Тысячи лет

      Девятнадцать лет назад я была маленькой глупенькой девочкой, пусть все и говорили тогда, что мы, дети войны, рано повзрослели.       В реальности же я понятия не имею, почему была такой дурочкой. Может быть, причина в том, что у нас толком не было детства. Мы были детьми, у которых не было возможности расти в атмосфере спокойствия и наслаждаться всеми радостями детства.       Действительно, все девочки в двенадцать лет играют в прятки и классики с соседскими детьми, а я в двенадцать лет уже сражалась с горным троллем, помогала Гарри остановить Квирелла с Волдемортом на затылке.       В тринадцать лет все девочки впервые влюбляются, а я пыталась разобраться в истории с Тайной комнатой и Василиском, варила оборотное зелье, а после и вовсе лежала в больничном крыле окаменевшая.       В четырнадцать нормальные девочки впервые целуются и обсуждают с подругами своих парней, я же в четырнадцать пыталась помочь Гарри в той истории с сбежавшим "преступником и убийцей" Сириусом Блэком.       В пятнадцать лет все девушки собирают пижамные вечеринки, смотрят романтические фильмы и сплетничают. Я же в свои пятнадцать переживала за Гарри, которого подставили с Турниром Трёх Волшебников.       В шестнадцать лет обычные девушки встречаются с двумя парнями одновременно, устраивают скандалы родителям и сбегают из дома, ну а я скрывалась с Отрядом Дамблдора от Амбридж и сражалась в Отделе Тайн с Пожирателями смерти.       В семнадцать девушки впервые вступают в более близкие отношения со своими парнями, я в семнадцать лет готовилась к тому, что мне придется сражаться с армией Волдеморта.       В восемнадцать девушки выпрашивают у родителей машины, ссорятся со своими парнями и поступают в университет. Я в свои восемнадцать скиталась по всей Великобритании в поисках крестражей, ну а потом участвовала в самой жестокой битве столетия. В битве за Хогвартс.       Чего же после всех этих испытаний ожидать от восемнадцатилетней девушки?       После битвы я начала общаться с человеком, которого на протяжении многих лет терпеть не могла. И я влюбилась. Полюбила его всем сердцем. А он предал меня. Разбил мое сердце на маленькие осколочки. Сжег. Сжег и выбросил пепел на ветер.       Мне было почти девятнадцать, когда я вернулась в Хогвартс, чтобы пройти седьмой курс, пропущенный нами с Гарри и Роном в прошлом году. Когда нам пришло письмо от Макгонагалл, одно на всех, я была счастлива. Да я до сих пор помню его наизусть...       Мистер Поттер, мистер Уизли, мисс Грейнджер, Рада сообщить вам, что работы по восстановлению школы Чародейства и Волшебства Хогвартс завершены. Советом попечителей принято решение позволить всем тем, кто должен был закончить школу в прошлом году, вернуться и пройти курс обучения в этом. Учеба начинается первого сентября. Билеты и список необходимого вы найдете в конверте. Жду вашего письма не позднее тридцать первого июля. Директор школы Чародейства и Волшебства Хогвартс Минерва Макгонагалл. P.S. Постарайтесь приехать на поезде, а не на заколдованной машине, фестралах, метлах или гиппогрифах. P.P.S. Добро пожаловать домой!       Я долго спорила с моими мальчиками на этот счет. Они сразу же категорично заявили, что в Хогвартс не вернутся. Гарри ссылался на то, что после войны уже не может стать беспечным, а Рон, я думаю, просто не хотел учиться.       