Or is it just madness keeping us afloat?

– Честно говоря, я не до конца тебя понял... Ты хочешь, чтобы я подошел вместе с тобой к этому твоему капралу как бы в доказательство того, что я твой новый напарник? Или чтобы я и впрямь стал твоим напарником? – Ёги в замешательстве почесывал затылок и смотрел на меня таким взглядом, будто мы уже были лучшими друзьями, а я вдруг ни с того ни с сего решила его прогнать. – Мне нужно и первое, и второе, я вовсе не собираюсь тебя использовать. Какое вранье, Лисса. Ведь парень оказался таким милым, а я, по факту, собираюсь извлечь пользу из факта его появления, чтобы наконец расстаться с гениальным воином-любителем чистоты и чая. – Правда хочешь, чтобы мы стали друзьями и партнерами? – глаза Брина сразу же засияли, и он лучезарно улыбнулся мне. Так искренне, что я почувствовала себя ужасно, будто впутываю в свои махинации ребенка. – Все напарники друзья, разве нет? – я улыбнулась ему в ответ и как-то неловко похлопала его по плечу. – Сначала разберемся с этой армейской программой, чтобы я вновь считалась полноправным студентом, а потом возьмем какое-нибудь задание. Ёги закивал и поднялся со скамейки. Мы сидели в сквере недалеко от моего дома в ожидании капрала. Я плохо представляла, что и как буду говорить по поводу нашего такого скорого прощания. Поэтому решила, что сойдет и импровизация. Мы вышли на задний двор, откуда виднелась дорога из Шибусена. Фигура разведчика уже как раз замаячила на горизонте. Леви остановился в нескольких метрах от нас, и только я набрала в грудь побольше воздуха, чтобы начать вещать, как скаут махнул рукой Ёги и холодно сказал: – Подойди. Глянув мельком на меня, растерянный блондин сдвинулся с места. Не менее растерянная я так и застыла с полуоткрытым ртом, в тот момент, когда капрал, согнув ногу в колене, бьет Брина под дых. Парень моментально согнулся и закашлялся. Я резко дернулась вперед, но громкий приказ меня остановил: – Стоять, Уокер. – Да что вы... – не успев договорить, я снова проглотила свои слова. Что, черт побери, происходит? На этот раз Леви бьет его в бок. Ёги попытался поставить блок, однако удар все же прошел, пусть и с меньшей силой. Следующий замах кулаком, очевидно, предназначался в уже раненую скулу, но я среагировала мгновенно. Словив удар своим предплечьем, я стиснула зубы от пронзившей руку боли и злобно посмотрела в глаза оппоненту. – Вы что, умом тронулись?! – протиснувшись между скаутом и моим новым напарником, я попыталась прекратить избиение. – Умом тронулась ты, Уокер. Что за отвратительная драка в коридоре? Это с такой подготовкой ваша Академия отправляет студентов убивать? Твои неуклюжие движения едва годятся отбиваться от собак в подворотне. Тебя не учили собственные силы рассчитывать? Противников вдвое больше, однозначное превосходство на их стороне, но ты все равно ввязываешься и, как следствие, мне приходится вытаскивать двух безмозглых тупиц из беспричинной потасовки, пока на них еще можно смотреть без слез. – Пусть так, но бить его... Зачем?! – рычу я. Факт того, что Леви поднял на него руку, меня сильно разозлил. – Это, конечно, мое личное мнение, но боль, пожалуй, лучшее средство стабилизации дисциплины, – спокойно отвечает тот. Чего? Это еще что за бред? – Тогда били бы меня, я же ввязалась! – мне хочется схватить разведчика за воротник и как следует встряхнуть. Часть пока адекватного сознания говорит, что я слабее его намного и это действие мне тут же аукнется. Но все же не сдержавшись, хватаю его рукой за край куртки и сжимаю. Он легко отмахивается от меня, как от назойливого насекомого. – Ты меня не слушаешь, Уокер. Тебе отбили все мозги? Я ведь сказал, что ты не умеешь рассчитывать собственные силы, чтобы принять правильный выбор. Ты снова влезла в драку с тем, кто превосходит по силе. И снова нарушила дисциплину – приказ был стоять на месте. – Что же мне, выходит, надо было дважды стоять и смотреть, как его избивают? – я быстро закипала. Армейские порядки мне не были известны, да и плевать я на них, собственно, хотела. А воспитание избиением вообще мне казалось садистским. – В сражении с противником самое главное – принять решение и выбрать ту стратегию, которая принесет наименьший ущерб тем, кто с тобой в одной команде, в частности и тебе. Такая простая истина, ты не знала? Элементарные вещи должны быть в твоей голове, хотя бы задерживаться там на время. Я поджала губы. Слова были верные, и я об этом знала. Иногда я и впрямь не умела рассчитывать собственные силы, но чаще это происходило на эмоциях или в ситуации почти не имеющей выхода. Но школьная драка – это такая ерунда, в сражении с полукишином я ведь не была бесполезной