Это была не сказка...

Оставшиеся дни Кониси пряталась в школе от Акаши и Минами, пытаясь свести встречи с ними к минимуму. Поэтому воскресным утром Сэкико проснулась с прекрасным настроением. Душ, завтрак, небольшой диалог с отцом, и теперь девушка готова приступить к своей работе в семейном деле. Кониси вышла из дома во двор и направилась по дорожке к другому зданию, в котором работала вся её семья. Белые стены, темно-коричневая мебель в тон плинтусам и люстрам. Несколько рядов самых разнообразных гробов, множество ваз с цветами и урны для праха. Многие подумают, что это мерзко и отвратительно, но не Сэкико. Это похоронное бюро слишком дорого для неё, чтобы считать отвратительным. Её мама уже занимается первыми клиентами, пока сама девушка идет к двери, что ведет в подвал. С первых ступенек Кониси слышит такую неприятную для себя музыку. Она лишь нервно повела плечом от звуков рока, а именно голоса Мэрилина Мэнсона. Сэкико остановилась у стены и стала наблюдать. Отросшие светлые пряди парень заколол несколькими невидимками, тем самым, не скрывая четырех сережек в правом ухе и трех в левом. Белая майка, плотно обтягивающая подтянутое тело, изрядно перепачкалась, а темные джинсы чуть съезжали с бедер при ходьбе. Парень махал пальцами с накрашенными черным лаком ногтями в такт ударной установки песни, а его темно-карие глаза придирчиво оценивали работу. - Ты опоздала, Сэкико. Чем ночью занималась? – хитро спросил парень, ухмыляясь. - Спала, как и всегда. А вот где ты пропадал ночью? Или мне это только приснилось, Никки? – в той же манере ответила девушка и подошла ближе, рассматривая работу старшего брата. Женщина лет тридцати имела свежее лицо и неяркий макияж, что лишь подчеркивало её красоту. – Она прекрасна… - Спасибо. Кстати, так ты расскажешь, что происходит в твоей жизни? Ты какая-то подавленная в последнее время. Даже Кимико заметила. - Кимико? А она когда меня видела? - С каких пор ты не замечаешь девушку своего старшего брата? – Никки посмотрел на Сэкико, ожидая пояснений. Поведение младшей сестры настораживало парня. Сэкико никогда не отказывала себе в удовольствии поболтать с Кимико и посплетничать о нем. За четыре года, которые он встречается со своей девушкой, это даже стало маленькой традицией. - Никки… - выдохнула девушка и села на стул, наблюдая, как брат начинает гримировать двадцатилетнего парня, который умер в автокатастрофе. – Один парень проявил ко мне интерес, и я попыталась избавится от него, попросив другого парня притвориться моим парнем, чтобы отшить того парня, но теперь ни один парень не хочет от меня отстать, – сестра посмотрела на брата, который просто замер. – Что такое? - Это что за нафиг сейчас был? Можно по-человечески? – Сэкико опустила голову с выдохом разочарования. Никки положил голову на руки и стал водить кисточкой в воздухе. – То есть теперь ты между двух огней. Я так понял, что ты нравишься обоим? – утвердительный кивок. – Попробуй поговорить с ними. - Никки! Акаши – самовлюбленная сволочь, которая привыкла получать то, что хочет. Минами – придурок, которого я отшила, а после попросила быть моим парнем. И теперь он не отступит. Он даже успел украсть мой первый поцелуй! - Минами попал. - Акаши меня тоже поцеловал и… - Сэкико отодвинула ворот футболки, показывая пятно на коже. - Акаши тоже. Только вот… - Никки провел рукой по волосам своей младшей сестренки, после чего легко улыбнулся. – Стоит ли мне вмешиваться? Или ты сама во всем разберешься? - Я разберусь. Не всегда же за тобой… - девушка замолчала, так как к ней пришла довольно интересная идея. – Никки, а в детстве у меня не было друга, когда родители еще работали прислугой в особняке? - Друга? Дай подумать… - Никки вновь остановился. Его темно-карие глаза чуть сузились, а губы превратились в тонкую полоску. Он всегда так делал, когда сосредотачивался на чем-то. – Акихико… Ты говорила, что в лесу встретила мальчика, и он дал тебе имя, а ты ему. - Почему я этого совсем не помню? Кониси лишь улыбнулся своей сестре, хотя на душе остался не самый приятный осадок. Сэкико отвела взгляд. Тема о воспоминаниях из её детства всегда вызывала подобную реакцию как у брата, так и у родителей. Она лишь знает, что в детстве сильно ударилась головой, и потому многие воспоминания стерлись из её памяти. Однако, возможно