Первого сентября мы с Джинни вернулись в школу. Мало кто решил приехать. С моего курса было лишь несколько человек. Из Гриффиндора вернулись я, Невилл и Дин. Пуффендуйцев было больше. В школу вернулся Эрни, вернулись Сьюзен и Ханна, вернулся Джастин. Из Когтеврана - Майкл, Энтони и Лайза Турпин. Больше всего, как ни странно, было слизеринцев. Я не думала, что Малфой, Паркинсон, Нотт, Забини и Гринграсс решат вернуться в школу. Но они вернулись.       Занимались мы теперь все вместе, поскольку нас было мало. На самом деле, я очень надеялась, что мы будем вместе с Джинни, но, увы, у Макгонагалл были другие планы. Кроме того, была огромная проблема с комнатами, поскольку в школе было вдвое больше первокурсников, а тут еще и мы. Тогда Макгонагалл решила отдать нам спальни старост школы. Это помещение напоминало небольшую квартиру: гостиная, две спальни и две ванные.       За шесть лет я так привыкла к Лаванде и Парвати, пусть они и были ужасными сплетницами, а теперь я должна была жить с Паркинсон, черт возьми, с Паркинсон! Я даже представить тогда не могла, что из этого выйдет. Соли добавляла Лайза. Она была втрое хуже Парвати и Лаванды вместе взятых! Стоило ей что-то услышать, как об этом было известно уже всей школе. Смягчали ситуацию Ханна и Сьюзен, которых я давно знала, и с которыми мы очень неплохо ладили. Дафна Гринграсс же казалась нормальной девчонкой. Спокойная, рассудительная и добрая. Я понять не могла, как она попала на Слизерин, пока не увидела, как она говорит с Лайзой. К ее описанию добавилась хитрость и амбициозность.       Как бы это не было странно, через месяц после начала учебы, из моих соседок ближе всех мне была Панси Паркинсон. Да, та самая Паркинсон, которую я терпеть не могла все прошлые шесть лет учебы. Та Паркинсон, которая предлагала выдать Гарри Волдеморту. Она стала другой.       Война поменяла всех нас. Абсолютно всех. А те, кто говорит обратное, либо глупы, либо трусливы. Война изменила меня. Я стала меньше времени проводить за учебой, стала общаться со многими людьми. Я пыталась насладиться последним годом в школе. Конечно же, Гарри дал мне карту и мантию перед моим отъездом. И я часто стала совершать вылазки в Хогсмид, ночные прогулки по замку. Это было так захватывающе! Но изменилась не только я. Панси вернулась совершенно другой. Я даже еле узнала ее. Тихая и искренняя. Так я теперь могла описать Панси Паркинсон. И это было ужасно странно. Но мы сдружились.       Через месяц после возвращения я сидела на берегу Темного озера, смотрела на воду и вспоминала всю свою жизнь, проведенную в этом великолепном замке. Я даже не заметила, как подошел Малфой. Он оказался здесь по той же самой причине, что и я. Я очутилась здесь в одиночестве, потому что Джинни упорхнула с Полумной в библиотеку, а Панси ушла гулять с Блейзом. Малфой тоже остался без лучшего друга, который в данным момент наслаждался обществом Панси.       Мы разговорились. Вспоминали нашу детскую вражду. Вспоминали погибших на войне. В тот день я обрела еще одного друга в лице Драко Малфоя.       Мои друзья искренне не понимали, как я могу общаться с Пэнс и Драко. А я уверяла их, что они стали другими. Но они не верили, и я перестала убеждать. Просто сдалась и не заводила при них эти разговоры. А сама ужасно переживала. Я влюбилась в Драко и не знала, как сказать об этом друзьям. Боялась, что они ему вред могут причинить. Уж если они так разозлились, когда узнали о нашей дружбе...       Тем временем приблизилось Рождество. На бал я шла с Малфоем, так как ни у одного из нас пары не было. Хотя, на самом балу мы долго не пробыли. Сбежали через полтора часа. Последнее, что я помню с того вечера, это как мы пили в нашей гостиной огневиски за победу, за погибших и так далее.       