можно присвоить, если мы не вернемся? — голос Мэла был ледяным.       Зик расстроенно скривился.        — Ты все не так понял, Малкольм, — возразил он. — Мы не сможем справиться с ними. Большинство народа здесь — обычные фермеры, копающиеся в земле, ты же знаешь. Они могут сбросить парочку бомб с воздуха, но выследить убийц в лесу? Они к такому не готовы. — Он упрямо поднял подбородок. — И я не могу заставить их сделать это. Но ты и твои люди, Малкольм… ну, мы все слышали истории. Ai, ta ma duh. Мэл нахмурился.        — И что это за истории такие?        — О том, что Малкольм Рейнольдс и его экипаж влетели на территорию Пожирателей и вернулись. Что они сразились с их армией, лицом к лицу, и выжили, в то время как флот Альянса разорвало на части над планетой. Никто никогда не слышал, чтобы кто-то совершил такое.       «Господи, ненавижу быть чертовым героем,» — грустно подумал Мэл. Это была такая заноза в гребаной pi goh.        — Не все из нас выжили, — резко ответил он, вспоминая, как от крови Уоша было скользко на мостике, как тяжело было, потом, ему и Джейну, вытащить гигантский гарпун, приковавший тело Уоша к креслу, пока Зои душераздирающе рыдала за их спинами. За все годы войны он никогда не слышал, чтобы она так плакала. И он не хочет услышать это снова.        — Может и нет, — ответил Зик, — но вы все равно победили. Один или два Пожирателя вам не помеха. Давай так: ты устранишь нашу проблему, без разницы, Пожиратель это или сумасшедший маньяк, ведущий себя как Пожиратели, и мы заправим твой корабль. И заплатим, сколько сможем.       От ярости лицо Мэла загорелось, словно его окунули в кипяток. Он шагнул к Зику, так быстро, что застал врасплох механиков, и схватил его за отвороты плюшевого пальто.        — У меня беременная женщина на борту! — прокричал он. — У меня дети на борту. Мне не нравится, что ты им угрожаешь.        — Мэл, я не…        — Заткнись! — вспыхнул Мэл. — Теперь твоя очередь слушать меня, Иезекииль Харкнесс! Я не собираюсь впутывать их во все это, снова! Они уже сражались с монстрами, и все мы потеряли в той бойне кусочки нашей души. Я не стану просить их пройти через это снова. Я не соглашусь на твою сделку, Зик. Ты заправишь мой корабль, и я тебе заплачу. Как обычно. Если ты хочешь остановить тех монстров в лесу, звони федералам, и пусть они делают свою работу!        — Прости, Мэл, — сказал Зик. — Но я не могу. Альянс не придет, мы уже просили. И у меня целых два города женщин и детей, которых нужно защитить. Мои люди не смогут сделать это. У меня нет выбора. Твой корабль не взлетит, я его заблокировал. Я не отпущу его, пока вы нам не поможете.       Его сердце громко стучало, гнев разносился по венам. Мэл сжал руку в кулак и уже собрался врезать Зику по лицу, но его запястье с внезапной силой перехватила рука, не дав ему нанести удар. Мэл повернул голову и встретился взглядом с мрачными темными глазами Доктора. Он увидел, как люди Зика снова подняли оружие, перестал бороться и опустил кулак.        — Если мы пойдем, — сказал Доктор Зику, — и погибнем, что потом? Ты планируешь оставить других из экипажа капитана Рейнольдса гнить здесь? Или ты заставишь их пойти на монстров в лес и тоже умереть? — Его голос с акцентом был очень тихим, но был остр, словно лезвие меча.       Зик нахмурил брови.        — А ты вообще кто такой? — потребовал он.        — Это совсем неважно, — холодно ответил Доктор. — Важно то, мистер Харкнесс, что ты собираешься делать. — Его глаза сузились, голос стал суровым. — И я очень, очень, надеюсь, что ты примешь правильно решение.       Зик удивленно раскрыл рот.       Мэл немного его встряхнул, чтобы обратить внимание на себя.        — Я скажу тебе, что ты сделаешь, — отрезал он, пользуясь лазейкой Доктора. — Если мы сделаем это, ты заправишь мой корабль вне зависимости, вернемся мы или нет. Ты дашь моему старпому спокойно улететь на Серенити. Если ты не согласишься, я не только разберусь с твоей небольшой проблемой в лесах, я потащу тебя за собой и сам скормлю тебя им. Dohn ma?       Зик сглотнул и бросил взгляд на своих людей, но все они ошеломленно застыли. В конце концов он кивнул, его глаза нервно бегали между открытой яростью на лице Мэла и пробирающего до костей холода Доктора.        — Хорошо. Я сейчас отправлю заправщик к Серенити. — Он освободился от рук Мэла и отступил назад, стараясь как можно дальше отойти и от Доктора, несмотря на то, что Доктор ему не угрожал и не применил физической силы. Он отряхнул пальто и поправил манжеты, пытаясь вернуть себе хоть немного достоинства. — Но я поставлю охрану вокруг корабля, чтобы вы не попытались улизнуть.       Такая мысль приходила в голову Мэла, но глубоко внутри он знал, что не сделает этого, даже если предоставится возможность. Пожиратели или нет, люди на Трех Холмах не заслужили такой кошмарной участи.       Он провел двумя руками по лицу и обернулся к Инаре. На ее безупречном лице была маска спокойствия, но он видел тревогу в ее глазах.        — Мне нужно, чтобы ты вернулась на Серенити с заправщиком, — сказал он, положив руки на ее плечи. — Расскажи остальным, что происходит, и не дай Зои кого-нибудь пристрелить.       Они не могли обмануть друг друга. Они оба знали, что он отправлял ее назад, потому что хотел уберечь ее, он не пережил бы, если с ней что-нибудь случилось. Он мог различить почти незаметные шрамы на ее щеке, полученные в битве пять месяцев назад, когда ее зацепили когти Пожирателя. Его не было, когда это случилось, и он благодарил Бога, что он этого не видел. И так было тяжело, смотреть на ее кровь, зная, что он был во всем виноват. Столкновение с Зиком — это одно. Но Пожиратели — это совсем другое.       Инара смотрела ему в глаза, а затем кивнула.        — Я это сделаю. — Она замялась, внезапная неуверенность появилась в ее чертах. Она подняла руку к его лицу, и легко, словно перышко, прикоснулась кончиками пальцев. — Будь осторожен, Мэл, — тихо сказала она. — Пожалуйста.       Он сглотнул.        — Хорошо. — И, пока его мозг совсем не отключился, он отошел в сторону. — Доктор…        — Я иду с вами, — услышал он упрямый ответ.       Мэл внимательно его оглядел. Доктор выглядел тощим придурком, но он ни разу не отстал на дороге от Серенити до станции, и боль в запястье Мэла говорила ему, что он был намного сильнее, чем кажется.        — Ладно, — сказал он. — Тебе нужна пушка?       Доктор покачал головой.        — Нет, ничего не нужно.       По нему нельзя было сказать, что он вооружен, но в таком огромном плаще можно было спрятать целый арсенал. И никто не был настолько тупым, чтобы путешествовать без оружия, если только у него не было телохранителей.        — Хорошо. Пошли, Джейн. — Он кинул взгляд через плечо, Инару провожали к огромному приземистому заправщику. Она обернулась и посмотрела ему в глаза. Он почувствовал себя немного получше.       Наемник не скрывал недовольства.        — Чёт неохота идти на Пожирателей, — буркнул он.        — Не припоминаю, что это было просьбой, Джейн. Не будь девчонкой, — он взглянул на Зика, который выглядел настолько довольным, что Мэлу захотелось его ударить. — Нам еще кое-что нужно, — резко сказал он.        — Гранаты, — попросил Джейн. — Я хочу гранаты.       Мэл невесело улыбнулся Зику.        — Дайте человеку гранаты. И нам нужен транспорт. Что-нибудь тихое, лошади сойдут, если они у вас есть.       Лицо Доктора просияло.        — Лошади?