они лишь запрятаны глубоко в подсознании и их можно пробудить. Вот только как? Хороший вопрос. Сэкико поднялась со своего места и принялась за работу. Преобразить человека после смерти, нанеся грим, - это одно, а вот чтобы он казался спящим – совсем другое. Одежда, украшения, обувь, положение рук, головы, цветы, что будут украшать гроб. В этом заключается работа девушки. Никто не поблагодарит её за это, не похвалит. Ей будет достаточно того, что родственники погибших смогут увидеть их во всей красе в последний раз. Они не будут отворачивать взгляда от трупа, не попытаются быстрей уйти, не смогут не заплакать, взглянув в последний раз. Здесь нет права на ошибки. Все должно быть идеально. Кониси улыбнулась. Это напомнило ей Акаши. Интересно, как бы он чувствовал себя среди формалина, гробов и мертвых? Вероятно, достойно. Вскоре Никки и Сэкико стояли в коридоре, тайком наблюдая, как очередные родственники оплакивают члена своей семьи. Как муж хоронит жену, мать хоронит дочь, брат – сестру, а дети – любимую мамочку. Жизнь очень жестока, и Кониси это понимают лучше других, потому что смерть - их работа. - Черт… Восемь людей… Когда мы в последний раз столько работали? – потягивался Никки, разминая затекшие плечи. – Надо позвонить Кимико, а то еще потеряет меня, – он достал телефон и нажал на быстрый набор. - Не забудь передать ей привет от меня, – сказала Сэкико, на что брат закатил глаза. – А я пойду схожу в магазин. Кониси переодела штаны и футболку, что перепачкались во время работы и пропахли формалином. Распустила светлые волосы, отросшие до пояса. Надела шорты, которые сделала из своих любимых джинсов, что не смогли пережить падение с велосипеда, и белую футболку, иногда съезжающую с левого плеча, оголяя бледную кожу с бретелькой от бюстгальтера. Выходной выдался на удивление жарким, поэтому девушка решила не спешить и устроить небольшую прогулку. Обычно по выходным Сэкико гуляла с друзьями. Сугимото постоянно рассказывает истории и порывается найти приключения на свою подтянутую задницу, из-за чего Миямото не может расслабиться ни на минуту, следя за другом, словно отец за сыном. Оно и Хара в такие моменты только смеялись, хотя глаза, которыми Изуми смотрела на Эйджи говорили о многом. Поэтому Минори уже не один месяц обдумывает, как бы свести их вместе, да самой привлечь внимание Рио. Кониси улыбнулась. Эта ситуация прямо как в любовной дораме. Вот только у неё самой нет пары. Сэкико не смогла отказать себе в удовольствии и пройти мимо ларечка с данго, не купив четыре штучки этой сладости. Небольшой парк, в котором всегда было мало людей, стал её пристанищем. Этот уголок природы в шумном мегаполисе всегда напоминал о прошлом. Кониси не могла вспомнить многое из своего детства, но прекрасно помнила лес, в который иногда убегала. Она съела очередной шарик, смотря в небо, когда рядом с ней кто-то сел. Девушка посмотрела вбок и тут же вскочила на ноги. - Какого черта ты здесь забыл? – Сэкико смотрела на парня, который нагло взял одну из шпажек с данго и попробовал сладость. - М… Довольно вкусно. Не знал, что ты сладкоежка, – ехидная улыбка озарила его лицо, а серые глаза опасно блеснули. - Приятного аппетита, Минами! – огрызнулась Кониси, развернулась и пошла в сторону дома. Однако её схватили за руку и развернули, прижимая к мужскому телу. – Отпусти! - Куда ты так спешишь, Сэкико? Давай прогуляемся, все обсудим, – Минами будто не замечал сопротивления, только прижимая девушку к себе сильнее. - Что обсудим? Как ты и Акаши решили узнать, с кем я буду? Я не вещь! И это не вам решать, а мне! А теперь отпусти меня! - Хватит орать! – сам закричал Йори, потеряв терпение. Сэкико чуть вздрогнула от этого, но решимости у неё не убавилось. Парень отпустил руку девушки и провел ладонью по её щеке. – Ты вольна выбирать, но никто не запрещает тебя подтолкнуть, чтобы сделать правильный выбор. Верно? - Вы оба больные ублюдки! – Кониси все-таки вырвалась и побежала прочь. Вот только пробежала она немного, так как врезалась в прохожего и упала на асфальт. – Извините, – Сэкико подняла голову и столкнулась со взглядом алых глаз. – Да вы издеваетесь?! - Прости? – поинтересовался Сейджуро, подавая руку девушке, чтобы помочь подняться. Однако она ударила Акаши, не желая принимать помощи. – И что