На следующее утро я проснулась, почувствовав, что на моей талии лежит чья-то рука. Это был Драко. И мы были обнажены. Рядом валялось три бутылки огневиски. Неужели мы могли столько выпить? А дальше я сбежала. Быстро оделась и убежала в комнату.       В комнате была только Панси. Она была чем-то обеспокоена. В руках она сжимала Пророк. Я до сих пор помню тот наш разговор... - Гермиона, где ты пропадала всю ночь? Я искала тебя! - Прости, Пэнс. Я была с Драко. - И где вы, позволь спросить, были? - Я... Я не знаю. - Как это? - Не помню ничего. - Да от тебя огневиски прет, подруга. На, это антипохмельное зелье. Голова болит? - Ужасно. Такое чувство, что по ней топором бьют... - Где Драко потеряла? - Он спит в Выручай-комнате. - Подожди-ка... - Пасни, я такая дура! Я вчера была настолько пьяна, что... мы... я... Я переспала с Драко... - Ты с ума сошла?! - Не кричи. Я знаю, что идиотка. - Грейнджер, ты же любишь его? - Откуда ты знаешь? - Вижу. Ты же моя подруга все-таки. - А что за газета? Свежий выпуск? - Да так, ничего интересного. - Дай посмотреть!       Я тогда вырвала газету из рук подруги и увидела статью на первой же странице... Вчера вечером на благотворительном балу в поместье семейства Гринграсс, мистер Ричард Гринграсс и мистер Люциус Малфой объявили о недавно состоявшейся помолвки своих детей. Они сообщили, что свадьба Драко Люциуса Малфоя и Астории Гринграсс состоится через неделю после выпускного молодых людей. Как известно, молодой мистер Малфой в этом году оканчивает Хогвартс, а его новоиспеченная невеста - Шармбаттон, куда ее родители перевели ее три года назад.       С того дня прошло два месяца. За это время я ни разу не разговаривала с Драко. Он, похоже, не помнил, что произошло. Признаться, если бы я не проснулась раньше него, тоже не помнила бы. Но все вышло так, как вышло.       Лишь спустя два месяца я поняла, что попала. Вот уже два дня я плохо себя чувствовала. Думала, что это отравление, пока случайно не увидела в ванной магловский тест не беременность. Лайза была маглорожденной и, видимо, забыла коробочку в нашей ванной. Я прошла тест и была шокирована.       Тем же вечером я собрала своих подруг в Выручай-комнате. Джинни и Пэнс пришли вовремя и завязался разговор, оставшийся в моей памяти навечно. - Дорогая, зачем ты нас собрала? - Спросила Джинни. - Я должна вам кое-что сказать. - Говори. - Произнесла Панси. - Обещайте хранить это в тайне. - Конечно, Гермиона. - Я беременна. - Что?! - Одновременно воскликнули мои подруги. - Я беременна. - От него? - Спросила Пэнс. - Да. - Еле слышно ответила я. - От кого? - Спросила Джинни у Панси. Та, получив разрешающий взгляд, сказала: - От Драко Малфоя. - Как? - Удивилась Джинни. - Почему я ничего не знаю? - Она была жутко пьяна. А Малфой вообще ничего не помнит. Это было в Рождество. - Ты сказала Малфою о ребенке? - Спросила Джинни. - Нет. Он никогда не узнает о МОЕМ ребенке. Я уйду из школы и уеду в Австралию к родителям. - Ты не можешь уехать! - Сказала Панси. - Пэнс, это единственный выход. Ты же знаешь, что магические помолвки не расторгнуть. Мы ничего не сможем изменить, понимаешь? - Да, прости, Гермиона, ты права.       На следующий же день я поговорила с Макгонагалл. Рассказала ей правду. И она позволила мне сдать экзамены досрочно. Я согласилась и уже через две недели была выпускницей школы Чародейства и Волшебства Хогвартс.       Я попрощалась с подругами и покинула замок. В Лондоне я пробыла всего неделю, а после улетела к родителям в Австралию.