сорвиголовой, размахивающей мечами как попало! – Прекращайте так на меня таращиться и топайте собирать вещи. – Ч-чего? – подал наконец голос Ёги. – Мы оба? – Собирать вещи куда? Мне директор ничего такого не сообщал, новое задание что ли? – мое негодующее состояние начало сопровождаться активными телодвижениями. Я не понимала, что происходит, и своего напарника я едва ли знала, а тут мы еще и ехать должны куда-то все вместе. Понятное дело, если бы это были только я и Брин. Но капрал? Снова? Леви, уже чрезмерно утомленный нашим обществом, цокнул языком. Я заметила, как напряглась его шея, кажется, не я одна начинаю выходить из себя. – Поступил приказ о необходимости прибыть в штаб Разведывательного легиона со студентами Академии Смерти. Подпись командора и директора, – скаут развернул перед моим лицом лист бумаги с печатями. Я прочла текст от начала до конца. Сзади меня тем же был занят и Ёги. – Это уже слишком! *** – Почему я обязана ехать в казарму?! Русоволосая голова с двумя низкими хвостиками обернулась на мой вопль, пронзивший весь этаж. – А, Элис, – Мака Албан тут же дежурно улыбнулась мне, поправляя стопку бумаг в своих руках, – это необходимая мера, – сразу же начала объяснять она. – Пойми, во-первых, физические нагрузки и работа в команде армии поможет тебе и твоему новому напарнику скорее синхронно настроить дыхания ваших душ, во-вторых, капрал Аккерман может дать несколько уроков ближнего боя, в армии он считается лучшим, ну а в-третьих, активность ведьм увеличилась на двадцать процентов всего за неделю. Это очень серьезно. В том месте, точнее в провинциальных городах ближе к штабу корпуса разведки, возросло число полукишинов. Все большее число людей по всему миру начинает заражаться безумием. Все студенты заняты, как и большая часть педагогов. Нам больше некого туда отправить и тем более, нам нужно, чтобы кто-нибудь отслеживал для нас информацию о действиях Легиона, мы же, в конце концов, сотрудничаем. Я удивленно вскинула брови. Почему вдруг резко возросло количество случаев становления полукишинами? Неужели грядет новая волна безумия? Армия уже не справляется? – На какое время я оттуда отправлюсь? Неделя? Месяц? Мака качает головой: – Неизвестно. До тех пор, пока источник возникновения безумия не исчезнет. Ты ведь знаешь, души необходимо поглотить, иначе есть вероятность рецидива. В армии этого не делают, поэтому нам всегда приходится дорабатывать за ними. Это отличный шанс проверить, подходит ли тебе Ёги Брин, не думаешь? – Зам директора достала из кармана пиджака мобильник. – Я отослала тебе смс, теперь ты знаешь мой номер. – Неужели больше некому туда направиться? – как бы я ни понимала всю ответственность происходящего, мне совершенно не хотелось попасть в компанию множества солдат. Мне и общества одного хватало с лихвой, а зная их отношение к студентам... – Все уже разъехались по выбору в другие страны на задания. Везучие, они хотя бы могли выбирать. – Ах да, я бы посоветовала тебе, раз ты теперь, как и я, напарник демонической косы, приобрести перчатки для большего удобства. Что она сейчас сказала? Ёги – демоническая коса или мне послышалось? Это даже близко не схоже с рапирой или парными клинками армейского снаряжения. – Мака. – Да? – Я понятия не имею, как управляться с косой. – А вот это уже проблема, – девушка серьезно смотрит на меня, слегка нахмурившись, словно что-то обдумывая, – до отъезда остался всего один день, времени критически не хватает... Ладно, мы с Соулом попробуем хоть как-нибудь вам помочь, придется посвятить занятиям все оставшиеся часы, и лучше начать сегодня. Мы договорились встретиться в четыре. Я шла домой уже не чувствуя своих ног, совершенно растерянная. За последнее время на меня обрушилось многовато событий, относительно последних лет моей жизни. Вся эта ситуация с армией, с внезапно увеличившимся числом обезумивших, с новым оружием не имела ни единой положительной стороны. Ах да, еще надзор Леви остается в силе, как я могла забыть? – Почему ты не сказал, что становишься косой? – уныло спрашиваю я у блондина, все еще находившегося во дворе. Скаут куда-то исчез. – Но ты ведь и не спрашивала, – Ёги поднимает на меня свои сиреневые глаза, я понимаю, что он тоже в замешательстве, и даже побольше моего, – капрал уже поднялся в квартиру, а я остался ждать тебя... Так что мы теперь будем делать? Мы. У меня есть оружие, в обращении с которым я полный ноль. Теперь я уже не одна, я не избавлюсь от попечителя, с Ёги или без него, остается только сделать так, как сказала Албан – поехать в армейский штаб. В какой же геморрой мне все это вылилось. Водоворот моих неудач, как оказалось, только закручивается.