произошло? - Ты! Свалился как снег на голову! – Кониси поднялась и стала наступать на парня, будто хищник на жертву, а её темные глаза пылали яростью. – Уж прости, что я не помню детство из-за травмы! Почему ты не можешь оставить меня в покое?! Почему вы оба не можете оставить меня в покое?! Что вы так на мне зациклились?! Вы… Вы… - глаза предательски задрожали, как и голос, что начал подводить её. - Сэкико? – раздался голос Минами. Из карих глаз потекли слезы, однако прежде, чем Йори увидел лицо Сэкико, Сейджуро притянул девушку к себе, чувствуя прохладу от слез на своей груди. – А ты… - У меня нет на тебя времени. Мы уходим, – прервал парня Акаши, после чего ушел вместе с Кониси, приобняв за плечи. Минами что-то прокричал в ответ, но Сейджуро его проигнорировал. Он нашел глухой уголок в парке возле небольшого фонтана, и посадил девушку на бортик, а сам встал напротив. – Сэкико, убери руки. - Нет… - девушка покачала головой, не убирая рук от лица. Она поверить не могла, что расплакалась при ком-то помимо брата и родителей. И как это произошло? Да еще и перед Акаши. Кониси почувствовала прикосновение к своим рукам. – Не надо… - Сэкико… - Сейджуро опустился на одно колено и все же убрал руки девушки от её лица, позволив посмотреть на себя сверху вниз. Сэкико не могла смотреть в красные глаза парня. Все равно всё было размыто от слез. Она вздрогнула, когда холодные пальцы прикоснулись к её глазам, вытирая слезы. – Прекрати плакать. Я этого не люблю. - Не любишь? – усмехнулась Кониси и вытерла остатки слез. – А я и не хотела тебе это показывать. Спасибо за… любезность, но мне пора, – она поднялась, как и парень. - Сэкико, это была не любезность. И ты неправильно поняла ситуацию между нами. - Ситуацию между нами? Её нет, Акаши. Как ты не поймешь? - Нет? – Акаши сделал шаг к девушке. – Если так, то выполни кое-что, и если твои слова окажутся правдой, я исчезну из твоей жизни, – слова были сомнительными, но Сэкико услышала то, чего давно хотела. Надо лишь чуточку перетерпеть, и все закончится. Поэтому ответом стал вопрос: - И что мне надо сделать? - Не отталкивай и не сопротивляйся, – сказал Сейджуро, сокращая расстояние и становясь непозволительно близко. - Что? Кониси не получила ответа на вопрос. Однако этого было уже не нужно. Она прекрасно поняла происходящее. Поцелуй Акаши – вот ответ на все её вопросы. Сэкико подумала о сопротивлении, но вовремя вспомнила слова парня. Сейджуро приобнял девушку и углубил поцелуй, чувствуя отдачу. Эта мнимая иллюзия грела ему душу. Пусть он и осознавал, что все намного сложнее и это лишь минутная отрада. Акаши не боялся происходящего, потому что все только начиналось. Почему парень так решил? Очень просто… Властные руки прижимали все ближе. Тело горело от прикосновений даже через одежду. Манящие губы задавали темп и глубину чувств, что только подначивало их искорку безумия. Страшно. Этот поцелуй был настолько опьяняющий, что у Кониси возник порыв наплевать на все свои принципы и отдаться ему на милость. Девушку нисколько не пугало ощущение беспомощности рядом с ним, даже наоборот она находила в подчинении толику защищенности, желая быть ведомой. Ее руки сами потянулись к шее Сейджуро. Кончиками пальцев она дотронулась до коротких красных прядей, неосознанно поглаживая большими пальцами кожу. Сэкико не вела счет времени, но прекращать поцелуй ни в коем случае не хотелось, несмотря на то, что шея уже немного затекла, а челюсть начинала уставать. Акаши первым решил прервать поцелуй, но Кониси тянулась до последнего, пока не поняла, что это бесполезно. Её губы припухли, а карие глаза блестели, ожидая продолжение. Как только желание отступило, разум вновь вернул бразды правления. И Сэкико испугалась. Только теперь она испугалась себя. - Надеюсь, теперь ты поняла, – Сейджуро ухмыльнулся. – Я всегда прав. Запомни это. Парень развернулся и ушел, оставляя девушку наедине со своими внутренними демонами. Кониси не помнила дорогу домой, как она прошла мимо гостиной, проигнорировав родителей. Она лежала на своей кровати, слушая телефонный разговор Никки с его девушкой. Смех брата, его признания и шуточные препирания. Сэкико просто слушала, а в голове крутился поцелуй. «Надеюсь, теперь ты поняла». - Я не поняла, - сказала девушка вслух, обнимая себя руками. – Лишь сильнее запуталась…